Будни капитана-интерна

      …Но вообще-то самому ему казалось, что ситуация начала надоедать ему еще с самого начала.       Ну, а правда, посудите сами? В открытом космосе, на одном-единственном небольшом космическом судне, вдали от дома, от родной планеты, которая воспитала его как своего сына, и которая стала для него настоящим эталоном красоты. Нет, надо обязательно взять и отправить его в звездное плавание, оставить на произвол судьбы с его шмотками, бортовым компьютером, который везде вставляет свои неуместные комментарии и глупые шутки, и кораблем, который толком ничего не может, кроме как поднять на борт что-то с помощью гравитационного луча и сделать сканирование небольшого объекта.       Хотя, быть может, все было бы не так плачевно, если бы не ситуация, которая сложилась с другими космическими империями, которые настойчиво пытаются оттяпать порядочный кусок от владений его расы. Причем эти разногласия часто возникают по мелочам и даже, мягко говоря, пустякам. Взять, к примеру, тот случай, который произошел около двух космических часов назад. Ларпартастасы (да, между прочим, я сам с трудом выговариваю это слово, но на их собственном языке это означает «Трижды восхваленные солнцем»; на языке Плюмбусов это все-таки Ларпартастасы, и с этим ничего сделать нельзя) предъявили претензию на то, что Плюмбусы незаконно торгуют желтой пряностью. Знаете, какую контрибуцию они потребовали?       Вы не поверите. Они потребовали ту самую планету (вернее, колонии на этой планете), с которой, по их предположениям, и продавали эту же самую пряность. Но суть-то заключается в том, что на этой планете никакой пряности и в помине не было, а сама она была еще за 30 космических минут до той претензии переоборудована в заповедник… в ЗАПОВЕДНИК! Это каким же недалеким нужно быть, чтобы при полном доступе ко всей информации, которую дает Галакта-нет, выдвинуть такое глупейшее обвинение!       …в тот момент он вспомнил лекцию профессора Жукия в университете, который преподавал им основы элементарной вселенской биологии (сокращенно ОЭВБ, очень неудобная аббревиатура, которая, впрочем, никому не нравилась, даже самому Жукию). Он говорил примерно так:       — И вот только тогда, *чавк*, когда клетка уже достаточно развита, чтобы быть готовой к мысли разумной, тррррык, она спустя примерно миллиард, а то и полтора миллиаррррррррда лет выползает на сушу…       Он совершенно отчетливо помнит, что спросил тогда у него:       — Извините, а если клетка не хочет, так сказать, «выползать на сушу»?       Жукий тогда не растерялся и, после характерного своего типичного и в то же время комичного почавкивания челюстями насекомого, произнес:       — А кто вообще спрашивает её, хочет она или не хочет?       — Ну…, а если она за это время не подготовилась к разумной жизни?       Профессору, который любил подобного рода дискуссии со студентами, понравилось, что один из его «последователей» проявляет интерес ко вселенским исследованиям во всей их полноте…       — Да, правда в том, что не всем существам суждено обрести разум. Кто-то остается под водой, кто-то выходит на сушу…, а кто-то покоряет звезды…, а чтобы покорять звезды, вы должны учиться! А теперь давай-ка я продолжу лекцию, чтобы ускорить процесс эволюции твоего неокрепшего мозга, которому предстоит узнать столько интересного!..       «Хм… думается, эти самые Лапартастас…тас… Ларпартастасы не слишком-то умом отличаются. Наверняка они вышли на сушу раньше времени и не сумели обогатить свой генотип достаточными преимуществами по сравнению с представителями других империй… и с некоторыми очень даже интересно общаться… вот был я однажды на планете Асдас-V, так нашел одного паренька, которого зовут Адлантис. Так он знает труды Хермовия IV Пафосного наизусть! Он мне цитировал его стихи:

И крепче сталь, и жестче плоть, Мужаемся, готовим злость, Чтобы идти по головам И вторить диким голосам, Тех предков, что давным-давно Метали с воплями копье…»

      «Хех… метать копье…»        ≪Капитан Карактус, вы не меняли свой голосовой пароль около пяти галактических минут, не хотите ли вы сейчас…≫       — Отстань.        ≪Я рекомендую вам обратить внимание на этот странный сигнал на радаре…≫       — Что за странный сигнал?        ≪…Оказывается, я не ошиблась, когда решила привлечь ваше внимание именно этим фактором…≫       Женский голос бортового компьютера с металлическими нотками и странно спокойным тоном обычно не вызывал у него особого интереса, но сейчас он как будто пробудился от глубокого сна, однако его сознание продолжало часто и нудно твердить ему «еще пять минуточек».       — В каком смысле, странный сигнал, Андромед-X?        ≪В самом прямом, я не могу опознать его…≫       — Почему?        ≪Да потому что. Просто не могу. Я не обязана отвечать на все вопросы просто оттого, что Капитану хочется услышать ответ на этот вопрос.≫       — Вот сейчас как отключу, будешь мне тут рассказывать, обязана ты или не обязана… кто капитан корабля?        ≪Ну ты, и что с того? Все равно это не дает тебе каких-либо особенностей, которые позволят получить мое расположение…≫       «Да, никогда у меня, впрочем, не было успехов у женщин… все время не везет… вот хоть ты убей, даже на одну космическую минуту не задерживается в моем поле зрения. Обстоятельство усугубляет то, что никто не хочет посвятить свою жизнь плаванию в открытом космосе…, а зря, здесь столько интересного… столько открытий! новых миров, созвездий, разумных существ!.. И ни одной девушки, которая хотела бы иметь со мной дело… разумеется!»        ≪Ну? Чего же ты молчишь? Неужели обиделся? ≫       — Подавай сюда свой сигнал, — раздражительно буркнул Капитан, садясь за штурвал корабля, — покажи на радаре.        ≪А волшебное слово? ≫       — Отрублю блок питания, показывай давай…       Карактусу почему-то показалось, что ему осточертело глядеть на все эти звезды и галактики, проплывающие мимо иллюминаторов и отражающиеся в контрольных панелях многочисленных компьютеров внутри кабины пилота. Неопытный сразу затеряется тут — столько разных кнопок, рычажков и переключателей, что запутаться становится не столь трудной задачей. Но сам пилот уж точно не был таким простаком. Не зря он в училище сдавал Астрофизику, Теоретическое пилотирование, Астродинамику, а кроме того — Космическую Механику, Ксенософию (очень сложная наука о солидарности существ различных видов) и Информационные Технологии. Да, Капитан серьезно подготовился к тому, чтобы стать пилотом, хотя сам не предполагал, что им станет именно он. Помимо него была еще целая компания его товарищей, которые тоже хотели бы заполучить бюджетный корабль как приз за успешное окончание обучения. Успеха добился только знакомый нам Плюмбус, никому не нужный на просторах галактики.       В кабине родного Андромеда-Х Карактус был, как рыба в воде. Что интересно, ранее ему не осточертевало глядеть на все эти проплывающие мимо галактики и созвездия, но сейчас ему нет до них ровным счетом никакого дела. Он передергивает два рычага и перенаправляет корабль на 15 парсек по широте галактики по часовой стрелке. Спустя какое-то время должны долететь.       — Компьютер…       ≪Что такое, капитан Карактус? ≫       — А, как сразу заговорила-то… музыку включи, что ли, а то скучно немного.       ≪Не вопрос, капитан…≫       Заиграла какая-то попсовая песня группы «Пальмолист», не слишком известной. Карактус даже улыбнулся своей удаче. Кажется, они построили еще несколько спутников связи, и теперь их волны ловят даже здесь, в другой части галактики.       — Класс…

Солнечный ветер недели, …ослепительный свет, огненный зной, Путешествия мне… уже надое-ли, Я лишь хочу быть с тобо-оой…

      Музыка была одним из увлечением капитана, когда становилось непомерно скучно. А проигрыш этой песни он любил больше всякого другого, даже стал немного притопывать ногой, сидя в кресле.       — Можешь сделать денежный перевод в размере 500 спорлингов им на канал?       ≪Так точно, капитан… операция уже завершена. Надеюсь, вы не подкупаете их? ≫       — Для чего?       ≪Можете не придавать этому вопросу большого значения.≫

Путешествия мне… (на заднем плане: мне…) Уже надоели… Я лишь хочу… *удар по электрогитаре* БЫТЬ С ТОБООООООООЙ!

      — О, да!       ≪Капитан Карактус… не хотелось бы вас отвлекать от прослушивания столь прекрасной песни, но мы уже на месте…≫       Капитан отключил радио нажатием рычажка и оглядел радары. Астероидное поле, неровным кольцом вращавшееся вокруг двух звезд, синей и багряно-красной, напоминало не то крендель, не то бублик. Сигнал поступал с одной из каменно-металлических глыб, которые периодически сталкивались друг с другом. Комета невдалеке пролетела… А одинокая планета, движущаяся по своей установленной орбите, угрюмо ползла и думала о том, как бы ей хотелось оторваться от этого порочного круга…, но не суждена ей была свобода…       — Та-ак… — Плюмбус не нашел времени наглядеться на это зрелище, — где же этот сигнал?..       ≪Прямо под нами, капитан…≫       — Так что же, стало быть, снижаемся?       ≪Стараясь при этом не повредить корабль…≫       …Как же не была похожа на него эта планета. Карактус, признаюсь вам, поначалу тоже думал, что галактика ему не светит, но, как видите, все обернулось совсем по-другому…       — Да знаю я… знаю… он казенный!       Периодический звук «бип» от приборов сканирования усиливался тем больше, чем больше снижался Карактус. Аккуратно и плавно он двигал штурвал, надавливал на педали, и в конце использовал свой излюбленный прием — челюстью обхватил рычаг тормоза и слегка оттянул назад. Пристыковавшись к астероиду, капитан ощутил прилив гордости.       ≪Браво! ≫       — Так… я хочу сам посмотреть, что там такое… — он посмотрел в иллюминаторы, хлопая черными глазами-бусинами, — с виду какая-то железка. Подать мне скафандр!       ≪А волшебное слово?..≫       — Пф… — разводя руками, Карактус выдохнул и щелкнул пальцами когтистых лап, — пожалуйста…       ≪Намного лучше, капитан.≫       Облачившись в свой скафандр с респираторами и окулярами, а также предохраняющим от радиации звездных лучей покровом, он разгерметизировал шлюз, и, ступая металлическими сапогами на поверхность астероида, выдохнул вновь и закрыл дверь. Благо, это небесное тело оказалось металлическим, потому создать гравитацию на нем труда не составило.       ≪Удачи, капитан…≫       Отсюда все выглядело еще красивее. Яркие огни звезд, туманности, похожие не то на сахарную вату разных цветов, не то на граффити, и червоточина не так далеко, казалось, в 30 парсек отсюда…       «Удивительно, даже такие живописные виды могут надоесть…»       Он причавкнул, как это обыкновенно делал его наставник Жукий. Не то чтобы он перенял эту привычку от него, это была лишь пародия, как оказалось, неумелая и нелепая.       Размеренными шагами он двигался к месту падения какого-то тела неправильной формы с металлической обшивкой. Если это сигнал, то, скорее всего, сигнал о помощи.       «Благо в скафандр встроен коммуникатор с функцией перевода… хотя… я сомневаюсь, что там кто-то выжил…, но все равно, — он потер руки друг о друга, — Можно будет что-то достать и сбыть… причем дорого… я еще не встречал таких… кораблей»       Это был даже не корабль Гроксов, о которых по всей галактике только и твердят. Мол, «опасность века», «тираны», «убийцы и ироды», ну и так далее. В базе данных Карактуса хранились снимки и результаты сканирования разных звездолетов, но такое он видел впервые.       Кто-то додумался сделать шлюзовую дверь не в грузовом отсеке, а в боку, в коридоре. Впрочем, можно даже сказать, это было сделано очень умно. Это объясняется двумя причинами. И первая из них заключается в том, что звездолет носом уткнулся в астероид, пробив его метров на 10. А вторая причина…       «Да уж, кажется, они предусмотрели, чтобы пираты не смогли получить груз, если взорвут шлюзовую дверь в грузовом отсеке. Стало быть, груз был очень ценным…, а может быть, даже еще и есть».       На время отключив гравитационные ботинки, Карактус активировал прыжковый ранец за спиной. Крылья его, которые у некоторых Плюмбусов есть от рождения, были бы в открытом космосе бесполезны. Капитан отчетливо помнит свой, мягко говоря, не самый удачный первый раз, когда он применил это оборудование. Синяки на его теле были повсюду.       «Так… правее… теперь левее… есть!»       Сначала один сапог под воздействием искусственной гравитации опустился на поверхность корабля, затем второй. Карактусу привычны космические путешествия, и он не потерял равновесия, как тогда, на учении. Именно после этого он и попал в госпиталь, где познакомился с Фирс, его первой любовью, которая променяла капитана на миллионера, которым стал один из его друзей…       Плюмбус выдохнул.       Скоро он уже пытался подобрать пароль к шифру. Какие-то странные рунические символы, которые он не встречал ни в одной мифологии и древней культуре ни одной планеты, никак не хотели сходиться, и капитан не нашел ничего более дельного, как пустить в ход силовые когти. Здесь шлюз, если можно так выразиться, расковыряло на ура, и путешественник смог проникнуть в узкий, но не квадратный, а шестиугольный коридор.       «Вот это уж точно что-то новенькое…»       Кувырок в невесомости, и снова смена гравитации. Выпрямляясь, и снова выдыхая, капитан оглядел внутренние стены корабля с многочисленными целыми и рабочими кабелями, по которым, как было видно, поступала какая-то энергия. Разумеется, Карактусу захотелось узнать, что происходит, и он осторожно и украдкой пошел по коридору, тщетно пытаясь не издавать ни звука.       «Что там такое?»       Круглая шлюзовая дверь в хорошо освещенный отсек со светлыми стенами и запаянными металлическими ящиками была приоткрыта. Однако из-за какой-то бурой плесени на ней трудно было сказать, откроется она, или заклинила. Могло показаться, что комната с иллюминатором в стене прямо перед Карактусом была прямоугольной формы, а когда капитан оглядел её внимательнее, он убедился в этом еще больше. Но что же было там, слева?..       «Ну-ка… не могу поверить, что я это делаю… кх-кхм… САБОТААААЖ!!!»       Он снова обнажил когти и сделал несколько взмахов, выломав часть двери, а затем, переключаясь на импульсные бластеры, прыгнул внутрь и развернулся влево, будучи настороже, и предполагая, что внутри его кто-нибудь встретит; хотя бы какой-то оборонительный дрон или что-то вроде того…       Но кроме ящиков и цилиндрической капсулы с запотевшими стеклами в центре стены прямо перед Плюмбусом, а также кабелей подачи энергии на стенах, в отсеке ничего не было…       Взглянув на оружие, встроенное в скафандр, и удивляясь свой глупости, он убрал бластеры обратно и спокойно пошел вперёд.       От капсулы веяло холодом. Не могильным, приятным холодом, который Плюмбус почувствовал, подойдя ближе. Экраны каких-то приборов показывали различные данные. Один отображал текст теми же рунами, что Карактус видел при входе на корабль, другой — скорее всего, пульс, но не ломаной линией, а окружностью, то расширяющейся, то сужающейся снова. Сердце некого существа внутри билось медленно, но оно билось. А значит…       Капитан протер стекло. Первым, что попалось ему на глаза, была голова неизвестного ему существа с фиолетовой кожей с розоватыми веснушками и пурпурными наростами на голове, вроде волос, но длинных и толстых, похожих на трубки. Глаза самки (по крайней мере, ему так показалось), неестественно большие, были закрыты веками с длинными синими ресницами. Нижнюю челюсть существа скрывал респиратор — надо же чем-то ей дышать…       «В ЖИДКОМ АЗОТЕ?!»       Это обстоятельство повергло его в шок. С каких пор этот корабль потерпел здесь крушение? Какой эпохи это оборудование? И почему существо до сих пор живо?       «Если это сигнал о помощи… значит… я должен её спасти… но… — он снова провел рукой по внешним стенкам капсулы и случайно открыл своему взору обнаженную грудь незнакомки, но тут же отвернулся, дернувшись от ощущения неловкости, — Кто знает, что она предпримет… и потом… потом… что я буду делать с ней… потом?»       Он снова оглядел аппаратуру, стараясь не смотреть на то, что было за стеклом, которое, на его счастью, запотевало снова. Какие-то клавиши и рычаги с непонятными символами и прочим. Среди них была зеленая кнопка, которая среди остальных выделялась больше всего.       — Что-ж… — не раздумывая, капитан ткнул именно в неё.       Отходя в целях предосторожности от панели, он услышал речь на неизвестном ему языке, который ретранслятором не воспринимался вообще. Он выдавал вместо текста короткие гудки.       — Что за чертовщина?..       Гудение перешло в шипение, а потом уровень жидкого азота в капсуле стал уменьшаться, уходя куда-то вниз. Большое количество пара вышло из отверстий вверху разом и заполнило отсек, и Карактус услышал, как открываются створки цилиндрической стеклянной капсулы. Капитан приготовился не смотреть. Потому что он знал, что он увидит в следующий миг, если его глаза будут открыты. И, тем не менее, любопытство брало свое. Лишь шесть из двенадцати его глаз смотрели туда, в туманную белую дымку, которая почему-то напомнила ему один из ужастиков по известной телепрограмме на его родной планете. Сглотнув слюну, которая окислилась настолько, что даже обожгла ему глотку, бесстрашный Карактус стал ждать того мига, когда свершится момент истины. Ему казалось, что он зря выпустил это существо наружу. Как он будет общаться с этим неизвестным ему видом, если язык не воспринимается ретранслятором? А что если оно и вовсе позабыло родной язык за время пребывание в этой капсуле?       Вот послышались шаги. Осторожные шаги по пластмассовому полу босиком. Мокрое шлепание ног заставило капитана насторожиться. Вот дымка он жидкого азота начала рассеиваться...