Дементоры на Тисовой

Догнать Поттера не получилось, и остаток дня Драко провел в одиночестве.  Не цепляться же с разговорами к сонным вампирам? Уже в  глубоких сумерках подал признаки жизни Люциус,  практически в забытье выпил чашку бульона и вновь провалился в сон, продолжая держаться за руку Нарциссы.  Драко оставалось лишь помочь матери лечь и уйти.  В доме было тихо и мрачно до озноба.  В углах угрожающе шевелились тени, на полу гостиной спал кто-то подозрительно непохожий на человека, Поттер не попадался, а ломиться в запертую изнутри библиотеку Драко посчитал невежливым. За завтраком Драко пытался понять, кто выглядит более непривычно: угрюмо задумчивый Поттер или ошеломленный отец. Привыкший за все платить, Люциус изо всех сил пытался понять, к кому обратиться с предложением. С одной стороны Поттер владелец дома и, кажется, регент рода Блэк. Но с другой — он работает на этого непонятного американца, который в свою очередь побаивается надменной ведьмы. Но ведьме заплатили вещью Поттера с его полного одобрения. Ему же принадлежит и странный кот.  Кот сидел на отдельном стуле и милостиво принимал подношения в виде лучших кусочков со всех тарелок. Завтракали не в молчании, но и не за общей беседой. Каждый говорил о своем и у каждого находился внимательный слушатель и собеседник. Ели с аппетитом. Но еда, действительно, была вкусной, хоть и несколько непривычной.  Прожаренные до хруста брусочки картофеля и мясные фрикадельки в булке.  Одну такую всунули в лапку причитающего над горшочком овсянки Кричера. Когда сытые обитатели дома перешли к кофе, Люциус решился. - Мистер Поттер, не соблаговолите ли вы уделить мне несколько минут вашего времени? Гарри оторвался от кофе и недоуменно уставился на Люциуса. - Э? А! Ну да… Прошу прощения, лорд Малфой, я несколько отвлекся и не сразу понял ваши слова. Разумеется. Драко едва не зааплодировал от восхищения и потрясения. Неотесанный шрамоголовый придурок не уставал удивлять, являя миру очередную грань своей личности.  Из разговора за столом он уже понял, что Поттер достаточно хорош в деле уничтожения нечисти, приличный знаток  ритуалов и признанный специалист в какой-то симпатической магии. У него грамотная речь, отточенные манеры и ошеломляюще хороший гардероб. Тем временем Поттер и не подумал встать и повести Люциуса в библиотеку или кабинет для приватного разговора. И даже не повелся на выразительный взгляд отца вокруг. - Ну какие могут быть тайны между союзниками, мистер Малфой, - Морд благодушно улыбнулся, - но если вам неловко говорить при всех о долгах, то Гарри обязательно пойдет навстречу вашим пожеланиям. Гарри усиленно закивал и даже приподнялся, демонстрируя готовность идти секретничать. Держать лицо Люциус умел даже при более тяжелых оскорблениях, а тут всего-навсего намекнули, что должен он не только Поттеру. Хотя начал он именно с него. - Совершенно верно, речь пойдет о моих долгах.  Хотелось бы сказать, что Малфои всегда платят свои долги, но придется признаться, что я первый Малфой, которому нечем платить. Поэтому, мистер Поттер, я и хотел обсудить, чем или как я смогу компенсировать ваши хлопоты. Гарри задумался. Что можно стрясти с Люциуса? Увлекшись вопросом, он начал размышлять вслух: - Денег нет.  Драгоценности? На фамильных полно проклятий, а что-то посовременней, скорее всего, уже продано. Мэнор? Представляю, насколько дорого его содержание. Нет, я, конечно, могу себе это позволить, но зачем? Сына, как я понимаю, вы мне не предлагаете. Тем более, что он все равно не сможет родить мне троих детей. - Почему так много? - Драко едва со стула не упал, узнав по какой причине его отвергают. - Ну два сына, как наследники фамилий Блэк и Поттер, и дочь для души. А что, тебя только количество смущает? На одного ты согласен? - живо заинтересовался Гарри. Испуг Драко был настолько комичным, что Гарри торопливо прикрыл наползающую ухмылку кружкой, но не удержался и фыркнул прямо в кофе. - Черт! Кричер, дай салфетку. Наливающий кофе кому-то на противоположном конце стола Кричер дернулся сразу в три стороны и вылил горячий кофе едва ли не на колени кому-то из охотников.   - Цел? - Гарри приподнялся, с тревогой глядя на домовика. - Кричер, ты себя не обварил? - Эльф сунул ему салфетку и принялся поправлять забрызганное полотенце. - И да, Кричер, я же видел несколько новых эльфов. Где они? Почему не помогают тебе? Кричер вытаращил и без того огромные глаза и всплеснул лапками, роняя кофейник. - Хозяин! - он взвыл так горестно, что смутились даже вампиры. - Да как же так можно! Добрые эльфы и в жизни не покажутся чужакам! Вы же еще не дали им имена. Пока недоумевающий Гарри размышлял о связи безымянности эльфов и их скромностью, Люциус восторженно ахнул: - Мистер Поттер, вы призвали молодого эльфа? Скорее дайте ему имя! Всеобщее недоумение сподвигло Малфоя к пояснениям. Рассказывал Люциус прекрасно: кратко, но емко.  О появлении новых эльфов в семье говорить не принято.  С одной стороны, это весомый показатель силы, которым прежде отчаянно хвалились, но с другой — это было прежде.  Все началось лет так двести назад, когда в Хогвартс стали поступать грамотные  магглорожденные. Они умели читать и писать и интересовались книгами. В этом то и была проблема.  Записывать маги стали намного раньше изобретения книгопечатания, поэтому в личных библиотеках хранились не только книги, но и древние рукописи. Величайшая ценность семьи. Списками с особо редких свитков могли даже расплатиться с долгами, их давали в приданое дочерям или подносили в качестве дара. Но только списками. Все тайны не открывали даже близким друзьям, поэтому и книги, которые печатали именно со свитков, а не полных рукописей и гримуаров,  не содержали ничего особо ценного. Никому не интересные шуточные заклятия, полезные в быту чары — необходимый минимум. Необходимый для магглорожденных, потому что чистокровные  волшебники ходили в школу лишь ради выгодных знакомств, знания они получали дома. Но у магглорожденных такой возможности не было, и им приходилось знать лишь то, что было в  книгах и давалось учителями, которые тоже не были заинтересованы в раскрытии родовых тайн.  Да и сил у магглорожденых, за редким исключением, было не особо много, иак что даже узнав что-либо, они не могли претворить это в жизнь. В природе человека объявлять неподвластное  плохим, вот магглорожденные и их дети, которые хоть и считались уже чистокровными, но оставались такими же несведущими в магии, как и родители,  относили непосильные для них обряды к темным. Тот же призыв эльфов объявился ритуалом крови. Среди магглорожденных ходили слухи, что крохотных домовиков делают из украденных младенцев, корежа их страшными чарами. Так о  призыве эльфов и о многих других ритуалах перестали говорить. Во избежание. Век костров только-только заканчивался, и маги не хотели рисковать вновь. Эльфы появлялись на голой силе нового главы рода и… были очень нестабильны. Задержать их в этом мире мог простенький ритуал имянаречения. Материальный сгусток магии обретал имя, как якорь, удерживающий их в семье. Закон простой — кто дал имя, тот и хозяин. Был еще трюк с отловом и переименовании чужого эльфа, но кто способен захватить  и доставить в ритуальный зал протестующего чужого эльфа? Другое дело прихватить безымянного слугу. - Так что срочно в ритуальный зал, - назидательно закончил Люциус. В ритуальный зал могли входить лишь члены семьи, и как бы не любопытствовали присутствующие им пришлось ждать. Гарри отсутствовал не более пяти минут и вернулся как раз тогда, когда Бастина сетовала на незнание факта об эльфийских  именах. Оказывается, она несколько раз покупала домовиков, но как ни старалась, они дохли. Теперь то она не нуждается в слугах, но раньше многое бы отдала за подобную преданность и исполнительность. Прежний Гарри предложил бы ей одного эльфа, но нынешний хорошо знал цену подарка и не стал разбрасываться ресурсами. - Знакомьтесь, - уныло пробормотал он, - Уно, Дос, Трес и Мрряв. - Раз, Два, Три и… Мрряв? - Морд подозрительно скосил глаза на Монжэрдема. Гарри кивнул, подтверждая явное. Кот возник в ритуальном зале в момент имянаречения, благосклонно согласился с тремя названными именами, но на четвертом высказал свое порицание отсутствием фантазии у своего человека. Его эмоциональный вопль и был принят четвертым эльфом за новое имя. - Хорошо, что единственный в мире кот с персональным эльфом хотя бы принадлежит мне, - согласился с очевидным Гарри и уже бодро обратился к Люциусу. - И возвращаемся к вопросу об оплате долгов. У вас есть то, что надо нам и не обременит вас. Знания. Для начала расскажите нам о дементорах. Нам надо отогнать их от Азкабана на время достаточное для поиска одной вещи. Как с ними договариваются? Люциус глубоко задумался. О способности дементоров общаться с людьми он не слышал. У них либо нет собственного языка, либо людям он неизвестен. Люциус больше верил в последнее. Он слышал те хриплые звуки , которые считаются дыханием дементора, и теперь просто уверен, что эти звуки слишком многообразны для простых вдохов-выдохов. Раньше он и не думал о наличие дементорского языка.    Если бы кто-то и владел хотя бы зачатками этого языка, то слух об этом не удержался бы даже в пределах Отдела Тайн. Волшебники невероятные сплетники. Зато Люциус точно знал о существовании управляющего артефакта. Фадж постоянно хвастался собственными способностями в работе с «Поводком».  Что-то такое есть и у Волдеморта. Хотя и послабее, чем министерский артефакт.  В материальности дементоров Люциус сомневается. Руки, которыми они вцеплялись в решетку казались вполне  себе плотными, но вот при полете нижняя часть балахона развевалась так, словно под ней не было ничего, кроме воздуха. Охотники подробно расспрашивали Люциуса о внешнем виде дементоров и листали свои бестиарии, вампиров интересовали издаваемые звуки, и Люциус пытался воспроизвести эти жутковатые всасывающе-чмокающие звуки. В конце обсуждения слово взял вампир. - Честно говоря, мы в некотором недоумении. Если верить блондину, то голова или, как минимум речевой аппарат, принадлежит упырям, нижняя часть джинам, а верхние конечности  штриге. Такого просто не может быть. Еще и способ питания. Они поглощают светлые эмоции, оставляя в душе и памяти только страшные воспоминания. Но в тоже время они страшатся какого-то патронуса, состоящего из самых светлых моментов. Несварения боятся? Мы не знаем, что это такое. Но, кажется, разобрались, как их обойти. И, как по заказу, здесь присутствуют все экспериментальные группы разумных существ. К Азкабану выдвинулись все, кроме Люциуса. Его по-прежнему била дрожь ужаса. Зато Драко изъявил самое горячее желание присоединиться.  Аппарировали они на побережье в паре миль от места с которого виден Азкабан. День был пасмурным, и вампиры под черными зонтиками выглядели вполне обыденно. Прогулявшись, все сгрудились на берегу и принялись рассматривать клубы тумана а море. После долгой паузы Морд изобразил губами нечто непонятное и пробормотал: - Я идиот. - Потому что прежде чем разбираться с дементорами, стоило бы разобраться с людьми? - ради прогулки  Бастина приоделась в крайне оригинальный охотничий костюм. Темно зеленые узкие штаны и коротенькая кожаная курточка с меховой опушкой делали ее еще крохотней.  - Тогда радуйся, что у тебя есть я. Морд пробормотал что-то вроде того, что был бы еще более рад, не знакомясь в свое время с ней, и все сделали вид, что не услышали. Бастина достала из кармана нечто округлое и передала Морду, а сама уставилась в небо. Через минуту одна из чаек спикировала вниз и уселась на ее руку, завороженно глядя в глаза. Морд осторожно поднес к ней артефакт, и чайка зажала его в когтях, после чего сорвалась с места и полетела в сторону Азкабана. Морд тут же охватил Бастину руками, не позволяя сойти с места. Чайка скрылась в тумане и через долгие четверть часа вновь появилась. Долетев до Бастины опустилась на сомкнутые у нее на груди руки Морда и уставилась в глаза ведьмы. Растерянно крикнула и улетела, а Бастина негодующе оттолкнула Морда. - Готово. Теперь только ждать. Ждать пришлось долго, но в какой-то момент из тумана вырвались две лодочки и быстро устремились к берегу.  Пассажиров встретили вампиры и споро усыпили. Обратно лодки плыли не так быстро — перегруз был слишком большим, и все сидели не шевелясь, чтобы случайно не черпнуть воду бортами. Аккомпанементом поездке был тихий скулеж вампиров. Дети ночи традиционно боялись соленой воды. Ворота Азкабана оказались распахнуты настежь, и ничего не препятствовало войти внутрь. Азкабан оказался очень высоким зданием треугольной формы   из черного камня. Он занимал всю площадь островка, оставляя свободным лишь пятачок причала.  Первым делом Бастина опустилась на корточки и подняла с земли свой артефакт. - Зачарован на испускание инфразвука с наложенной матрицей убеждения, что спасение есть только подальше отсюда. Гарри только носом шмыгнул от зависти. Такая штучка дорогого стоит, а у Бастины она просто составляет часть коллекции. Салли-Энн фыркнула и снова стала женщиной. Собакой она весила меньше. У ног Гарри величаво присел Монжэрдем и презрительно сощурился на все еще не отошедших от стресса вампиров. Морд вздохнул и сделал шаг вперед.  И остановился. Обойдя его,все поняли причину внезапного ступора. Азкабан не был зданием в прямом смысле этого слова. Это был вывернутый наизнанку треугольный колодец.  Мощеный круглым камнем двор и обрамляющие его высокие стены. - Почему… полированные? - Морд с изумлением потрогал сияющие, как зеркало стены. Бастина мимоходом поправила прическу и запрокинула голову вверх, к медленно кружащемуся в сером небе хороводу темных тряпок. - Тебя только это волнует? Продолжить не успела. Морд дернулся так, словно его хлестнули. Хотя по происхождению Морд был испанцем, присущего этой нации темперамента не имел. Его вполне можно было охарактеризовать, как ленивого флегматика, опирающегося, скорее, на расчет, а не чувства. Но если расчет требовал  истерики, то Морд отрабатывал ее со всей скрупулезностью талантливого лицедея, тщательно проходя все стадии нервного приступа, вплоть до финальной икоты.  Вот только сейчас Морд не играл. Он как-то моментально и оттого страшно поменялся в лице. Он выглядел беспомощным. - Не знаю… Я вообще ничего не знаю. После стольких лет страхов и поисков, все вдруг стало казаться таким простым.  Вот он — Азкабан. Зайди и возьми свое. Ведь оно точно лежит там, в подвале. Я чувствую его, слышу всей свой сущностью. Он там. И он чувствует меня. И смеется. Потому что я не знаю, где его искать! Где в этой чертовой груде полированного камня подвал? Бастина стянула перчатки и размяла пальцы. - Именно поэтому я и развелась с тобой, милый. Вместо поиска решений ты принимаешься жалеть себя. Можешь продолжать, а нам пора заняться этими милашками. Серый хоровод медленно опускался, Гарри вновь ощутил почти забытое ощущение ледяных щупалец страха. Они пока лишь коснулись его сознания, но Гарри помнил, что вскоре они погрузятся туда, где он запечатал крик рыжеволосой женщины, зеленый свет и леденящий душу смех. - На, закинься. - В бок толкнулся острый локоть, и перед носом возникла ладонь с горкой разноцветных драже. - Хорошие транки, после них все пофигу.  - Машинально взяв подношение, Гарри внимательно осмотрел абсолютно спокойного охотника и высыпал таблетки в рот. Испуганно жмущийся к Гарри Малфой тоже протянул руку и получил свою порцию успокаивающего. - Что за мода жрать эту химию? - Бобби, старый знакомый Гарри, укоризненно поцокал языком и пыхнул сладковатым дымком самокрутки. - Лучше вот дунь разок. А то и все два. Затяжка пошла хорошо и еще лучше легла на транквилизаторы. Мир подернулся пеплом, погребая под серым слоем все чувства, оставляя только тупое спокойствие. Малфой поспешно затянулся и едва легкие не выкашлял. Гарри деликатно похлопал его по спине и уставился на снижающихся дементоров. Темные балахоны развевались все так же угрожающе, воздух леденел, но вот страха не было. Вместо него появилось что-то сродни исследовательскому интересу. - Есть ли у них ноги? Вопрос повис в воздухе, но все зашевелились, отходя в сторону. Вперед вышли вампиры и застыли, неотрывно глядя на зависшие балахоны.    Дементоры неуверенно кружили над их головами и нападать не спешили. Постояв немного, вампиры разочарованно отступили. По их мнению  у этих созданий не было даже набора базовых инстинктов. Только голод. - Безмозглей упырей, те хотя бы понимают, когда надо бежать, - мрачно закончил тот, которого звали Мареком. Вампиры отступили и по предварительной договоренности прикрылись светонепроницаемым чехлом. К этому времени Гарри покинуло навеянное транквилизатором ледяное спокойствие, уступив место идиотскому хихиканью. - Эспекто Патронус, - Гарри важно выписал вензель палочкой и затрясся от смеха при виде собственного оленя.  Патронус слегка пошатывался  и скакал козлом, но свою задачу выполнил. Дементоры поднялись выше и прекратили попытки нападений. Смеяться вскоре расхотелось, и Гарри стало обидно за неудачу своего патронуса, который никак не мог достать хотя бы края балахона. Дементоры откровенно издевались над разгоряченной скотинкой. Следующий росчерк палочки рассек воздух, моментально нагревая его до кипения. - Инсендио! Пламя окутало дементора и сползло с него, как мыльная пена. И подобно ей, не причинив вреда. - А ну-ка посторонись, - Дамин вогнал пару патронов в патронник винчестера и с громким щелчком закрыл винтовку. - Гималайская соль. Дорогущая, зараза. - С ним немедленно заспорил Бобби. Он уже скурил косячок и начал со знанием дела рассуждать о формуле соли, которая неизменна независимо от того, где и кем добыт этот натрий-хлор. В его винтовке были патроны с обычной фторированной солью, купленной в супермаркете. Не подействовали ни те ни другие. Патроны пролетели сквозь дементоров, не оставив после себя и дырки в балахоне.  Пока охотники рассуждали о странной природе накрученной на дементора тряпки, молчаливый оборотень приладил на спину тяжелый ранец с двумя серыми баллонами и взял в руки сопло на длинном гофрированном шланге. Щелкнул зажигалкой, вызывая крохотный огонек на конце сопла, и внушительно кашлянул. Все понятливо отступили, освобождая место для маневра. Длинная струя ревущего пламени врезалась в первого дементора,  он внезапно пыхнул черным смердящим дымом и осыпался жирным пеплом. -  Вот так получше будет. Не сравнить с вашими колдовскими фокусами, а?  - Оборотень осклабился в издевательской ухмылке и перевел огонь на следующего дементора. - Ни одна тварь не выстоит против Благодатного огня. Постепенно жирный дым заполнял внутренний дворик, и уменьшающаяся стая забеспокоилась. Дементоры резко взмыли вверх, стремясь найти укрытие в верхних этажах. Размеренная работа огнемета иногда прерывалась на время достаточное для снижения очередной твари. Стая не делала ни единой попытки сбежать, дементоры словно не понимали, что плавающие в воздухе хлопья жирной сажи это все, что осталось от их собратьев. - Вот что интересно, - Бастина закончила с начертанием каких-то знаков на стенах Азкабана и внимательно всматривалась в кружащихся в небе дементоров. Спрашивать, что именно ей интересно, никто не стал. Гарри тоже уже понял, что казалось странным в поведении дементоров. Они не защищались от уничтожения. Наоборот, словно напрашивались на струю пламени. Вот только каждый последующий самоубийца оказывался все ближе и ближе к воротам. Агрессоров целенаправленно уводили от Азкабана. - И что, больше никому не интересно, с какой частью роя мы столкнулись: охранной или рабочей? Впрочем, плевать, все равно воняют одинаково. - Она обернулась и подмигнула оборотню. - Давай к благодатному огню добавим немного адского?  - Вампиров снова тщательно запеленали светозащитной тканью, прикрыв еще и для надежности снятой с петель дверной створкой. Проведя хрустальным кинжалом по ладони, Бастина впечатала окровавленную пятерню в центральный символ. Полыхнуло так, что ослепило даже через опущенные веки. Проморгавшись от мельтешения цветных пятен перед глазами, Гарри прищурился в чистое небо и обернулся к Морду, ожидая указаний. Истерить тот прекратил и даже взялся собирать небольшой поисковый амулет.  На его лицо уже вернулось обычное выражение безмятежности, но пальцы все еще подрагивали.  Заметив взгляд Гарри, Морд кривовато ухмыльнулся и едва слышно прошептал: -  Это не она со мной развелась, это я от нее сбежал. Едва ноги унес. Не верить оснований не было. Времени тоже, хотелось убраться отсюда поскорее. Спор, в каком углу двора могла быть спрятана крипта Салазара,  прервал голос Малфоя.  Драко затянулся самокруткой и заговорил, гнусаво растягивая гласные, - На моем факультете Слизерина почитали, как бога. Мерлин по сравнению с ним — сопливый мальчишка, не знающий с какой стороны взяться за палочку.  Но даже настолько великий маг не сможет сначала умереть, а затем уложить себя в могилу, зарыть ее и замаскировать.  Надо искать комнату, в которую можно натащить еды и всякого разного. А почуяв приближение последнего часа — замуроваться в ней. И с моим счастьем, это окажется последняя комната. Все дружно задрали головы, считая этажи. Внутрь идти не хотелось, но пришлось. Задержавшись на пороге, Гарри прислушался к внутреннему чутью. Был азарт, слегка разбавленный действием транквилизатора, привычная сосредоточенность перед боем, все, как обычно, кроме чего-то смутного. Нечто из прошлого. Страх.  Непонятный, не имеющий облика, угрожающий чем-то необъяснимым. Можно было сделать шаг назад, оставаясь в относительно безопасном колодце двора, никто бы не осудил. В их профессии предчувствиям предавали большое значение.  Он машинально сунул руку в дорожную сумку, не глядя нащупал колоду Таро и потянул карту.   - Что там? -  Все с равным любопытством уставились на карту. - Десятка, - и не хотелось, но смешок вырвался непроизвольно. Кто бы ни говорил, что Гарри в детстве искупали в зелье удачи, он был прав. Тетушка Фортуна не откажет крестнику в помощи, и Гарри шагнул вод азкабанские своды.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Архитектура Азкабана оказалась странной. Лестница с этажа на этаж была одна или их было много. Поднявшись на этаж, надо было обойти весь треугольник уровня и только тогда увидеть лестницу на следующий этаж. Вероятно, это имело смысл в качестве препятствия скорости побега заключенных. Вполне возможно, что у стражи были более быстрые способы патрулировать тюрьму.  Но им пришлось обходить все и волей-неволей видеть обитателей камер. Обжитыми были только коридоры первых пяти этажей, там приходилось идти  мимо решеток занятых камер. Некоторые узники принимались умолять их. Не о свободе или еде. Просто умолять, хрипло повторяя только одно слово: «пожалуйста… пожалуйста...» Некоторые — проклинали. Но большинство просто молча провожали взглядами.  И только на шестом этаже они не увидели никого живого. Рядом с камерой, в которой на ложе из прелой соломы вольготно раскинулся начисто обглоданный скелет, Малфой устало выдохнул и присел на корточки: - Сколько этажей в этой проклятой тюрьме? Вопрос был риторический, но неожиданно получивший ответ. - Девять. - Бастина тоже остановилась и, опустившись на колени,  спешно крошила в пальцах какой-то корешок. - Или сорок, но это вряд ли. Хорошо, что я отказалась от услуг некроманта. Сэкономила пару монет.  Кровососы, добудьте крыс. Вампиры растворились в воздухе, чтобы через пару минут вернуться с охапкой насмерть перепуганных зверьков.  Бастина удовлетворенно осмотрела упитанные лоснящиеся тушки, кивнула каким-то своим мыслям и дунула на острые мордочки пылью от растертого корешка.  Далее, повинуясь жестам крысы выстроились цепочкой и засеменили вперед.  Сложив в уме оброненную фразу о некроманте, острый запах базилика и стайку жертвенных животных, Гарри подобрался и цапнул заспешившего вперед Малфоя за рукав. Вонь от не до конца прогнившего трупа не убьет в отличии от возможной ловушки. На восьмом этаже передняя крыса вдруг закрутилась волчком, упала на бок и высохла буквально в считанные секунды. Бастина пустила еще одну крысу, проследила за процессом и пожала плечами: - Защита выс… - она запнулась на полуслове и вытаращилась на труп первой крысы. Он заколебался, как сквозь поток горячего воздуха, и рассыпался в прах.  - Прелесть какая…  - Бастина  азартно потерла руки. - Морд, а твой наставник был занятным колдуном, жаль, что мы не встречались при его жизни. Ловушку деактивировали вампиры. Спокойно пройдя сквозь высасывающую жизненные силы завесу, подняли с пола чей-то посеревший от времени череп. И походя развалили сложную систему зеркал. Старший в паре кровососов громко посетовал, что жаль разрушать такую прекрасную защиту гнезда, но вряд ли им позволили бы завладеть чем-то столь опасным. А когда люди отвели в сторону оружие, добавил, что  рубины из глазниц черепа их честно добытый охотничий трофей. Возражать никто не стал. Следующая крыса прошла коридор без видимого ущерба для здоровья.     Последние метры едва ли не прощупывали, Гарри вообще прополз их на коленях, всматриваясь в каждый камень. - Странно… - Малфой с некоторым недоумением во взгляде уставился на  лестницу, - думал, последние метры будем проходить с боем. Некоторые на дверь спальни ставят пару дюжин ловушек, а тут всего одна. - Дорогуша, - Бастина опустила лорнет, через который рассматривала стены коридора, - это не была ловушка. Так, шуточка. Может, будет еще одна, но вряд ли. Зачем ставить капканы на тех, кто  увяз в ловчих сетях. Еще не понял? Мы уже в ловушке. Гарри и сам догадался, что каждый камень здания насыщен магией практически до появления псевдоразума. Это уже не тюрьма, а гигантский каменный упырь, высасывающий жизнь и силу из каждого ступающего на порог.   - Морд, - голос подвел, выдав вместо повелительного тона хриплое карканье, - если мы не поторопимся, то рискуем никогда не выйти. Вместо ответа Морд отступил, пропуская на ступеньки колонну крыс.  Следом, оттерев его плечом, шагнул оборотень с огнеметом, бросив через плечо что-то о том, что ни одна пакость не устоит против благодатного огня. За ним пристроились вампиры. Эти высказались о том, что Бастина еще не до конца расплатилась с ними, поэтому жизнь заказчика они отдадут в последнюю очередь. Драко как-то ненавязчиво оттеснили в середину цепочки.  Гарри досталась забота о тылах. Он порылся в карманах и достал пару заранее заготовленных вещичек.  Заговоренный гребень и отполированный до зеркального блеска серебряный диск.  Незаменимая вещь при срочном отходе.  Малфой едва голову не свернул, наблюдая его действия.  Зависть в глазах даже не скрывал, и Гарри полностью понимал его состояние.  Малфоя по какой-то причине посчитали наиболее беззащитным членом коллектива. Ну и вели себя с ним соответственно. А вот Гарри был своим в этой толпе таких разных, но одинаково опасных людей. И нелюдей. Крысы затормозили у открытых дверей единственной на этаже комнаты. Впереди оказались Морд и Бастина.  Гарри привстал на цыпочки, заглянул в комнату и едва сдержал вздох восхищения. На стоящем прямо напротив двери огромном столе громоздились старинные, дорогие даже на вид, книги. По полу, там и сям, были разбросаны непонятные вещички, вперемешку с кучками золота и искрами драгоценных камней. К некоторым руки тянулись сами собой. Все это сияющее, не покрытое ни единой пылинкой, великолепие отвлекало внимание от скрюченной в массивном кресле  мумии в сгнившем, державшемся на золотом шитье,  шелке, сквозь который мертвенным зеленым светом мигал большой камень. Мигал в такт биению сердца.   Морд уставился на мумию, явственно дернулся ,скривился и отступил, пропуская вперед Бастину: - Буду должен, дорогая. Бастина довольно ухмыльнулась и размяла руки.  Некоторое время она прощупывала воздух скрюченными, как птичья лапа, пальцами. Полузакрывшиеся глаза с закатившейся радужкой и шевелящиеся от  зловещего шепота губы полностью изменили ее бесстрастное лицо. Сейчас она была той, кем родилась — жрицей Гекаты. В углах комнаты заклубился мрак, из которого почти выступили гигантские черные псы. И вдруг исчезли. Бастина пожала плечами: - Ничем помочь не могу. Любой материальный объект за порогом немедленно включит активную защиту. Знать не хочу, в чем она заключается. - Так сжечь к чертям собачьим, - оборотень с огнеметом вскинул сопло и отлетел в сторону от удара. Бастина обладала совсем не женской силой.  Гарри мог и не слушать ее экспрессивного пояснения. Огонь тоже был материальным.  Время шло, а они стояли на пороге и тупо таращились на ухмыляющуюся безгубым оскалом мумию. Уничтожить ее можно только материальным объектом, который не может проникнуть в комнату. - Чемодан заперт, а ключик в чемодане, - пробормотал Гарри. - Ощущаю себя полным и законченным придурком. - Лучше бы ощутил себя волшебником, - Малфой подчеркнул ехидный тон своим любимым трюком с растягиванием гласных. - Акцио мощи Салазара Слизерина. Его не то что остановить, никто отреагировать не успел, когда мумия сорвалась с места и влетела в открытую дверь.  На стене с треском открылась трещина, а здание заметно содрогнулось. В голове быстро пронеслась мысль о бесконечных коридорах и лестницах, по которым они точно не успеют сбежать из рушащегося здания.  А перед этим еще и уничтожить Слизерина.  На валяющуюся мумию с утробным урчанием прыгнул Монжэрдем и яростно вцепился в грудь. Камень хрустнул под острыми зубами и рассыпался светящейся пыльцой. Монжэрдэм сел и принялся с наслаждением вылизываться. - Снова твой кот, - пробормотал Морд и перевел взгляд на мумию. - На всякий случай… Он щедро сыпанул на мощи солью и полыхнул струей пламени из огнемета.  Пятно жирной копоти на полу смыл потоком воды и, даже не выдохнув, рявкнул: - Сейчас этот небоскреб рухнет. Бегом, кому жизнь дорога. - А ну стоять! - Пришло время показать, чему Гарри научился. Впервые шагнув на зеркальную тропу, он был ошеломлен, потрясен и восхищен одновременно. Если бы не предупреждение, то он бродил бы по закоулкам Зазеркалья часами. Но даже пробегая по делам, он собирал любые сведения о зеркальной тропе, порой решаясь на почти самоубийственные эксперименты. В результате… А результат сейчас придется показать всем. Жалко было — до слез. Он уже записал все данные в гримуар и надеялся, что прием останется принадлежащим только ему. Но умирать из-за собственной жадности не хотелось. - Энгоргио, - серебряный диск взлетел на стену и растянулся в огромное зеркало. - Бегом! - Морд мог бы и не командовать. Здание мелко вибрировало, и со стен уже сыпалось каменное крошево.  Морд пошел первым, ему предстояло вести всю цепочку народа в дом на Гриммо. Замыкал процессию Гарри с Малфоем на плече.  Времени объяснять, как правильно входить на зеркальную тропу, не было.  Дома он небрежно стряхнул ошеломленного Малфоя на пол и подступил к Морду. Тот стоял с закрытыми газами,  прислушиваясь к чему-то слышному только ему.  Ждали все. Наконец Морд открыл глаза, окинул всех испуганным взглядом и панически прошептал: - Я не чувствую его… Монжэрдэм сыто рыгнул. ***          ***