Не расслабляйся, за тобой наблюдают

Утро субботы началось с телефонного звонка. Звонил адвокат с напоминанием, что все документы по бракоразводному процессу оформлены, он лично их проверил, на каждой странице поставил свою подпись и Кристоферу нужно сделать тоже самое. Каск слушал его вполуха, больше проваливаясь в воспоминания вчерашнего вечера. Поблагодарил за работу, облегченно выдохнул и занялся домашними делами, которые почему-то имели свойство накапливаться ближе к выходным. После обеда позвонили в дверь, и озадаченный Кристофер открыл гостю. — Привет, — с нахрапом рявкнул пришедший. — Чего так долго? От неожиданности Каск подскочил на полметра назад. Меньше всего он ожидал увидеть на пороге бывшего мужа: — Дэнис?! Ты что здесь делаешь? — Странный вопрос. Я же обещал привезти документы на подпись, что ты не претендуешь на совместно нажитое имущество. Тебе адвокат не звонил, что ли? Вот работнички! Бабло берут, а работу не выполняют. — Все нормально. Звонил, — кивнул Кристофер. — Просто не помню, когда ты выражал желание привезти мне документы. — На суде. Ты совсем голову на этой работе потерял? — Нет. Для меня это решенный вопрос, поэтому я и не акцентировался на нем. — Внутрь-то пригласишь? — поинтересовался бывший муж, кивая в сторону гостиной, и помахал пластмассовой папкой. — Или будем на улице вопросы решать? — Да, ладно, проходи, — уныло пробубнил Каск, открывая шире дверь. Навстречу радостно выскочил корги, но увидев, кто пришел, настороженно зарычал, не признавая в Гельвихе бывшего хозяина. — Бедный Джона, — сокрушенно покачал головой Дэнис. — Совсем одичал, сидя один. — Давно ли ты за него переживать начал? — с сомнением поинтересовался Каск. — А ты только плохое помнишь. Все как всегда. — Давай не будем начинать все с начала, — раздраженно отмахнулся Кристоф. — У меня нет на это ни сил, ни желания. — Я и не собирался. Вот, держи, читай, если хочешь. Адвокат уже все проверил, вон все подписи стоят: и его, и моя. Твоей не хватает. Каск уныло плюхнулся на диван, устало перелистывая папку. Гельвих же изучил обстановку: прошелся по дому, поднялся на второй этаж, проверил ванную комнату, не обнаружил никаких вещей, принадлежащих посторонним, и с облегчением уселся в кресло напротив. Кристофер как раз заканчивал ставить подписи на листах: — Кофе хочешь? — Не откажусь, — покачивая ногой и равнодушно поглядывая по сторонам, отозвался теперь уже официально бывший муж. — Если пива нет. — Есть, но для него еще рано. — Все еще обижаешься на меня, — устало скривился Гельвих.  — Нет, Дэнис, не обижаюсь, — честно признался Каск. — Не могу, да и не хочу на эти пустые эмоции тратить нервы и время. Что было, то было. Он поднялся и направился на кухню, ставить чайник. Гельвих не отставал от него ни на шаг. — Как у тебя на новой работе? — из вежливости поинтересовался Кристофер. — Нормально. Сильно не загружают, дают возможность для самореализации. — Хорошо, — буркнул хозяин, доставая чашки. — Крис, ты никогда не спрашивал, почему и как я выбрал тебя. Не интересно? — Не особо, — честно признался тот, но вопрос все же зацепил. — А что? — После первого разрыва я был эмоционально опустошен и разбит. Как бы все ни выглядело со стороны, но к своей предыдущей семье я испытывал сильные чувства. А тут ты. Глазищи на пол-лица, улыбка, которая свет затмевает, стройный, звонкий, смех заразительный. У меня ноги подкосились, когда тебя увидел. Но подходить сразу и напрямую было боязно. Поэтому я сначала к вашему бригадиру с расспросами подошел. Он-то мне и поведал, что ты соулмейт. Сказать, что у меня сразу интерес пропал, не могу, но поубавился и очень сильно. Каск повернулся к гостю и оперся бедром о столешницу, спокойно выслушивая исповедь. Дэнис нервничал, кусал губы, раскраснелся, постоянно убирал волосы от лица. Казалось, что этот разговор дается ему очень тяжело. — Я к чему веду. Если бы ты был нормальным… — Гельвих запнулся, — то есть ничьим, не соулмейтом, я бы в тот же день к тебе подошел. Не раздумывая и без всякой задней мысли. Только чтобы познакомиться поближе. Но бригадир твой, который второй собственник отцовской конторы, мне твою фразу-то и подсказал. Я не стал бы опять встревать в этот замес с родственными душами, хватило с меня первого раза. Понимаешь? — Понимаешь, — нахмурив брови, кивнул Кристофер. — Но… ты был просто великолепен, и если бы я прошел мимо и ничего не предпринял, то сам себе никогда не простил, что упустил шанс познакомиться с таким парнем. Всю ночь я мучился дилеммой — подходить или нет. А утром, когда увидел тебя во второй раз — все страхи и сомнения ушли, и я сделал то, что сделал. Ты простишь меня? — чуть слышно проговорил Гельвих, задержав дыхание. Кристофер тяжело вздохнул. Не похоже, чтобы Гельвих врал. Обычно он всегда переходил на личные качества Каска, выставлял себя обиженной жертвой, а всех вокруг неблагодарными тварями. На какое-то мгновение Каск представил, что если бы он знал все с самого начала? Если бы их отношения начались с той правды, которая только что открылась ему? То какая бы была вероятность, что жизнь привела его именно сюда, в эту точку? Очень может быть, что они до сих пор жили бы вместе, в партнерстве. И всего того, что сейчас окружает его, не было. — Я прощаю тебя. И рад, что ты мне признался. Дэнис облегченно выдохнул, словно и не дышал все это время. Каск, усмехнувшись, протянул руку в знак примирения. Бывший муж с радостью вцепился в нее и увлеченно затряс. Они хлопнули друг друга по плечам и обнялись, как старые приятели. — Ты не представляешь, какой камень с души мне снял, — пробормотал Гельвих в его шею. — Не бери в голову. Прошлое осталось в прошлом. — Это, конечно, нагло с моей стороны, но не хотел бы ты… — Денег не дам, — отрезал Каск. — Ну нет так нет, — почему-то легко согласился Гельвих. — Я вообще-то про другое. Говорят, прощальный секс самый запоминающийся. Не хочешь проверить? Я даже дам тебе вести. Каск с сомнением и недоверием уставился на него. Не то чтобы он заподозрил Дэниса в каком-то подвохе или тот редко бывал снизу, но почему-то сама идея оказалась неожиданно к месту. «Возможно, это поможет избавиться от того наваждения, которое преследует меня, когда думаю об Александре, — с надеждой подумал Кристоф. — Да и как любовник Гельвих хорош». — Давай, — резко согласился Каск, удивляя бывшего мужа. — Ого! Я думал, тебя нужно будет уговаривать, мотивировать, — хохотнул Дэнис. — Я в душ, — не давая себе передумать, крикнул Кристофер и рванул наверх. Скинув домашнюю одежду на кресло в спальне, вошел в ванную комнату, настроил душ и шагнул под тугие струи, щедро выдавливая гель на мочалку. «Странно, что Дэнис сразу же следом не прибежал», — размышлял он, смывая пену. Через пару минут к нему присоединился Гельвих, и места в кабинке сразу же стало меньше. — Что так долго? — не смог промолчать Кристофер. — Да парень какой-то приходил, — отозвался Дэнис, привычно опуская руки на его бедра и прижимаясь. — Я только рубашку успел расстегнуть, звонок в дверь. Открываю, а там пацан молодой стоит с контейнером. Говорит, что это от вчерашнего ужина осталось, а ты наверняка ничего себе не готовишь. — Что? — с ужасом выдохнул Кристоф. — Что ты ему еще сказал? — Сказал, что ты в душе и в ближайшее время будешь сильно занят. Что? Надо было его третьим позвать? — съехидничал Гельвих. — О нет, — в ужасе простонал Каск. — Это не может быть правдой! Он выскочил из кабинки, на ходу сдергивая полотенце и подбегая к окну. Естественно, там уже никого не было. Кристофер как подкошенный опустился на кровать и спрятал лицо в ладонях. — Так я не понял, Крис, кто это был? — Тебе лучше сейчас уйти, — сухо отозвался Каск. — Ты из-за какого-то хмыря меня из дома выставляешь? — возмущенно вскрикнул Гельвих. — Он не какой-то хмырь. — А кто же он тогда? Каск уже было открыл рот, чтобы сказать, что он муж его дочери, а значит, и зять, но вовремя остановился. Такие новости обычно сообщаются из первых уст, и если Виолетта и ее мать не посчитали нужным говорить об этом Гельвиху, то и он должен уважать их решение. — Это парень с работы. Я вчера у них ужинал. А сейчас, пожалуйста, оставь меня одного. — Я так и знал, что ты обломаешь и не сделаешь, что обещать, — поджав губы, безапелляционно ткнул в него пальцем Дэнис. — Вот всегда ты так. Гельвих забегал по комнате, вытираясь полотенцем, выискивая и натягивая на влажное тело свои вещи. — Ну ты и засранцем стал, Кристоф. Я даже слов подобрать не могу каким! Ведешь себя как распоследний мудак! Он еще что-то возмущенно кричал, накручивая себя, даже разбил чашку в порыве психоза и выскочил из комнаты, напоследок хлопнув дверью. Через пару мгновений внизу раздался повторный грохот входной двери и наступила долгожданная тишина. Каск откинулся на матрас и наконец оторвал руки от лица. «Я — кретин. Я — конченный придурок, — самобичевался он. — Как теперь Александру в глаза-то смотреть? Ведь тут не скажешь, что все не то, чем кажется. Самое то. И произошло бы, если бы он не приехал. А, собственно, зачем он приезжал-то? Только чтобы еду передать? Повод, конечно, притянутый за уши, но для возможности повидаться самое оно. Вот и свиделись, называется». Все выходные Кристофера грызла совесть, а в те моменты, когда отпускала, чтобы с силами собраться, в душе появлялось странное щемящее чувство, от которого хотелось уткнуться лицом в ладони и завизжать от восторга и смущения. Таких эмоциональных перепадов его нервная система никогда не испытывала. А может и было что-то когда-то при встрече с Гельвихом, но все уже давно и благополучно забыто. То, что он в очередной раз поругался с бывшим мужем, его в кой-то веки не взволновало, что странно на самом деле. Обычно он долго переваривал и пенял себе, что опять поддался на какие-то провокации, дал слабину и высказался более грубо, чем следовало, или с обидой вспоминал слова Дэниса, примерял к себе, опять расстраивался. А сейчас словно и не было резких слов в адрес Кристофера, они просвистели мимо, совершенно не задевая его. Еле дождавшись понедельника, Каск занял почетное место у входа с пустым контейнером и с нетерпением ждал появления семьи Асперов. Но, к сожалению, его отвлекли и сам лично встретить их не успел. Зато ближе к обеду, когда смог оторвать голову от компа и телефона, смело направился к Виолетте и Александру. Девушка как раз подошла к мужу и наклонилась, что-то объясняя и показывая в мониторе. — В выходные твой отец приезжал, документы привозил, и большое спасибо за рагу, было очень вкусно, — выпалил на одном дыхании Каск, вручая девушке пустой бокс. — «Вкусно»? — озадаченно уставившись на коробку, повторила она. — А, так вот куда еда делась и ты с утра бегал! Виолетта подбадривающе похлопала сидящего к ним спиной Александра. Аспер не пошевелил ни одной мышцей, как сидел деревянным истуканом, так и сидел, только ухо стало ярко красным. — Да, — кивнул Каск и со значением повторил. — И отец твой приезжал. Документы привозил об окончательном разводе. И все. Только привез и сразу же уехал. Сразу же. — Ну, приехал и приехал. Уехал и уехал, — не понимая прокомментировала Виолетта. — Мы, кстати, не стали говорить ему, что я замуж вышла. Решили не давать ему лишнего повода для общения. У нас в семье не очень любят, когда фразу произносит другой человек. Да ведь, Ал? Девушка опять по-свойски похлопала Александра по спине, а тот лишь угрюмо кивнул головой, так и не повернувшись к Каску. Кристофер слегка недоумевал. Он же все объяснил, можно же как-то поактивней отреагировать. И вообще-то он уже достаточно взрослый мальчик, чтобы ему оправдываться перед чьим-то затылком. Но краснеющее ухо так притягивало взгляд, что он не мог перестать пялиться на него. Глаза скользнули по алеющей шее, по стриженому загривку, ниже и… — Это что? — Кристофер оттянул сзади ворот свитера у Аспера и ткнул пальцем фиолетовую отметину на шее. — Что это? Я спрашиваю! Александр резко схватился за шею сзади, прикрываясь, и испуганно уставился на взбесившегося Каска. — Это… — непонимающе вытаращилась Виолетта и объяснила, как для идиота, — синяк. — Синяк на шее называется засос! — грозно навис над ней Каск и рявкнул. — Мне совершенно нет дела, как вы развлекаетесь дома за закрытыми дверями! Но на работу прошу приходить в потребном виде! У нас серьезное предприятие, а не публичный дом! Проорав последнюю фразу, Кристофер бросил испепеляющий взгляд на Александра и, развернувшись на каблуках, громко топая, направился в свой кабинет. Сопровождала его оглушающая тишина. Захлопнув за собой дверь, прошелся несколько раз по кабинету, скинул лежащие на столе папки и уперся руками в подоконник, стараясь восстановить дыхание. Хотелось выть, хотелось орать, хотелось разбить что-нибудь о тупую голову. Только еще не определился о чью — свою или Аспера. «Они же семья. Они могут делать все, что захотят, у себя в спальне», — попытался здраво напомнить себе Каск. Но почему-то в голове появилась картинка, как Виолетта, с прикрепленным к бедрам страпоном, вбивается в стоящего на коленях Александра, наклоняется и ставит засосы у него на шее. А он в это время прогибается, запрокидывает голову, открывает рот в предоргазменном стоне. Видение предстало так явственно, что Каску показалось, что он почувствовал дыхание Александра на своем лице. Кристофер с силой вцепился в подоконник, царапая покрытие, и стиснул зубы, что они чуть ли не раскрошились. Он еще ниже опустил голову, стараясь вернуть свое спокойствие, которым гордился и которое его никогда не подводило до сегодняшнего момента. Неожиданно раздался стук в дверь. Из смертников, которые не побоялись бы прийти в его кабинет, он мог предположить только одного человека и не ошибся. — Это что сейчас было?! — со свистящим шепотом вытаращилась на него Виолетта. — Ты вообще берега попутал?! — Я не хочу с тобой это обсуждать. Дай мне немного времени и я самолично принесу вам обоим извинения в присутствии всего коллектива, — сухо отрезал Кристоф, не оборачиваясь. — Да засунь ты свои извинения знаешь куда?! — все еще стараясь говорить тихо, шикнула она. — Выходи на улицу, поговорим. Здесь нам не дадут. Только уши греть будут.