Рубин

Накидка из венецианского бархата, платье из немецкого льна, украшено английскими кружевами. Корсаж из расшитой парчи. Мадам Россини аккуратно раскладывала предметы гардероба в картонные коробки. После разговора и плотного обеда мистер Джордж привел меня в швейную мастерскую. В этой маленькой комнатке я чувствовал себя гораздо уютней, чем в кабинете. Вокруг были разложены ткани, а мадам Россини со своей черепашьей шеей сокрушалась, что чудесные платья придется продать. — К счастью вчера мы успели взять мерки. — Продолжала она. — Твой костюм уже готов. Да, меня ждало нечто напоминающее костюм. Только вместо штанов меня ждали бриджи и полосатые чулки. — Тебе уже сказали, что вы сегодня отправитесь к графу Сен-Жермену? Этим старикам так не терпится завершить круг, что не дают освоиться бедным мальчикам. Ну да, бедными мальчиками она считала меня и Гидеона. Так странно, может она знала больше, чем казалось? Когда я оделся, в комнату вошел Гидеон. — Месьё Гидеон, я приготовила для вас лимонно-жёлтые штаны, а не эти тёмные. — Возмутилась мадам Россини. Но ее прервал мистер Джордж. — Превосходно, мадам, превосходно. Наш мальчик выглядит чудесно. Не знаю, что она сделала с моими волосами, но они больше не топорщились в разные стороны. Да и вещи мне шли, хоть мне и казалось, что выгляжу очень странно. — Но почему вы не могли повременить? Кристофер не успел освоиться, а его уже отправляют на встречу с графом. — Как вы знаете, мадам, они не любят ждать. Считают, что ждали достаточно. — И уже обращаясь к нам. — Нам пора. Недовольно причитая, хозяйка помещения пропустила нас к выходу. — Большое спасибо, мадам Россини. — Сказал я. — Ах ты, мальчик мой! И тебе спасибо! Ты хотя бы умеешь ценить тяжкий труд. — В последний раз недовольно глянула на Гидеона, улыбнулась мне и закрыла дверь мастерской. — Прости, Кристофер, но нам придется завязать тебе глаза. Доктор Уайт настаивает. — С сожалением сказал мистер Джордж. Гидеон повязал мне на глаза чёрную ленту. Когда он провёл рукой по моей щеке, я невольно затаил дыхание. Предательский румянец мне скрыть не удалось. К счастью, он этого видеть не мог, потому что стоял за моей спиной. Перед моими глазами была сплошная темнота. — А почему мне нельзя смотреть, куда мы идём? — Разве в прошлом я тоже буду ходить с повязкой? Не думали, что там я запомню где находится хронограф. Они такие странные. — Ты не должен знать, где именно находится хронограф. — Произнес мистер Джордж. Я ощутил в своей руке тёплую сухую ладонь Гидеона. Вздрогнул от неожиданности и крепко сжал её. — Ты чего? — Послышались смешинки в голосе Гидеона. — Это всего лишь я. Несколько минут мы шли молча, сначала прямо, потом вверх. Мне было не интересно какой дорогой меня ведут. Давно понял, что ведут меня кругами. Меня волновало чтобы рука не дрожала. И не потела. Гидеон не должен заметить, что рядом с ним я нервничаю. Вдруг я поскользнулся, моя правая нога ступила в никуда. Ещё секунда, и я улетел бы куда-то вниз, но Гидеон вцепился в мою спину двумя руками и резким рывком потянул меня на себя. Обе его руки лежали на моем животе. — Осторожно, ступенька, — сказал он. — Вот спасибо. Я уже заметил. — Сказал я возмущённо. — Боже мой, Гидеон, будь же внимательнее! — Возмутился мистер Джордж. Спустя вечность наконец перед нами открылась дверь. Наконец, мистер Джордж снял с моих глаз повязку. — Красив как Аполлон. — Сказал доктор Уайт. Обращался он при этом к Гидеону. С ним не поспоришь, Гидеон действительно выглядел потрясно. Вот только как? Говорят, подлецу - все к лицу. — Большое спасибо, — Гидеон коротко поклонился. — Последний писк моды. Прямо из Парижа. Когда глаза мои привыкли к яркому свету, я огляделся вокруг. Я тщетно искал машину времени. Но увидел только стол, пару стульев, сундук, шкаф и фразу на латыни, выгравированную на каменной стене. Мистер де Виллер дружелюбно мне улыбнулся. — Синий цвет тебе так идёт, Кристофер. Вижу, твои волосы проиграли в борьбе с мадам Россини. — Э-э-эм… спасибо. — Внимательный волчий взгляд заставлял нервничать пуще прежнего. — Мы должны поторопиться. Я в этих шмотках скоро сознание потеряю от перегрева. — Гидеон снял плащ и отложил его в сторону. У него на поясе я увидел шпагу. К сожалению, мне такого добра не дали. Доктор Уайт подошёл к столу и достал из красной бархатной ткани какой-то предмет. Эта штука напоминала каминные часы. — В вашем распоряжении трёхчасовое окно во времени. Присмотревшись, я понял, что это аппарат из полированного дерева и металла с бесчисленными кнопками, клапанами и колёсиками. Все поверхности были расписаны солнцами, лунами, звёздами, странными знаками и узорами. На его поверхности блистали большие драгоценные камни. — И это — хронограф? Такой маленький? — Вырвалось у меня. — Он весит четыре с половиной килограмма. — Сказал доктор Уайт. — Гидеон пойдёт первым. — Сказал мистер де Виллер. — Пароль? — Ква редит нэсцитис, — сказал Гидеон. — Кристофер? — Чего они от меня ждали? Знание латыни? Он у меня был максимум на уровне известных цитат. — Что? — Пароль? — Что ещё за пароль? — Ква редит нэсцитис, — сказал мистер де Виллер. — Пароль хранителей для двадцать четвёртого сентября. — Сегодня шестое апреля. — Знаю, я нарывался, но ничего не мог с этим поделать. У них всех были такие пафосные лица. Доктор Уайт рассерженно нахмурился. — Вы окажетесь в двадцать четвёртом сентября, в этих же стенах. Чтобы хранители не отрубили вам головы, стоит запомнить этот пароль. Ква редит нэсцитис. Повтори за мной! — Ква редит нэсцитис. — сказал я. Мы не знаем час его возвращения. А в чем смысл этого пароля? Хм... — Скажи, вы латынь в школе не учили, что ли? — Удивился Гидеон. — Нет. — Сказал я. — Только французский и немецкий. — Я же вам не Шарлотта, которую заставляли учить языки. Фехтования мне было достаточно и я не нарывался. Но латынь меня привлекала тем, что это был мертвый и мистический язык. Поэтому я понимал его совсем немного. Время разговоров закончилось. Гидеон протянул руку доктору Уайту. Тот открыл крышку хронографа и приложил указательный палец Гидеона к отверстию. Послышалось тихое гудение, внутри аппарата пришли в движение зубчатые колесики. Вдруг бриллиант засветился изнутри и озарил лицо Гидеона чистым, ярким светом. И Гидеон исчез. — Испарился... — Прошептал я, всё ещё под впечатлением. — Сейчас твоя очередь. Становись точно вот сюда. — Сказал мистер Джордж. Доктор Уайт прибавил: — Слушайся Гидеона. Всегда держись его, что бы ни случилось. — Он взял мою руку и положил указательный палец в открытое отверстие. Что-то острое кольнуло меня в подушечку пальца, я отдёрнул руку. Доктор Уайт крепко прижал мою руку к отверстию. — Не шевелись! — Приказал он. Ладно, но я вам это припомню. На этот раз засветился огромный красный камень. Кровавый свет рассеивался по комнате и ослеплял мне глаза. Потом вокруг стало темно. Чья-то рука легла на моё плечо. — Гидеон, это ты? — Прошептал я. — Кто же ещё. — Прошептал он в ответ и убрал руку с моего плеча. — Молодец! Ты не упал! — Я слышал, как чиркнула спичка. В следующий момент комнату осветил горящий факел. — А должен был упасть? — Он ждал, что я упаду? Шарлотта что-то наговорила ему про меня? — Нет конечно, но я первый месяц приземлялся на пятую точку. — Со смешком произнес он. Мы вышли в темный коридор — Не хочешь мне снова глаза завязать? — Спросил я с лёгкой издёвкой. — Тут и так темнее некуда. — Ответил Гидеон. — Ещё один повод, чтобы не отходить от меня далеко. Ещё один повод выучить дорогу. Что мне делать, если с Гидеоном, например, что-нибудь случится или если нас разделят? Не очень-то хороший план — держать меня в неведении. Но я прикусил язык. Мне нисколечко не хотелось устраивать перепалку. Проходя мимо доспех, они вдруг зашевелились. У меня чуть приступ не случился. Чуть не закричал от страха, но не мог издать ни звука. — Мы должны поговорить с Мастером. — Сказал Гидеон. — Дело не терпит отлагательств. — Пароль. — Сказали вторые доспехи. — Ква редит нэсцитис. — Ответил Гидеон. Нас пропустили и даже приоткрыли дверь. — У меня чуть сердце не остановилось. Я думал, эти штуки — просто декорация. — Тебе нечего бояться, ведь я с тобой. — Сказал Гидеон. Очень самоуверенно. — А кто этот Мастер? — У ордена есть Магистр, который им руководит. В то время им был, конечно, сам граф. Орден ещё очень молодой, граф основал его всего тридцать семь лет тому назад. — Кто Магистр в наше время? — Неужели бывший парень мамы? — Сейчас это мой дядя Фальк. — Подтвердил мои мысли Гидеон. — Он сменил твоего дедушку, лорда Монтроуза. — Ах, вот оно что. Вдруг Гидеон резко протянул руку, схватил меня и спрятал за своей спиной. Это еще что за фокусы? Прежде, чем мы дошли до ступенек, от темноты отделились двое мужчин с обнажёнными саблями. Они будто поджидали нас. — Добрый день. — Сказал Гидеон, который, в отличие от меня, даже не вздрогнул. — Пароль! — Крикнул первый мужчина. — Вы ведь уже были здесь вчера. — Сказал второй и подошёл немного ближе, чтобы разглядеть Гидеона. — Это тот самый, что может появляться из ниоткуда? — спросил первый. Оба они уставились на Гидеона. Мадам Россини всё-таки оказалась права: во времена рококо мужчины охотно носили всё пёстрое. По идее, вид должен быть просто ужасающим, но во всём этом калейдоскопе была какая-то изюминка. — Я умею попадать в этот дом особым способом. — Сказал Гидеон с высокомерным смешком. — Я и мой спутник должны поговорить с Мастером. Дело особой важности. — Пароль? — Ква редит нэсцитис, — сказал Гидеон. Хроники Хранителей 4 августа 1953 Сегодня мы пережили волнующее событие — визит из прошлого. Гидеон де Виллер будет с этого дня элапсировать у нас каждую ночь по три часа. Мы предоставим ему спальное место в кабинете сэра Вальтера. Там прохладно и спокойно, и таким образом мальчик будет ограждён от любопытных взглядов и глупых вопросов. Во время его сегодняшнего пребывания у нас мимо «совершенно случайно» прошли несколько дежурных офицеров. И «совершенно случайно» у каждого из них назрела пара вопросов касательно будущего. Юноша посоветовал приобрести акции «Эппл». Пока, правда, неизвестно, что это значит. Отчёт: Роберт Пил, Внутренний Круг.