Принц и нищий

– Дай воздуха глотнуть, изверг! – Дженсен с трудом оторвался от губ Миши, пытаясь наладить дыхание, – чем ты дышишь-то? Или ты как русалка? Миша пошло усмехнулся в ответ. – Слабак! – махнул он рукой, вставая, – альтернативными местами дышать надо! Давай собираться уже, надо еще завезти Чарли костюмы и успеть домой до темноты. – А что? Ты темноты боишься? – Дженсен поднял с земли брюки и принялся рассматривать их на предмет пятен. – Да нет, не боюсь, – Миша подцепил с заднего сиденья платье и форменную рубашку полицейского. Вывернул то, что было снято впопыхах, и с задумчивым видом полез в карман, – просто с наступлением темноты у меня обостряется желание изнасиловать тебя в первых попавшихся кустах. Хочу хоть домой для разнообразия добраться, – он рылся в карманах, явно что-то вспомнив, – я тут где-то бросал пачку жвачки в кармане. Надо найти. Чарли просила вернуть в первозданном виде. Хотя, боюсь, что после наших акробатических упражнений в траве… Он вытащил из кармана куртки Дженсена записку с телефоном. – «Дафна»? Хм. Когда ты успеваешь обзавестись телефонами половины окрестных девушек в штате? Я же тебя на минуту всего оставил! Дженсен, торчащий кверху голой задницей из машины, откуда он пытался достать свою одежду, тут же призывно повилял своей филейной частью в ответ. – Это от девушки с ресепшена, – нарочито томным кокетливым голосом протянул он, – она успела мне его сунуть, когда я вызывал Саманту. Миша трагически закатил глаза и протянул ему квадратик розовой бумаги для записей. – Держи, ловелас! – хмыкнул он, но Дженсен не протянул к нему руки. – Да выкинь! Думаешь, я буду его хранить? Или еще лучше – позвоню? Он вытащил на свет божий свою одежду и быстро набросил на себя футболку. Миша тоже в ответ изобразил томную девицу, хлопающую накрашенными ресницами: – Ну маааалоооо ли… Может, тебе только ее для коллекции не хватаааалооо… Дженсен сделал вид, что пытается поймать его, но Миша тут же вильнул в сторону, подхватывая с травы свои джинсы. Когда они уселись в машину, уже совсем стемнело, и Дженсен включил свет над приборной панелью, раскидывая вещи по местам – очки на полочку, ключи в замок. Открыв бардачок, он демонстративно кинул туда тюбик смазки. – Надо будет следить, чтобы эта хрень оттуда не выбывала, – он хитро подмигнул Мише. Тот зашелся беззвучным смехом, поправляя на себе футболку и глядя в окно – от перепада света и тьмы за стеклом не было ничего видно, кроме алевшего закатными красками неба. К Чарли они приехали уже совсем ночью. – О, вижу, операция удалась! – скользнув по ним внимательным взглядом, произнесла она, протянула руку, вытаскивая из волос Миши траву, и сунула в рот чупа-чупс, – надеюсь, вещи хотя бы целы и не залиты потоками спермы! – Чарли! – наигранно изумленным голосом пробасил Миша, – как тебе не стыдно? – Ага. Видишь – вся покраснела до корней волос! – безразлично проговорила девушка, – давай уже пакет. Они отдали вещи и по-дружески обнялись, благодаря за помощь. – Как парнишка? – Чарли вытащила изо рта конфету и серьезно посмотрела на Мишу, – вычухается? Миша тоже резко стал серьезным. Сделав неопределенное движение рукой, он кивнул. – Ничего. Держится, – он кивнул и коротко обернулся, чтобы оценить, как далеко от него стоит Дженсен, – я помогу. Чарли тоже вскинула взгляд на Дженсена, кивнула и помахала им рукой. Дома, уже вытирая волосы после душа, Дженсен привалился к притолоке, глядя, как Миша намыливает себя в душе. – Миш? Мне это очень не нравится, но на неделе придется съездить в Канаду. Как минимум, на два дня. Я уже давно откладываю этот вопрос, но придется. – А что хорошего в Канаде? Там нет таких горячих парней! – Миша прижался ягодицами к прозрачной стенке кабинки и демонстративно поелозил ягодицами по стеклу. – Да ну тебя, придурок! – хохотнул Дженсен, – тебе не хватило? Миша высунул в щель между дверцами кабинки голову, его лицо было покрыто какой-то то ли маской, то ли кремом. Томным голосом с придыханием он пропел в ответ, хлопая ресницами: – Мне тебя всегда мало, милый! – и тут же захлопнул дверцы снова, не дав летящему в него полотенцу попасть внутрь. – Ну а если серьезно? Тебе еще много доделывать осталось? Дженсен протянул руку к чашке кофе, ожидавшей его на стиралке. – Вот это по сути последнее дело. Останется сдать дела и ждать назначения. Я планирую поехать то ли завтра, то ли послезавтра, чтобы все завершить до выходных, – он отпил из чашки и запахнул полы белого атласного халата, – тем более, что завтра шеф планирует какую-то пьянку по поводу хороших показателей фирмы в этом году. Насколько я знаю, приглашены меценаты, мэр, куча всяких важных индюков из сената. Ужасно не хочу во всем этом участвовать! Миша слушал его молча, намыливая голову и будто думая о чем-то своем. – Конечно, съезди завтра. И управишься быстрее, и меня не заставишь ждать, – согласился он. Дженсен повернулся к зеркалу, рассматривая свое отражение. – Наверное, так и сделаю. Завтра утром заеду на работу, возьму документы и после обеда выеду. Надеюсь, что получится добраться и поселиться во второй половине дня, чтобы утром успеть все подписать и выехать обратно. Нужно будет не забыть сложить мини-чемодан с костюмом и ноутбуком. Миша согласно муркнул из кабинки. В кровати они еще долго лежали, обнявшись и глядя друг на друга. Миша выглядел каким-то притихшим и серьезным, словно в ожидании чего-то значимого. – Ты же не будешь сильно скучать? – Дженсен коротко поцеловал его в губы, – я постараюсь сделать все быстро. – Не буду, если мы повторим сегодняшнее, – пошло ухмыльнулся Миша, – только я уже краситься не буду, ладно? Я и так едва все смыл! Дженсен заржал в ответ на умоляющее выражение его лица. – Ты мне так за неделю член сотрешь! – он повалил Мишу на спину и впился поцелуем в его губы, – до утра подождать сил нет? Неужто я тебе ничего не натер там, на природе? Сомневаюсь, что был особо разборчив в своих ласках! Миша нетерпеливо поерзал под ним, обнимая его ногами вокруг бедер. – Ничего ты мне не натер, – хмыкнул он, – да и ради такого горячего жеребца чего не потерпишь! В этот раз они делали все очень медленно. Именно не трахались, как выразился Дженсен, а занимались любовью. Спешить, в общем-то, кроме того, что утром на работу, было некуда. Они были вдвоем в квартире, за окнами темнела ночь, первая страсть, вылившаяся в безудержный секс с места в карьер, улеглась, тело остыло. Оба были еще влажными после душа, уставшими и довольными, день удался – в нем было все, о чем только стоило мечтать – адреналин, волнение, риск, много смеха и прекрасный секс. И сейчас ничего не мешало медленно и неторопливо изучать друг друга на огромной кровати, касаться, дышать, медлить, просто смотреть в глаза. –Дженс! – вдруг посреди томных ласк вскинулся Миша, – мы ведь завтра расстанемся на перекрестке у фабрики и я не увижу тебя вечером, и ночью. Только вечером следующего дня, если тебя не задержат в Канаде. Дженсен тоже отвлекся от вылизывания его промежности и вскинул на Мишу полный сожаления взгляд. – Да… Я оставлю тебе запасной комплект ключей, и ты вечером вернешься без меня. А послезавтра к вечеру, если меня правда не задержат, будешь уже ждать меня здесь снова. Миша кивнул, в его глазах застыла печаль, которую Дженсен тут же поспешил развеять: – Только чур, дорожки со стеклянного столика не втягивать, текилой ковер не заливать и выбрасывать после себя презервативы! Миша откинул голову, заходясь беззвучным смехом. – Ты неисправим! – он подтянулся ближе к Дженсену и поцеловал его в подбородок, – я буду очень скучать! – Я тоже… – Дженсен поднял с пола пульт от музыкального центра и включил тихую музыку, которая очень соответствовала тихой ночи вдвоем посреди шумного города, и притянул Мишу ближе к себе. – Иди сюда. Ты такой мягкий, сонный. Хочу тебя. Очень хочу тебя такого. Миша внимательно посмотрел ему в глаза, целуя снизу в подбородок, обжигая шею горячим дыханием. Медленно пробрался поцелуями по шее Дженсена до его груди, рисуя языком узоры на коже, проводя пальцами по спине. Закрыв глаза, он откинулся назад на кровать и запрокинул голову назад, открывая доступ к себе, обнимая Дженсена ногами вокруг талии, выгибаясь в пояснице. Но стоило Дженсену мягко опуститься сверху, их взгляды тут же встретились. Миша смотрел ему в глаза, Дженсен не спускал глаз с него, очень мягко и медленно толкаясь в глубину его тела. Да, Дженсен был прав. Второй раз за последние несколько часов был болезненнее, но Миша ни за что не желал прекращать, вцепляясь в плечи Дженсена, раскрываясь перед ним, принимая его в себя, царапая ногтями его спину и то и дело жадно притягивая его к себе, обнимая, будто боясь и на миг лишиться ощущения этого единения. – Ты доверяешь мне, Дженс? – вцепившись в него прямо посреди процесса, прижавшись щекой к щеке, ловя жаркое дыхание, прошептал Миша, – ты мне веришь? Дженсен выдохнул сбито и рвано, его сил едва хватало, чтобы удерживать себя на руках – медленные ласки и усталость давали о себе знать, его размаривало в приятной неге. – Да… – ответил он, прижимая к себе теплое тело, – верю… – Всегда верь мне. Всегда. Пожалуйста… – Миша зажмурился, ощущая, что движения Дженсена становятся отрывистее, резче, что тот стремительно приближается к финалу. – Да… – Дженсен вдруг рывком извлек член, сжимая его в руке, направляя потоки теплой спермы на грудь Миши, склоняясь к его губам, целуя его долго и жадно, – да… Миша застонал от ощущения принадлежности, от так явно выраженного желания Дженсена пометить его собой, заклеймить своей страстью и, не разрывая поцелуя, несколькими движениями тоже довел себя до оргазма. Несколько минут, пока не расслабились мышцы, и обоих не сморило сном, они лежали в обнимку, наплевав на подсыхающую между телами сперму и затекшие руки.