Летопись Темных Гильдий: Хвост Феи

Предупреждение: время у глаголов в этой главе «скачет» - от прошлого к настоящему и даже к будущему. Много многоточий. Здание гильдии Хвост Феи стояло на отшибе, непоколебимое и грозное, с гордостью возвышаясь над остальными городскими зданиями. Свет горел на всех этажах этого грандиозного сооружения, и оттуда периодически доносились звуки борьбы, веселые выкрики и хлопки, которые бывают лишь тогда, когда открывают бутылки с шампанским или вином. Время от времени из плотно закрытых дверей вылетало чье-нибудь бездыханное тело, но, присмотревшись внимательней, можно было понять, что на самом деле человека нельзя было назвать покойником, он просто был мертвецки пьян. После таких летных учений двери гильдии оставались чуть приоткрытыми, давая невольным зрителям-прохожим, если такие смельчаки находились, наблюдать поразительное зрелище. Стены и потолок огромной залы, судя по всему, были некогда невероятно красивыми, но покрывавший их сейчас отливающий голубым лед портил все впечатление. Впрочем, несмотря на это, некоторые вещи по-прежнему сохраняли свою блистательную красоту. Хотя это не касалось столов и стульев, чьи металлические ножки были обгрызены кем-то несомненно хищным и голодным. На них отчетливо проступали следы острейших зубов, и можно было подумать, что Хвост Феи приютил сбежавшего из зоопарка льва-мутанта. Но стоит таким крамольным мыслям прокрасться вам в голову, и вот уже вы сами одурело размахиваете своей глупой головой, понимая насколько фантастические и нереальные картины, насмехаясь, подбрасывает вам сознание. И тогда вы, напоследок чертыхнувшись, от греха подальше спешите к себе домой, где вас ждет сытный ужин и по-домашнему уютный старый развалюха-диван. Вы будете чувствовать себя на седьмом небе, расслабленно попивая пиво под тихую музыку и думать, что каждый находит свое счастье по-своему. А в это время гильдия Хвост Феи вновь сотрясает окрестности. - Сегодня у нас особенно весело, правда, Мирочка? – с улыбкой от уха до уха воскликнул пьяненький мастер Макаров, облокотившись на барную стойку. Мираджейн, одетая в светло-зеленый воздушный сарафан, спускающийся на ладонь ниже колена, непонимающе поглядела на него, икнула в ладошку, и на всякий случай кивнула. Лисанна, высунувшись из-за угла, коварно хихикнула и прижала к груди большую бутыль с надписью «ВОДКА». Заменить одну жидкость на другую в кружке чересчур рассеянной в этот вечер сестры оказалось проще простого. А вот в неудержимом вихре танца ярким цветным пятном проносятся Локи и Люси, ловко лавируя между буйными «феями» и умудряясь при этом не сбавлять темп. Царь зверей, в ослепительно белой рубашке навыпуск, и заклинательница духов, в коротком кроваво-алом платье, четко обрисовывающем ее обворожительную фигуру, - они замечательно смотрятся вместе. В тихом углу Джубия тоскливо подперла рукой голову, безнадежно наблюдая за яростной схваткой льда и пламени, охватившей почти всю правую половину залы. Нацу и Грей увлеченно молотят друг друга, не замечая ничего вокруг. В ход идет все: магия, столы, стулья, кулаки – любое, что попадет под горячую руку. Азартом полыхает серая зелень суженных глаз, насмешливым превосходством сверкает льдисто-темная синь напротив. Мир вращается только для них. Рядом со вздыхающей Локсар сидит насупленный Гаджил в аккуратном черном костюме с классическим галстуком, его темные мрачные глаза, не отрываясь, следят за порхающей от Джета к Дрою и обратно беззаботной Леви. МакГарден частенько одергивает вниз норовящий налезть выше пупка цветастый топ, легкий шелковый шарф на ее шее озорно развевается за спиной. Альзак и Виска, попеременно краснея и отводя глаза, робко держатся за руки, стоя под наколдованной Ридусом омелой, а Кана одобрительно усмехается, глядя на них. Все развлекаются, как могут, все они, именно сейчас, в этот незабываемый момент, - счастливы. Эльза стоит немного в стороне, с мягкой почти родительской улыбкой оглядывая всех. Она чувствует знакомое тепло в груди, появляющееся только в такие моменты, полные семейного уюта, веселья, по-детски чистой и яркой, как июньская радуга, радости. Порой члены ее семьи и правда напоминают Эльзе детей. Больших, шаловливых, непоседливых, очень-очень добрых. Пышущих жизнью. Вот почему иногда Скарлетт ощущает себя лишней среди них. Она прекрасно понимает, что это глупо и нелепо с ее стороны, подвергать сомнениям скрепляющие их гильдию узы, но ничего не может с собой поделать. В мыслях то и дело проскальзывает прощальная горькая улыбка и неестественно прямая спина человека, которого она любит. Эльза моргнула. Любит? Когда она успела признаться в это себе самой? Печальная усмешка скользнула по ее губам – какая разница когда? Она больше не увидит Джерара, Совет не позволит ему вновь увидеть солнечный свет. Ему суждено томиться в темницах ЭРЫ целую вечность. Мастер Макаров, искоса поглядев на грустную Эльзу, со вздохом покачал головой, мысленно понося Совет на чем свет стоит. Его маленькая дочурка страдала, а он мог только молчаливо ее поддерживать, не силах что-либо изменить. В былое время можно было подать прошение Королю, но сейчас… Слишком уж силен стал Совет магов. И к тому же… Мысли Мастера «Хвоста Феи» были прерваны оглушительным стуком, с которым распахнулись входные двери гильдии. - Не двигаться! Шум резко стих. Все замерли, застыв в недоумении. Мастер Макаров с тревогой и внезапным плохим предчувствием вскинул голову. Эльза пораженно обернулась, и глаза ее широко распахнулись, когда она узнала форму на людях, застывших у порога. - Прошу внимания! – вперед шагнул немолодой, с сединой в жесткой бороде, статный мужчина. – Мы – официальные представители Совета магов, рыцари рун. Глава 6-го подразделения, капитан Шил, - представился он. − Мастер Макаров, прошу Вас проследовать с нами! - Что за фигня? – гневно выкрикнул Нацу, ожесточенно вырываясь из воистину ставшей стальной хватки Грея. Ледяной маг напряженно вглядывался в бесстрастные лица посланцев Совета, отчетливо осознавая, что они непременно применят силу, стоит только дать им мало-мальский повод. – На кой вам понадобился дедуля?! - Нацу «Саламандр» Драгнил? – с едва различимым оттенком интереса спросил глава рыцарей. – Кажется, именно к нему у вас дело, – повернулся он к кому-то за своей спиной. - Да, благодарю вас, Селентий, - кивнул капитан Лахар, направляясь к Нацу. – Вы, должно быть, меня помните, господин Драгнил, - он уважительно наклонил голову в приветствии. – Я… - Я помню, - грубо перебил его Убийца Драконов. – Ты тот самый, который забрал Джерара тогда. Зачем притащился? – хмуро спросил он. - Понимаю, вы не испытываете ко мне симпатии, но придется потерпеть немного, - Лахар достал светящийся конверт с печать Совета. – Это письмо от уважаемого Гран Дома, адресованное лично вам, господин Драгнил, - пояснил он. – Точнее, это приказ. - Э? Гран… Дома? – Нацу озадаченно покосился на Грея. – Это еще что за черт старый? Зубы ледяного мага лязгнули друг об друга. Бровь темноволосого капитана дернулась. - Председатель Совета магов, придурок узкоглазый, - неестественно улыбаясь, прошипел Фуллбастер. - И вовсе он не черт! - добавил в праведном гневе Лахар. - Пфф… - фыркнул Нацу, разрывая конверт. – Да какая разница вообще? – он быстро пробежал глазами по исписанным ровным заостренным к верху почерком строкам и, дойдя почти до конца, внезапно смял в руке тут же вспыхнувшую бумагу. Горящие клочки, медленно кружась, падают на пол. Лахар хмурится, но не выглядит слишком удивленным. В отличие от членов «Хвоста Феи». - Что за ХРЕНЬ?! – сдавленно произносит разъяренный Убийца Драконов. – Какая к дьяволу КАЗНЬ? Система П? Джерар – мой друг! Это не должно было изумить Эльзу. Ведь Совет ясно дал понять, что считает Джерара Фернандеса особо опасным преступником, не заслуживающим прощения. Но ни в одном из сотен кошмаров, мучавших Титанийскую после разгрома Шестерых Просящих, не было подобного исхода. Казнь. Мысли Эльзы спутались, в голове зашумело. «Прощай, Эльза». Плечи Скарлетт поникли. Значит, все должно закончиться именно так? - Черта с два я буду участвовать в этом! – с ненавистью и презрением выплюнул Нацу. – Мы – «Хвост Феи»… - Кгхм, - неловко кашлянул позади капитан Шил. – Прошу прощения, что прерываю, господин Саламандр, но, полагаю, я могу уже известить вас. Никакого «мы» с сегодняшнего дня для вашей гильдии не существует. «Хвост Феи» распущена по решению Совета. Принимайте решение с учетом этого. Тишина, исполненная потрясения и неверия, была ему ответом. Мастер Макаров прикрыл ладонью глаза. Как долго беды будут обрушиваться на его семью? *** - Венди? – Шарли робко касается лапой подрагивающего девичьего плеча. – Пожалуйста, не плачь, Венди… Но маленькая волшебница только трясет головой и тихонько всхлипывает. Ей сейчас тяжелее всех – она снова теряет дорогих людей. Венди боится – неужели и эта гильдия, ставшая ее родным домом, тоже исчезнет, не оставив после себя и следа? Люси сидит, прислонившись к теплому боку Локи, и в бессильном гневе сжимает и разжимает кулаки. Светлые волосы, ранее уложенные в высокую элегантную прическу, в беспорядке ниспадают на бледное, искаженное болью и негодованием, лицо. Она не хочет плакать, не желает показывать свое отчаяние, свою слабость. Поэтому Люси лишь сильнее стискивает зубы, подавляя слезы, и с яростью вытирает ладонью глаза. И когда Локи молча протягивает ей накрахмаленный платок, словно кичащийся явной девственной белизной, она отталкивает руку звездного духа: - Я в порядке, Локи. Царь зверей понятливо кивает и уходит к барной стойке, возле которой уже напивается Кана и, как ни странно, Грей. Локи кладет ладонь ему на плечо, но, наткнувшись на безразличную пустоту потемневших глаз, убирает ее и тихо обращается к Лисанне, наливающей очередную кружку для ледяного мага: - Мне воду, пожалуйста. Лисс, заменяющая сестру, бросает грустный взгляд на дрожащую заклинательницу духов и приносит целый графин, наполненный прохладной водой. Локи благодарно улыбается и уходит обратно, не забыв прихватить большой стеклянный стакан. Лисанна же еле слышно вздыхает, когда краем уха улавливает проговоренное хриплым голосом: - Ещё. Но девушка всё равно тянется к новой бутылке. Она отлично помнит, как чувствовала себя, когда поняла, что навсегда потеряла своих родных, гильдию, где каждый был членом их семьи. Поэтому Лисанна ничего не говорит, лишь подливает украдкой разбавленное саке в опустошенную кружку. Она держится, несмотря на сверлящую боль в груди и тревогу за Нацу. Держится ради тех, кому требуется её молчаливая ненавязчивая поддержка. Но есть кое-кто, кому она помочь не в силах. Эльза Титанийская, Королева Фей, сидит, сгорбившись, сцепив в замок побелевшие пальцы – столь сильны испытываемые ею эмоции. Она до крови прикусывает нижнюю губу, но пугающие реализмом и ясностью сцены, проносящиеся в голове, не исчезают. "Черный огонь, столбом уходящий ввысь, корчащаяся фигура, безумный яростный вой…" Эльза впивается ногтями в ладони, тем самым сдерживая дрожь и вырывающиеся стоны. "Белое мальчишеское лицо, серо-зеленые глаза, застилаемые пеленой ужаса и отвращения к себе, дикий исступленный крик…" Титанийская ощущает горячую кровь на подбородке, но даже и не думает о том, чтобы разомкнуть челюсти. Ведь это, хоть и слишком малая, но плата. Плата за совершенные ошибки, за принятые решения. Эльза мучается, ненавидит себя, но сколько бы она не жалела, время назад не вернуть. То, что сделано – теперь в прошлом, и настало время платить по счетам. Но не Мастеру, которому, как не тяжело это признавать, недолго осталось, не едва оперившемуся птенцу Нацу, только ей. Однако сильным мира сего плевать на желания Эльзы, они сделали выбор. И Скарлетт проклинает их за него. *** - Ясно. Молодой миловидный мужчина откинулся на спинку широкого кресла. - Нужно поблагодарить госпожу Фелицию за полезные сведения. Учитывая то, насколько они засекречены, даже со всеми нашими шпионами в Совете, мы не смогли бы заполучить их. Теперь всё прояснилось. Понятно, зачем им понадобились огненные волшебники. ГЛУПЦЫ! Внезапно грохнул кулаком по столу он, отчего тот покрылся трещинами. Тень на стене напротив расплылась, перетекая в громадные слова: «ЧТО БУДЕМ ДЕЛАТЬ?» В ответ одним резким движением мужчина смахнул все бумаги со стола: - Карта Фиора! Вспышкой сверкнул фиолетовый магический круг и его разгневанному взору предстало целое королевство. Мужчина склонился на ней и волнистые медного цвета волосы закрыли его лицо. - Вот здесь находится ЭРА, - ткнул пальцем в карту он. – Неподалеку выполняет задание Сабина, но у нее нет возможности быстро добраться до нужного места. Она уже использовала телепортационный шар, который я дал ей. Так что Сабина отпадает. А ведь она единственная, кто знает точное местоположение темницы ЭРЫ! Черт! Взбалмошная девица, разве я не предупреждал, чтобы все в любой момент были готовы к неожиданностям? Тень обеспокоенно дернулась: «УСПОКОЙСЯ. ТВОЯ МАГИЧЕСКАЯ СИЛА ВЫХОДИТ ИЗ-ПОД КОНТРОЛЯ. ОГЛЯНИСЬ». Мужчина озадаченно моргнул и медленно обернулся. - Чер-ррт… - прошипел он. Его любимое кресло исчезло. Интересно, как глупо он выглядел, если бы, как обычно, не задумываясь, сел туда с размаху? «У ТЕБЯ ЗАБАВНОЕ ЛИЦО». Затем, словно подумав, тень вдогонку выдала: «ХА-ХА». - Совсем не смешно! - возмущенно нахмурил брови мужчина, однако секунду спустя он виновато улыбнулся: - Прости. Похоже, этим делом некому заняться, кроме тебя. «НИЧЕГО. ЛИШЬ КТО-ТО ИЗ НАС ДВОИХ И ДОЛЖЕН БЫЛ ВЗЯТЬСЯ ЗА НЕГО. ПОЛАГАЮ, МНЕ СТОИТ ОТПРАВЛЯТЬСЯ СЕЙЧАС ЖЕ?». - Да, если ты готов, разумеется. И ещё… Мужчина замялся и растерянно потеребил длинный рукав своей серебристой мантии. - С днем рождения, - тепло улыбнулся он. Через мгновение всю стену заняла ответная насмешливая надпись: «КАКОЙ-ЖЕ ТЫ МИЛЫЙ». - Ах ты… - вспылил мужчина и мрачно выдохнул: - Прибью. Как вернешься, точно прибью. Тень же не шелохнулась, снова приняв обычный человеческий вид. Кареглазый волшебник вздохнул: - И почему ты всегда уходишь, не попрощавшись? Он задумчиво оглядел высокохудожественный бардак, царивший в его кабинете, и щелкнул пальцами. Стол немедленно возвратился в прежнее состояние: в опрокинутую чернильницу возвратились чернила, бумаги аккуратной стопкой легли на край. Мужчина с довольным видом оглядел комнату, но тотчас его лицо вновь потемнело. Пусть друг и поднял ему настроение… - Будьте вы все прокляты, маги Совета! – горько прошептал он. – Будьте прокляты во веки веков… В последний раз он бросил взгляд на черное, безграничное в своей пустоте и безразличии, небо и шагнул к двери: - Витторио! Ты мне нужен! Громовой голос разнесся по всему зданию. А бледно-голубая луна с равнодушием продолжила наблюдать за миром. *** «После тяжелого дня вы любили прижиматься спинами друг к другу и мечтать о будущем. Маленькая девочка с красными, как кровь, волосами, обхватив себя худыми руками, застенчиво говорила, что, если им суждено выбраться отсюда, то она хотела бы стать пекарем. «Все дети в округе станут завсегдатаями нашей пекарни», - робко улыбаясь, шептала она. «И пока хлеб остывает, я буду развлекать их настоящим магическим представлением!» Ты с удивлением смотрел на девичье смущенное лицо, на шевелящиеся губы, и понимал, как это важно для нее. Стать кем-то. Дарить кому-то тепло и радость. Ты желал, чтобы мечты этой девочки исполнились. Поэтому твоей мечтой стало исполнение ее желаний». Джерар с усилием открыл глаза. Пусть смутно, но он помнил, что ему снилось. Впрочем, он сомневался, что это был простой сон. Скорее всего, воспоминания. Закутавшись в теплый плащ, Джерар прикрыл веки. И грустно усмехнулся, когда понял, что разницы нет. Тьма окружала его со всех сторон. Это значило, что наступила ночь. Здесь, в одиночной камере, глубоко в подземелье ЭРЫ, Джерар давно потерял счет времени, с трудом различая время суток. В темнице было светло, лишь, когда стражники зажигали все фонари, но делали они это только днем, ночью же огонь у дверей его камеры горел совсем слабо. Очевидно, он мешал недобросовестным стражам спать. Джерар слабо улыбнулся. Разве мог тот наивный мальчишка восьмилетней давности думать, что он умрет, казненный за преступления, которых даже не может вспомнить? И что тогда бы сказала ему Эльза, его дорогая Скарлетт? «- Я верю в тебя, Джерар, - детская восторженная улыбка, гордость, надежда»… Но борьба – не для такого слабака и труса, который не в состоянии подняться и идти вперед. Не для того, кто не может даже сдержать данное самому себе обещание. - Прости, Эльза, - он не боится быть услышанным, - я подвел тебя. Поэтому… «Поэтому я не имею права жить». *** Нацу настороженно оглядывает изумленного Тотомару: - Ты кто такой? - Пффф, - вздыхает тот, откидывая со лба жесткие черные волосы. А затем посылает в недоумевающего Убийцу Драконов поток голубого пламени. Нацу едва успевает сожрать стремительное пламя. Он на краткий миг застывает, припоминая, что уже ел нечто подобное, и негодующе выкрикивает: - Вспомнил! Ты тот огненный мечник из «призраков»! Но почему ты тут? - По приказу Совета, конечно, - раздраженно отвечает Тотомару, с недовольством ощущая непривычную легкость на поясе. Пусть эти ублюдки и предоставили ему шикарные апартаменты, но меч отняли. «По соображениям безопасности, господин Тотомару». Волшебник фыркнул и изучающе воззрился на Убийцу Драконов: - Ты изменился, Нацу Драгнил. Стал… сильнее? Тотомару с некой долей удивления подумал, что он рад этому факту. Мальчишка из «Хвоста Феи» сумел чем-то зацепить его. Силой духа, может быть? - Эй, Мару как-то там… - неуверенно окликнул задумавшегося бывшего «призрака» Нацу. - Тотомару, - хмуро поправил тот. - Да плева… - Нацу осекся, заметив хрустнувшие палочки в руках у собеседника. – Тотомару, - повторил он, запоминая. – Ты не знаешь, как можно встретиться с… Эммм... Мечник вопросительно поднимает брови и с оглушительным всхлипом всасывает горячую лапшу из большой миски. Но Нацу не обращает внимания на него, судорожно роясь в памяти. Грей сказал, что тот старик − главный в Совете, он помнил это, но имя вылетело из головы воспитанника Игнила. - В общем, - выпалил он, - Тотомару, ты не знаешь, как мне можно встреться с самой большой шишкой в Совете? - Ты Грана Дома имеешь в виду? - Да-да, точно! Именно его! Так как? - Никак, - сказал, как отрезал Тотомару. – Абсолютно невозможно. Нулевые шансы. Ты что, не понял, что у нас нет другого выбора, как подчиниться, Нацу Драгнил? - Я ему объясню! – Нацу вскочил. – Джерар не плохой! То есть, он был им когда-то, хотя вначале он не был злым… То есть, - Нацу всполошено замахал руками, поняв, что запутался. - Так ты знаешь Джерара Фернандеса? Поэтому и хочешь встретиться с Граном Дома? Нацу помолчал немного и неохотно признался: - Он спас мне жизнь. Но это не главное. Джерар в первую очередь наш друг. Друг Эльзы. - Эльзы Титанийской? - Угу, - кивнул Нацу и с силой сжал кулаки. – Если Джерар умрет, то Эльза… Она снова будет плакать! Тотомару покосился на решительного мальчишку и поморщился: - Эй, ты хоть понял, что от нас требуется? Ты так заботишься о чувствах других, а о себе подумал? Или тебя не волнует, что ты станешь убийцей, палачом? - Как это? – непонимающе спросил Нацу. – Разве им нужна не наша магическая сила? - Им нужно гораздо большее, чем сила, - покачал головой Тотомару. – Мы должны будем сжечь заживо твоего друга, Джерара Фернандеса, собственными руками. Нацу ошеломленно застыл. «Постой…» - А если откажешься, то… Нацу распахнул в ужасе глаза. «Ничего не говори!» - …то все те, кто тебе дорог, исчезнут. Гильдия, друзья, семья, деньги и власть. Такое случается со всеми, кто идет против Совета. Подобное уже происходило раньше. Кажется, пятнадцать лет назад. Тогда целая гильдия была уничтожена. Все казнены, до единого. Так что мы можем лишь выполнить условия предложенной сделки, получить деньги, благодарность Совета и.. грех на душу. «Нацу, как можно коптить огнем?». Сломанные окровавленные, некогда белоснежные и сияющие, крылья. Клок синей шерсти в пальцах врага. «Хэй, головешка, айда бить морды темным?». Ледяные цветы на истощенном теле, с алыми стеблями и лепестками. Обрывки цепочки с чудом уцелевшим крестом неподалеку. «Я рассчитываю на тебя, Нацу». Разметавшиеся по земле волосы, привычно алые, но гораздо более насыщенного оттенка – пропитанные кровью. И сломанный меч в безжизненной руке. «Ты должен защищать маму с ребенком. Мы ведь семья». «Я хочу остаться в гильдии! Я люблю «Хвост Феи»!». «Мы – волшебники «Хвоста Феи»!». Убийца Драконов дрожит, с пугающей ясностью осознавая, как хрупко то, чем он дорожит, и насколько он слаб, потому что не может защитить их, не причинив боли им и себе. Тотомару отворачивается: - Мне жаль. Нацу падает вниз, на колени. Ноги не держат его. «Нет. Так не должно быть. Я не могу так. Кто-нибудь. Пожалуйста, кто-нибудь… Игнил… Дедуля… Помогите, хоть кто-нибудь!!!» P.S. Те, кому фик понравился, и кто добавляет в закладки, не забывайте о зелененькой табличке "Нравится" внизу!)))