Возвращение Домой

      Постепенно пони начала приходить в себя и звуки, которые раньше звучали смешанной неразборчивой кашей, обретали свой смысл и уже через короткое время Лира даже смогла опознать их источник — в основном, это был шум улицы за окном, где машины ехали по своим делам, а люди, словно одним маршем, шли по своим. Когда Лира полностью очнулась, то по телу пробрало дрожью - вспомнились события вчерашнего дня, которые та ещё не скоро забудет. Кобылка сощурилась что есть мочи понимая, что сейчас и к телу мозг даст импульс, из-за которого вся боль поврежденных конечностей быстро настигнет её, но так не случилось. Когда же пони перешла в сидячее положение, первым делом она громко чихнула, от чего повязка быстро спала с мордочки и упала на копыта. Осмотрев себя и убрав одеяло, которым она была накрыта, она заметила, что почти вся перевязана и перемазана чем-то, что наверняка было каким-то лекарством. Причем хорошим, судя по тому, как её отколотили вчера. Пусть пони и вспоминала с ужасом события вчерашнего дня, если это всё произошло вчера конечно, но в контраст с теми уже прошедшими воспоминаниями у Лиры был более веский вопрос — где она и что случилось?.. Кобылка решила аккуратно осмотреться и застелив кровать, как её учили родители и её соседка Бон-Бон, медленно открыла дверь, которая с предательским скрипом отворилась, показав «лазарет» маленькой пони. На самом же деле это была квартира — простенькая на вид, не особо даже просторная, но при этом ухоженная и вылизанная. Сквозь прикрытые решеткой окна было видно какие-то вывески, яркие оттенки которых сразу били по глазу своим невяжущимся разнообразием. Лира решила незамедлительно покинуть такое место — вполне могло быть, что её сюда принесли и вылечили далеко не с благородным мотивом, и когда она дернула ручку двери, которая на удивление была открыта и выбежала на лестничную площадку, но там же она замерла — каков был план? Уже один раз она получила за свою беспечность, так что ближайшие пару дней выйти в Серый город для неё стало временной фобией, так что копыта в страхе задрожали и она попыталась найти в себе силы, чтобы выйти из дома, но не смогла. Стоя на этой лестничной площадке на неё внезапно напала боль, насколько же она беспомощная и в добавок к тому, красочно вспомнились вчерашние ощущения от унижения и избиения… Слезы потекли по её щекам и она не смогла бы ответить, плачет она из-за своего бессилия или из-за того, что едва ли не каждый синтет проходил через подобное. Постепенно копыта вернулись обратно в загадочную квартиру, которую она решила исследовать на предмет владельца.       На столе уже стояла приготовленная еда, что правда остывшая и в голову Лиры закралась предательская мысль, не ей ли это приготовили, но из-за урагана мыслей в голове аппетита как-то особо у кобылки не наблюдалось. Зайдя ещё раз в комнату, где она проснулась, она так же поснимала с себя повязки, под которыми кобылку ждала восстановленная и красивая, как и раньше, мятная шерстка. Пони ощупала себя по побитым местам, но никакого ущерба не было, даже проскользнула мысль, не могло ли всё это быть сном или что-то в этом роде? Как только Хартстрингс захотела прилечь, входная дверь отворилась и кобылка быстро спряталась под кровать, и начала выглядывать из под одеяла. Негромко насвистывая какую-то знакомую мелодию, предположительно человек зашел в свою квартиру и закрыл дверь на замок, после чего, казалось положил что-то на стол, недалеко от готовой еды. Когда звук мелодии начал усиливаться, пони увидела из под одеяла бронированные ботинки, которые застыли, когда оказались в дверном проёме. Свист быстро угас, а незнакомец ещё пару секунд постоял, после чего подошел и взял, предположительно повязку с кровати — которой Лира, можно сказать, чихнула. Глядя на пол совсем рядом с Лирой, она предательски для себя поняла, что сняла остальные повязки прямо на пол и человек наверняка попытается их так же собрать. Сердце забилось быстрее, кобылка старалась задерживать дыхание, что бы не раскрыть себя, но казалось, что всё уже кончено — ведь звуки кожаного плаща, который невольно комкался от того, что владелец нагнулся, уже предвещали раскрытие. Пони защурила глаза тщетно надеясь, что её не заметят, что она сможет спрятаться в домике, но ничего не происходило. Буквально — ни звука, ни движения, всё словно замерло и пони удивленно подумала, не применила ли она какого-то заклинания. Но немного приоткрыв глаз, она поняла, как сильно ошибалась — удивленный взгляд, выраженный в вскинутой брови, смотрел на неё, словно чего-то ожидая. - Ну и чего мы сюда залезли? - с родительским укором задал вопрос владелец квартиры. Лира не нашла что и ответить, мысли в миг оставили её и по итогу пони лишь растерянно начала глядеть по сторонам, пытаясь выдавливать из себя какие-то невнятные звуки, которые хотелось бы назвать ответом. - Вылезай, я кое что тебе принес и мне надо тебя осмотреть. - не дожидаясь ответа сказал тот же голос и направился на кухню. - Мне?.. - удивленно спросила пони, которая медленно начала выползать из под кровати. Находясь в дверном районе Лиру привлекла необычная рука, которую вчера она видела чуть ближе, чем хотелось бы и вспомнила крики тех людей, что вчера поступили крайне не правильно. Копыта подкосились и глаза в страхе открылись сильнее, что заставило потенциального собеседника, мирно сидящего за столом, нахмурить лоб и отвести озадаченный взгляд на окно. - Что… Что ты сделал с ними?! - воскликнула пони. Незнакомец лишь прикусил губу, на которой был шрам, и Лиру как водой облило — это же отец Менелос прямо перед ней! Это подтверждала бирка на веревке, которую тот носил на своей правой ладони. Всё же он не ответил, лишь начав медленно постукивать пальцами по столу. - Ты убил их?.. - в голосе пони заиграли нотки ответственности за чужую смерть, из-за чего на глазах начали проступать слезы. А вот заметив этот фактор, молодой отец торопливо поднялся и объяснил, как эта ситуация выглядела с его стороны:       Не так давно в монастыре начались проблемы — некоторые люди, прознав об «Обратном пути» старались подловить синтетов и избивали их в определенных районах, потому Менелос, регулярно покупавший медикаменты иногда заглядывал в эти самые «неблагополучные районы» и искал там постарадавших. Отличить его от человека было нельзя, а принадлежность к своей вере раскрывала лишь повязка на руке, которую впотьмах едва ли можно было разглядеть. Это место было важно для Менелоса, ведь часть синтетов, которых Лира видела в соборе, были встречены именно здесь. Конечно порою всё было и не настолько гладко — некоторых приходилось вытаскивать из-за передряг и латать в соборе, а некоторых, в случаях особенно тяжких, но не особенно редких, даже хоронить. Этот вечер не стал исключением — сквозь неоновые огни разных лавок, сквозь шумные пьяные разговоры и дерзкую музыку, шагал Менелос, который нес с собой медикаменты для собора — не всех удавалось вылечить, но те деньги, что у были у них, они тратили, в основном, именно на регенеративные повязки и какие-то лекарства, ведь в Сером городе не у всех синтетов был свой дом, а после ночевки на улице легко было заболеть. Проходя мимо узких темных переулков, парень услышал какие-то издевки и, учуяв неладное, пошел на звук. Заглянув в один из переулков, ему в глаз бросился крайне назойливый цвет, особенно в сравнении в этим переулком — таким цветом обладали пони, они были яркие и в таких районах или темноте их было отчетливо хорошо видно. Поняв, что это синтет, которого ещё можно спасти от серьезных травм, парень выронил из рук покупки и побежал к двум фигурам в темной кожаной одежде, которые надругались на мятной пони. - Я даю вам лишь один шанс уйти. - громко раздалось сзади них. - Вы в тупике, так что если откажетесь, скорее всего тут и останетесь. Двое людей резко развернулись, завидев более интересную грушу для битья и пошли на отца с разных сторон, ехидно улыбаясь. Было ясно, что добром это вряд ли кончится. Кулаки Менелоса сжались — хоть он и не жалел людей, но лишних жертв ему не хотелось. Отпустив несколько неодобрительных взглядов друг другу, преступники решились атаковать первыми, достав выкидной нож и желая сделать выпад в сторону парня. Отец же легким движением руки выхватил из под плаща плеть и ловко нанес несколько ударов — первые рассекли одежду, а последующие уже и кожу нападающих. Пусть это не было так же смертельно, как удар ножом под ребро, но боль была нестерпимая и это сыграло решающих фактор, при котором нападающие ещё немного попытались сопротивляться, но под неугасающей болью последующих ударов выронили своё оружие и желание продолжать, так что желая спасти свою шкуру пробежали мимо Менелоса, прикрывая кровоточащие раны. Сложив своё оружие, отец присел около плачущей пони и быстро пробежался — царапины, синяки и ссадины были почти по всему телу, а наряд и вовсе порван, но после таких ранений ещё можно было выжить и отделаться пару дней лечения. Схватив пони механической рукой, так как весила она достаточно много, Менелос взял её под бок, вернулся за своими покупками, которые он ранее выронил и решил вернуться домой, а не в собор. Открывая дверь он положил Лиру на кровать в отдельной комнате и нашел пару книг по медицине, которые он читал в свободное время, так как мятная кобылка была не первым таким случаем. Следуя ясно указанным инструкциям, отец перевязал Лире раны, наложил несколько небольших швов, где это было необходимо и сел, наблюдая за состоянием пони через механических имплант, заменявший ему левый глаз. Убедившись в сохранности жизни, отец накрыл её одеялом и пошел удалился в другую комнату, где проводил исследования.       К концу этого рассказа пони успокоилась — пусть поступок с теми бандитами и был жесток, но, по крайней мере, они остались живы, получив по заслугам. Заметив спокойствие Лиры, Менелос добавил: - Вчера ты могла наблюдать, с кем и чем мы боремся. Ты стала жертвой, какой многие были или есть, но именно это иллюстрирует природу этих существ, которых ты называешь людьми. Лира лишь нахмурилась и, ударив копытом в пол, ответила: - Но есть же хорошие люди! Не все из них такие и не все поступают так! Более того, не могу сказать, что синтеты поступают лучше — везде есть свои хорошие и плохие ребята! Откинувшись на спинку кресла, отец закачал головой — было видно, что ему это говорят уже далеко не в первый раз. Менелос лишь вздохнул и привел пример: - Если синтеты это чистое полотно с грязным пятном, в виде каких-то поступков или личностей, то люди это грязная порванная ткань, которую они так хотят очистить, но никогда не смогут. Понимаешь ли, пони, что мерзкое поведение синтетов — это защитная реакция, пользовательские настройки человека или результат издевательств со стороны. Людям свойственно искажать прекрасное в угоду своим желаниям. Пони сочла это весьма убедительным, особенно если учесть, что сидящая перед ней персона явно больше знала о людях, так как банально жила здесь дольше. Не успела пони и слова ответить, как Менелос поднялся и сказал: - Те припасы, что я должен был принести в собор, в целым были потрачены на тебя, так что сейчас мне надо их будет всё таки принести. Если захочешь выйти — дверь открыта, я тебя здесь держать не буду, но если хочешь — оставайся. Садись и ешь, кстати, это твоё. - указал он на порцию, увиденную ранее. - Постой… - сказала Лира. - Что-то ещё? - спросил развернувшись отец. - Спасибо. - улыбнулась пони. - Я не уверена, что бы со мной было, если бы вы не пришли туда. На удивление пони, лицо Менелоса приобрело печальный оттенок и он отвел взгляд, ответив: - Знала бы ты, сколько ещё синтетов могли бы сказать подобное, если бы были живы… Но пожалуйста. - затем парень будто вспомнил важную информацию. - Ах да, у меня нет должной одежды для пони, но ты вполне можешь что-то придумать с одеждой из шкафа. В сериале это у вас неплохо получалось. Лира поймала себя на мысли, что на ней вообще нет одежды — вчерашний наряд куда-то делся, да и вряд ли уже был годен для ношения, так что пони несколько смутилась, но посмотрев на задумчивого парня, заметила, что его это никак не напрягает — ему было всё равно одета она или нет. Запихнув покупки из пары пакетов в один большой рюкзак, Менелос был уже готов направиться к собору, как вдруг пони дотронулась до него, что заставило его обернуться опять. - Я правда очень спешу, что случилось? Тебе нехорошо? - спросил он, оглядывая Лиру взглядом. - Нет, но это тоже важно… - уверенно начала пони, хоть дрожь в голосе её выдавала. - Менелос, я хочу узнать ответы на свои вопросы, на вопросы о синтетах и людях и на вопрос… Где же я окажусь, когда здесь меня не станет. - Это нелегкий путь, девочка. Правда имеет свойство кусаться и ломать иллюзии, в которых живешь ты и многие другие.- ответил отец. - Ты уверенна в том, что хочешь присоединится к нам? Лира лишь кивнула и было заметно волнение, но то, что она была уверенной — не было никаких сомнений.