Летопись Темных Гильдий: Хвост Феи

*** Эвиньон, маленький портовый город на северо-западе Фиора − единственное место, откуда можно, переправившись через Сливовое Море, попасть на континент Юов, не до конца изученные земли невиданных райских птиц и драконоподобных рептилий. Крохотный по сравнению с цветущей столицей город с населением чуть больше ста тысяч человек, не имеющий в распоряжении ни одной волшебной гильдии, он, на зло соседям-конкурентам и прочим завистникам, вот уже двадцать лет ведет успешную торговлю, обеспечивая себя и окрестные деревни заморскими вином и тканями. Да, этот город во многом отличается от Магнолии, делает выводы Мастер Макаров, сходя с только прибывшего на станцию поезда. Точнее, бывший Мастер. Старый волшебник задумчиво окидывает орлиным взором разномастную толпу людей и решительным шагом пересекает её, поднимаясь вверх к центральным улицам. Он не выглядит важным человеком, спешащим по государственным или как минимум банковским делам, но и грубые грузчики, и ушлые торговцы уступают ему дорогу. И дело не в аляпистом легкомысленном наряде, в кои любят одеваться только волшебники и клоуны, а, скорее, в сосредоточенно нахмуренных седых бровях, сошедшихся на переносице. Даже при мимолетном взгляде на сердитое лицо пожилого мага, интуиция, выработанная у всю жизнь работающих с людьми трудяг, вопит изо всех сил: «Убирайся с его дороги!». Само собой разумеется, что у бывшего Мастера Макарова не возникло проблем по пути. А ведь причина его плохого настроения была только в том, что он никак не мог вспомнить, в каком именно доме, желтом с красной черепицей или бледно-розовом с покарябанными белыми окошками, живет его старая знакомая. - Похоже, мне следовало повесить на двери табличку, - глубокий, совсем не похожий на старческий, женский голос застиг старого мага врасплох. – «Здесь живет бывшая темная волшебница!». Тогда бы ты точно не заблудился, Дрейар. Макаров хмыкает в усы, поднимая глаза на стоящую у крыльца пожилую женщину, вытирающую запачканные руки о клетчатое толстое полотенце. - Не пригласишь в дом по старой вражде? – улыбается он, лихо поправляя рогатую полосатую шапку. – А, Рита? - Розарита, Дрейар, - с усмешкой поправляет его женщина и, коротко вздохнув, распахивает дверь: − У меня как раз блины скоро готовы будут. Заходи, враг мой. - Уже шесть десятков лет, как враг, - ворчит Макаров, уплетая за обе щеки горячие круглые блины и запивая их шипучим горьковатым квасом из большой деревянной кружки. – Могу уже и Ритой тебя звать, не думаешь? Облезлый кот шипит на него разъяренно, а старушка смеется, громыхая чугунной сковородой: - Помнишь, что я тебе сказала в прошлый раз? Ответ тот же самый. - Хм, - волшебник качает головой. – Злопамятность тебе не к лицу, Розарита. Ты ведь уже не темная. - Я теперь вообще не волшебница, Дрейар, - отвечает насмешливо та, отряхивая от муки синий фартук с торчащими из пояса нитками. – Всего лишь скромная знахарка, и вдова, к тому же. Могу любить и ненавидеть, как самый обычный человек. - Но волшебных способностей ты не потеряла, судя по состоянию твоего голоса. И карты гадальные далеко не убираешь, как я погляжу, - замечает Макаров, бросив лукавый взгляд на торчащие из-под парадной скатерти бумажные уголки. – Так ты и предсказала мое появление, Розарита? - Было бы что предсказывать, - женщина фыркает, развязывая на голове сетчатый платок и выпуская на свободу волну белоснежных густых волос. – Здесь написано всё, на основании чего можно было сделать такой вывод, Дрейар. «Хвост Феи» признана темной гильдией, смещение Макарова с поста Мастера, сильнейшие члены, участвовавшие в нападении на ЭРУ, объявлены в розыск! Она стучит пальцем по первой старице свежей газеты: - Этого вполне достаточно. Макаров мрачнеет, потирая костяшками лоб. За его гордых, дерзких юнцов, за его несмышленых, неразумных ребятишек назначили награду, словно за каких-то грязных убийц… Им придется столько всего перенести в ближайшее время: гонения, преследования, презрение со стороны бывших союзников… Справится ли со столь тяжелым бременем его маленькая девочка, Эльза, на чьи плечи он взвалил обязанности Мастера? После случившегося в ЭРЕ, как долго она продержится, не срываясь и ведя друзей и товарищей за собой? - Беспокоишься? – участливо присаживается напротив Розарита. – Неужели не веришь в них? Они способные малые, взять хоть твоего внучка, Лаксуса. - На этот раз враг – не темная гильдия, - Макаров, хмурясь, глядит в окно, на сгущающиеся грозовые тучи. – Силой тут ничего решишь. - И то верно, но и ты, и все твои связи сейчас тоже помочь ничем не можешь. Пожилая женщина подпирает голову рукой, пристально всматриваясь в темные глаза своего давнего личного врага, а затем изгибает иссохшие губы в понимающей улыбке. В былые времена было так трудно выбить из этого упрямца согласие… Но стоит беде затронуть дорогих ему людей, как он становится гораздо покладистее. Пусть Розарита и оставила стезю темной волшебницы позади, ей не удалось подавить минутное ощущение какой-то злорадной удовлетворенности – нельзя полностью отринуть прошлое, волей-неволей ты всегда несешь с собой его хоть и малую, но ощутимую частицу… С глухим барабанным стуком на крышу дома обрушились капли дождя. Золотыми стрелами молнии пронзили почерневшее небо, отбросив светлые блики на лица двух пожилых людей. Женщина провела ладонью над столом и, прямо сквозь плотную ткань скатерти, в руку к ней поползли потрепанные черные карты. Розарита прикрыла веки, позволяя картам самим решить, в какой последовательности запрыгивать на её чуть согнутые пальцы. Когда карт на столе больше не осталось, она достала из рукава тонкий стилет с коричневыми пятнами на лезвии и выжидающе уставилась на Макарова. А тот обреченно вздохнул и, отвернувшись, позволил ей надрезать ладонь. Кровь замарала белую скатерть, обагрила узкий клинок и впиталась в подставленные под стилет гадальные карты. Розарита вытерла сталь о свою руку и бережно спрятала оружие в складки одежды. Выждав немного времени, пока бумага окончательно не вобрала в себя алую жизненную жидкость, она резко подкинула колоду вверх. На мгновение карты застыли в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей более длинной оси, а затем с немыслимой быстротой завертелись в причудливом танце. По одной, по две они раскладывались на столе, когда как остальные всё набирали и набирали скорость. Наконец, в самый центр, где расплылось пятно крови Макарова, легли последние три карты, черно-синими рубашками глядя на замершую «знахарку». - Готов, Дрейар, узнать, что ожидает «Хвост Феи»? – нараспев протянула она и, сверкнув аметистовыми глазами, перевернула первую карту. Дождь за окном хлынул на землю с новой силой, зловеще бьясь о хрупкое стекло. В очередной вспышке молнии Макаров разглядел изображение на карте – дракон с замысловатым узором на нежно-розовой чешуе гневно распахивал окутанные красным пламенем крылья. Белые клыки в его то и дело открывающейся пасти внушали опасение поразительным сходством со стальными клинками – так они были остры. - Красавец, правда? – рассмеялась Розарита, повертев в пальцах карту. – Небеса рыдают от счастья, Дрейар, - она кивнула на разбушевавшуюся на улицах города водную стихию, − а все потому, что их излюбленное дитя вернулось. Совсем скоро твои ребята столкнутся с ним, с яростным огненным богом. Будто в подтверждение дракон на карте выдохнул в Макарова струйку дыма. Старик напряженно отодвинул её в сторону, ведь Розарита уже вытаскивала вторую. - Шахматы, - она на миг озабоченно прикусила губу, но тут же успокоилась. – Вот здесь, - ткнула она пальцем в увеличившуюся карту, − смотри, как перемешались белые и черные фигуры, это значит, что всё стало гораздо сложнее, чем битва Добра и Зла. А тут – черный король в окружении армии белого короля, неподалеку отряд черного ферзя, но он пока не двигается… Подозрительно, не думаешь? Черный ферзь что-то задумал. - Недоброе? – спросил Макаров. - Кто знает, - женщина пожала плечами. – Но «Хвост Феи» определенно ввязался в какую-то странную игру, поле боя которой – наше королевство. Бывший Мастер внимательно рассмотрел карту и положил её поверх дракона. - Третья… - с предвкушением выдохнула Розарита, фиолетовым глазом лукаво покосившись на волшебника: − Не боишься, Дрейар? - Открывай, - сурово ответил Макаров, сцепив пальцы в замок. Женщина медленно подняла карту, и зрачки её потрясенно расширились. Карта упала на стол. С неё на старого мага пустыми глазницами уставился череп, на черной копне волос которого сгустилась корона из плотного темного дыма. - Повелитель Смерти, - прошептала Розарита. – Тот, кто встанет на пути твоих детей – Повелитель Смерти. Они… Благие Небеса, Дрейар! Скоро твои дети ум… - Замолчи! – оборвал давнего врага Макаров. – Хватит разводить панику, ты ведь не можешь сказать, врагами ли они столкнутся. Быть может, Повелитель Смерти просто пройдет мимо. - Не смеши, Дрейар! – Розарита зло прищурилась, и почему-то морщинок на её лице стало меньше. – Лишь раз в своей никчемной жизни я сталкивалась с Повелителем Смерти, и было это пятнадцать лет назад, когда ко мне приходил Феликс Ирас. Тогда ему выпала проклятая карта «Плаха Смерти». Ты ведь знаешь, что случилось с его гильдией, верно? – свистящим шепотом произнесла она, наклонившись к Макарову. – «Крыло Грифона» уничтожили, раздавили, несмотря на их силу, а самого Феликса сожгли заживо! Бах! Со звоном ударились о стены оконные створки, впуская в дом гудящий ветер вперемешку с холодными струями осеннего дождя. Старуха глубоко вдохнула чистый воздух и слизнула безвкусные капли с уголка рта. А затем, не посмотрев на Макарова, встала и захлопнула окно, задернув занавески. Тот час же зажглись свечи в древней люстре под потолком, осветив маленькую кухню: плотно прикрытые прямоугольные шкафчики из беленого дуба, многочисленные кастрюли и котелки, в ряд стоящие на полках и… только что бывшие седыми яркие, цвета молодой травы волосы молодой женщины у стола. - Этот облик тебе идет гораздо больше, Рита, - совершенно не удивившись, говорит Макаров, откровенно любуясь тонкой талией, сравнительно небольшой аккуратной грудью и высокими острыми скулами. - Всё из-за дождя, - морщит аристократический нос женщина, молодея на глазах. Иллюзия сходит на нет постепенно, открывая взору волшебника девушку, красивую той влекущей глубинной красотой, что некогда заманивала неосторожных моряков в водные пучины. – Магия русалок так отвратительно реагирует на дождь, портит всю маскировку. Она досадливо откидывает назад лоснящиеся, оттенком напоминающие морские волны, волосы, и, будто что-то вспомнив, резко оборачивается к старому волшебнику лицом: - Ты снова это сделал. Я не Рита, Дрейар, я – Розарита. Макаров только улыбается в ответ. Шестьдесят лет прошло, а эта женщина, кажется, даже похорошела… P.S. Те, кому фик понравился, и кто добавляет в закладки, не забывайте о зелененькой табличке "Нравится" внизу!)))