Возвращение Домой

      -Спасибо. - ответил Густав, пожимая руку Менелосу. - Рад, что с вами всё в порядке. Сейчас на улицах опасно, пусть даже и день. Менелос лишь кивнул, и посмотрел на Рейеса, который проверял и сортировал медицинские препараты и приспособления. - О, и Лира с вами! - обрадовался Густав. - Мы с ней виделись вчера. - Это чудесно, потому мне надо с тобой поговорить. - сказал парень, отводя местного служителя в сторону. - Случилось нечто… Неприятное, мягко скажем. Я помог Лире как смог, но не могу быть уверенным в полном выздоровлении. Осмотришь её? Густав поправил очки и выглянул на Лиру, которая лишь мирно посапывала на стуле, так как жутко хотела спать. - Я не имею такого большого опыта с пони, но сделаю что смогу, конечно… А что произошло? Это поэтому ты задержался? - Не уверен, что ты захочешь услышать все подробности, брат мой. - с заботой улыбнулся Менелос, постучав по плечу собеседника. - Твоя задача ясна, приступай. А я пока пойду проверю как дела у моей правой руки. Параллельно осматривая небольшое помещение, эдакий небольшой лазарет в одном из подвалов собора, Менелос медленным шагом решил удостовериться, насколько хватит медикаментов и что они смогут сделать, да бы выжать из них максимум. - Порядок, Алойза? - Порядок-то порядок, но я начинаю задумываться, на сколько этого хватит. Нам не хватит тех же средств для большего количества синтетов, да и знающих медицину у нас не так много. - Наша задача делать то, что мы можем. - отрезал отец. - В этом мире нам не сыскать приятной жизни, потому наша цель здесь — не убрать страдания, а снизить их, дав в первую очередь надежду. Рейес вздохнул — было видно, что ему было обидно, но сделать он ничего не смог. Они не располагали такими средствами, что бы улучшить качество своей жизни, а в остальном жили они на счет каких-то пожертвований со стороны или помощи других синтетов. - Я тоже хотел бы помочь им больше, ведь их боль незаслуженна, но у нас не так много вариантов. - будто ответил на мысли синтета отец. - Сейчас ты разве что можешь лишь проследить, что бы их использовали по максимуму. Развернувшись, Менелос ощутил руку на своем плече и повернулся. - Кто эта пони? - раздался ожидаемый вопрос. - Ты не приводишь синтетов, обычно они к тебе приходят, что-то меняется? Я просто хочу быть уверенным, что всё в порядке. - Эта пони ищет ответов на свои вопросы и пока не окончательно разочаровалась в человеческой расе, увидев деяния этих самых людей. Не уверен, будет ли она кого-то ещё слушать, так что пока что она со мной. Рейес лишь сомнительно отвел взгляд — ощущалось, что у тебя за спиной что-то заваривается. Вполне вероятно, что это была профессиональная привычка — никому не верить, ведь в месте, где латинос раньше был ему были доверенны все способы «грязной работы», а там ты вполне можешь ожидать предательство. - Ты не веришь мне? - каким-то холодным голосом спросил Менелос, что резкой хваткой вырвало мысли собеседника из головы. - Или ты… Усомнился, как секундная слабость? Такой взгляд латинос видел лишь однажды и это одна из самых неприятных вещей, которые он мог себе представить в общении с другим живым существом. После того, как Рейес отрицательно покачал головой, дверь перед ним захлопнулась, а сам он облегченно вздохнул, мол, пронесло и вернулся к своим обязанностям.       Пони чувствовала усталость — то ли это был какой-то побочный эффект от одного из лекарств, которого могло оказаться «паленым» в этой части города, то ли её организм всё таки был в процессе восстановления от выброса адреналина, который та испытала пару дней назад. Ощутив какие-то тряски, пони лишь сонно открыла глаз. - Лира, добрый день! - немного потряс сонную пони Густав. - Отец Менелос попросил меня тебя обследовать. Ну, это недолго, всего пара минут, позволишь? Мозг работал не очень исправно, потому пони пришлось потратить пару мгновений, да бы вспомнить, кто такой отец и что такое «обследование». Тем не менее согласившись, Густав повел мятную пони в специальную комнату, где было достаточно много инструментов, которые были тщательно вымыты и рационально рассортированы. Сняв одежду без задней мысли, она лишь посмотрела на доктора, который несколько смущенно увел взгляд, ведь привык видеть в соборе пони одетыми. Но, переборов себя повернулся обратно и, пользуясь старыми приспособлениями — по типу молоточка для проверки рефлексов — принялся за дело, попутно разрывая неловкую тишину: - Как тебе в Сером городе? Я вижу вы с отцом встретились, это приятно. Интересно, как так вышло. Лира замялась — говорить о той ситуации едвали хотелось, но и соврать не было бы хорошим выбором, так что глаза забегали по сторонам и рот начал выдавать невнятные звуки по типу «эээ», «ну-у» и вытекающие. - Он сам меня нашел, я была на улице тогда… - начала туманно Лира. - Там уже разговорились, и вот я тут. - И чем же он тебя так заинтересовал? Если да, то когда тебя тут ждать? - улыбчиво спрашивал Густавус. - Я не уверена когда, но Менелос сказал , что я могу ходить с ним, пока не буду готова. Мне нужны ответы, так что… Было заметно, как «медик» оторопел на пару секунд — приборы в руках немного опустились, сами руки на пару мгновений задрожали. - Ты будешь сопровождать его?.. - решил переспросить для уточнения парень. - Да, он так сказал. - кивнула довольно Лира. - Пусть это и неловко, но очень приятно, что он за это взялся! - Мы закончили осмотр. - сказал тот и, поправив очки, поднялся. - Пойдем, вернемся к нему. Менелос ходил по собору проверяя, что они имеют на сегодняшний день. Через пару месяцев была зима и нужны были средства для покупки печей и уголь или древесина, что бы хоть как-то прожить это время. В Сером городе каждую зиму было невыносимо холодно и если всё начиналось более-менее адекватно, то последний месяц это было выживание в тайге, где каждый тебя готов убить за еду или горючее. Конечно можно было отослать половину синтетов домой из собора, но тогда они бы потеряли много хороший мозгов и рук, а значит, что собор мог сломаться быстрее или и вовсе остаться без служителей — они бы умерли от холода. И пусть в смерти для отца не было ничего плохого, ведь это не было концом, но ему нужны были рабочие руки. - Пусть у нас не так много времени на размышления, но я его возьму. Не будем делать поспешных действий. - пояснил он отвечающему за припасы и средства пожилого человека. - Спасибо за отчет, Капитан. Я пойду, а вы возвращайтесь к своим обязанностям.       Спустя небольшое количество времени, Лира уже ожидала Менелоса в основном помещении собора, попутно разглядывая сцену и витраж, величественно показывая принцип этого учения, который Лире ещё предстояло понять. Сзади громко распахнулись двери и в помещение вошел отец, который выглядел немного более серьезно ,чем обычно. - Мы идем? - спросил он. - Я хочу показать тебе кое что. Лира поспешила подняться с скамьи и ожидающе глянув на Менелоса пошла за ним, решив задать вопрос, над которым она успела озадачиться: - Рейес и Густав очень приятные люди, а кто они тебе? - Синтеты. - поправил с улыбкой отец. - Моя правая и левая рука, очень надежные личности, которым я доверил такую власть, которая другим бы ударила в голову. Алойза, он же Рейес, - моя правая рука. Он не отличается добрыми способами решением проблем, но его результат практичен и всегда дает о себе знать. В основном, он решает проблемы, связанные с людьми и синтетами, если этим не занят я, так как ранее он управлял одной организацией. Ну, в своём мире. Густавус, он же Людвиг, раньше был моей правой рукой, но… - отец опустил взгляд, покачав головой. - Но часто слишком увлекался своей ролью, что привело к определенным последствиям как для него, так и для нас всех. Тем не менее он поставлен за заботу о синтетах — лекарства, пайки, разговоры с новенькими — это его сфера влияния, в которой он хорошо разбирается. Лира лишь заинтересованно кивала головой, обдумывая услышанное — она понимала ,что есть ещё много кого, кто отвечал за какие-то другие «сферы влияния» и ей эта организованность очень понравилась — сравнительно небольшое помещение, в силу подвалов и слаженного общества приносило большую пользу всем живущим здесь синтетам и это было действительно лучом надежды для живущих здесь. Пусть в Эквестрии не было такой бедности или плохого отношения к другим, но сама эта сплоченность единомышленников почему-то напоминала ей именно родной край, откуда она родом.       Поговорив с Менелосом на какие-то отвлеченные темы, она замечала, что отец ведет её в какие-то темные дебри, где становилось меньше не только полиции, но и людей в принципе. Через какое-то время они вошли в высокое здание на окраине гигаполиса, бетонная верхняя часть которого лежала не так далеко у входа сообщая о том, насколько это забытое Богом место. - Здесь была война, да? - тихонько спросила Лира, разглядывая руины углубленного города. - Что-то здесь случилось, раз всё такое… Не знаю как и назвать. - Безысходное. - поправил Менелос, подавая Лире правую руку, да бы они могли взобраться повыше сквозь разрушенные этажи и продолжил. - Здесь случились люди. И это ещё не всё, мы ещё не пришли. Лира послушно приняла помощь и уже через пару минут они оказались на одном из самых высоких этажей разрушенного здания — предположительно многоэтажки. Отрусив копыта от пыли, мятная пони не сразу увидела ту картину, которую хотел показать ей её напарник. - Подойди и посмотри, что такое вера в человечество… - сорвались тяжкие слова с губ. - Погляди, что такое настоящее лицо человечества. Лира поспешно поднялась и увидела целые районы схожий домов — разрушенных, покинутых и безысходных. В сравнении с Шпилями или Белым городом это место было в разы большим и пони очень хотелось бы верить, что здесь никто не проживает. Парень указал пальцем на тусклые огни вдалеке. - Здесь живут люди. - сказал он, оборвав надежды пони. - Вон из брандспойтов они пытаются сделать печки, да бы хоть как-то согреть себя. И это ещё не зима, Лира. Я бы хотел рассказать тебе, что они едят, но думаю тебе и этого будет достаточно. Уровень преступности здесь выше чем даже у нас городе, где к тебе в дом могут вломиться и забрать всё, включая тебя. Полиция же просто здесь развлекается с грушами для битья — люди здесь немощны и слабы, а значит никто не даст отпор. А если и даст, то можно пристрелить на месте и сказать, что это была защита. На глаза пони постепенно накатывались слёзы от осознания увиденного — она не могла поверить, что видит сейчас реальные вещи реального мира, потому порою протирала глаза и отворачивалась. Менелос лишь присел рядом, тяжело вздохнув — было видно, что ему самому не было приятно всё это видеть и объяснять, а он знал об этом куда больше, чем пони, которая живет на этой земле пару месяцев. - Ты должна понимать, по какому пути идешь. - начал он, обратив внимание на себя. - И я хочу быть уверенным, что ты пройдешь этот путь до конца, ведь он будет крайне извилистым и болезненным. Ты уверена, что готова? Лира растеряла былую уверенность — смотреть на весь этот апокалипсис было невыносимо и она раз это было не самое худшее, то что же ещё её ждало? И как Менелос мог так спокойно об этом всем говорить и почти не реагировать?! Она не ответила и отец не был настойчив, так как понимал всю ситуацию. Мятная пони вглядывалась вдаль, надеясь увидеть что-то с такой высоты — может всё таки есть какой-то проблеск надежды в этих серых стенах, испачканных грязью и кровью? Может есть доброе сердце или светлый ум среди всей этой большой могилы? Лира оглянулась и посмотрела ввысь — далеко вверху виднелись Шпили, где еды и комфорта была с избытком, где люди жили без задней мысли и могли позволить себе делать всё, что захотят. Это было несправедливо, ведь и там и там живут одинаковые люди, но по итогу большая часть населения проживает в условиях выживания, а не жизни. Харстрингс даже не хотела их винить — выбора, кроме как своровать или даже убить кого-то у них банально не было. Это была дикая природа в цивилизованном обществе… И пусть у Лиры было неугасимое желание помочь им, ещё раз опустив взгляд на Руинберг и вытекающие она поняла, что ей и нескольких бы жизней не хватило бы, что бы помочь всем здесь находящимся людям, которые оказались здесь по вине системы, которые составляли более богатые и успешные слои человечества. Родиться здесь было приговором. Даже в Сером городе при богатых усилиях и хорошем здоровье можно было как-то пробиться в Белый город, но не здесь. Поймав себя на мысли, что пони не слышит каких-то комментариев или слов со стороны отца, она закрыла глаза, думая. А надо ли ей это всё? Но она больше не хотела быть человеческой игрушкой глядя на то, как люди могут поступать и какими злыми они могут быть, она хотела быть свободной, но понимала, что вариантов или средств для такой роскоши у неё нет. Ещё раз вспомнив, как с ней поступила хозяйка, она решила помочь синтетам, которые по вине тех же созданий возомнили, что могут управлять чужой жизнью. Покачав головой, она посмотрела на Менелоса, который ещё секунду назад стоял рядом. Сердце сжалось, когда прислушавшись, она услышала его болезненные стоны и увидела, как тот, схватившись за половину головы бьется в конвульсиях и быстро подбежала к нему, стараясь как-то разбудить его.