Танцы хрупких душ

      Дорогами туманных зеркал выложен путь тоскливой вечности. В можжевеловом хвойном запахе, среди старинных стен ты за долгим веком век один.       Тёмный принц теней.       Не тяжёлым бархатом на пыльном стекле, не древними рунами и колдовскими тайнами — половинкой души закрыты пути.       Змейкой одиночество вдоль рук, полуночными вздохами на плечи, в бессмертное сердце меж жёстких рёбер.       Печалями горчит крепкий кофе (поставки из жаркой Африки), замёрзшие пальцы снова по чёрно-белым клавишам. И дымка музыки куда слаще дурманов от горьких осенних трав.              Не смотри.       В зеркала.              Чернильная паутинка под кожей с капельками крови — твоя корона и вязь. На кончиках пальцев серый тусклый дым от тоски и боли, за стенами плачи и стоны. Только громче музыка под шрамами изрезанных рук.       В Лондоне снова дожди. А в глубинах замка ты обреченно и повинно один. И демон скребёт за зеркалами.       У вас одна душа и лик на двоих.              Смейся вопреки. Забытый зеркальный мальчик с тёмным взором, с проклятыми мечтами, с обломком души вместо рыцарской чести. Тебе бы под звёзды под небо ночи, в прелые запахи осени, в неоновые огни и жидкие ритмы жизни.       Отраженье смеётся — ты вернёшься назад.              Так иди.       По зеркалам.              К свободе сквозь яблочный туман, по дороге бессмертных, с вороньём на плечах. Сын жрицы, сын короля, колдуй теперь!       Осмелишься убить того, кто в зеркале с твоим лицом?       Хрустит стекло. И в ртутных мазках ты видишь только себя.              Свободен.       Отныне ты — король. И твой венец — кровь и зеркала.