Точка невозврата

      Тэхен ушел домой рано, буквально через пять минут после того, как Кимы собрали посуду и двинули на кухню. Тэ просто встал из своего угла, собрал пустые пивные банки, кинул их в мусорный мешок и молча вышел из квартиры, лишь натянув кеды. Парень часто уходил таким образом с их общих попоек, поэтому никто даже не остановил его.       Чимин выпил столько, что был конкретно пьян, Юнги же успел даже отрезветь и давно клевал носом. Воспользовавшись моментом и сонным состоянием парня, Пак еще сильнее прижался и обнял брюнета ногами и руками. — Хе-ен, — промычал рыжий, — Хен! — Я хочу спать, Чимин. — Нет, хен, поговори со мной.       Мин попытался скинуть с себя чужие конечности и встать с дивана, но Пак — а особенно пьяный Пак — все же был сильнее. — И о чем ты хочешь поговорить? — сдался брюнет.       Рыжий победно, но довольно тихо взвизгнул, затем отодвинулся от хена и присел. Поправив волосы и попытавшись взять себя в руки, парень сел удобнее и задумался. — О… нас? Точно! Нам нужно поговорить о нас! — И о чем говорить? — Мин с легкой издевкой посмотрел на друга и улыбнулся, ладонью прикрывая рот. — Ну… О том, что ты сухарь, который не хочет идти мне навстречу. — Сухари и не должны ходить. — Хен!       Чимин надул губки и снова потянулся рукой к голове. Юнги заметил, что парень очень часто поправляет или же просто касается своих рыжих, шелковистых волос. На самом деле, юноше нравилось эта привычка Пака, ведь в такие моменты он выглядел нереально привлекательно.       Но сейчас в движениях Чима была некая… сексуальность? эротика? Взъерошенные волосы, расслабленное лицо, чуть мутные, полуприкрытые глаза, смотрящие сейчас так желанно, щечки, покрытые легким румянцем из-за выпитого алкоголя, и полуоткрытый рот.       А эти губы. Эти блядские, пухлые губы, слегка влажные и блестящие. Мин в последние недели часто задерживал свой взгляд на них. Если быть честными, он конкретно пялился на почти вишневые губы Пака. Иногда в голове брюнета проскакивали совсем глупые, по его мнению, мысли. Парню хотелось знать, какие же они на вкус. Правда ли приторные, как кажется на первый взгляд? Имеют ли вкус персиков или же клубники, а может что-то другое? Парню хотелось знать, какие же они на ощупь. Хотя он был уверен на все сто процентов, что они безумно мягкие. Парню хотелось знать, умеет ли Пак вообще целоваться. Он сводит своими губами и языком с ума? Или же целуется застенчиво и аккуратно, заставляя тихо смеяться и умиляться с его неумелости. Но, к сожалению, Юнги быстро заталкивал все эти мысли глубоко на дальние полочки сознания и благополучно забывал про них на какое-то время.       Мин вздрогнул и судорожно выдохнул, когда стопа Чимина коснулась внутренней стороны бедра юноши и слегка надавила на ткань темных джинсов. — Чимин? — Юнги нахмурился и попытался пересесть.       Но у Пака слишком хорошая реакция. Не успел брюнет и пошевелиться, как рыжий подался вперед, опрокинул юношу на спину и навис над ним. — По-пал-ся, — прошептал парень и тихо хихикнул.       А Мин чуть не умер. Почему-то действия друга заставили сжаться всем внутренностям, а дыханию сбиться ко всем чертям. И тело, как на зло, будто онемело. «Соберись, дружище, тебя таким не взять!».       Рыжий чуть наклонился вниз, ближе к лицу хена, и мягко улыбнулся. Парню так хотелось коснуться Мина, зарыться пальцами в темные волосы, гладить шею и плечи, нежно касаться губами лба, носа, целовать губы. Желание было таким сильным, жгло изнутри, наполняло легкие до конца и не давало дышать. — Если ты поцелуешь меня, то вылетишь из квартиры и будешь бомжевать, — хриплый голос Юнги моментально заставляет Чимина очнуться. — Почему?! — юноша сразу же превратился в маленького капризного ребенка, отпрянул и надул губы, — Ты так жесток со мной!       Брюнет, воспользовавшись моментом, вылез из-под Чима и сел на край дивана. — Ты хочешь все так сразу? — Мин улыбнулся и посмотрел на соседа, — Разве ты не из тех людей, которые дрочатся месяцев пять всякой романтикой, трясутся над первым поцелуем и мечтают о шикарном сексе только после свадьбы? — Чего-чего? — Пак непонимающе смотрел на хена, и только через несколько секунд до него дошел смысл его слов, — «Все так сразу»? То есть все еще впереди?! Юнги-хен?!       Последние слова юноша выкрикивал в спину уходящего Мина. Жаль, что Чимин не видел, как широко тот улыбался.

***

— Чувак, мы тебя теряем, — Джун мотнул головой и отправил в рот очередную ложку шоколадного мороженого. — Кто бы, блять, говорил. «Он не станет со мной встречаться», да?       После слов друга Нам громко гыкнул, заставляя девушек за соседним столиком нервно обернуться на него, и чуть не подавился десертом. Сказать, что тот был на седьмом небе от счастья, — ничего не сказать. После той попойки прошло два дня, и все это время Кимы были вместе: везде сидели рядышком, слишком много и часто обнимались и томно шептали что-то друг другу на ухо. Мин перестал узнавать своего друга-сурового-натурала. — Он такая принцесса, я не могу, — в десятый раз пропел Джун, — Как можно быть таким красивым, уметь шикарно готовить и иметь прекрасный характер? Я хочу детей от этого мужчины! — Мы не в фанфике, чтобы мужики рожали, — Юнги поморщился, соскребая остатки мятного мороженого со стенок стеклянной вазочки.       Намджун разочарованно выдохнул, но потом встрепенулся, вспомнив изначальную тему разговора. — Но вернемся к вам. Ты же не будешь опять издеваться над парнем? Чимин-и такая душка! — Серьезно, бро, отвали от меня. Я сам со всем разберусь. — Ты? — юноша фыркнул, — Опять оттолкнешь его, а потом сделаешь что-то, что даст ему надежду, и так по кругу. Лучше соберись и будь мужиком, а не тряпкой. — Да что ты знае… — Я тебе все сказал, — отрезал Джун, — Он же нравится тебе, я вижу. Все видят. Так чего ты ломаешься?       Мин и сам не до конца понимал, почему продолжает тянуть резину. С одной стороны, он же весь такой крутой и холодный мужик, какие отношения? Но с другой, с Чимином было уютно и тепло, а иметь кого-то настолько близкого хотелось давно. Юнги нуждался в родственной душе, обычных разговорах за ужином, походам в магазин, сне в одной кровати, поцелуях и сексе, в конце концов. И некоторые пункты уже выполнялись изо дня в день: Чимин и Юнги давно ходили вместе раз в месяц в гипермаркет или же иногда в круглосуточный магазин рядом с домом, беседовали за ужином, приготовленным Паком, а сам парень зачастил приходить к Мину в кровать по ночам. — Видишь, вы как молодожены. — Полный бред. — Ну-ну, — Намджун доел свое мороженое и откинулся на спинку кожаного дивана, — И я все же настаиваю, чтобы ты взялся за ум и дал шанс Чимин-и.       Брюнет пристально посмотрел на лучшего друга. Каким бы упрямым Юнги не был, он все равно видел смысл в словах Джуна. — Только знай, что ему будет некуда идти, а с тобой он в квартире не останется. — Ему будет некомфортно, — Мин кивнул, — Я понимаю. Если я дам ему шанс, то это будет отправной точкой? — Точкой невозврата, я бы так сказал. — Точка невозврата, — брюнет пальцами отстучал быстрый ритм по столу и тяжко вздохнул, — Не нравится мне это все. — Зато нравится Чимин-и.

***

      Домой Юнги вернулся довольно рано, потому что Джуну написал Джин, и тот сразу же ломанулся к нему. Но Мин даже рад был за друга, ведь он и вправду был счастлив с Сокджином, а это главное.       В квартире было тихо, хотя в прихожей отсутствие чиминовой обуви не наблюдалось. Мин медленно стянул кроссовки и куртку, прошел в гостиную, но не нашел там соседа. Со стороны комнаты парня послышался какой-то шорох, поэтому брюнет, скрипнув зубами, направился на звук. «Опять этот мелкий ко мне пробрался!».       Юноша мелкими и тихими шагами подошел к двери, чтобы поймать Пака с поличным. Потянулся к ручке, аккуратно повернул ее и потянул от себя. И замер, задержав дыхание.       Чимин сидел, почти лежал, на его кровати, лишь в одной футболке и со спущенными до колен шортами. И дрочил, мать его. Мин не сразу заметил свою подушку, край которой обнимал Пак и иногда касался его щекой, утыкался носом и втягивал оставшийся минов запах.       Было видно, что парень уже давно занимался этим. Он тихо стонал, часто всхлипывал и довольно быстро надрачивал член. Играл с налившейся кровью головкой, гладил ее и чуть сжимал. После резко и быстро проводил по всей длине члена и переходил на яички, сминал их в маленькой ладошке. Сам член очень влажный, поэтому после каждого движения в комнате раздавались чмокающие звуки, от которых у Юнги по коже мурашки бегали.       Красные щечки Пака, прилипшие рыжие пряди ко лбу, закрытые глаза с дрожащими ресницами и открытый рот. Юноша выглядел так пошло, горячо и желанно. От всего этого Мину хотелось скулить и лезть на стену.       Чимин опять размашисто провел по стволу и прогнулся в спине до громкого хруста. От оргазма в глазах помутнело, руки задрожали, а в висках запульсировало. — Юнги-я-я, — томно и тихо прошептал Пак.       Но брюнет расслышал. Воздух выбило из легких, а ладони вспотели. От одного своего имени, произнесенном настолько сладко и пошло, внизу живота загорело, а колени подкосились.       Парень сорвался с места, быстро выскочил из квартиры, случайно громко хлопнув дверью, и выбежал на улицу. Завернув за первый поворот, Юнги спиной прижался к кирпичной стене, стыдливо прикрывая бугорок под ширинкой, на которой было видно маленькое мокрое пятнышко.