Зов волка

      Шабо бежал как никогда в жизни. Тяжеленный тотем тянул к земле, руки ныли, зубы сводило от жажды и страха. Позади поднимался гул испуганного города. Выли оборотни, слышались крики ужаса. - Твою мать, твою мать, твою мать, - шептал, задыхаясь, вампир. Тотем высасывал из него силы, мешал трансформировать тело. Все время казалось: за ним кто-то гонится.       Кто-то невидимый и страшный. В прошлой жизни он мог принять это за паранойю, но теперь, когда стал нечистью, не слушать чутье уже не мог. – Твою мать, твою мать, твою мать!       Вой удалялся, и вампир забежал в темный переулок, едва не рухнув в лужу. Тотем с гулким стуком ударился о землю. Шабо вздрогнул и облокотился на стену. Мышцы рук ныли, будто он все еще живой и весь день ящики таскал на фабрике. - Дьявольская штука, где Бальт, черт подери?!       Что-то царапнуло по крыше. Вампир замер и медленно поднял взгляд. Серебряную луну перекрывало что-то огромное. Оно сидело на крыше, вперив в него взгляд громадных желтых глаз. - О нет, - прошептал он. Перед глазами промелькнули картины недавнего прошлого. Он, рабочий мастерской Гейба, возвращается домой к жене и детям. Вот на него что-то кидается в темноте. Он отчаянно машет инструментом, отбиваясь. Нечто убегает, оставив на плече жуткую рану. Вспомнились дни лихорадки, слезы родных и смерть. Он вспомнил склеп, в котором проснулся как вампир. Вспомнил вампира, чье лицо было надежно скрыто капюшоном, но он все равно увидел бакенбарды и косой уродливый шрам на подбородке. «Я не хотел этого.» «Ты исполнишь волю лорда.»       Нечто бросилось на него, почти беззвучно спрыгнув с крыши. Когти пронзили грудь, клыкастая пасть обхватила голову, раздробив череп.       Существо рвало тело Шабо, под громкий хруст костей. Рвало так увлеченно, что не заметило перепуганного обмочившегося пьяницу, заползшего в груду мусора, и мальчика, спрятавшегося в ящике. Пьяница зажмурился, стараясь не издавать ни звука. Хруст стих, сменяясь звуком осыпающегося песка. А затем что-то взвыло и закряхтело.       По лужам затопали чьи-то ноги. Прямо к нему. - Эй, вы в порядке? – спросил холодный, но ласковый женский голос. Бродяга открыл глаза и обомлел. Перед ним стояла прекрасная голая женщина. - Я… я… - очарованный телом, он не сразу заметил шерсть на ее правой руке, неестественно широкую ладонь и громадные когти. Женщина хмыкнула и одним резким ударом отрезала ему голову.

***

      Хэйтем встретил Жибера в гостиной, на первом этаже филиала Ордена. Калеб подошел к охотнику на вампиров и пожал холодную руку, туго перемотанную бинтами по самый локоть. Бледно-серое лицо не выражало эмоций. - Калеб Жибер, какая встреча. - Я бы предпочел, чтобы она не состоялась, Хэйтем. Но все же, добро пожаловать в Шербург. На охоту. - Не преувеличивай, - отмахнулся Фейн. – Никакая это не охота. Впрочем, иного подхода я от тебя и не ожидал. Фанатизм и энтузиазм, как и всегда.       Жибер с легкой неприязнью отвел взгляд от затянутых мутным бельмом глаз Фейна. Пугающая, противоестественная бледность лица, сухие, тонкие губы, и волосы цвета потускневшего пепла. Вокруг мутных глаз расползались маленькие черные венки. «Глаза охотника» никого не оставляли равнодушным, нагоняя, подчас, животный ужас на непосвященных. Они не были ослеплены. Он видел даже лучше многих. Особенно в темноте. - Ты все еще не пьешь, Калеб? - Нет. - А я выпью. Вейдс, распорядись принести нам бутылку рома со стаканом и чай. У нас впереди долгая ночь, - сказал Хейтем нервно косящемуся на Жибера Вейдсу. Клерк был, мягко говоря, напуган обликом охотника на вампиров. - Х-хорошо.       Писарь поспешил удалиться, окликая слугу. В гостиной остались двое убийц, посвятивших жизнь своему пугающему, смертельно опасному ремеслу. Калеб Жибер, в своем любимом плаще и цилиндре, и Хэйтем Фейн, в ничем не примечательном потертом камзоле, с закатанными по локоть рукавами. - Что с ним? Ты что, ничего обо мне не рассказал? – хмуро спросил Хэйтем. - Я сказал ему, что мы знакомы «понаслышке». - Почему? - Наши взаимоотношения – не его забота, - холодно ответил Жибер. - Ах, дружище, ты все еще злишься из-за того монастыря? Ну, дуйся сколько хочешь, хоть до старости. Кстати, зря отказался от крови, – добавил Хэйтем, опускаясь в кресло. В свете свечей его лицо казалось маской мертвеца. – Стареешь, старина. Еще года два, и лицо твое будет походить на мошонку. - Это лучше, чем походить на мертвеца, - холодно съязвил Жибер. – На яйца западают дамы, а на ходячий труп не каждая проститутка залезет. Некрофилия не очень в чести. - Утешай себя этим сколько влезет, - хохотнул Фейн. – Все знают: внешность - не главное. Но да ладно. Мне радостно, что ты не утратил острословие. Раз уж мы будем работать вместе, было бы неплохо услышать твою версию произошедших событий. Твой, так сказать… субъективный взгляд. - Сначала нужно кое-что прояснить. Зачем ты здесь? - Что значит, зачем я здесь? Ты письмо получил? - Ты не понял, - начал терять терпение Калеб. – Зачем ты здесь, Хэйтем. Какой прок от охотника на вампиров, да еще и сидящего на крови, в нашем деле. - Пошевели мозгами, - хохотнул Хэйтем. – Ты и сам прекрасно знаешь, почему я, а не охотник на оборотней. Скажу прямо: ты в Ордене только по милости грандмастера. Он держит тебя из уважения к твоим заслугам и за то, что ты спас ему жизнь. Всех остальных охотников на оборотней твоего уровня уже разогнали. Парни и девицы Говарда – новые охотники на оборотней, только по лесам шляются и ловят диких, - Хэйтем откинулся на кресле и скрестил пальцы домиком. – Миру больше не нужны убийцы вроде тебя. Грандмастер справедливо опасается, что юношу из команды Говарда ты задавишь авторитетом, а девицу уложишь в постель. В любом случае, второй Жибер ему в этом деле не нужен. - Значит, ты мой противовес, - раздраженно хмыкнул Калеб. – Будешь путаться под ногами и мешать исполнять свой долг? - Да. Именно этим я и буду заниматься, - хохотнул Хэйтем. – А если серьезно: я помогать пришел. Не больше и не меньше, - охотник на вампиров развел руками. – О, не прошло и полгода!       Нервный слуга поставил на столик перед охотниками широкий поднос с выпивкой. Жибер взял чашку чая и сделал глубокий глоток. Язык немного обожгло, он поморщился, но продолжил пить. Хэйтем налил полный стакан рома и залпом осушил его, даже не поморщившись.       «Он здесь не для помощи, - мрачно подумал Жибер, глядя на бледное лицо Хэйтема. – Саливан прислал его сюда как надзирателя, чтобы я не убил ни одного вервольфа. Будет путаться под ногами, красться за мной в ночи и следить, следить, следить, будто я преступник или предатель. Накачанному кровью это не составит труда. О чем, черт возьми, думает Саливан? Сукин сын, и это после всего, что я для него сделал? Приставить нож мне к горлу под видом помощи и сказать: ищи!»       Накачанный кровью. Жибер вспомнил, как еще будучи охотником на вампиров, принимал это адское зелье. Десять лет назад:       Его разбудили посреди ночи. Кто-то сильно толкнул его в бедро. Молодой юноша нехотя разлепил глаза. - Да что ты, черт подери, творишь, сукин… - он осекся, увидев лицо Саливана. Его ледяной взгляд, резные черты лица и коротко стриженые волосы моментально вышибли сон. - Время пришло, Калеб, - холодно сказал он. – Одевайся и за мной.       Тогда еще старший охотник, Грандмастер вел его по сырым каменным коридорам замка Хелгорк во двор. Ночь стояла темная и безлюдная, и только оранжевое сияние факелов озаряло внутренний двор. В кругу стояло шесть человек при оружии. Изогнутые мечи, арбалеты и колометатели. Ни одного пистолета. Жибер понял: перед ним элита охотников на вампиров. Те, кто никогда не ходит днем. Грандмастер заставил его, дрожащего и немного напуганного, встать в круг. - Это немного пафосный и бессмысленный ритуал, - начал грандмастер. – Это можно сделать где угодно и как угодно, но немного мистики не повредит. Ты убил четырех вампиров – это хорошо. Но недостаточно. С сегодняшнего дня ты будешь убивать их десятками. Паренс, дай ему склянку.       Один из круга поднес к Жиберу деревянную шкатулку, открыл ее, и молодой охотник увидел пузырек с черной жидкостью. - Бери и пей, - сказал он, явно сдерживая хохот.       Ничего не говоря, Жибер взял склянку и открыл крышку. В нос ударил мерзкий, сырой запах меди и чего-то едкого. - Что это? - Пей. - Ну ладно.       Калеб залпом осушил бутыль и тут же принялся плеваться, чувствуя подступающую рвоту. Дыхание перехватило, в висках тупо застучало. Он рухнул на землю, пытаясь кричать от страха и недоумения, но голосовые связки не слушались. А затем, в мгновение ока, все прошло. - Что это, черт подери?! – закричал он, вскакивая. – Что вы мне дали?! - Прости, парень, колоть в вену тебе еще рано, - сказал Паренс. – Первый раз нужно пить. Неприятно, да, но зато какой эффект. Ты оглядись по сторонам. - Какой еще эффект?! Что ты…       Жибер замолк. Он вдруг понял, что темнота изменилась. Он отчетливо видел каждый кирпич в стене замка, каждую складку на плащах охотников. Даже днем его зрение не было столь острым. Он поднял взгляд – луны все еще не было. - Но… но… - Поздравляю, Калеб, - усмехнулся Саливан. – Теперь ты охотник на вампиров.       Ты меняешься под действием крови. Вампир больше не может обратить тебя, гипнотический взгляд их глаз не действует, вопли не внушают ужас. Твоя кожа белеет, глаза застилает бельмо. Ты становишься быстрее, сильнее. Зрение обостряется. Но… только ночью. Солнечный свет не убивает, но причиняет боль. Сойдя с пути охотника на вампиров, Жибер две недели восстанавливал организм от постоянных применений крови. Хэйтем же сходить с пути не собирался. - Теплые воспоминания? – спросил Хэйтем, наливая новый стакан. – Сейчас почти никому кровь не дают. Вампиры, видишь ли, немного поизвелись. Мы их уничтожили. Ну ладно. Так что там с твоей версией? Или вид старого друга лишил тебя дара речи? - хохотнул охотник на вампиров.       Жибер допил чай и принялся рассказывать ему все что узнал. В деталях поведал о ночном убийстве, о Луизе и общине вервольфов, об отсутствии улик. Умолчал лишь о своих необычных ощущениях. - Очень интересно, - солгал Хэйтем. – Но…       В зал вбежал взъерошенный Вейдс. - Забыл что-то? – спросил Фейн. - Я не уверен, но кажется… там, на улице…       Он не договорил. Калеб услышал крик. Охотники переглянулись и, одновременно вскочив с кресел, рванули на улицу. Город гудел. Жибер и Хэйтем выхватили мушкеты, озираясь по сторонам.       По улицам бежали отряды стражников, в домах всюду зажигались фонари и свечи, от ночной тишины не осталось и следа. - Оборотни! Спасайтесь кто может! – орал кто-то в дали. – Спасайтесь! - Похоже, грандмастер ошибся, - мрачно хохотнул Фейн. - Какая неожиданность. - За мной! – рявкнул Жибер, бросаясь на крики.       В эту ночь, как и во все предыдущие, он был готов. Рука не дрогнет, прицел не собьется, враг будет убит. Охотник на оборотней, мастер своего дела бежал по улицам просыпающегося города, а оранжевый свет фонарей отбрасывал блики на его плащ. Затвор мушкета блеснул в свете фонаря, рукоять топора сверкала смертоносным серебром. Кровь била в висках, сердце горело. - Не подходите к ним! Стойте!       Жибер подбежал к объятому пламенем дому, окруженному двумя дюжинами стражников. Языки пламени лизали черное небо. Завидев охотника, глава дозорных жестом указал на дом. - Где оборотни?! – яростно крикнул Калеб. - Там, господин! Он хочет его урезонить, но у него не очень…       Строй стражников дрогнул, они принялись испуганно пятиться. - Уаааа! А-а-а-рх! – ревело чудовище. - Бен! Ты же меня знаешь, черт подери! Успокойся!       Жибер растолкал солдат и вырвался к полыхающей арене. Будто цирковое шоу в аду, перед ним открылась безумная картина. Огромный серый оборотень, весь в крови и кишках нависал над растрепанным мужчиной, который протягивал руки оборотню в умиротворяющем жесте. - Это я, Корри! Господи боже, Бен! - Эй! – крикнул Жибер. – Отойдите от него, Корри! Он безумен!       Глаза альфа-волка округлились. Он узнал его. - Нет! Он не… - Враааа! – громадный оборотень медленно двинулся на Корри, клацая зубами-кинжалами. Даже сквозь бушующий ад пожара, стражники и охотники слышали это ужасающее клацанье. - Все назад! Все назад, черт подери! – заорал Хэйтем, вскидывая мушкет. У него не было серебряных пуль, но отпугнуть вервольфа может и обычное оружие.       Происходящее казалось сном. Вервольф бросился на Корри, и тот мгновенно обратился. Куски кожи и дорогого плаща разлетелись в разные стороны, уступая место густой серой шерсти. Мгновенная трансформация – один из удивительных талантов альфа-ликантропов. Когти безумного Бенджамина пролетели в миллиметре от живота Корри.       Джонатан взвыл и, увернувшись от атаки, с силой приложил безумца по голове громадной лапой. Бен взвизгнул и отступил, но лишь для нового прыжка. Альфа-волк был сильнее, но цивилизация и разум – не преимущество в бою. Сумасшедший сородич бросился на Корри, в огне пожара блеснули когти, и из бока альфа-оборотня вырвался кровавый веер.       Жибер вскинул мушкет и нажал на спуск. Механизм вспыхнул, щелкнул и… осечка.       Вервольф медленно поднял взгляд на незадачливого охотника. Раненый сородич больше не привлекал внимание огромных глаз монстра. Перед ним был Калеб Жибер.       Охотник медленно попятился, плавно снимая с пояса топор. В голове звучал садистский, издевающийся голос его покойного наставника: - Почему я использую арбалет? В наше время? Почему я не признаю эти ваши обоссаные мушкеты, ружья, пушки и прочую дрочильню? Знаешь, маленький, тупой, самоуверенный новатор, когда твой мушкет даст осечку (а он даст. Рано или поздно), и вампир или оборотень прыгнет тебе на морду лица – тогда поймешь. Но будет поздно, и на гробу твоем, над обезглавленным трупом будет стоять памятник с эпитафией: «Этот мудак верил в прогресс».       Он верил в прогресс… но на себя тоже надеялся. Рукоять топора легла в ладонь. Вервольф злобно покосился на лезвие, но в громадных глазах монстра не было ни тени страха, только безумие и животная злоба. Он приближался, медленно пригибаясь, высматривая момент для прыжка. Старый, матерый, опасный. - Ну давай, - тихо прошептал Жибер, сжимая топор. – Давай, посмотрим, насколько ты быстр. - Нет! – закричал Корри.       Оборотень бросился на охотника. Время будто замедлилось. Калеб видел когти, летящие ему в лицо, видел блеск клыков, слипшуюся от крови шерсть. Оно летело на него, и через миг что-то сбило полет. Жибер не сразу понял, что именно ударило оборотня. Но это что-то походило на ящик. - Хэйтем!       Охотник на вампиров выхватил у стражника саблю и, с чудовищной скорость подбежав к оборотню, рубанул по передним лапам. Чудовище взвыло, но не сумело контратаковать. Фейн отскочил, широко расставив руки. - Эй, песик-песик-песик-песик, - заорал он. – Сюда!       Перерезанные сухожилия мгновенно затянулись, оборотень бросился в бой, желая растерзать слабого человека, но вдруг прогремел выстрел. Оборотень пролетел мимо Хэйтема и рухнул на землю, скуля и воя. Жибер не растерялся и, подбежав к врагу, вогнал лезвие топора ему в череп. Ликантроп дернулся и замер. - Уоу! – вскрикнул Хэйтем. – Теперь я понимаю, почему тебе это так нравится! Эффектно, черт возьми! Отличный выстрел! - Я не стрелял, - мрачно ответил Жибер, глядя на голого, окровавленного мужчину с уродливой раной на боку. В дрожащих руках он сжимал мушкет.       И тут Калеб заметил кое-что еще. Вдали, за толпой испуганных зевак, среди домов – ее лицо. Луиза стояла в тени, наблюдая. - Он мертв? – страдальчески спросил Корри. - Мертвее мертвого, - хохотнул Хэйтем. - Разберись тут, - крикнул Калеб и рванулся к домам. - Эй, ты куда?!

***

      Луиза легко сбросила охотника с хвоста. Инстинкт подсказывал: сейчас ей лучше держаться от него подальше. От увиденного безумия сердце кровью обливалось. Только теперь, когда страх и адреналин отступили, она сумела в полной мере осознать все произошедшее. Вампиры свели с ума семью Польи. Альфа-волк Корри застрелил обезумевшего Бенджамина. Оборотень убил оборотня. Все как в ее видении. А что дальше? Что дальше? - Вот ты где!       Луиза застыла. Прямо перед ней стоял Калеб Жибер, сжимая в руках серебряный топор.