Мой старый милый друг.

«…Мы перебрались через овраг и вступили в слободу. Я вошел в избу, или во дворец, как называли ее мужики. Она освещена была двумя сальными свечами, а стены оклеены были золотою бумагой; впрочем, лавки, стол, рукомойник на веревочке, полотенце на гвозде, ухват в углу и широкий шесток, уставленный горшками, — всё было как в обыкновенной избе. Пугачев сидел под образами, в красном кафтане, в высокой шапке и важно подбочась. Около него стояло несколько из главных его товарищей, с видом притворного подобострастия. Видно было, что весть о прибытии офицера из Оренбурга пробудила в бунтовщиках сильное любопытство и что они приготовились встретить меня с торжеством. Пугачев узнал меня с первого взгляду. Поддельная важность его вдруг исчезла.» –А, ваше благородие! -сказал он Гриневу с живостию.-Как поживаешь? Зачем тебя бог принес? «Я отвечал, что ехал по своему делу и что люди его меня остановили.» –А по какому делу? -"спросил он меня. Я не знал, что отвечать», -Ай, ваше благородие поди устал с дороги! Не страшно! В избе всем места хватает. Отоспися здесь, а наутро потолкуем. Петр с недоверием взглянул на вооружённых до зубов товарищей Пугачева. Емельян, заметив этот взгляд, с усмешкой ответил: –Да небоись, не тронем. Ну что же ты стоишь, Петр! Ты снимай тулуп да садись! Эй, ты! Принеси нам с гостем выпить! «Я не решался смотреть, кого он окликнул. Но всё-таки что-то заставило меня поднять глаза…». Алексей и Петр встретились взглядами. С момента осады Белогорской башни они не виделись. Петр считал Алексея бесчестным предателем, который предпочел спасение своей шкуры долгу. Что ж, он оказался прав. Через пару бокалов местного напитка Петр стал чувствовать себя более раскрепощено. Вокруг все о чём-то говорили, порой даже посмеиваясь и давая друг другу подзатыльники. Емельян заметил пустой взгляд Пети. Но ведь он их гость. А гость не должен грустить. Верно?.. –Эй, Алёша! -крикнул веселый Пугачев, -а ну-к, поди развлеки гостя! –Да, хозяин! -со слащавой улыбкой ответил Швабрин. С первого взгляда Гринев всё пытался понять, когда это его прежний товарищ успел так поменять стиль-белая свободная рубашка, поверх-кожаный жилет, на ногах-темно-коричневые брюки (кажется тоже кожаные) и черные лаковые сапоги. –Привет, Петя! -задорным голосом сказал Швабрин, стоя у стула гостя и поправляя свои черные растрепанные волосы, -надеюсь, ты скучал по мне? -игриво задал вопрос Алексей. «Я не понял, что случилось в тот момент. Всё произошло слишком… Быстро». Одним ловким движением Леша сел своему приятелю на колени лицом к нему же. –Я ждал, что ты заявишься, Петя, -продолжал в своем игривом тоне Швабрин. «Я стал бегло осматривать зал. Но, кажется, никого из присутствующих ничуть не смущало поведение моего старого знакомого». –Как вы там с Машей? Она ещё не выцарапала тебя глаза, вот это да…-"он посмел запустить свою руку мне в волосы…» — дурная девка. Всегда знал, что с ней ты не будешь счастлив. По твоим грустным глазам я вижу, что прав, -Алексей сделался еще ближе к Гриневу. Офицер хотел было отстраниться, жаль только отстраняться было решительно некуда. –Мне жаль тебя, Петруша, -"Петруша? Хам. Что он себе позволяет?"-но Петр так и не выдавил из себя ни слова, -один неверный шаг-и вся судьба сломана. Как хорошо, что ты сделал правильный выбор и шагнул сюда, -между их губами уже было меньше сантиметра, -я рад снова видеть тебя, Петя, -тихо произнес Швабрин. –Пошел вон, -Гринев наконец-то собрался с мыслями и смог ответить наглому товарищу. Жаль поздно. Швабрин сделал резкое движение вперед и вовлек Петра в поцелуй. То ли это было слишком неожиданно, то ли это выпивка так действовала, но наш офицер даже не пытался оттолкнуть нахала. «Я даже не успел понять, что произошло… Этот мерзавец намертво «прибил» меня к чертову стулу. Лишь суровый голос Пугачева вернул его в разум и заставил оставить меня». –Алеша, заканчивай! Лучше принеси нам еще выпить! Окликнутый молодой человек отстранился от приятеля и пристально посмотрел ему в глаза: –Не думай, что на этом всё закончится, -шепотом добавил он, -сию минуту, хозяин! -ответил Леша уже в полный голос, поднимаясь с колен Гринева. Пугачев с товарищами все еще пили и уже начали запевать какую-то неизвестную молодому офицеру песню. В целом атмосфера была довольно веселой, вот только Гринев всё-равно был сам не свой. Швабрин сильно смутил его своим поведением, но не так сильно как тот факт, что никто, абсолютно никто не возражал этому. «Дикость какая. И в кого он превратился…». Оперевшись на спинку стула и держа в руках бокал с выпивкой Петр не заметил, как около него вновь появился уже «начудивший» юноша. –Емельян приказал ответи Вас, офицер Гринев, -Швабрин ехидно улыбнулся, -в опочивальню. –Никуда я с тобой не пойду, -огрызнулся Гринев. Алексей наклонился ближе к лицу товарища и сказал уже абсолютно серьезным голосом: –Ты пойдешь куда скажут и с кем скажут. Если они напились это вовсе не значит, что потеряли бдительность. –Я не намерен слушать того, кто подчиняется Его слову. Уйди с глаз долой, жалкая тряпка. –Как ты смеешь так разговаривать со мной, щенок! Думаешь, ты доблестный офицер и прекрасный жених? Как бы ни так. Когда Он добьётся власти и его признают нашим царем, как думаешь-помилует ли он тебя? –А тебя? -разговор принимал все более серьезный оборот. –Их здесь двадцать человек, если не больше. Вставай и иди за мной, иначе пойдешь абсолютно в другом направлении и не с таким безобидным проводником. Нехотя Петя встал и поставил бокал на рядом стоящий столик: –Только пальцем меня тронь, -пригрозил он Швабрину. –Да больно надо, -самодовольно «кинул» в ответ Алексей и повел Гринева за собой.