Сладкий плен или горькая смерть?

— Вставай, принцесса, — Майкл резко пихнул в бок мирно спящего под одеялом Уилла, от чего тот, тихо постанывая, перевернулся на другую сторону, демонстративно отказываясь подчиняться.  Уилер мягко присел на край кровати, — Ты помнишь, как я обещал тебе поход в кино? Только не говори, что не помнишь. Уилл прокряхтел что-то невнятное, но Майклу этого оказалось достаточно. — Я слышу, что ты не спишь, поднимайся давай, жду тебя снаружи. С этими словами, Уилер резко встал и вышел из комнаты, с силой захлопнув дверь. «Чёрт, он никогда не оставит меня в покое» — пронеслось в голове у Байерса. Он скинул с себя одеяло и опустился на пол. Следующей по маршруту была ванная.  Тем временем Майкл уже стоял за дверью. Погода была прекрасная, именно по этой причине данный день был выбран для похода в кино. По приходу Уилла, над лужайкой поднялся довольно сильный ветер. — Чёрт! Моя кепка! Лови ее! — Уилер засуетился, перебегая с места на место и вдруг резко подпрыгивая, пытался поймать покинувший его голову убор — Ты чего стоишь? — Майкл еще и успевал подпихивать друга, подключая его к работе.  Началась настоящая погоня. Парни сели кепке на хвост, пробегая мимо деревьев и кустов с колкими ветвями, то и дело резавшими кожу и оставлявшими на ней тонкие полосоватые разрезы, они миновали все препятствия, даже крутая горная местность не являлась им помехой. Склон, усыпанный зеленью, хрустел под ногами за счет припорошенных той самой зеленью, деревянных сучков, трескавшихся под тяжестью грузных башмаков. — Уилл, ты видишь ее? — Никак нет!  Высокие деревья заслонили небо, накрывая лес всеми оттенками зеленого. Шум листвы, похожий за скрежет, настойчивое шебуршание в слегка подсохшей траве, — все это отлично передавало ту летнюю, предосеннюю атмосферу. Майкл вдруг почувствовал тепло на душе, даже за кепку стало не так обидно, ведь как можно грустить в такую прекрасную пору? Уилл бы не позволил.  Внезапно по лесу пронесся знакомый смех, за которым последовали слова:  — Чудилы, мы знаем, что вы здесь.  Очень, очень неподходящий момент.  — Майк, бежим!  Сердце начало биться сильнее, а ноги стали ватными, кажется, что путей для отступления нет, это просто бесполезно, но ноги все равно мчались вперед, не желая останавливаться. Корни деревьев, торчащие словно длинные костлявые пальцы, цеплялись за ноги, будто пытаясь утащить добычу под землю, крутые склоны превратились в серьезные препятствия.  Раздался сдавленный крик. Попав в лапы коварных деревьев, Уильям припал к земле. Он проскользил по шершавой текстуре с торчащими мелкими камнями. Кожу охватило пламя, жжение окутало руки и открытые участки ног, попавшие под удар. Голос Майка как через вату, все произнесенные слова хоть и знакомые, но не удается понять их смысла.  Снова это чувство. Все тело вновь оказалось заключено в тесные кандалы, перед глазами только мрак. Кажется будто все это реальность. «Нет, я уже проходил через это». Беспокойная тревога, доходящая до покалывания в сердце, терзает душу, не оставляя в покое и тело, которое покрывается мелкими ушибами, посинениями и натертостями.  Кажется, что отсюда есть только один выход. Пронзительный крик разрывает связки, начинает першить в горле, но он не останавливается. Раздирая горло, Уилл держится за свой последний шанс. В кромешную тьму бесцеремонно врывается яркий слепящий свет, доносящийся до отвыкшего взгляда откуда-то сверху. Плеча касается знакомая рука, холодная и успокаивающая. — Уилл, ты в порядке? — Майк снова обернулся назад, чтобы убедиться, что им ничего не грозит. Его надежды разбились о каменистую почву, трое парней на несколько лет старше, нависли над детьми. — Посмотрите-ка, кто это тут у нас? Жабья морда и… Тот самый Зомбенок! — вожак обернулся на друзей, ожидая от них поддержку в виде неприкрытого гоготания.  Глава банды обратился непосредственно к Байерсу:  — Это правда, что ты восстал из мертвых?  — Сейчас мы это проверим, — один из бандитов достал из кармана складной нож и поднес его к юнцу. Остальные поддержали его бурными аплодисментами.  — Режь! Режь! Режь! Режь! Уилл не находил в себе силы на самооборону. Даже после того, как нож плавно вонзился в предплечье, пуская тонкую струйку крови, увеличивающуюся с расширением пораженной области кожи. Боль пришла со временем, разрывающая и сдавливающая боль.