Слушай своё сердце

      Кагеяма, по привычке встречая Хинату возле его класса, лёгкой тенью неудовольствия скривил тонкие губы. Вместо того, чтоб, как обычно, скакать в коридоре и вопить: «Ты опоздал!», Хината торчал в классе и шушукался с девчонками. Эм… Хината? С девчонками?!       Кагеяма притормозил у распахнутой настежь двери и внимательно оглядел весело щебетавший «девчачий выводок», плотным кольцом обступивший Хинату, который широко улыбался, отрицательно мотал головой и безустанно сыпал благодарностями, время от времени пытаясь вырваться из окружения.       — Идём, Хината!       Резкий, колючий оклик заставил галдящих учениц притихнуть и с опаской покоситься на высокого и угрюмого красавца, плечом подпиравшего дверной косяк и буквально уничтожавшего взглядом раздражающую «их величество» мелочь.       В отличие от бедных девчат-«крольчат», загипнотизированных тяжёлой харизмой Кагеямы, на Хинату подобное давно уже не действовало, что, безусловно, положительно сказалось на его скорости и ловкости, с которыми он мгновенно обогнул застывшие препятствия и вылетел за дверь притихшего класса.       — Даже не спрашивай! — на бегу выпалил он, включая режим «умру, но не дам себя обогнать».       Дождавшись возмущённого: «Куда рванул, придурок!», Хината, притормозив на повороте, сверкнул в сторону Кагеямы смеющимися от предвкушения выигрыша глазами и вприпрыжку понёсся по направлению к спортзалу.       — С-сорок… один… сорок…       — С-с… чего бы… это… сорок?       — П-прошлый… раз… я…       — Ребята, вы опять? — прервал спор звенящий смехом тихий голос подошедшего Сугавары.       — А ну, отряхнули пыльные задницы и марш переодеваться!       Демонстративно нахмурившись, стоявший рядом Савамура ментальным пинком и «милой улыбочкой» направил запыхавшихся первогодок в приветливо распахнутые двери спортзала, откуда уже доносились привычные звуки скрипа подошв о натёртый пол и звонкие удары мячей.       Интересно, и кто это сегодня умудрился прийти на вечернюю тренировку раньше неразлучной парочки? Как оказалось, практически все.       — Это всё ты виноват, придурок, — зло прошипел Кагеяма, быстро скидывая школьную форму и натягивая спортивную.       — От придурка слышу, — весьма похоже просипел Хината, не поднимая головы и зашнуровывая кроссовки. — Не мог сразу на этих дурынд рявкнуть, что ли?       — Я тебе сейчас рявкну! Так рявкну, что…       — Да вы только посмотрите на них! — не преминул съязвить вошедший в раздевалку Тсукишима. — Никакой фантазии: грызётесь, как муж с женой после свадьбы… лет через двадцать. — Он аккуратно убрал обычные очки в чехол и щёлкнул резинкой спортивных. — Чтó, Ромео, твоя Джульетта подросла и налево смотрит?       — Вот-вот! Моргнуть не успеешь, как уведёт твою красотку какой-нибудь Отелло!       Заскочивший в раздевалку Нишиноя, схватив полотенце, слишком поздно подумал о том, что не стоило ему перебивать настроившегося на язвительную подколку Тсукишиму. Попытавшись сбежать раньше, чем получит от вредного первогодки «на орехи», он обреченно уставился на перекрывшего единственную точку отступления Ямагучи:       — Тсуки? Что-то случилось? Тебя долго не было…       — Знаешь, Ямагучи, Шекспир от глубоких познаний Нишинои-сана в классической литературе в гробу бы перевернулся. К вашему сведению, сенп-а-ай, Отелло задушил свою возлюбленную, а не «увёл». Впрочем, такой вариант развития событий, — Тсукишима оглядел чайниками закипающих Кагеяму с Хинатой, — лично меня очень даже устроил бы. А то как-то примитивно — я-я-ядом. Хотя, — и без своей ухмылочки, провоцируя лишь взглядом, продолжил стебаться Тсукишима над ничего не понимающими парнями, — там был поцелуй.       — Я так подозреваю, вся ваша компания сегодня дружно остаётся убирать спортзал, раз тренироваться не хочет? — Савамура уже не шутил. — Думаю, тренер Укай обрадуется добровольцам.       Всех как ветром сдуло. Забытое Нишиноей полотенце медленно соскользнуло с дверцы шкафчика: Савамура еле успел его подхватить и аккуратно положить на скамейку.       — Что за неугомонные первогодки. Ещё и Ноя туда же…       — Ворчишь как дед столетний. — Подошедший Сугавара неожиданно приобнял «своего капитана» и нежно поцеловал свернувшегося клубком лисёнка-татуировку, слабо мерцавшую за ухом Савамуры. — Пойдём.       Савамура улыбнулся соулмейту и невесомо провёл пальцами по левому плечу Сугавары, где, как он прекрасно знал, отпечаталось стилизованное солнце, рассечённое по центру кривым всполохом молнии.

***

      — Ребята! — Открыв дверь спортзала, Шимизу ловко отбила прилетевший в её сторону шальной мяч и спокойно продолжила: — Я хочу вам представить свою помощницу. Знакомьтесь — Ячи Хитока.       Она сделала шаг в сторону и мягко подтолкнула вперёд покрасневшую милашку-блондинку, которая огромными глазами с ужасом разглядывала толпу обступивших её полукругом парней. Шимизу успокаивающе положила руку на плечо дрожавшей девушки и осуждающе посмотрела на команду:       — Не давите так. Ячи-сан не привыкла к подобному. Сегодня мы пришли просто познакомиться.       — Рады встрече!!!       Дружный вопль окончательно добил перепуганную Ячи, решившую, что сейчас её точно убьют и прикопают где-нибудь за углом.       — Привет, Ячи-сан! Ты будешь нашим новым менеджером, да?       Ячи с удивлением посмотрела на подлетевшего к ней невысокого рыжего парня с потрясающе-солнечной улыбкой.       — Я… я постараюсь. — Она поразилась собственной смелости: надо же, улыбка «солнышка» внезапно подбодрила и придала уверенности. — А м-можно я посмотрю?       Ячи повернулась к Шимизу, умоляюще сложив ладони у груди.       — Конечно, — мягко и понимающе улыбнулась та. — Только не отходи от меня далеко.       — Киёко-сан улыбается!!!       Нишиноя и Танака влюблёнными глазами посмотрели на девушек, но Шимизу, привычно проигнорировав гиперактивных ухажёров, повела Ячи в сторону корзины с мячами.       — Это… Простите, а вы с кем-то из них встречаетесь?       В обществе красавицы Шимизу Ячи чувствовала себя несколько неполноценно, но вполне обычно. Вот только любопытство медленно, но верно побеждало все страхи.       — Что ты! Мне ещё такого счастья не хватало! — Шимизу искренне рассмеялась. — И не надо мне «выкать», давай перейдём на «ты», согласна?       Ячи кивнула и подумала, что не понимает Шимизу — ведь нет ничего необычного в том, чтобы встречаться с парнем. И потóм, а вдруг он твой соулмейт? Как можно упустить такую возможность! Вот, например, сама Ячи никогда-никогда… в жизни бы не подошла ближе, чем на пять метров, ни к одному парню. Плохо. Она вздохнула и вынужденно признала, что как была трусихой, так и осталась.       — Ты чего грустишь?       Ячи вздрогнула от неожиданного вопроса и только сейчас заметила, что стоит в гордом одиночестве у полупустой корзины с мячами, а Шимизу что-то обсуждает с тренером (этот пугающий взрослый наверняка является тренером!) на другом конце волейбольной площадки.       — Поможешь мне собрать мячи? — Рыженький так и лучился энергией. — Кстати, меня Хината зовут. Хината Шоё. А ты в каком классе учишься? Ты же первогодка, но я тебя не помню…       — В классе 1–5, — невольно улыбнулась та в ответ.       — Ого! А ты, оказывается, не только миленькая, но ещё и умная!       Хината со скоростью ракеты продолжил носиться по площадке, метко закидывая мячи в корзину; иногда он промахивался, но Ячи всегда успевала подхватить. Нелепый комплимент от Хинаты обидным замечанием не прозвучал, наоборот, Ячи внезапно расслабилась и даже рискнула продолжить общение:       — А ты давно в волейбол играешь?       — В средней школе начал, правда, команды у меня не было. Представляешь? В одиночку тренироваться приходилось или с тётеньками. — Хината остановился и скорчил расстроенную рожицу. — А потом мы проиграли. Мне с таким трудом удалось собрать команду, но…       — Проиграли?       — Угу. Вон тому типу. — Хината ткнул пальцем в сторону высокого брюнета с идеальной координацией отпасовавшего мяч диковатому на вид гиганту. — Кагеяма Тобио, чтоб ты знала. Он — связующий.       Ячи передёрнуло, бр-р-р.       — Страшный.       Даже на расстоянии Ячи ощутила зловещую ауру непонятно с чего вдруг покосившегося на неё Кагеямы.       — А то! Но привыкнуть можно. — Хината хмыкнул и внезапно, хитро блеснув глазами, добавил: — На самом деле Кагеяма — белый и пушистый.       Не выдержав, он захохотал, да так заразительно, что Ячи и не заметила, как засмеялась вместе с ним. В присутствии Хинаты она чувствовала себя на удивление свободно.

***

      За веселящейся парочкой внимательно наблюдали.       Шимизу кивнула сама себе и порадовалась за Ячи, которая перестала трястись от ужаса и зажиматься — спасибо Хинате. Впрочем, этот бешеный сгусток энергии всегда был общительным и легко находил общий язык даже с малознакомыми людьми. Шимизу очень на него рассчитывала, понимая, что Ячи — сложный случай, требующий определённого подхода. Оставалось надеяться, что Хината и в дальнейшем не оставит новенькую в одиночестве.       Кагеяма психовал, кидая на парочку злобные взгляды из-под длинной чёлки. Какого чёрта этой девчонке понадобилось от Хинаты? Рыжий должен сейчас отрабатывать их «быструю», а не флиртовать с ничего не понимающей в волейболе Ячи. Кагеяма тряхнул головой — воображение напрочь отказывалось рисовать картину заигрывающего с девчонками Хинаты. Хотя… сегодня в школе ведь было что-то похожее. Надо спросить об этом по дороге домой.       Ямагучи постоянно оборачивался, не в силах отвести взгляд от симпатичной первогодки, на щеках которой появлялись безумно притягательные ямочки, когда она улыбалась. Каким образом Хинате удалось так легко завести разговор? И почему Ячи сияет рядом с ним, совершенно не пугаясь и весело проводя время? Ямагучи разочарованно вздохнул и опять промазал в подаче, вызвав недовольный «цык» Тсукишимы. Да-да, он понимал, что напрасно отвлекается от игры, но ничего не мог с собой поделать — к новенькой его тянуло магнитом.       — Ты что твориш-шь? — вернуло к реальности отрезвляющее шипение. — Прекрати немедленно!       — Да, Тсуки.