Мой любимый босс.

— Вы чего так долго?— спросил Хо и сел в машину, пропустив племянника вперёд. — Дела были…— ответил Юнги и резко нажал на педаль газа. — Привет Чимин, а ты чего такой кислый?— спросил снова Хосок и подёргал его за плечо. — Я же говорил, что не выспался… Они снова после этого короткого разговора молчали всю дорогу. Чон хотел заговорить, но лучше этого было не делать, так как друзья были что-то не в духе. Чимин, Хосок и его племянник вышли из машины напротив парка развлечений. Юнги открыл окно машины и показал Паку, чтобы тот подошёл поближе. — Я приеду за тобой в пять, потом ты переоденешься дома и мы поедем в казино. Пак кивнул головой в знак прощания. Юнги уехал, а Чимин продолжил стоять на том же месте, где и стоял минуту назад. — Чимин, ты чего?— брюнет подошёл сзади и положил голову на плечо младшему. — Да так, ничего, просто задумался…— сказал он и развернулся прямо в объятия Хосока. Хотелось поплакаться ему, но это бы слишком выдавало его и его чувства к блондину. — Хей, ты чего? Что с тобой? — Я спать хочу…— отказался тот. — Так тебя никто не заставлял с нами ехать, если спать хочешь, надо было оставаться дома. Я могу позвонить Юнги и…. — Нет, нет не надо никому звонить, я с вами побуду. Я хочу спать, но не так сильно, чтобы ехать домой из другого конца города…—снова отмазался Пак и разорвал объятия. — Ну не хочешь, как хочешь! — Дядя Хосок, я мороженое хочу, купи, купи ,купи….— дёргал племянник Хосока за его рубашку. Чимин немного присел и стал на уровне племянника друга. — Как тебя зовут, малыш? — Сумин, а вас? — Чимин, можешь просто на ты ко мне обращаться.— Пак улыбнулся и взял малыша за ручку. — Пойдем, я тебе пока мороженое куплю, а дядя Хо пока сходит и купит нам билеты на аттракционы. Чим и Сумин пошли к ларьку за мороженым, а Хосок пошел совершенно в другую сторону, к кассе, чтобы купить билеты. Прокатались они конечно не долго, потому что кого-то по имени Пак Чимин начало укачивать. — Я предлагаю сходить в кино, если ты не хочешь больше кататься, хотя у нас ещё осталось три билета на каждого...— Сказал Чон и помахал билетами. — Можно же в следующий раз на что-нибудь сходить, давайте лучше пойдем в кино. Хотя, подожди, сколько сейчас время, мне же на работу, за мной Юнги в пять заехать должен! — Кстати, хотел спросить… А вот когда он вчера припёрся утром, он ведь ничего тебе такого не говорил и ничего не делал?— спросил Хо и взял племянника за руку, чтобы не потерять его. — Нет, ничего, почему ты так интересуешься этим?— не понял Чимин. — Да так, просто… Нууу… Когда он пьяный, то может делать всякую фигню, которую никогда бы в жизни не сделал трезвым. — Ясненько….— протянул Пак и посмотрел куда-то в другую сторону. — Так сколько время? — Пол первого, у нас еще есть время не переживай… Спустя 2 часа, после фильма: — Блиин! Мне Юнги десять раз звонил, что делать, он же меня убьет! — Да не паникуй ты, он же сказал, что будет в пять, так что может ты ему не за этим понадобился!— успокоил Хосок друга и положил на его плечо руку. — Ладно, я побежал! — Куда? — Он у парка аттракционов… Чимин несся изо всех сил к тому месту, где стоял Юнги. Он придерживал свою сумку, которая была надета через плечо, но все-равно могла упасть. Цель была близко. До джипа Юнги оставалось буквально десять метров и тут откуда ни возьмись бордюр! Черт возьми, Чимин, почему ты такой лох по жизни? С каким-то хрустом и с таким проезжающим звуком Пак падает и ударяется коленками, раздирает штаны на одном колене и рубашку на локтях вместе с локтями. — Чиминн~и, все нормально, ты ничего не повредил?— послышался снова этот до боли приятный голос. Это был Юнги, ясен пень, даже мертвый бы понял. Он очень осторожно помог Чимину подняться. Когда Пак встал, то понял, что выглядит он хреново, да ещё и теперь все болит. — Эх ты, асфальтной болезнью заболел!— с этими словами Юнги поднял Чима на руки и понес к машине. Омега лишь в ответ шмыгнул носом и уткнулся в плечо альфы, вдыхая его прекрасный запах. — Главное лицо нигде не повредил, а то тебе сегодня ещё выступать!— снова сказал блондин и хмыкнул. — А почему ты так рано?—спросил Пак и хотел было уже застегнуть ремень, но это сделал Мин. — Потому что, оказывается гости придут в половину шестого. У нас есть два часа, так что мы должны успеть! Юнги завел машину и они снова помчались в другой конец города, чтобы Пак переоделся. — Ты это, прости меня, я не хотел такое говорить, просто не понимаю, что на меня нашло… — Да ладно, ничего страшного, все нормально, у всех бывают срывы, да и я тоже в этом виноват, так что и ты меня прости.— Чимин улыбнулся и посмотрел на Юнги. — Пока вы тут развлекались я ездил в магазин за костюмом. — Но ты не знаешь моего размера. — У нас почти один и тот же, так что теперь знаю.— Юнги улыбнулся и качнулся головой. — Ты уверен? — Да, полностью, сто процентов! Когда они приехали домой, Юнги показал Чимину костюм. Да на вид он был конечно его размера. Омега уложил волосы, накрасился, надел рубашку и, когда стал надевать штаны, то понял, что он в них точно не залезет. Юнги не хотелось разочаровывать, ведь он был на сто процентов уверен, что Паку подойдёт все по размеру, поэтому Чимин взял свои черные штаны и заменил брюки, которые купил Мин, ими. Сходство было примерно 89%. В конце он надел красных бархатный пиджак, с вышитыми на нем желтыми и золотыми узорами. Посмотрелся в зеркало и хотел уже идти показаться Юнги, но тот уже был здесь и стоял облокотившись о дверь. — Давно ты здесь?— спросил брюнет. — Ооочень давно. Я стоял и наблюдал за тобой в шёлку двери.— тихо и как-то мурлыкивающе произнес Юнги и подошёл ближе к Чиму. — И что, ты все видел? — Да, я видел, как ты тут мучился с теми брюками, которые я купил, и видел, как ты незаметно их заменил. — Подглядывать не хорошо, знаешь да? Тебя не учили что ли в детстве?— Чимин говорил все тише и тише, потому что Юнги все больше приближался к нему. Он понимал, что старший сейчас уже будет стоять вплотную, но он ничего не мог с этим сделать. — Знаю. И что мне за это будет?— все, это был пик. Блондин стоял в полсотни сантиметрах от омеги и улыбался очень ехидно. — А по-моему мы с тобой уже поговорили на счёт этого. Я думал, что ты понял, что я не хочу иметь с тобой никаких отношений! Чего ты добиваешься? Ты понимаешь, что я не могу встречаться со своим начальником! — Чимин… — Что? — Я хочу тебе пиджак поправить. Я надеюсь, ты разрешишь? — А? Да, конечно… я просто подумал, что ты меня поцеловать хочешь. — Я не стал бы это делать, потому что я понял, что ты мне уже все сказал и не собираешься мне давать шанс.— Юн поправил пиджак омеге и сжал губы, посмотрев прямо в глаза младшему. — Ну все, поехали, а то не успеем отрепетировать. Пак кивнул и пошел за старшим, глотая слюни. Самому стало не по себе от того, что напомнил ему про это. Может человеку трудно смириться с этой мыслью. Он из-за Чимина человека бросил, а этот над ним так ещё и издевается. Кажется, Юнги хватило уже одного отказа. — Ну… у нас есть ещё час примерно, так что мы успеваем. — сказал Юнги и сел за рояль, складывая руки в замок и похрустывая косточками пальцев. — Ты будешь стоять посередине сцены и петь вот в этот микрофон. Для красоты желательно иногда браться за него и на припеве, возможно, на последнем, наклонить микрофон. Пак кивнул и сделал так, как сказал альфа. Чимин два раза постучал пальчиком по микрофону и прокашлялся. — Тебе нужно распеваться, хотя зачем я спрашиваю? Возьми до малой октавы и до второй октавы. Чимин сразу же взял сначала нижний звук, а потом верхний. Юнги охватило какое-то чувство гордости за его вокалиста, которого он принял к себе на работу несколько дней назад. Альфа сразу понял, что брюнет взял ноты чисто, но ему пришлось сверить с роялем, чтобы Чим услышал, что он спел правильно. — Хорошо, молодец, ты очень чисто взял ноты, сколько ты учился в музыкалке? — Девять лет где-то… — Здорово, я десять, теперь будем знакомы. — Юнги улыбнулся и подмигнул Чимину, на что тот все же немного засмущался. — Теперь возьми малую сексту от ноты си бемоль первой октавы. Это было достаточно сложно, Юнги знал это из уроков сольфеджио и хора. Даже некоторые вокалисты из их группы не могли это сделать. Но опять же, удивительно, но Пак взял эту малую сексту чисто. — Ты очень талантливый, Чимин. Даже прошлый вокалист так не мог с первого раза…— Юнги похлопал. — Я сейчас разыграюсь, потому что я ещё не видел эти ноты ни разу, я только слышал эту музыку. Дай мне немного времени, можешь пока горло смочить, там бармен за барной стойкой, попроси у него воды. Чимин подошёл к барной стойке и сел на высокий стул. К нему подошёл высокий брюнет с пухлыми губами, милыми ямочками на щеках и очень красивыми глазами. — Привет, а ты новый вокалист, да?— спросил миловидный парень. — Да, меня зовут Пак Чимин, а тебя?— улыбнулся омега и подал руку бармену для рукопожатия. — Ким Намджун, очень приятно…— ответил тот и пожал руку Чимину. — Правда красиво играет?— спросил он и кивнул головой в сторону Юнги. — Он очки носит?— спросил у себя тихо Пак, когда увидел Юнги в очках.— А, да, да очень красиво. — Всегда заслушиваюсь его музыкой.— Намджун вздохнул. - Кстати, сколько тебе лет? Просто ты так молодо выглядишь… — Ну вот а ты сколько мне дашь? — Пятнадцать, не больше… — Мне есть восемнадцать если что! — Здорово, ты очень хорошо выглядишь! — Спасибо, Намджун, ты тоже ничего. — Чимин улыбнулся. — Можешь налить мне водички? — Да, конечно. — Чимин, идёшь? Я уже разыгрался...— Крикнул Юнги. —Чимин по-быстрому выпил стакан воды и побежал на сцену. Чимин снова немного прокашлялся, взялся за микрофонную стойку и посмотрел на Юнги. Тот кивнул и начал играть. Название песни уже брало за душу. « Уйти или остаться?» — этим вопросом Чим задавался с самого детства. Так же было и тогда в Пусане, в последний день… Только он взял первые аккорды в соль миноре, Чимин сразу понял, что петь под живой аккомпанемент гораздо сложнее, чем под мелодию из интернета. Тут чувствуется каждый звук и даже каждое движение пианиста. Между вокалистом и аккомпаниатором всегда должна быть особая связь. Они должны чувствовать друг друга от кончиков волос до кончиков пальцев, чтобы полностью раскрыть всю суть композиции. Глубокий вдох и Чимин с закрытыми глазами берет первый звук, который очень и очень уверенный, но второй тихий, так и идёт постепенно первый куплет… Нота за нотой. Юнги просил, чтобы в исполнении омеги было больше чувства. Да, Чимин пел от всей своей большой, но уже заполненной разными чувствами и беспокойствами души. И уже на первом куплете он выложил ее всю. Сил больше не было сдерживать чувства. Песня была такая красивая, но очень уж грустная. Си мажор. Юнги все испортил… взял нечаянно другую тональность, но Чимин даже не остановился и дрогнул в голосе. Альфа очень удивился и успел перехватить то место, которое пел омега. Пак брал слишком высокие ноты, хотя в нотах было по-другому. Это, впринципе, и называется мастерством. Он пел громко и альфе не нравилось, что Пак рвал глотку раньше времени. Он со всей силы ударил ладошками по клавишам. — Что-то не так, Юнги?— Чимин обернулся и посмотрел очень удивлённым взглядом на альфу. — Не советую рвать глотку раньше времени, пой потише. — Чимин, ты очень красиво поешь!— послышалось из зала. Это был Намджун и остальные крупье* и официанты, которые были в зале. — Конечно, поешь ты просто ну умопомрачительно, но не стоит так утруждаться и раздирать горло.— Юнги хмыкнул и кивнул Чимину, показывая, что он готов продолжить аккомпанировать. Внезапно у альфы зазвонил телефон. — Да?— ответил он и встал из-за рояля, уходя за какую-то дверь рядом со сценой. — Чимин, это было очень красиво, я никогда ещё не слышал, чтобы омеги вот так вот в живую пели…— сказал на радостях Намджун и начал громко хлопать, к нему присоединились все остальные. Чимину стало очень приятно, что вот он, тот момент, которого он ждал долгие годы. Правда это ещё только он пел при маленьком количестве людей, а вот как он будет петь, когда гостей этим вечером будет полный зал? — У нас все готово?— громко спросил Юнги и стал ходить по залу, осматривая круглые столы с закусками и алкоголем. Он прошел рядом с каждым игральным столом и посмотрел все ли в порядке. И только сейчас Чимин увидел, какие на столах лежат угощения, и как блестит пол, барная стойка, столы и вообще все в этом огромном зале. Только сейчас Пак заметил, что Юнги переодел костюм. Он выглядел очень элегантно и строго. Вот теперь он был похож на настоящего владельца казино. — Чимин, спустись со сцены, а то ты слишком много внимания на себя привлекаешь.— Альфа подошёл к младшему и дёрнул его за брюки, показывая, чтобы тот спустился вниз. Пак спрыгнул со сцены и сел на стул за барную стойку. Постепенно зал наполнился людьми и у омеги стали разбегаться глаза от таких красивых тетенек и дяденек. Вдруг Пака резко дёрнули за рукав пиджака и притянули. — Вон, видишь парня с такими черными волосами и в тёмно-розовом пиджаке?— Это был Юнги. — Ну…— протянул Чимин и стал искать того парня. — Ну вот, присмотри за ним, хорошо? Мне просто идти надо. — Ладно…—протянул Пак и уселся получше на стул. Юнги скрылся где-то в толпе и Чимин устремил весь свой взгляд на того парня. Он был очень красивый, тоже высокий, как и Намджун, ну, наверное, чуть пониже. На том парне очень хорошо смотрелся этот темно-розовый пиджак. — Красивый правда?— послышался голос сзади. — А? Да….— Чимин повернулся назад. Это был Намджун. Он глубоко вздохнул. — Он тебе нравится что ли? — Ну да, он здесь достаточно часто. Его Ким Сокджин зовут. Дальше Чимин просто-напросто не слушал Джуна, потому что в голове стали складываться не очень хорошие подозрения. « Это случайно не тот ли Джин, с которым тогда так мило разговаривал Юнги? Он сказал мне, что он его бросил, так почему сейчас он попросил, чтобы я за ним присмотрел? Юнги меня обманул?»— думал Чимин. — Итак, дорогие друзья, приветствую всех. Огромное спасибо, что пришли сегодня, ведь этот день особо важен для меня. Поприветствуем моего нового вокалиста — Пак Чимина…— говорил Юнги в микрофон на сцене. Последние слова вывели Чима из раздумий и он встал со стула под хлопки людей. — Ну и ещё есть одна новость. Я бы хотел попросить, чтобы Сокджин поднялся на сцену. Подозрения Пака потихоньку становились явью. Кто вообще Сокджин для Юнги? Омега заволновался и поерзал на стуле. Горло как будто стал сжимать воротник. Он расстегнул его на одну пуговицу и спокойно сглотнул. То что происходило на сцене ввело Чимина в подсознание. Он ничего не слышал, в глазах потемнело и в висках стало неприятно давить. Не уж то Юнги собирается сделать Сокджину предложение? « Так значит он меня обманул… я идиот. Тупой идиот. Поверил… А я уже хотел согласится. Почему, почему я такой лох? Влюбляюсь во всяких придурков…» Со сцены послышалось: — Ким Сокджин, ты выйдешь за меня?— спросил Юнги и очень хитрым взглядом посмотрел на Чимина. Пак вздрогнул. Он стал метаться глазами по залу, но всегда натыкался на этот взгляд Мина. — Да!— ответил радостно Ким спустя минуту. Люди в зале заплодировали. Юнги показательно поцеловал Джина и спустился вместе с ним. Джин сел за один из столиков, а Юнги снова поднялся на сцену. — А сейчас, композиция под названием « Уйти или?» в исполнении Пак Чимина. Эти слова вывели омегу из тяжёлых раздумий, которые он не хотел принимать, он слез со стула и с лицом аля кирпич пошел на сцену. Когда он взял стойку с микрофоном, то он неприятно засвистел и оглушил некоторых в зале, но не его. Юнги сел за рояль, положил руки на клавиши и посмотрел на Чимина. Младший кивнул головой и второй рукой взялся за стойку. Мин начал играть просто, не стараясь, не прилагая ни каких сил к этому. Но Пак расчувствовался и с первых же слов начал петь эмоционально. Все слова во втором куплете в точности повторяли ближайшие события в его жизни. Обман того, кто говорил, что любит. Но опять же Пак и сам был в этом в какой-то степени виноват, что отказал. Почти тоже самое, что он сам себе сделал больно. Отразил, так сказать. Вот Юнги и сделал на зло. Злиться нужно было только на себя, а не на Юнги. Последние слова в песне допевает Пак и специально бросает стойку с микрофоном на пол. Юнги поворачивается на стуле и смотрит долго в зал. Люди стоят и смотрят на Чимина, завораженные его действиями и им самим. Затем они аплодируют громко. Юнги подходит сзади и встаёт рядом с Чимином, чтобы взять его за руку и поклониться, но омега дёргает руку и убегает со сцены куда-то в толпу. На глазах наворачиваются слезы, хотелось реветь и реветь, как белуга. Он убежал к двери запасного выхода, резко и быстро открыл дверь и выбежал на улицу. Там было пасмурно и лил небольшой дождь. Брюнет достал из кармана пиджака телефон и набрал Хосока. — Ну, давай же, возьми трубку, ты мне нужен! Но Чон так и не взял телефон. Чимин поежился, посмотрел в небо и зашёл обратно в здание. Никто даже и не заметил, что он выходил. Сразу же как омега зашёл, он пошел в сторону бара. Там по-прежнему стоял улыбчивый Намджун, который сразу же подошёл к грустному Паку и спросил, что случилось. — Все нормально, так просто показалось, что я в некоторых местах сфальшивил. — Нет, вы с Юнги взорвали публику. Людям очень понравилось. Кстати он уехал, его сегодня больше не будет, так что…. — Налей мне чего-нибудь покрепче. Я хочу выпить!— Чим стукнул по столу и посмотрел на Джуна. — Чего например?— спросил альфа и показал на стиллаж с алкоголем сзади себя. — Виски мне и ему!— сказал парень, который сидел рядом с Чимином. — Тебя ведь Пак Чимин зовут? — Да… тебя? — Чон Чонгук, кстати, ты очень красиво поешь и сам ты тоже очень милый. Но почему ты такой грустный? — Да так, просто я сфальшивил в некоторых местах…— тут Джун поставил два стакана перед парнями. Чимин косо посмотрел на Чонгука, который закинул тут же в себя стакан. Потом омега посмотрел на свой стакан и взял его в руки. Он выпил тоже залпом, поморщась сначала, но потом он открыл глаза и понял, что это не такая уж и гадость. — Можно ещё?— спросил Пак. — Да, ещё, я плачу. — Сказал Чонгук. У него достаточно был вкусный и приятный запах, по мнению Чимина. Запах лесных ягод и чего-то невыносимо горького и одновременно сладкого. Этот запах уже понравился Чимину и стал притягивать его все ближе к Чону. — А сколько тебе лет? А хотя подожди, тебе восемнадцать, да? Все теперь вспомнил, просто Юнги как-то говорил. — Ты знаком с Юнги? — Да, можно сказать мы хорошие друзья… Они снова закинули в себя по стопке виски. — Я надеюсь ты не такой, как он… — Такой, это какой?— спросил Чон и посмотрел в глаза Пака. — Лживый и лицемерный. Строит из себя хрен знает кого… — Ааа, я понял, это ты из-за него что ли такой грустный? — Ну… можно сказать, что да, из-за него.— Пак опустил голову. — Хах, так это он такой почти всегда, ну в смысле строит из себя не понятно кого, но вот про ложь… он никогда никому не врал. А что он тебе сказал? — Ну это скорее личное, я не могу сказать тебе это… — А если я скажу, что ты мне нравишься?— сказал Чонгук и приблизился к Паку. Чимин вытаращил глаза и посмотрел в его глаза. Они были необычайно красивыми . Большие светло-карие глаза тянули за собой в неизвестный, но очень интересный мир. — Ты мне тоже…— сказал негромко омега.— мне нравится твой запах. « Что ты сейчас сказал, Пак Чимин? Я понимаю, что ты хочешь отомстить Юнги, но не с первым же встречным и не тем более с его другом! Хотя… вот то, что с его другом это в прочем-то идея! Да, все правильно, двигайся дальше, ты взял правильный курс»— Думал Пак и сделал очень зловещее лицо, а потом улыбнулся.— « Почему бы и нет, он и в правду мне нравится, да и такой сексуальный и телосложение у него лучше…» — Не уж то это судьба?— спосил Чон. — Наверное… выпьем за это?— так, так, так, похоже кого-то понесло с трёх стаканов виски? Хотя это по-моему много… — Почему бы и не выпить! Все, а потом еще, и ещё, и ещё… рюмка за рюмкой, а потом танцы. Чимин был пьяный в говно, а вот Чонгук был как будто трезвый, видимо на него не очень сильно действовал алкоголь. — Чиминн~и, давай-ка домой уже поедем, а то ты уже что-то на ногах по-моему не стоишь!— сказал хихикая Чон и попытался поднять Чимина на руки и всё-таки у него это получилось.— Где ты живёшь? Я отвезу тебя домой. — Я живу в доме Юнги, ты знаешь где он?— с горем по полам произнес омега и обхватил шею Чонгука руками, утыкаясь в нее носом. — Да. Альфа поймал такси и сказал адрес, куда нужно было ехать. Всю дорогу Чим лез к Чонгуку и тот все же пустил его к себе на коленки. — Чимина, потерпи, мы сейчас уже приедем домой и все будет нормально, ты ляжешь и проспишься… — Ммм, я не хочу спать!— омега отрицательно помотал головой и посмотрел на Чона, поворачиваясь назад. — Ну ладно, значит, мы будем смотреть телевизор!— машина остановилась, Чонгук по-быстрому расплатился и вылез из машины, выталкивая Чимина на улицу. Старший обшарили все карманы омеги и нашел ключи, которыми можно было открыть дверь. Они очень шумно зашли в дом и Чонгук захлопнул дверь. Он подхватил Чимина на руки и понес в спальню, чтобы уложить спать. Аккуратно уложив на кровать Чимина, Гук хотел уйти, но Пак вздохнул очень громко и стал ёрзать на кровати. — Что-то не так, Чимин?— спросил он у младшего. — Все просто замечательно. Я хочу тебя, Чонгук. — Но Чимин, это временное помутнение, завтра ты будешь жалеть, что мы это сделали! — Нет, ни капли! Давай встречаться? — Чимин! Опомнись! Если я сделаю это с тобой ты очень пожалеешь, ты же будешь жалеть, что я лишил тебя девственности! — Откуда ты знаешь, что я девственник? — По тебе видно. — Нет, Чонгук, я не буду об этом завтра жалеть и вообще никогда не буду жалеть. Что в этом такого, что я тебя хочу? Да ты сам уже тысячу раз возбудился. — Чимин, не вынуждай меня это с тобой сделать! Пак вскочил с кровати, схватил Чонгука за руку и потянул на себя. — Возьми меня, Чонгук…— сказал Чимин и Гук обхватил его губы своими. — А где пожалуйста? — Пожалуйста...— простонал Пак и его снова затянули в жаркий поцелуй.