Маленькое недоразумение

— «Почему так жарко? Что со мной? Почему я так хочу заняться этим…? Я весь дрожу… Мне плохо, но и хорошо. Штаны насквозь промокли от смазки… Дазай что-то такое говорил… Гон. Дети. Мы… Можем иметь детей. Точно!»       Еле встав с кровати, Ацуши подошёл к телефону и посмотрел на время. 19:38. Дазай говорил что придет пораньше. Должен сейчас прийти. Упав обратно на кровать, Ацуши протяжно простонал. Весь красны, в полу-растегнутой рубашке со стояком, который виден сквозь домашние штаны. Слишком влажно. Мокро. Возбуждающе.       Ацуши перевернулся на живот и поддаваясь бедрами, потерся пахом о кровать. — Ахх… — сжав в руках подушку, Ацуши всхлипнул и продолжил свое дело. — Ацуши! Я дома! — послышалась возня, и вот Дазай заходит в комнату. — Ацу…ши… Тигренок, все в порядке?! — подбежав к Ацуши, Дазай осмотрел его. — А-а-а, все понятно. Тогда… Я могу тебе помочь. — О… Осамуу… Пожалуйста. Я хочу тебя… — почти что проскулил Ацуши.       Повернув Ацуши к себе лицом, Дазай впился в его губы. Он мял их, кусал и нежно обводил языком. С уголкаа рта у обоих парней стекала тонкая ниточка слюны. Накаджима прижал Осаму к себе за шею и обхватил его бедра ногами, потираясь своим пахом о его. Они оба простонал сквозь поцелуй.       В прямом смысле срывая одежду с Ацуши, Дазай кинул ее в угол кровати, при этом скомкав. Они были словно дикие звери. Дазай стал покрывать шею и ключицу Накаджимы укусами, местами мелькали небольшие засосы. Прикусывая кожу, Дазай тут же ее зализывал. — Д-дазай… Возьми меня. — Как пожелаешь, малыш…       Тяжёлое дыхание и хлюпанье природной смазки возбуждало ещё сильнее. И, не выдержав, Дазай быстро снял с себя и Ацуши одежду.       Спускаясь медленными поцелуями вниз. Дазай наблюдал за реакцией Ацуши. Его малыш то постанывал, то тяжело дышал, а когда Дазай быстро чмокнул сочащуюся смазкой головку члена, Ацуши громко простонал и вцепился пальцами в волосы Дазая.       Дазай языком спустился к основанию члена, слизывая стекающую смазку и проглотил ее. Теребя в руках яички любовника, Осаму спустился ниже и, перевернув Ацуши обратно на живот и поставив его раком, Дазай схватил его ягодицах и развел в разные стороны. — Осаму? — Хаа.       Дазай выдохнул и слизал смазку, которая сочилась из ануса. Приторно-сладкий вкус. Облизнулся, Дазай вставил сразу два пальца и принялся растягивать тугое колечко мышц. — Мхх…       Почти всю ночь были слышны стоны, хлюпанье смазки, шуршание простыни, которая уже была наполовину на полу.       Проснувшись, Ацуши посмотрел на рядом лежащего любимого человека. Тот, кто подарил ему жизнь. Тот, кто показал ему что такое любовь. Он всегда будет его любить. И ему приятно любить и быть любимым. — Осамууу, вставай. — Ацуши потряс его за плечо. — Ммм. нет… — Что? Вот засранец. — Ахах — Смешно ему… — пробурчал Накаджима. — Ну тигренок. Не обижайся. — Дазай обнял его и поцеловал в лоб. — Обижаться? И на тебя? Хах. — Что такое? — Да так… — Кстати… У тебя же вчера первый гон был. Да? — спросил Дазай. — Ага. А что? — Ну… Мы не предохранять и… — Осаму!!!