Что не знает пощады из тёмных миров?

Ангустиас с полуночи не спал — переживал сильно, а с первыми проблесками рассвета вскочил одеваться. Голова безбожно болела, но слишком многое было поставлено на карту, к сожалению, они все «яйца сложили в одну корзину». Если снежный вождь откажет, то будет большой удачей, если оборотни выполнят свое обещание и не убьют визитеров. Тогда мужчине придется во чтобы-то ни стало спасать своего беременного омегу, прятать его от всех, а там еще война с чёрными и неизвестно, что и как повернётся! Эти и другие мысли не давали не то что спать, даже сосредоточиться на одежде и то стоило огромного труда — Ангустиас трижды не мог попасть ногой в левую штанину. Когда он наконец собрался, сполоснул лицо водой из стакана, прополоскал рот, как раз хозяин-альфа пришёл их будить, сказал, что Калум ждет с ответом. Но на этот раз молоденький муж-омега упёрся рогом, мол, не отпущу без завтрака, хоть по бутерброду и горячему чаю — пришлось уважить парня. — Вы знаете, что надвигается на нас из тёмных миров? — спросил Калум охотников прямо с порога, не размениваясь на мелочные «здрасте и доброго дня». — Ненависть, насилие, злость, равнодушие? — решил Ангустиас и внимательно посмотрел на вождя оборотней.  — Ты что, серьёзно? На четырёх ногах? Ненависть и злость на лапах? Племена чёрных волков! Они даже своих насилуют и убивают, иногда за территории, иногда ради омег, или просто используя их как еду на охоте… У нас у всех один общий враг, но тем не менее нельзя недооценивать его силу и мощь! У чёрных тысячи профессионально обученных воинов-альф, кипящих ненавистью и страстью к убийствам и разрушениям! — Поэтому мы просто обязаны объединиться! — Ферреро поставил огромную жирную точку в прениях человека и оборотня. — Да, мы согласны! Придется много работать над слаженностью новой союзной армии, но я верю — это поможет нам победить! Иначе только смерть и забвение! Для всех! После этой речи мужчины и оборотни — вождь пригласил на совещание своих лучших главнокомандующих — начали вырабатывать общую стратегию войны с черным войском. Через двадцать минут всё было кончено, оказалось, что лучшие человеческие охотники ничего не смыслят в ведении партизанской войны или в секретах открытого боя на пересеченной лесистой местности. — Мы встретимся с вашими вождями, — резюмировал Калум, — а то так дело не пойдёт! — У нас не вожди, а правительство, — поправил Ангустиас. Всё время полемики они с Майтэ сидели крепко держась за руки и тихо празднуя победу — общую жизнь для людей и волков. — Да, именно с правительством людей нам и надо разработать общую тактику ведения боя против чёрных. Двинуться обратно на человеческую территорию было решено назавтра прямо с утра. Охотники и так были собраны, по рюкзаку на спину и топай! А волки, как оказалось шли вообще налегке — обратились и готовы! Пошли не только командующие армией и вождь, но также и рядовые воины-альфы. Омег в поселении остались охранять только личные телохранители Калума. Остальным воинам, находящимся сейчас на других территориях, через многочисленных связных было велено явиться на человеческие земли для усиления межрасовой армии. Обратный путь через лес был совсем другим. Десятка крепких оборотней осталась охранять охотников, остальные на сильных быстрых лапах побежали вперед. Ферреро и Ангустиас обещали, что в главном человеческом городе им будет обеспечен вежливый и безопасный прием. Просто охотники были не в состоянии передвигаться так молниеносно, как армия волков. Городские ворота охраняли свирепые воины-стражи. Каково же было их удивление, когда в обычную среду в десять утра зелёный лес перед городскими воротами вдруг расцвёл сметанно-белым. Огромные полчища белых волков окружили город. Просто чудо, что стражники не открыли по ним огонь, а сообщили о жутком происшествии городскому голове. — Отставить огонь! Я сам к ним выйду! — вскочил Сэбэл Рокайо, отбросив насущные проблемы и документы на подпись. — Странные это какие-то оборотни, белые… — Так и должно быть! Они ко мне на переговоры! Но несмотря на всю свою уверенность Голова вышел вперёд с белой рубахой на длинной палке, что символизировало белый флаг и с десятком преданных охотников по бокам. — Здравствуйте, я городской голова Сэбэл Рокайо… Где Ферреро и другие охотники? — встревоженно поинтересовался первым делом. — Мира вам, я — вождь снежных оборотней Калум. Ваши переговорщики живы и здоровы, просто отстали от главных сил на несколько суток. Я оставил им защиту в виде своих телохранителей, так что им ничего не угрожает! А вот нам с вами надо срочно решить, как именно объединиться и воевать. По дороге сюда нам не встретилось ни одного чёрного патруля, что свидетельствует об передвижениях их войск. А вот куда и зачем нам непонятно! — На нас хотят напасть. У нас истинный омега их вождя. К тому же беременный, — ответил городской голова. — Надеюсь, вы не удерживаете этого оборотня силой? — обратившийся в человеческую ипостась волк стоял совершенно голым, что не мешало ему говорить с остальными свысока. Другие оборотни кружили вокруг в зверином обличье. — Конечно, нет! Вы же его видели с Ангустиасом и остальными, — спокойно ответил Сэбэл, но взгляд с трудом удерживал в районе глаз собеседника, очень уж интересно было попялиться на «дубину» настоящего стопроцентного альфы, да ещё и вожака.  — Понятно! А я решил, что он беременный от вашего человека. — Нет! Пока нет, — улыбнулся, намекая на дальнейшее плодотворное сотрудничество и успешную совместную жизнь, — давайте не будем разговаривать здесь. Пройдемте вместе со своими воинами в город. К сожалению, всех мы принять не в состоянии, может быть только вас и ваших телохранителей? — Телохранителей не надо! Я вам полностью доверяю, — но сам Калум многозначительно обвёл взглядом несметные полчища своих воинов, расположившихся вокруг городских стен, — но возьму с собой главнокомандующих, которые помогут нам с вами составить тактику новой войны. Потому что раньше такого ведения боя еще не было. — Хорошо, отлично, мы предоставим вам за счёт города гостиницу, одежду и всё что вам потребуется, — городской голова всё же опустил глаза на секунду, и заметил «размеры» — ничего себе орудие. — Большое спасибо, мы бежали без всяких вещей и остановок, постараемся недолго злоупотреблять вашим гостеприимством. Через три дня, когда Ангустиас и остальные охотники прибыли в город, переговоры уже подходили к концу. Лучшие воины с обеих сторон должны были начать партизанское движение в лесах, чтобы разведать местоположение чёрных и их планы. А вот остальные совместными силами должны были напасть и окружить врагов. Были посланы весточки с голубями во все человеческие города, там обещали послать своих воинов в межрасовую армию. Точно также белые оборотни из разных кланов, обитающих в разных частях страны, должны были собраться вместе у стен города. Ангустиас тоже хотел принять участие в войне в первых рядах за мир и безоблачное будущее своей семьи, но городской голова не согласился и отправил его защищать своего омегу и беречь как зеницу ока самое дорогое сейчас и секретное оружие против черных — Майтэ. Их попросили собрать небольшую колбочку секрета омеги для того, чтобы было чем выманить самого главного чёрного вожака. Майтэ сначала надулся, но потом понял, что у него появился реальный шанс помочь общей армии, пусть даже и таким нетривиальным способом. А потом уже омега начал чувствовать себя всё хуже и хуже: слабость, тошнота и рвота по утрам, да и ещё одна новая напасть — болезненно-чувствительные соски. Так что стало не до игр в войнушки. Охотник долго ничего не замечал, Майтэ просто стал теплее одеваться, дольше торчать под душем, стесняться непонятно чего. Ангустиас сначала решил, что все упомянутые изменения поведения любимого связаны с раздобревшим пузиком, которое стало мягким и нежным, и которое так хотелось ещё и потрогать, и погладить, но нет — живота своего Майтэ не стеснялся. Легко приподнимал рубашечки или майки, предоставляя Ангустиасу место для поцелуев. Мужчина, разговаривая с будущими волчатами, всегда шутил: — Пусть я и не ваш родной папка, но я заставлю вас слушаться! Будете мне ходить на задних лапках и вилять хвостиками! — но говорил он это так забавно, что Майтэ начинал сразу смеяться, это вовсе не выглядело оскорблением. Со временем Ангустиас окончательно понял, что с животиком это никак не связано. Тогда что ещё? — удивлялся он. Он как-то подошёл к своему омеге днём и спросил откровенно: — Вывести тебе бородавки с члена? Я знаю одно замечательное средство! Надо поцеловать двух лягушек в полночь с языком, ну, то есть по-французски. Отлично работает! — Фу-фу, как тебе не стыдно! — смеялся омега. — Нет у меня никаких бородавок на члене! Какие-такие бородавки? От беременности такого не бывает! — Как какие бородавки, волосатые! — засмеялся уже мужчина. — Тогда почему ты все время меня стесняешься? Что не так? Раньше ты чуть ли не всё время нарезал по дому абсолютно голым, что теперь изменилось? Хочу чтобы ты понял, что беременные парни самые красивые в мире, прекрасные и таким ты мне нравишься еще больше! — Спасибо! — заслушался Майтэ. — Я знаю. Но ситуацию это никак не прояснило. И вот как-то раз Ангустиас, нарушая все просьбы омеги о личном пространстве и скромности, начал подсматривать за ним во время купания. То, что он увидел, повергло в шок — у омежки опухли и покраснели соски, и он сам себя гладил в недавно смастерённом душе, маленький розовый член тоже встал. Но руки омеги намного больше интересовали маленькие красные комочки, глаза он закатил и тихонько, стараясь не шуметь, постанывал от восторга. Когда мужчина рассмотрел, как нежно пальцы перебирают горошины сосков, ему непременно захотелось тоже поучаствовать в этой усладе, и он, быстро скинув с себя одежду, присоединился к Майтэ под струями воды. Они оба совершенно не боялись быть обнаруженными, потому что о них уже знали обе стороны: и снежно-белые волки, и городские власти, которых предупредил голова. Он поставил в известность весь город и о межрасовой армии, и о войне против чёрных оборотней, и о причинах, побудивших заключить такой странный союз. — Привет, мой маленький, хочешь, я тоже поучаствую? — спросила Ангустиас, несмотря на удивленное и смущенное фырканье любимого.