Список летних желаний

      Дел у Кенсу этим вечером было невпроворот.       Сначала, как и обещал, парень немного помог Чанелю с песней, послушал аккорды, посоветовал изменить несколько слов. Сам он свой вклад в процесс создания идеальной композиции считал незначительным, но Чанель все равно его поблагодарил, ныряя с головой в творчество.       Затем, когда с помощью другу было покончено, юноша решил заняться собой. В первую очередь сходил в душ, чтобы смыть с себя остатки жаркого дня, а заодно подготовиться для предстоящего секса с Чунменом. Он провел долгие минуты в запертой ванной, растягивая себя пальцами. А чтобы не было скучно, баловал свое воображение предстоящим сексом. Правда в его голове на месте Чунмена постоянно возникал Чонин с голым торсом и каплями воды, стекающими по его коже, что только усиливало возбуждение и фантазию, а потому время в ванной юноша провел с пользой, надеясь, что Чонин никогда не узнает о том, что именно благодаря ему у Кенсу отличный сексуальный аппетит и безудержное воображение.       После этого парень провел некоторое время за выбором одежды и создании прически.       Конечно, за это время они успели перекинуться с Чанелем несколькими фразами. Чанелю, как оказалось, было тоже любопытно, с кем на свидание собирается сосед. Кенсу решил от него ничего не скрывать, зная, что парень не станет его отговаривать или осуждать. В чем и оказался прав. После того, как Чанель задал все интересующие его вопросы, тотчас надел наушники на голову и пропал в своем музыкальном мире.       Спустя время, когда со стороны дискотеки зазвучали первые аккорды музыки, порог домика Кенсу переступил Бэкхен.       Парень вошел внутрь, первым делом оглядываясь вокруг. Он задержал любопытный взгляд на Чанеле, который оторвался от своего занятия всего на секунду, после чего, увидев гостя, едва ли носом не уткнулся в монитор. Бэкхен не стал придавать значения этой реакции. Он остановился у порога и вынул из-под джинсовки бутылку красного вина, которую нес всю дорогу, пряча от попадавшихся навстречу людей.       Кенсу подскочил к нему, пребывая в шоке. Потому что только Бэкхену пришла идея тащить алкоголь прикрыв всего лишь тканью вместо того, чтобы положить бутылку в рюкзак, как собирался сделать сам Кенсу. Однако друг убедил его, что большая часть людей уже была на вечеринке, а потому риск попасться с выпивкой уже был минимален. К тому же на улице уже стемнело.       — Ты просто невероятен!       Бэкхен улыбнулся, принимая похвалу, и пока Кенсу активно перепрятывал бутылку вина в рюкзак вместе с полотенцем, снова скосил взгляд на Чанеля. Парень все также сидел на своей кровати за ноутбуком с увесистыми наушниками на голове и работал. Он выглядел отстраненным, и если бы Бэкхен не поймал его взгляд минутой раньше, то и вовсе решил бы, что тот не заметил его прихода.       Решив не стоять как истукан на одном месте, парень прошел к кровати Кенсу и сел на нее, с улыбкой на лице наблюдая за сборами друга. Тот носился по комнате как заведенный, повторяя, что уже опаздывает. Юноша подходил к свиданию со всей серьезностью, даже зная, что изначально это и свиданием назвать было трудно. Однако несмотря на то, что, по сути, он шел на урок по плаванию, парень все равно сделал все возможное, чтобы выглядеть при этом сногсшибательно. Надел рубашку, сделал прическу, обязательно взбрызнул на себя духами. Затем после всех приготовлений, повернулся к Бэкхену, показывая себя со всех сторон.       — Ну, как? Я похож на того, с кем хочется заняться сексом? — спросил он с таким серьезным выражением на лице, что Бэкхен ухмыльнулся от того, каким милым было это беспокойство.       Юноша оценивающе оглядел друга с ног до головы и удовлетворенно кивнул.       — У Чунмена не останется ни шанса.       — Спасибо, — на губах юноши заиграла улыбка и он, воодушевленный похвалой, бросил взгляд на часы, которые крепче застегнул на запястье, а затем поспешил к кровати, чтобы захватить рюкзак.       В этот момент в комнате зазвучала негромкая мелодия. Бэкхен нехотя вынул свой телефон из заднего кармана штанов и нахмурился, изучая экран, затем убрал звук на беззвучный режим и отложил телефон в сторону.       Заметив хмурый взгляд парня, Чанель, до этого утопающий в звуках музыки своих наушников, снял один с уха, чтобы лучше слышать все, что происходит в комнате. Его взгляд бесцельно блуждал по экрану ноутбука, время от времени отскакивая от монитора, чтобы сфокусироваться на Бэкхене, ведь Чанель прекрасно осознавал, кто сейчас находится в их комнате.       — Не ответишь? — спросил Кенсу, замечая по взгляду Бэкхена, что его беспокоит этот звонок.       — Нет, — тихо отмахнулся юноша, пряча телефон обратно в карман. — Это клиент. Я не ответил на его сообщение, вот теперь названивает. А у меня сегодня нет желания отвечать на звонки. Да и вообще, я пока решил оставить это дело.       Кенсу сел на край кровати, решив на секунду повременить со своими делами. Бэкхен никогда не показывал к клиентам своего раздражения или нежелания получить деньги за свою «работу». Для парня, который хочет во что бы то ни стало вырваться из оков родного города, такое поведение считалось странным. Впрочем, сложив «два» и «два» Кенсу пришел к единственной верной мысли, которая могла заставить Бэкхена оставить свою затею.       — Это из-за того парня?       Бэкхен решил не скрывать, что неприятный опыт был частью причины для принятия решения, поэтому согласно кивнул.       — Прошлая история была не слишком приятной, это верно. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя, заодно, наконец, отдохну. Вечерами я обычно занят, а теперь появится возможность делать то, что мне действительно хочется.       Кенсу недоверчиво скользнул по лицу друга взглядом, но понял, что если тот не говорит ему всей правды о причинах своих решений, все же будет лучше, если он будет в безопасности.       — Тогда чем займешься?       Бэкхен глубоко вздохнул и задумчиво повел взглядом, делая вид, что перебирает варианты, хотя еще до прихода сюда, знал, что будет делать этим вечером.       — Придумаю что-нибудь, — парень поднялся с кровати и потянул Кенсу за собой. — И знай, я жду подробностей об этой встрече. А теперь беги! Опаздываешь, — он подтолкнул друга к дверям и тот, убедившись, что все в порядке, поспешно выскочил за дверь.       Бэкхен мысленно пожелал ему удачи и, когда за Кенсу закрылась дверь, оглянулся назад, в неуверенности топчась на месте и смотря на Чанеля. В комнате никого, а значит это отличная возможность убедиться в своих предположениях относительно того, является ли Чанель тем самым парнем, которого он встречал в прошлом году. Ведь юноша не спешил делиться тем, что уже общался с ним раньше.       Кенсу выскочил из домика словно ракета, на бегу надевая на спину рюкзак. Он споткнулся о бордюр, едва слышно чертыхнулся, испугавшись, что из-за своей неловкости может уронить рюкзак и тем самым разбить бутылку с вином. Затем, надев ношу лишь на одно плечо, заметил, что вторая лямка перекрутилась. На ходу пытаясь ее распутать, юноша выскочил из-за угла. В этой части лагеря не было хорошего освещения, так как единственный фонарь стоял далеко у перекрестной дорожки, до которой еще было несколько шагов пути, а потому сообразить, что кто-то идет ему на встречу, Кенсу не успел. Вследствие чего, он шмякнулся лбом о чужую грудь и чудом устоял на ногах, качнувшись назад. К счастью, кто-то ухватил его за локоть, не давая окончательно свалиться. Ноздри защекотал приятный и до боли знакомый аромат.       Кенсу осознал, кто перед ним быстрее, чем голос напротив достиг его ушей.       — Кенсу?       Юноша сглотнул, поднимая взгляд на Чонина. Встретить парня здесь в такое время после того, как он отлично игнорировал Кенсу уже столько времени, казалось чем-то противоестественным. Поэтому не удивительно, что при встрече с ним у Кенсу слегка подлетели брови вверх. Он совершенно не планировал его сегодня встретить, особенно сейчас, когда спешил на свидание к другому парню и, если уж покопаться в чувствах, то не после того, как он нагло фантазировал себе кое-что пикантное с Чонином в главной роли в ванной комнате примерно около часа назад. Увидев парня перед собой сейчас, всего такого красивого, одетого в черную рубашку и брюки, любимого кстати цвета Кенсу, у юноши вдруг созрела новая фантазия. Он с трудом отмахнулся от навязчивых мыслей, заставляя себя не смотреть, не думать и вообще забыть о Чонине хотя бы на этот вечер. Однако все равно задумчивым и оценивающим взглядом повел по его сексуальному внешнему виду, раздумывая о том, для кого парень вообще так нарядился. Конечно же в голове всплыл ответ, что все ради Луханя, ну или для нового друга-бойфренда, который, на секундочку, вдруг остановился рядом, бросая на юношу любопытный взгляд.       — О, это твой друг?! — Тэмин сказал это не так громко, будто хотел, чтобы его слова долетели лишь до Чонина.       Но Кенсу прекрасно его услышал и, может быть всему виной не слишком освещаемый фонарем участок лагеря, но ему показалось, что юноша ухмыльнулся, бросая на него любопытный взгляд.       Определенно показалось, иначе для чего ему так делать?       — Привет, меня зовут Тэмин, — юноша теперь лучезарно улыбнулся и протянул руку, чтобы поприветствовать нового знакомого пожатием рук.       Кенсу ответил на этот жест без промедления, продолжая витать где-то в собственных мыслях о том, почему Чонин здесь и для чего вообще судьбе понадобилась эта встреча. А еще Кенсу не мог не заметить, что вблизи Тэмин выглядел даже более симпатичным, хотя в свой особенный список по «шкале До Кенсу» он его включать не стал бы. Не потому, что тот не дотягивал до определенного места, а потому что вызывал неоднозначные чувства, когда появлялся рядом с Чонином. Да и вообще, в последнее время Кенсу как-то забыл об этом списке. Закрадывалось подозрение, что Чонин там обосновался на первом месте и остался единственным кандидатом. А те, кто попали в список ранее, каким-то чудным образом оттуда выпали. Удивительно, но Кенсу только сейчас осознал, что не может вспомнить никого из тех, кого туда вписал. Разве что только Сэхуна, но он вылетел из списка сразу после неудачного свидания. Странно, но кандидатов, полученных от Бэкхена, он и вовсе туда вписать не пытался.       — Мы с Чонином соседи, — для чего-то добавил Тэмин, возвращая Кенсу обратно на бренную землю из глубины собственных мыслей. Затем парень оглядел насмешливым взглядом парней и без стеснения ткнул друга под ребра.       — Можешь уже его отпустить.       Кенсу почувствовал, как по коже пробежал холодок, когда рука Чонина отпустила его локоть. Честно говоря, если бы не Тэмин, Кенсу может и вовсе не заметил, что Чонин все это время придерживал его. И судя по реакции парня, для него эта новость тоже оказалась неожиданной. Похоже они оба витают где-то в своих мыслях, не замечая очевидных вещей.       Кенсу скользнул по юноше взглядом, отмечая, что ему так же неловко стоять здесь, как и ему. Несмотря на то, что они успели улыбнуться друг другу на пляже и молчаливо убедить друг друга, что все в порядке, при встрече лицом к лицу оказалось, что даже и сказать нечего. Почему между ними все так усложнилось, если в первую встречу они стали настолько близки, будто и вовсе были одним целым?       Конечно, Кенсу понимал, что, если бы они с парнем всерьез поговорили о том, что произошло с Луханем и он как-то объяснил свое молчание, они бы вернули прежние отношения. Но юноша не спешил делиться с ним своими секретами, а Кенсу уже давно стоило быть у Чунмена.       Тэмин, будто понимая, что разговор не для чужих ушей, тихонечко отошел в сторонку.       Кенсу проследил за ним, не уверенный, что это хорошая идея. Неловкость в воздухе с его уходом, казалось, стала только выше. Он поправил лямку рюкзака и глубоко вздохнул, косясь в сторону Чонина. Видимо, чтобы им снова сблизиться, нужно проявить чуть больше настойчивости. Судя по всему, Чонин не из тех, кто легко может говорить о своих проблемах, к тому же явно чувствует вину за то, что проигнорировал друга. И теперь просто не знал, как вернуться к тому, что была между ними вначале. Ведь он наверняка этого хочет, если все еще стоит здесь, не торопясь уйти, пропадая где-то в мыслях. А раз уж Кенсу более решительный, если верить словам самого же Чонина, значит, именно он должен сделать первый шаг навстречу. Может быть тогда, когда парень поймет, что Кенсу не в обиде, он станет более разговорчив?       — Выглядишь отлично. Я рад, что ты в порядке, — Кенсу не намекал ни на что, но подразумевал. Раз уж всему лагерю известно о расставании парня с Луханем, то глупо притворяться, будто он не знает, дожидаясь, когда Чонин расскажет об этом.       Юноша в ответ тихонько хмыкнул и опустил взгляд, бросая тихое «спасибо», затем, не позволяя себе углубиться в собственные мысли, вернулся к разговору.       — Ты тоже отлично выглядишь, — Чонин сглотнул, бросив оценивающий взгляд на юношу.       Конечно же Кенсу этого не заметил, пропадая в мыслях, теребя лямку рюкзака.       — Но разве вечеринка не в другой стороне? — поинтересовался Чонин, решив, что юноша так оделся ради дискотеки. Не трудно догадаться, что в его планах сегодня найти кого-то для воплощения своего списка в реальность.       — Вообще-то у меня свидание, — Кенсу заставил себя улыбнуться, решив, что разговор о его «свидании» может стать отличным стимулом для восстановления дружеских отношений. Чонин ведь поддерживал его в этом все время, так что ему, должно быть, тоже будет интересно.       — Свидание? — голос юноши прозвучал недоверчиво.       На миг на лице Чонина промелькнула хмурость, вслед за этим он запустил руки в карманы брюк и слегка качнулся вперед, будто не мог справиться с ворохом эмоций, бушующих в собственном теле, и таким образом пытался удержать себя в узде.       Кенсу воспринял этот жест за нетерпение узнать подробности.       — Сегодня это, наконец, произойдет, — широко улыбнулся он, предвкушая пока еще не случившуюся близость. Затем с небольшим сомнением пожал плечами. — Ну… я надеюсь на это. Если честно, он еще не знает о моих намерениях. Хотя, возможно, догадывается…       — Ты встречаешься с Чунменом? — последовал вопрос.       — Да, — ответил юноша, вскидывая брови в удивлении.       То, откуда Чонин узнал об этом, казалось очевидным. И хоть Кенсу был уверен, что сказать парню о его намерениях относительно вожатого было некому, все же у Чонина имелись глаза. Удивляло, что юноша настолько внимательно наблюдал за ним на пляже, если смог понять явные вещи. Пугало, что флирт с вожатым был настолько заметен, что это, возможно, стало достоянием общественности. Впрочем, Кенсу успокаивал себя тем, что, если по его душу еще не пришел никто из взрослых, значит, о его намерениях известно только нескольким личностям. И Чонин теперь входил в их число.       — Значит, я верно все понял, когда увидел вас на пляже, — юноша опустил взгляд, задумчиво ковырнув носком обуви землю под ногами. Посчитав это глупостью, тут же вернул внимание на Кенсу, который вопреки всему освещал своей улыбкой темноту вокруг.       — Да, я прислушался к твоему совету и решил, что стоит сначала сделать это с кем-то опытным. Чунмен кажется лучшим вариантом с учетом его прошлого.       Чонин не спешил с ним соглашаться, но Кенсу этого и не ждал. Его взгляд за спиной парня уловил движение, сопровождаемое ярким фонариком. По аллее им навстречу шел охранник, осматривая особенно затемненные места.       Вспомнив, что один из них не так давно обнаружил Сэхуна в неглиже прямо на улице (Кенсу не был уверен, что его присутствие там осталось незамеченным. Наверняка тот, кто нашел Сэхуна, смог уловить часть его оголенной задницы во время побега), становилось очевидным для чего охрана проверяет лагерь в темное время суток.       Юноша натянулся как струна, когда вспомнил, что несет алкоголь. Если их обнаружат, у охраны возникнут вопросы, куда он собрался с рюкзаком на ночь глядя. Даже, если предположить, что охранник поверит в историю с обучением плаванию, у него явно останутся вопросы «почему так поздно?» И, прежде чем связаться с Чунменом для объяснений, он наверняка захочет проверить содержимое рюкзака. Ведь кто знает, вдруг Кенсу задумал побег? Поэтому, чтобы избежать дальнейших расспросов и окончательно не испортить этим вечер, юноша сделал единственное, что могло помочь остаться незамеченным. Он ухватил Чонина под локоть и вмиг затолкал того в кусты, повалив ничего не понимающего парня на землю, чтобы сравняться с высотой кустов и максимально слиться с окружающей средой. Рюкзак полетел в сторонку почти одновременно этому падению. Прежде чем свет фонаря осветил место их пребывания, Кенсу уткнулся лбом в грудь Чонина.       Оба замерли.       Полоса света проскользнула поверх головы юноши, осветила кусты, затем прошлась по близстоящему дереву и зданию неподалеку, сфокусировавшись на силуэте Тэмина, который все еще ожидал друга и наверняка видел, как они скрылись из виду.       Тэмин, в отличие от Чонина сразу понял причину и двинулся навстречу охраннику, заговаривая ему зубы и делая вид, что никого поблизости больше нет. Хотя и посмеялся едва слышно, прохаживая мимо прятавшейся парочки.       Но у Чонина на данный момент был ворох других мыслей в голове, а потому на реакцию друга он внимания не обратил. Вопросы, которые возникли у него, когда его придавили к земле чужим телом, отпали сами собой, стоило парню заметить, как аккуратно Кенсу сжимает лямки рюкзака, будто не хочет расставаться с ним и на минуту. Сложив пазл в кучу, Чонин понял, что Кенсу прячет в рюкзаке нечто важное, что нельзя показывать другим. В голове сразу всплыла догадка: там запрещенка. Какого вида, это еще вопрос, конечно, хотя копаться в подобном контенте Чонин не горел желанием вовсе. Не хотелось слишком сильно будоражить свою фантазию. Поэтому поступок Кенсу показался ему адекватным. Лучше вовсе уйти с радаров, чем привлечь внимание присутствием и переживать о том, что могут обнаружить.       Оставалось надеяться, что Тэмину удастся убедить охранника в том, что смотреть здесь не на что и вскоре он покинет эту часть лагеря. Впрочем, улавливая собственное сердцебиение, звучащее в унисон с сердцем Кенсу, тяжесть чужого тела и мурашки в определенных местах от соприкосновения с парнем, Чонин готов был послушно лежать в кустах хоть пять минут, хоть целый час. Было тепло и приятно, если бы только не одна проблема, которая появилась, едва Кенсу пододвинул ногу ближе, упираясь коленом в одно пикантное место. Чонин сжал губы и на миг прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на деле, но в голову, как назло, лезли неприличные мысли с высоким рейтингом.       Юноша попытался прочистить горло, чтобы осевший голос вернул былое звучание, но, едва губы произнесли имя друга, Кенсу прикрыл рот Чонина рукой и приподнял голову, чтобы разглядеть происходящее за кустами. Ведь кажется, Тэмин не спешил уводить охранника прочь и продолжал вести с ним беседу, мастерски заговаривая зубы.       — Кмнмсу… — юноша почувствовал теплое дыхание в ладони и, не отрывая глаз от слежки, произнёс тихое «тссс», надеясь, что Чонин наберется терпения и полежит тихонько еще минут пять. Наверное. Чем дольше Кенсу вслушивался в чужой разговор, тем больше понимал, что он может затянуться.       Чонин послушно замолчал, но спустя несколько секунд снова подал голос, слегка двигаясь под телом. Кенсу почувствовал, как теплая ладонь парня коснулась его руки и отодвинула от губ. Естественно, он тут же опустил голову, оказываясь к лицу с парнем довольно близко. Даже изумился, когда же он успел так подвинуться. И пусть лицо Чонина было укрыто ночной тенью, блеклый свет фонаря, проскальзывающий сквозь листву кустов, все равно падал на кожу, очерчивая контур губ, тусклый блеск в глазах и явную неловкость. Что совсем неудивительно, ведь Кенсу только сейчас в полной мере осознал, в какой близости они находятся.       — Кенсу, — снова подал голос Чонин, вновь прочистив горло. — Не мог бы ты… — парень слегка смолк в неуверенности, затем снова тихо заговорил… — Не мог бы подвинуться немного. Мне там… кое-что придавило.       Юноша задумчиво повел бровью, стараясь в полной мере уловить смысл слов Чонина, так как из-за близкого контакта с парнем в какой-то момент провалился в собственные мысли. А когда осознал проблему, которая, к слову, подрагивала прямо в колено, Кенсу резко распахнул глаза и чуть приподнявшись уставился куда-то в район паха. Темнота не давала в полной мере рассмотреть происходящее, но чувства парня не обманывали. Чонин явно испытывал возбуждение из-за трения его колена о промежность. Естественно, парень тут же заерзал, пытаясь как-то отодвинуться. Однако с одной стороны — кусты и не так много места, чтобы можно было уместить обе его ноги, не задевая при этом Чонина. Поэтому для Кенсу осталось единственное верное решение: перелезть через Чонина на другую сторону. Он не стал медлить и перекинул ближайшую ногу через бедро парня, затем начал перетаскивать вторую. И в тот самый момент, когда он занес ногу над парнем, ветка под рукой хрустнула. Охранник услышал звук и тут же начал водить фонарем по местности. Быстро спохватившийся Чонин, вмиг обнял Кенсу руками и прижал к груди, заставляя парня упасть прямо головой на плечо.       Оба снова затихли, вслушиваясь в тихий разговор неподалеку. Оба чувствовали ускоренное сердцебиение друг друга и неловкость момента.       Когда Тэмину удалось увести внимание охранника от кустов, Чонин сглотнул и едва слышно вдохнул.       — Прости за то, что произошло, — тихо сказал он, решив, что стоит объясниться перед парнем за реакцию своего тела. Не хотелось вновь отдалиться друг от друга после того, как с таким трудом смогли вновь заговорить. — Я вовсе не хотел смущать или ставить тебя в неловкое положение. Это произошло случайно. В последние дни я стал слишком чувствительным.       Дыхание Кенсу обожгло шею и Чонин на миг прикрыл глаза, борясь с ощущениями.        — Понимаю. У тебя ведь давно не было секса. Если, конечно, ты не успел это сделать с Луханем, или с кем-то еще в лагере.       — Не успел.       Кенсу улыбнулся, чувствуя странное удовлетворение от того, что между Луханем и Чонином в день приезда не было ничего, кроме поцелуев, а с Тэмином его и в самом деле может связывать только дружба.       — Тогда я тебя прекрасно понимаю. У меня тоже такое случается время от времени.       — Спасибо. Не хочу, чтобы ты думал, будто я извращенец какой.       Кенсу усмехнулся громче, своим дыханием пощекотав шею Чонина. Уж кто из них двоих и является извращенцем, так это Кенсу. Чонин хотя бы честно признался, почему испытывает возбуждение, лежа с ним в обнимку. Кенсу же продолжал держать свои эротические мысли при себе, довольствуясь воображением и фантазией.       — Объяснишь почему мы прячемся? Что такого запретного несешь в рюкзаке?       — Вино. Бэкхен сказал, что Чунмен обожает хорошее вино, и я решил, что было бы неплохо его немного задобрить перед тем, как предлагать секс.       — Бэкхен… вы с ним…       — Друзья, — поспешно заверил Кенсу. — Он хороший. Помогает мне с моей затеей.       — Я рад, что у тебя есть с кем это обсудить. Ты настроен решительно. Надеюсь, ты получишь то, чего хочешь.       Кенсу промычал ответ и спрятал улыбку, отчего-то вдруг ощутив тоску и грусть от сказанной фразы. Он действительно этого хочет? То есть ну конечно же хочет, иначе не стал бы так напористо идти к своей цели. Просто, в такие моменты как этот, кажется, будто исполнение его плана — это не главное. Именно в тех моментах, когда он слишком много думает о Чонине. Опасные мысли, которые сильнее заводят в непроходимые дебри сложных чувств, которые никак нельзя допускать.       — Подъем!       Голос над головой заставил Кенсу резко сесть и затаить дыхание. Сквозь парализующий тело страх юноша обвел взглядом Тэмина, затем скользнул глазами по ближайшей местности в поисках охранника, после чего в вновь вернулся к Тэмину, начиная понемногу успокаиваться и осознавать, что юноше все-таки удалось отвлечь мужчину и он уже ушел.       Чонин, который испугавшись не меньше Кенсу, приподнялся на локтях и шумно выдохнул, увидев друга.       — Что-то ты не торопился его спровадить, — пробормотал он, откидывая голову назад, чтобы расслабиться.       — Да я смотрю, наоборот, наверное, рано его отпустил, — усмехнулся парень в ответ, оглядывая все еще не двинувших с места парней. — Отличная поза!       Совладав со страхом, Кенсу, наконец, смог немного расслабиться и даже воспринимать реальность, а именно тот поток слов, который соскакивал их уст Тэмина. Начальную фразу из-за своих эмоций Кенсу, конечно же, пропустил, но последнюю услышал довольно четко. Вслед за этим удивленно перевел взгляд на Чонина, осознавая, что удобно уселся на бедрах парня в позе наездника, которая, как подсказывало воспоминание, хотел бы опробовать в сексе Чонин этим летом. Видимо у парня в голове тоже проскочила подобная мысль, потому что смотрел он на Кенсу с каким-то особым любопытством. Взглядом, который теперь отпечатается в сознании Кенсу на веки вечные и о котором теперь трудно будет забыть.       Но как бы ни было удобно восседать на чужих бедрах, Кенсу понял, что нужно бежать. Да поскорее, пока совсем крышу не снесло от обилия чувств и эмоций.       — Мне пора идти, — спохватился он, каким-то чудом вспомнив, что его ожидает Чунмен, и это ожидание уже затянулось на довольно долгое время.       Парень поспешно поднялся с Чонина, игнорируя чужие взгляды и начал отряхиваться от листвы, которой за кустами оказалось довольно прилично.       Чонин поднялся следом и последовал чужому примеру, с интересом поглядывая на юношу, который настолько был увлечен своим занятием, что ничего вокруг не замечал.       Кенсу поднял свой рюкзак и выскочил на дорожку к Тэмину, бросив короткую благодарность за помощь с охранником. Затем снова повернулся к Чонину, который вышел на дорожку следом.       — Я должен бежать. Будет тупо из-за опоздания пропустить важный момент в жизни, — Кенсу нервно усмехнулся с собственной шутки и слегка напрягся, когда Чонин протянул руку к его волосам.       — У тебя тут… вот, — пробормотал Чонин, высвобождая из волос Кенсу небольшой зелёный листок.       — Оу, — выдохнул Кенсу, наблюдая за находкой со смесью удивления и разочарования. И на что он рассчитывал вообще?       Парень нервно поправил рюкзак и решил, что стоит извиниться за свою внезапную выходку, тем более что Чонину досталось больше, учитывая, что он все время за кустами пролежал на спине. Его наряд, должно быть, теперь испачкан.       — Прости за это.       Чонин лишь качнул головой, мол «все в порядке». Будто он ежедневно на спине валяется по кустам и это для него пустяк.       Взглянув на часы, Кенсу еще раз извинился и, поспешно обойдя парней, неторопливо направился вперед по дорожке, не в состоянии найти силы, чтобы поскорее убежать.       Прощаться с Чонином не хотелось. Кто знает, когда парень снова найдет в себе силы и желание с ним увидеться, поэтому Кенсу решил не оставлять ему выбора. Да и сам Чонин выглядел расстроенным, когда несколько шагов спустя Кенсу все же решил обернуться назад. Юноша надеялся, что это потому, что они не могут пообщаться дольше.       — Увидимся завтра? — предложил он с надеждой.       Чонин кивнул ему в ответ и улыбнулся.       — Обязательно.       Кенсу довольный и счастливый под трепыхающееся сердце в груди поспешил удалиться. Его силуэт, уносящийся прочь, скрылся за поворотом спустя каких-то несколько секунд.       Чонин проводил его задумчивым взглядом, а затем посмотрел на Тэмина, который тихо стоял рядом, терпеливо дожидаясь, когда друг, наконец, вернется с небес на бренную землю и вспомнит о нем. При этом на губах его играла легкая насмешливая улыбка.       — Он у тебя забавный! — поделился своими мыслями парень.       Чонин не стал отвечать, лишь усмехнулся и, сжав в ладони, снятый с волос Кенсу листок, аккуратно положил его в карман штанов. После чего медленной походкой направился в обратную от убежавшего парня сторону. Тэмин, конечно же последовал за ним.       — Неужели правда ничего с этим не сделаешь? — спросил юноша, смотря на друга с таким видом, будто он прямо сейчас осознает кое-что важное и унесется прочь вслед за своими чувствами.       Но Чонин лишь качнул головой, слегка разочарованно вздохнув.       Тэмин прекрасно знал, в чем причина этого разочарования. Похоже все усилия, который Чонин приложил к выбору одежды на сегодняшний вечер, оказались напрасными. Единственный человек, ради которого друг так старательно собирался на вечеринку, упорхнул на свидание.       — У него здесь свои цели и он долго шел к тому, чтобы их осуществить. Я в них не вписываюсь, — Чонин глубоко вздохнул и провел рукой по волосам, стараясь не придавать значения тому неприятному чувству, которое возникло в груди после сказанных слов.       — А, по-моему, очень даже вписываешься, — пожал плечами Тэмин, вспоминая то, что успел увидеть. — Вы так гармонично смотрелись в позе наездника.       Парень с усмешкой ткнул друга в бок и Чонин не сдержал улыбки, понимая, к чему клонит друг. В последние дни между ними было много откровений, поэтому юноша знал многое из того, с чем Чонин пытался разобраться.       — Ой, заткнись, — сделал он ответный толчок, чувствуя себя смущенным от того, что Тэмин видел эту сцену собственными глазами.       В какой-то момент в воспоминаниях вспыхнуло лицо Кенсу и ощущения, которые парень испытал, когда тот восседал на его бедрах. Любопытное стечение обстоятельств, из-за которого он теперь в этой позе не сможет представлять никого другого, кроме Кенсу.       — Тебе ведь не нравится мысль, что он спит с другими. Почему тогда себя не предложишь? Очевидно же, что хочешь.       Чонин устало вздохнул, не собираясь отрицать, что с тех пор, как он увидел дразняще-манящий взгляд Кенсу в поезде, когда парень без зазрения совести сказал ему о своих намерениях и облизнул губы, вызывая этим жестом шквал мурашек в теле, Чонин больше ни о чем другом не мог думать. Хотел, пытался, отвлекаясь на Луханя, думая, что его желание проявилось лишь из-за долгого воздержания, но так и не смог выбросить этот момент из головы. Он не обижался на Луханя за то, что тот решил с ним расстаться, потому что в этом расставании была часть и его вины.       Удивительно, что именно Хань открыл ему на это глаза.       — Все несколько сложнее, — ответил Чонин со вздохом.       — Разве? Ты теперь одинок, ему нужен секс. Опыт у тебя есть и желание тоже, так в чем сложность?       — В том, что Кенсу не нужны отношения, а мне…       — …нужны. Знаю. Ты помешан на чувствах, — Тэмин качнул головой и усмехнулся. — Поражаюсь этому каждый раз. На тебя девчонки и парни только так засматриваются. Улыбнись разочек и помани пальцем, сразу в койку лягут. А тебе только чувства подавай, да серьезные отношения. Романтик… Но знаешь, иногда отношения начинаются с секса.       — Но не спустя двое суток после расставания с другим парнем.       — Возможно. Но что-то мне подсказывает, что Кенсу не отказал бы тебе, если б ты предложил… Ты же сам говорил, что он вроде на что-то намекал в поезде и тебя, вроде как это тоже зацепило.       — Да, зацепило, — ответил Чонин, в тот же миг отворачиваясь в другую сторону. — Но Кенсу считает, что я все еще влюблен в Луханя. Он же не знает, каким я оказался идиотом, что возвышал чувства к парню, в которых не было ничего, кроме сексуального любопытства и привычки. Удивительно, насколько твердолобым я был, что не замечал этого, — Чонин качнул головой и легонько усмехнулся, чувствуя, насколько все стало понятным, благодаря расставанию. Если бы не это, как долго он мог заблуждаться насчет собственных чувств?       — Поэтому, предложи я ему секс или отношения, буду выглядеть мудаком. Не хочу, чтобы он считал, что я воспользовался им ради утешения. Сомневаюсь, что из этого что-то выйдет. Мне достаточно пока и того, что он мой друг.       На это Тэмину ответить было нечем. И пусть он не верил в последнюю фразу друга ни на грамм из-за тех взглядов, которые парень бросал при виде Кенсу, и настроения, которое менялось, едва юноша оказывался в поле зрения Чонина, Тэмин молча последовал за другом.       Этому нежеланию действовать было лишь одно объяснение: Чонин боялся, что чувства, которые он испытывает к Кенсу тоже окажутся заблуждением. Поэтому было бы неплохо развеять этот страх.       Тэмин всего на миг обернулся назад, вглядываясь в то место, где не так давно скрылся юноша.       Интересно, он может что-то сделать, чтобы помочь лучшему другу? Ведь, если его не подводит зрение, у Кенсу к Чонину тоже есть кое-какие чувства.