Молчание

       Габриэль больше не мог кричать. Он упал на колени, не в силах стоять и смотреть на бледное лицо любимой дочери.        Он сжимал в ладони найденный кулон. Он помнил запах горелой плоти. Помнил как огонь мягко скользил по коже Белиала. Огненные когти впивались в голову предводителя демонов. Лицо горело быстро, осыпалось пеплом, обнажая мужественное, но искажённое ужасом лицо. Габриэль навис над ним, чтобы насладиться этим моментом. Не пропустить и мгновения из того, как пламя поглотит мужчину целиком и заберёт его. А через секунду он уже стоял и смотрел, как его брат несёт на руках искалеченное тело дочери.        Помнил, как звал её, как пламя поглощало снег, поднимая в небо столбы пара и запах палёной земли. Видел, как впервые плакал Люцифер, а Михаил не смог проронить и слова. — Отдай, — хрипит глашатай протягивая руки, чтобы забрать своего ребёнка из рук Светоносного.        Он гладит Вайолет по грязным волосам, проводит пальцами по жёстким перьям и не может поверить в произошедшее. — Это только сон… Лишь сон… Я всего лишь сплю… — Габриэль начинает несильно раскачивается то вперёд, то назад.        Архангел уже и не ощущал, как льются слёзы с его глаз. Для него больше ничего не существовало. Мир рухнул в один момент, и жизнь перестала иметь хоть какой-то смысл. — Кто ещё? — прохрипел Люцифер. Он понимал боль младшего брата, но вместо отчаяния он испытывал жгучий гнев. На самого себя. Он не смог её уберечь. Не смог изменить будущее. — Кевин, Винчестеры, — с горечью перечислял Михаил имена погибших товарищей. — Кастиил, Бэлль, Бальтазар… — Неужели… Всё должно быть именно так?! — кричал Светоносный. Люцифер поднял голову к хмурому небу: — Пошли вы все к чёрту с таким будущим! Ты, грёбаный и бесчувственный ублюдок! — Люцифер… — Заткнись, Михаил! Ему насрать, что у него погибла единственная внучка, а младший сын попадаёт в дурку от горя! Ему на всех насрать! — блондин от бессилия закусил нижнюю губу и взглянул на старшего брата. — У Бэлль и Бальтазара могла быть чудесная дочь… А ты и Гейб могли бы нянчить внуков, которых бы подарила Вайолет… Все могли быть счастливы… — Это было бы чудесно, — сухо сказал Михаил, глядя на племянницу, с которой даже не успел толком познакомиться.        Михаил говорил что-то ещё, но Светоносный уже не слышал его. Внезапно его окружила тьма. Непроглядный густой мрак обступил со всех сторон, а боль сошла на нет. Темнота казалась ему живой, и он, блуждая в ней, не видел даже своих собственных рук. Вдруг перед ним возникла чья-то рука и, схватив его за плечо, потянула к себе…

~✡~

— Нет! — выкрикнул Люцифер, резко сев в пустой постели.        Он округлил глаза и глубоко дышал, а солёные капельки пота скатывались по его лицу. Ошарашенно оглядываясь вокруг, архангел выпучил глаза и попытался понять, где же находится. Светлая, со вкусом обставленная спальня, большое окно с занавесками, сквозь которые пробивался яркий солнечный свет. Мирно тикали большие бежевые часы на светло-зелёной стене, украшенной фотографиями в рамках и картинами. Сам он сидел в просторной постели в пижаме со мстителями, и никого поблизости рядом с ним не было.        Люц попытался сосредоточиться на событиях, которые произошли с ним недавно, и осознал, что всё это было. Он мог поклясться, что является Падшим и вчера… — Спокойно, — сказал он сам себе и поднялся с постели.        Мужчина подошёл к окну и, осторожно отодвинув пальцами занавески, выглянул наружу. То, что он там увидел, привело его в ужас. Утро! Во Франции! Куча машин, прохожих и яркое солнце… — Сколько можно спать?! — послышался за спиной до боли знакомый и родной голос. Только звучал он теперь не в голове. — Люци, ты же обещал что… — Вайолет? — Ну… да, — девушка стояла перед ним совершенно здоровая и полная жизни в небесно-голубом летнем платье и с красивым бантиком в волосах. Блондин в три шага подошёл к ней и начал осматривать шею — перьев нет, рука на месте. — Эй, что-то случилось? — Ты говоришь? — Это… ненормально? Да что с вами сегодня? Михаил начал щупать, папа едва не разрыдался… Люц!        Светоносный без разговоров обнял девушку. Он никогда не думал, что может быть настолько счастлив. — Ты наверное вчера перебрал… Ладно, когда оденешься — спускайся, папочка приготовил вафли, — сказала Вайолет и выскочила из комнаты, напевая что-то весёленькое себе под нос.        Через четыре минуты Люцифер уже стоял в широкой гостиной особняка. Он не мог поверить своим глазам! Дин и Сэм сидели за столом и играли в покер с Кроули, Кевин был с ними в качестве зрителя. Бальтазар и Бэлль воркуют в сторонке, пока Кастиил незаметно для них рисует их портрет. Лохматый Габриэль держал поднос с горячими вафлями, а Вайолет, высунув кончик языка поливала их сиропом. Рядом с ней крутился щенок корги, кажется, Вайолет звала его Честер. — Ничего не понимаю, — прошептал Люцифер и вздрогнул, когда чья-то рука легла ему на плечо. — И не надо. — Михаил? Что… — Отец услышал. Хотя и не одобрил такое обращение к Его Высочеству. — Но ведь Смерть запретил… — Ты же его знаешь! — усмехнулся архистратиг. — Для него запретов нет! Сказал, что потерпит нудный разговор со Всадником. И ещё, никто, кроме нас троих, ничего не помнит. Для них не было той войны, а для Вайолет… не было ни Детского Дома, ни Феникса, ни-че-го. Она обычная девушка с маленькой долькой архангела, хотя и знает, что её семья немного не такая. — Тогда… Что случилось с Мареной и Филотанусом? — Нашей сестрице было даровано прощение, — архистратиг улыбнулся, вспоминая, как чёрные одежды наконец сменились на белоснежные, и из прядей волос исчезла вся седина. — Они оба обрели то, что так давно искали — свободу.       В это мгновение раздался звонок в дверь. — А вот и он! — Вайолет быстрее всех оказалась возле дверей. И, открыв их, бросилась кому-то на шею. — Дедушка Чак! — Добрый всем день, — улыбается Ширли, обнимая внучку за талию. — Надеюсь, все готовы? — К чему? — спрашивает Габриэль. — Как к чему?! — удивляется Вайолет. — У меня сегодня выпускной бал!        Поднос с вафлями падает на пол, а сам архангел опускается на стул, который вовремя подставил Бальтазар. — Как выпускной бал? Уже? — Габриэль из ниоткуда вынул конфетку. Он с трудом справился с фантиком — его руки мелко дрожали. — Ты не говорила. — Верно, это я предложил устроить вам сюрприз, — сказал Чак с широкой улыбкой посматривая на своих сыновей. — Ладно, пора собираться, а то мы опоздаем.

~*~

🎵5 Seconds Of Summer — Ghost Of You        Шумные разговоры, смех, веселье в каждом уголке зала, украшенного далеко не за один день к столь знаменательному событию. Выпускники в костюмах и ярких, великолепных платьях чувствовали торжественность момента лишь отчасти, многие из них мыслями были уже далеко за пределами этого вечера: кто-то в клубе, где они собирались отметить выпуск, кто-то в колледже, кто-то дома — спал в своей кровати, но таких были единицы, большинство же однозначно хотело сделать этот вечер просто незабываемым.         И, конечно, главным гвоздём программы было вручение корон: короля и королевы выпускного бала. Целый месяц школа голосовала, выбирая лучших из лучших, хотя, если быть до конца честными, действительно достойных претендентов было не так много.         Родители выпускников стояли чуть поодаль от своих чад и что-то бурно обсуждали между собой, держа в руках бокалы с золотой жидкостью. На столах было множество вкусных угощений, в том числе и несколько больших тортов. Учителя в красивых нарядах то и дело сновали туда-сюда.        Габриэль облокотился о подоконник, выхватывая из толпы пшеничную макушки дочери. Бэлль помогла ей уложить волосы в сложную причёску и надеть красивое нежно-розовое платье, оно было без лямок, только две полупрозрачных ленты легко обхватывали плечи, обозначая рукава; юбка была длинной, и девушке приходилось придерживать подол.        Люцифер стоял возле входных дверей, безразличным взглядом скользя по всем людишкам. Он пришёл сюда только потому, что Вайолет попросила, собственно, как и Михаил. Чак как раз беседовал о чём-то со старшим сыном возле стола.        Наконец, директор постучал по микрофону, привлекая внимание зала. Выпускники сгрудились у сцены, едва увидев рядом с ним двух человек, каждый из которых держал подушечку с короной — мужским и женским вариантом. Директор кашлянул, доставая конверт. Родители затаили дыхание и во все глаза уставились на сцену. — Королём и Королевой выпускного бала становятся — Марк Руссо и Вайолет Спейт!        В одно мгновение, зал взорвался аплодисментами, Гейб, кажется, был громче всех, поддерживая дочь. Директор мягко водрузил корону на светлые волосы девушки, возвращая очаровательную улыбку в ответ. Вдруг кто-то начал скандировать: «По-це-луй!» — напоминая о старой школьной традиции, следуя которой, король и королева бала всегда целовались на сцене.         Вайолет обернулась и посмотрела на Габриэля с самой счастливой улыбкой, которую он когда-либо видел.        Заиграла медленная музыка. Марк подошёл к «своей» королеве и мягко обнял её за талию, готовясь поцеловать в щёчку подругу. Но неожиданно девушка наклонилась к его уху и начала что-то говорить. — Что она задумала? — спросил Кевин, который просто не мог не прийти. Рядом стоял Бальтазар, держа бокал с шампанским. Бэлль приложила ладонь к растянутым в улыбке губам, явно догадываясь о намерениях девушки.        Винчестеры, Кас и Кроули тоже были здесь. Они стояли возле дверей в зал, с гордостью наблюдая за их «маленькой сестрёнкой». — Сейчас кто-то будет очень удивлён, — усмехнулся Чак, уже наперёд зная, что должно случится дальше. Михаил решил воздержаться и не заглядывать в будущее, а увидеть всё своими глазами.        Вайолет забрала корону из рук удивлённого Марка и подошла к микрофону: — Думаю, меня поймёт каждый, — сказала Вайолет, облизывая губы и подбирая слова. Она вдруг посмотрела на Люцифера, тот внимательно смотрел на неё, а потом коротко кивнул, словно прочитав её мысли, одобряя их. — Если бы у меня была возможность, я бы разделила эту корону для всех мужчин в моей семье. Я люблю их всех. И каждый занимает место в моём сердце.        Вайолет сжала пальцами корону в своих руках. Девушка взглянула на каждого и у каждого увидела благодарность в глазах, поддержку и ответную любовь. — Они единственные, которых не заменит никто, — Вайолет сдерживала жгучие слёзы, которые отчего-то заполнили глаза. Она посмотрела на самого дорогого человека в этом зале. — Но сегодня, в этот важный для меня вечер, эта корона должна принадлежать тебе, папа. Ты для меня всегда останешься главным королём.        Вайолет спустилась со сцены. Придерживая подол платья, она прошла прямо к подоконнику, где стоял Габриэль и мягко водрузила корону на голову отца. Девушка смахнула непрошеные слёзы, сжимая его руку.        Зал сначала затих, а затем просто взорвался от шума, воплей, визга, свиста и аплодисментов, кажется, эта выходка навсегда останется в истории школы, но Вайолет было всё равно. Лучшего завершения и представить было нельзя. — Я тебя так люблю, пап. — Я тоже, мышонок, — архангел обнял свою дочурку и быстро смахнул навернувшиеся слёзы. Спокойная музыка заиграла вновь и выпускники пустились в медленный танец. — Потанцуем? — С удовольствием, — Вайолет положила одну руку на широкое плечо Гейба, а вторую вложила в чуть шершавую ладонь. — Ты совсем не против, что у Габриэля дочь и что она нефилим? — уточняет Михаил, беря в руки бокал с шампанским.        Бальтазар и Бэлль не смогли удержаться и тоже решили станцевать. В конце концов, у них скоро свадьба. — Моя внучка — прекрасная девочка, — кивает Чак, наблюдая, как младший сын танцует с Вайолет. — Меня не было слишком долго и… это мой шанс всё исправить. — И ты не против, что я останусь? — Люц изогнул бровь. Он бросил короткий взгляд на то, как какая-то девица сманила на медленный танец Каса. — А должен? — Ширли с удовольствием поедал шоколадные пончики. Как он мог отказаться от такой редкой халявы? — Значит, — Люцифер опёрся локтями на стол, чуть подаваясь вперёд и переводя взгляд с танцующих на рядом стоящего отца, — мне и не мечтать о том, что эта история закончилась?         Дин и Кроули тоже не отказались от бесплатных вкусняшек. И лишь Сэм и Кевин спокойно наблюдали в сторонке, со счастливыми улыбками. — Что ты, — Чак проследил взглядом Вайолет и улыбнулся, увидев, что девушка как раз глянула через плечо — и тут же махнула ему рукой. — Всё только начинается.