Они не поймут

POV Игорь Прошло около полутора лет. Не сказать, что они были прекрасными, но и обратного утвердить не получится. Да, мы иногда ссорились. Да, я часто срывался. Да, Вова опять решал наши конфликты. Да, мы часами сидели друг напротив друга, пытаясь понять, что чувствуем. Но по итогу остались вместе и это не могло не радовать. Антон изменился. Если сравнивать того мальчишку, который сорвал голос, когда рыдал от боли при набивании татуировки, и этого парня, что грациозно выгибается навстречу во время самых обычных ласк, то это совершенно разные люди. Он перестал ощущать отвращение по отношению ко мне, но дальше прелюдии мы не заходили. Я видел в голубых омутах, что парень ещё не готов к этому. Мальчишка не забросил школу и решил добить одиннадцатый класс. Не потому что горит желанием сдать экзамены и пойти в ВУЗ, а потому что друзей никто не отменял. Он также гуляет с ними допоздна, иногда ночует у них. Но парень счастлив и для меня это главное. Но видя мою ревность, Антон составлял компанию по развозу товара. Дело обычно происходит ночью. По дороге часто останавливаемся в круглосуточных кафе или на заправке. В особо холодную погоду Тоша забирал мою ветровку, укутываясь в нее. Он часто смеётся и улыбается, что естественно отгоняет плохое настроение и грозные тучи над головой. Люблю во время беседы смотреть ему в ярко выраженные голубые глаза... Ещё больше люблю чувствовать холод кольца, когда Антон прикасается ко мне. А сегодня у него последний звонок, на котором он хотел меня видеть как отца. Но, когда парень озвучивал это желание, прошло достаточно много времени и все изменилось. Поэтому Антон остался дома. Но непонятную тревогу он скрыть не смог. Он сидит на подоконнике на балконе уже практически весь день, провожая солнце по небосводу. Сверлит взглядом пустые дворы, что видны из окна. Рисует разные узоры на стекле, облокотившись головой о него же. Провел большую часть времени в одиночестве, время от времени закуривая. Знает, что я могу увидеть, но всё равно рискует своими зубами. Наверное, я многое ему прощаю. Вроде недавно запрещал буквально прикасаться к себе, а сейчас спускаю с рук курение. - Может, хватит сопли мотать? Не умираешь же, - я подошёл к Антону, отвлекая от "наинтереснейшего" занятия. - Прости, - он монотонно ответил, лениво повернувшись ко мне. - Я могу тебе чем-то помочь? - я скинул его ноги и, раздвинув их, встал между, нежно поглаживая коленки. - Дорогой ресторан, качественный алкоголь, свечи. Ммм? Только скажи и тут же поедем. - Звучит неплохо, - он мягко улыбнулся, оголяя отколотый зуб. - Спасибо, - его улыбка словно гипноз. Хочется смотреть на нее вечно. Она явно выигрывает у огня и воды. - За что? Мы ещё даже с места не двинулись. - За все, Игорь. За каждую секунду, которую ты провел рядом со мной, - парень немного наклонился вперёд, приближаясь к губам. - Я люблю тебя. За последний год я услышал это больше, чем за всю свою жизнь. Мне никогда не надоест слышать это из его уст. Ведь эти простые слова заставляют верить в то, что я нужен Антону. Только вот... я в свою очередь ни разу не сказал этого. Пусть сколько угодно признается в любви, но я никогда не отвечу тем же. Потому что... просто я знаю, чем это закончится. Антон отказался от ресторана, как бы я его не уговаривал. Он решил, что дома будет лучше. Что ж. Ему решать, как провести этот день. Мы заказали еду и сходили в магазин за алкоголем. Раньше не разрешал пить парню и даже себя старался сдерживать. Но сегодня, считаю, можно. «Ты его спаиваешь» Нет, я просто разрешаю ему немного выпить. Должен же он хотя бы раз попробовать действительно качественный алкоголь, а не помои, которые предложили бы ему друзья. «Вновь воспользуешься им как шлюхой?» Голос в голове твердил разумные вещи, но заметно утихал под звонким смехом Антона. Он сейчас такой расслабленный и счастливый. Безмятежный. Опустошил уже не первый стакан, все время кидая на меня двусмысленные взгляды. Мы уже достаточно долго смотрим друг другу в глаза в тишине, которую редко нарушали мимо проезжающие машины. Я смотрю и вижу прекрасный насыщенный голубой оттенок. Глаза цвета неба, что над нашей головой. Будь оно ясное или пасмурное, в любой день оно остаётся прекрасным. Вроде простое и повседневное. И оценишь ты по-настоящему его лишь тогда, когда потеряешь.

Твоя любовь повязала меня как спрут

Мигом осушив и свой стакан, в котором пара нерастаявших кубиков льда звякнули друг о друга, поставил его на немного заляпанный столик. Медленно уложил не особо соображающего Антона на спину, нависая над ним. Я проскользил взглядом по его лицу, подмечая, что уже заметно, как мой мальчик опьянел. Красные щеки, глупая улыбка, одурманенный взгляд. Настолько погряз в изучении мимики, что не заметил, как холодные пальцы Тоши ловко вынимали пуговицы из петель, избавляя меня от рубашки, которую я надел для поездки в магазин.

Извини за то, что с тобой порою так груб

Приподнялся на секунду и, разрешив Антону стянуть с себя мешающую одежду, я быстро принял прежнее положение, но уже вовлекая сына в игривый поцелуй, который набирает обороты с каждым мгновеньем, переходя в более страстный и пошлый. Вкус алкоголя на устах ещё больше раззадоривал, сплетая языки в танце. Антон не особо умел целоваться, но очень старался подыгрывать из-за чего поцелуй выходил смазанным. Хотя мне это не мешало в нынешнем положении, ведь здесь полностью доминирую я, не давая мальчику и шагу самостоятельно сделать.

Я тебя люблю, знай

Одной рукой я продолжал удерживать себя на весу, оперевшись локтем о мягкую кровать, а второй уже намеривал залезть в штаны парня, но помешал проклятый ремень, с которым пришлось повозиться. Руки Антона без стыда гладили мой крепкий торс, начиная от груди с татуировкой "78" и заканчивая поясницей. Остановился и вовсе на затылке.

Я без тебя - труп

Я разорвал поцелуй, давая отдышаться, сам при этом начал выцеловывать шею, оставляя следы, чтобы все видели, что этот мальчик занят. Мне было мало, что он ходит в моей одежде и на его груди красуется мое имя. Хотелось оставить свои метки, хотелось подарить ему свой запах, лишая собственного, хотелось владеть им полностью как только это возможно. В голове все голоса стихли, кроме одного, что твердил «Мой». Только подо мной Тоша должен так выгибаться, и только на меня может так смотреть. Только мне он может признаваться в любви, что сейчас и делает. Антон спустил пальцы на шею, стараясь сблизиться ещё больше. Своим телом выгибаясь на встречу ласкам, соприкоснулся с горячим торсом, постанывая в ответ на впившиеся зубы. Это все дико дурманило и разгоняло кровь по жилам быстрее. - Игорь, я.. - я закусил нежную кожу подростка, оттягивая ее. - Ох, я люблю тебя. Я люблю тебя, - затуманенным взглядом Антон как бы невзначай проскользнул по моему телу и, прикрыв глаза, скрыл небесную красоту. Тень от ресниц в аккурат падала на щеки, которые покрыты румянцем. Белоснежные зубы закусили красную от недавних поцелуев губу. - Я благодарен тебе за все. Я обожаю тебя, - возможно это говорит алкоголь. Но как приятно слышать это из уст Антона, что продолжает стонать и крепко обнимать, цепляясь за плечи. Мои пальцы быстро расправились с ширинкой на джинсах подростка, и нырнули под ткань, обхватывая уже окрепший член. Антон шумно выдохнул, заставляя меня отвлечься от шеи и вернуться обратно к губам. Поглаживая стояк, ловил каждый стон, заглушая его. Не позволял мальчику вести себя громко. Вроде недавно я прижал его к стене и грубо воспользовался. А сейчас сам Антон просит, чтобы его поимели. Раньше он шептал: «Ненавижу», а сейчас протяжно стонет: «Люблю». Кто бы мог подумать, что слегка пьяненький Тоша куда развязнее обычного. Всю страсть прервал мобильный звонок. Мы могли не отвлекаться и закончить начатое, но Антон отстранился, выравнивая дыхание. Он потянулся за телефоном, что лежал неподалеку, и увидел на экране Фади. Не задумавшись, нажал на зелёную кнопку. В это время я не унимался. Языком провел по ключице, прикусывая ее и получая в ответ вдох сквозь сомкнутые зубы. Тоша внимательно слушал надоедливого собеседника и что-то старался отвечать, изо всех сил пытаясь не сдаться провокационным ласкам, которые намерены вызвать громкий стон. Поцелуи, что покрывали лицо и шею, не срабатывали. Антон еле как сдержался, когда язык прошёлся по его соску, кружа вокруг, играясь. Но, конечно, он проиграл, когда я медленно провел вверх-вниз по истекающему смазкой члену, намеренно задевая чувствительную головку. Победная улыбка засверкала на лице, когда Антон застонал, а потом, краснея, объяснялся другу. Но настроение вовсе пропало, когда парень сбросил вызов. На его лице не было той страсти и игривости. - Что такое? - я слез с него, позволяя присесть рядом. Он взволнованно взъерошил свои и без того запутанные волосы. - Меня позвали на дачу к Фади, где мы сможем... Ну... устроить свой праздник, - он неловко смял попавшуюся под руки рубашку, не решаясь посмотреть на меня, - Никого лишнего. - Ты сам-то хочешь идти? Я не хочу отпускать Антона к друзьям. Тем более на дачу. Я готов приковать его к кровати, но пусть остаётся со мной. Но и запрещать ему не могу. Если он этого желает, то может идти. Может пить, курить, трахаться за моей спиной. За рамками нашего дома ему все дозволено, ведь я тупо не услежу. - Я не знаю... Я хочу повеселиться с друзьями в последний школьный день. Но я также хочу остаться с тобой, - он посмотрел мне в глаза с щенячьей надеждой. Чтобы я сделал выбор за него. Хороший ход, Антон. - Такой день бывает лишь раз в жизни. А меня ты видишь каждый день. Мы можем продолжить в любой момент. Я никуда не убегу. На его лице тут же засияла широкая улыбка. Он мигом прильнул к губам, неумело целуя. Вложил в этот поцелуй всю благодарность и всю любовь. Горячее тело, на котором начали появляться метки, соприкоснулось с моим. Парень нежно замурлыкал, ластясь как самый холодный и голодный котик. - Будь осторожен. Антон спрыгнул с кровати и поскакал собираться. Привел в порядок вечно растрёпанные волосы, сменил помятую и мокрую одежду на приличную, закинул в себя пару жвачек для приятного запаха. Мне же пришлось просто наблюдать за ним, лёжа в кровати и сканируя каждое движение. Мальчишка о чем-то говорил, а я отвечал: «Ага» и «Да». Вроде пока не спалился, что мне безразличны его слова. - Где вы встречаетесь? - я принял сидячее положение, наливая себе алкоголя в стакан, в котором уже растаял весь лед, превращая мой виски в какое-то разбавленное дерьмо. Антон уже накинул мою ветровку себе на плечи и направился к выходу, до сих пор не стирая улыбку с мордашки. Ха, а он счастлив, что встретится с друзьями. Действительно счастлив. Такой энергии я что-то не замечал рядом со мной. - Скорее всего у Фади, а оттуда уже на дачу. Ладно, я побежал. Он ушел. Ночью ушел из дома к своим друзьям за город... «Загляни в его глаза... Ты сломал его» Возможно... Но ему же хорошо со мной? Или это все притворство? Все не больше, чем игра? «А о чем ты думал? Что Антон действительно полюбит тебя? Это говорит его сломанная тобою психика. Это не любовь. Он не знает, что такое любовь. Ты ему запретил чувствовать подобное. Все его чувства к тебе - фальшь. Ты сказал - он выполнил. Это не любовь. И никогда ей не будет. Ты уничтожил его, доволен?» Я смахнул слёзы. Голос в голове все давит и давит на больное, пробуждая совесть. «Тебе никогда не стать его отцом» ××× Сегодня Антон был готов отдаться мне. Но надо было одному звонку все испортить! Разрушить весь наш вечер. Испортить все то, о чем я так долго грезил. Мне, конечно же, не стоило следить за Антоном. Мне не стоит стоять среди припаркованных машин, наблюдая за тем, как парень заходит в подъезд и исчезает из поля зрения. Уже довольно долго сижу в одном положении, нервно барабаня по рулю. На каждый громкий скрип двери, обостряю внимание и готовлюсь к будущей слежке. Но все время выходят не те люди. Прошел, наверное, час, а Антон со своими друзьями так и не соизволят выйти. Позвонить? Думаю, пока ещё рано. Подожду ещё часок, а потом уже стоит и маякнуть. «Это уже просто какой-то маразм» Дверь подъезда вновь открылась. И сейчас это не очередной бомж-алкаш или бабушка, которой не спится, а слегка подвыпившая компания подростков, что смеётся на весь двор. - Что за... Вот и Антон. Весь навеселе. А на нем висит какая-то девушка, что полностью облапала его. На шее красуется слабый засос, который оставил не я. Ведь мои метки больше, темнее и иногда видны четкие следы от зубов. Я знал, что будет подобное. Знал, что будет и хуже (если не уже). Но почему-то ярость полностью затмила собой всю реальность. Случайно громко хлопнул дверью машины, привлекая внимание подростков к себе. Ведь в столь тихом месте, где уже даже птицы не поют, это сложно не заметить. - Антон! - тот мигом повернулся ко мне, подогнув колени, - Что здесь происходит!? - улыбка с его лица пропала, а на ее место пришел страх. Это можно было прочитать в ярких глазах. Тот страх, который он испытывал каждый день первого лета. Я за два шага подошёл к сыну и, грубо оттолкнув девушку, которая не удержала равновесия и рухнула на землю, схватил его за ворот куртки. Мальчишка дрожал. Ностальгия тех времён вернулась по щелчку. Мы неимоверно близко друг к другу. Я чувствую его сбитое дыхание на себе. Он неотрывно смотрит на меня, ожидая пощады. В этот момент будто мир вокруг нас остановился. И вроде хотелось забыть этот нелепый случай. Забыть и поцеловать закусанные губы. Но дружки, что были замечены мною боковым зрением, не дали агрессии отступить. Компания кинулась помогать упавшей подруге, а кто-то (по-моему, Фади) хотел заступиться за Антона. Наивность детей поражает. - Ну? - я отпустил сына, доставая нож из кармана куртки, в которой мальчишка и упёр. Он, наверное, даже не подозревал, что ходил по улицам с холодным оружием. - Рискните! - виртуозно раскрутил бабочку в руках, раскрывая её, - Выпотрошу каждого, кто хотя бы вякнет, - хищно стал подходить к попятившимся назад подросткам. - Нет! - Антон выскочил из ниоткуда, вставая между мной и своими друзьями. - Игорь, остынь, - он защищает их!? - Они же здесь не при чем! Слышишь? - он поднял руки в сдающемся жесте, заглядывая в глаза. Укрощает как дикого зверя. Достаточно простого контакта глаза в глаза и я забываю про агрессию. Его голубые очи успокаивают не хуже таблеток, которые я время от времени принимаю в тайне. - Они тебе не конкуренты. Не трогай их, - он медленно потянулся к моей руке, что крепко сжимает рукоять ножа. И опускает наши руки, не разрывая зрительного контакта. Но его холодные пальцы вернули в мою жестокую реальность. Я перехватил его руку, сильно сжимая запястье, и тут же уложил на лопатки. Тот больно ударился о жёсткий асфальт, раскрыв рот в немом крике. Это не вразумило меня. Мне не хотелось остановиться и извиниться. Я приставил острое лезвие к горлу, совсем легонько надавливая. - Ты же знаешь, что я предан только тебе... Ты.. ты не веришь мне? - его глаза заблестели, а голос на последнем предложении и вовсе дрогнул. - Сложно верить тому, кто с самого начала нагло плевал в душу, - я терпел все его выходки и всю ложь. Но терпение никогда не бывает стальным. Мои последние нервы рухнули. Я осознал, что люблю одержим этим мальчиком. И если не мой, то ничей. Это все уже не шутки. Я действительно могу сорваться и убить его из-за ненормальной ревности. Мне не впервой... Вот мы и доигрались. Первый признаётся второму в любви, а второй хочет убить первого. Я взял его запястье и припечатал к земле. Хотелось сжать так сильно, чтобы косточки затрещали под напором. Но я остановился на том, чтобы пригвоздить ладонь к поверхности. Я продырявил руку насквозь. Мой мальчик закричал. Ему больно. Он плачет и молит меня о прощении. Он просит о помощи. Рвано и неуклюже скользит по моему телу и остановился на цепочке, сорвав ее. Парень просто хотел найти поддержку, опору и защиту. «Помоги ему» Нет. Пусть ему помогают друзья. Я убрал выступившие слезы с его лица, немного пачкая кровью, и встал на ноги, оставляя мальчишку в таком ужасном положении. Он даже не может нож вытащить. Ревёт от боли, истекая кровью и захлебываясь слезами. Я прошел сквозь толпу шокированных друзей, нарочно толкая одного плечом. Девочки плачут, закрывая лицо руками, а парни просто стоят в шоке. Вслед услышал пару угроз наподобие: «Мы позвоним в полицию!». Да пожалуйста. Если Антон вам разрешит. Он разобьёт ваши телефоны и вырвет руки, но не позволит набрать заветное 02.