Идеальная пара

      Серебристый диск луны висел высоко в чернильном небе, усыпанном сотнями звёзд. Разноцветные огни ночного города выглядели очень красиво и завораживающе. Тёплый ветерок приятно дул в лицо не спеша идущим по улицам людям.       В маленьком кафе, расположенном рядом с метро, громко играла музыка и слышались весёлые разговоры и смех посетителей.       Компания друзей после тяжёлого учебного дня в университете отмечала успешную сдачу экзаменов. Двое парней, смущённо смотря друг на друга, что-то обсуждали. Блондинка улыбалась, получая сообщения от своей любимой, и медленно потягивала красное вино из бокала. Кареглазая девушка с каштановыми волосами, сидящая рядом с ней – Танигучи Харуми – болтала с девчонкой помладше – первокурсницей того же университета – Намурой Нэнэ. Царила такая уютная атмосфера, что ни один из студентов не хотел расходиться, желая как можно дольше продлить эти прекрасные минуты.

***

      Девушка с необычными светло-розовым цветом волос – третьегодка академии Аихара – Мидзусава Мацури, развалилась на кровати. Взгляд голубых глаз устремлён в потолок, где были наклеены звёздочки, светящиеся в темноте кислотно-зелёным светом. Харуми и Мацури прицепили их в первый же день, как светловолосая переехала к возлюбленной.       Девушки вместе почти полтора года, а живут в этой съёмной небольшой, но уютной квартирке в многоэтажке уже шесть месяцев.       Думая о Танигучи, голубоглазая улыбнулась. Мидзусаве хотелось поскорее увидеть любимую – девушка очень соскучилась. На часах, висящих над кроватью, маленькая стрелка перевалила уже за полночь, и светловолосая начинала переживать. Нащупав смартфон, Мацури села на постели и прищурилась от яркого света экрана мобильника. Написав шатенке сообщение, в котором спрашивалось скоро ли она будет дома, голубоглазая поплелась на кухню, попутно набирая номер, чтобы заказать еду на дом.       Тем временем в кафе у станции студенты продолжали веселиться. Намура от души пела в караоке, парни незаметно от всех целовались в углу. Харуми с зеленоглазой блондинкой – её лучшей подругой Аихарой Юдзу – уже порядком напились и обсуждали подарки на Белый День, которые сделали своим вторым половинкам. Услышав сигнал сообщения, Танигучи принялась рыться у себя в сумке, тихо ругаясь под нос. Ища телефон, кареглазая не заметила, как в кафе зашла красивая брюнетка – Аихара Мэй, младшая сводная сестрёнка и девушка Юдзу. Она оглядела помещение, а когда заметила пьяную блондинку, хохочущую с кружкой пива в руке, стремительно направилась в её сторону. Пока Мэй отчитывала свою непутёвую сестру, которая, между прочим, должна была быть дома ещё час назад, шатенка наконец откопала свой мобильник и прочитала сообщение от Мидзусавы. Увидев, как Аихара младшая тащит зеленоглазую к такси, Харуми быстро написала, что скоро будет, и попрощавшись со всеми вышла из кафе.

***

      Сидя на широком кухонном подоконнике, светловолосая курила ментоловую сигарету. За окном уже накрапывал дождь. Когда Мацури прочитала ответ от Танигучи, на улице уже шёл сильный ливень, и волнение голубоглазой за девушку усиливалось. В дверь позвонили, и быстро затушив сигарету в пепельнице, Мидзусава помчалась открывать, но это оказался всего лишь курьер, принёсший заказ. Заплатив, светловолосая направилась обратно на кухню разогреть еду, то и дело поглядывая в окно, надеясь увидеть идущую домой Харуми, но видела лишь яркие молнии где-то вдалеке.

***

      Танигучи, держа над головой сумку и тем самым пытаясь хоть как-то спастись от ледяных капель дождя, спешила скорее попасть домой. Алкоголь, выпитый за этот вечер, согревал, но разум был затуманен, а ноги немного заплетались.       От раската грома девушка вздрогнула и ускорила шаг. Вот уже видна крыша дома. Ещё светофор, пара поворотов, и шатенка заходит в подъезд; поднимается на лифте. Несколько минут кареглазая искала ключ и ещё столько же пыталась дрожащими руками вставить его в замочную скважину. Наконец попав, Харуми поворачивает ключ и заходит в квартиру. Облокотившись на стену, скидывает обувь и, чуть шатаясь, проходит на кухню, где играет музыка – должно быть, из-за неё Мацури и не услышала, как шатенка пришла – но останавливается на пороге, заворожённая видом своей возлюбленной: Мидзусава, в одних только коротеньких шортиках и лёгкой майке, снова сидит на подоконнике. Она подносит ментоловую сигарету, сжатую тонкими пальцами, к своим розовым губам, делает затяжку и, запрокидывая голову и прикрывая глаза, выпускает сероватый табачный дым. Форточка открыта, из-за чего в помещение попадает холодный ветер, слегка развивая светлые волосы, и капельки дождя – поэтому кожа голубоглазой покрыта мурашками. Вздыхая, Мацури тушит сигарету. От этих движений правая лямка майки спадает, оголяя бледное плечо, на котором виднеется пара уже исчезающих багровых пятен – следов, что оставила Танигучи позапрошлой ночью.       Сглотнув, кареглазая делает шаг, наступая как раз в то место, где пол противно скрипит. Девушка, сидящая на подоконнике, вздрагивает и поворачивается на звук. Голубые глаза расширяются от удивления, а в голове пролетает мысль: «Когда она успела придти?...», но через секунду удивление сменяет радость, и Мидзусава, спрыгнув с подоконника, мгновенно оказывается возле Харуми и поднимается на носочки, обнимая шатенку за шею и целуя страстно, нетерпеливо, словно показывая, как сильно она соскучилась. На любимых губах ощущался горьковатый привкус вина.       Кислород в лёгких заканчивался и девушкам пришлось прервать поцелуй. Тяжело дыша, они смотрели друг другу в глаза. — Я так скучала, Хару.. Что заставило тебя задержаться? Уже второй час ночи, – повисая у Танигучи на шее, обеспокоенно проговорила светловолосая. — Прости, прости, – виновато начала кареглазая, придерживая Мацури за талию, – Всем было так весело, что вечеринка затянулась. Я прочитала твоё сообщение как раз в тот момент, когда Мэй забирала Юдзучи, и сразу пошла домой, – объясняя Мидзусаве причину своего позднего прихода, Харуми дрожала – мокрая и холодная от дождя одежда неприятно липла к коже. Заметив это, голубоглазая с заботой произнесла: — Ты промокла до нитки. Иди в душ, а я приготовлю тебе сухую одежду. Потом перекусим. — Хорошо. Спасибо, Мацури, – улыбнулась шатенка, и чмокнув светловолосую в губы, направилась в ванную.

***

      В небольшой гостиной было темно, и единственным источником света служили гирлянда и телевизор, по которому сейчас шёл какой-то романтический фильм. На столике перед диваном стояла горячая пицца и связка четырёх баночек фруктового пива. Неоновая гирлянда, тянувшаяся от стены к дивану, тускло светила и медленно меняла цвета.       Мацури, распластавшись на диване, пялилась в экран телевизора в ожидании кареглазой. Услышав тихие шаги, девушка села – Танигучи вышла из душа, одетая в пижаму, которую Мидзусава положила перед дверью в ванную. Шатенка, пошатываясь от того, что была немного пьяна, прошла ещё несколько шагов и приземлилась на диван рядом с голубоглазой. — С лёгким паром~ – протянула светловолосая, прикладывая холодную банку к щеке Харуми. — Спасибо, мелкая, – поблагодарила девушку Танигучи, одарив её улыбкой и потрепав по голове. — Мы встречаемся почти два года, а ты всё ещё зовёшь меня мелкой? – жуя кусочек пиццы, проворчала Мацури. — Потому что порой ты ведёшь себя как ребёнок, – с лёгкой улыбкой сказала шатенка, отпивая из банки. Мидзусава надулась, – И ты также дуешься, как и два года назад. — Я не ребёнок! – хмурясь, пискляво взвизгнула голубоглазая, что выглядело довольно забавно. — Твой детский голосок до сих пор не изменился. — Ах ты... – светловолосая уже хотела было начать возмущаться, но подумав, что тогда будет выглядеть и прям как ребёнок передумала и, вздохнув, спокойно произнесла, – Но тебе же он нравится. — Да, – Танигучи повернулась к Мацури, – Я люблю твой голос.       Мидзусава чуть покраснела, а кареглазая смотрела на её лёгкий румянец и ликовала – светловолосую редко можно смутить. Заметив на себе пристальный взгляд, Мацури залилась краской до кончиков ушей. Тогда она резко развернулась и за раз осушила всё содержимое банки. Харуми лишь удивлённо посмотрела на девушку, и пожав плечами допила своё пиво, чувствуя, как опять начинает пьянеть.       Следующие полчаса пара смотрела фильм, изредка давая комментарии к сюжету или персонажам. Пицца была съедена, напитки выпиты. На экране воспроизводилось драматичное воссоединение героев, и голубоглазая с большим интересом наблюдала за развернувшейся сценой, а Танигучи тем временем разглядывала возлюбленную. Нежные розовые губы, бледная кожа, хрупкие плечи, выделяющиеся ключицы и эти багровые пятна – метки, оставленные шатенкой. Взгляд останавливается на маленькой аккуратной груди под тоненькой майкой, через которую видны бусинки затвердевших сосков, трущихся о ткань одежды... Не сдержавшись, Харуми подалась вперёд и неуклюже коснулась губами щеки Мидзусавы. — Мацури... – шепчет Танигучи, опаляя ушко светловолосой горячим дыханием и прикусывая мочку.       Голубые глаза с интересом смотрели в карие, чуть прикрытые, не отрываясь. Девушкам хватает пары секунд чтобы понять своё желание. Они целуют друг друга страстно, переплетая языки. Мидзусава не замечает, как оказывается сидящей на коленях шатенки, обрывисто дыша от того, как Харуми оставляет мокрую дорожку поцелуев от подбородка до ложбинки груди, и одним движением снимает с девушки майку, отбрасывая её куда-то в сторону. Кареглазая проводит языком по груди, вбирает в рот левый сосок и прикусывает, а Мацури выгибается, притягивая Танигучи к себе ближе. — Хару, – дрожащим голоском зовёт Мидзусава, когда шатенка сжимает её правую грудь, – Поцелуй меня...       И Танигучи целует, осторожно усаживая голубоглазую на диван и стягивая с неё шортики вместе с нижним бельём. Оторвавшись от столь желанных губ, Харуми припадает к шее, спускается к ключице, к груди, скользит языком по плоскому животику, оставляя новые метки. Целует внутреннюю сторону бедра, нарочно обходя лоно светловолосой, заставляя её уже порыкивать от желания. Но Танигучи продолжает свою игру, проводя языком по разгорячённой коже. — Хару...! – на выдохе произносит Мацури и цепляется ослабевшими руками за плечи шатенки, давая понять, что не может больше терпеть.       Харуми улыбается уголками губ и припадает к розовому бутону, нежа во рту шёлковые лепестки. Мидзусава подаётся навстречу быстрому язычку и запускает тонкие пальцы в каштановые волосы, постанывая от удовольствия.       Бёдра светловолосой подрагивают, и Танигучи, посильнее надавив языком на чувствительную точку, доводит девушку до оргазма. Голубоглазая протяжно стонет и обессиленно откидывается на спинку дивана, тяжело дыша. Харуми собирает влагу внизу в качестве награды, а затем поцелуями поднимается к лицу любимой, проводит ладонью по щеке и оставляет лёгкий поцелуй на губах. — Поздравляю с успешной сдачей экзамена, – отдышавшись, говорит Мидзусава. В голубых глазах играет озорной огонёк, – Теперь моя очередь~       С этими словами Мацури аккуратно толкает Танигучи на диван, заставляя лечь. Горячий поцелуй не даёт опомниться, а маленькая ручка уже ловко расстёгивает пуговицы пижамной рубашки. Светловолосая переходит к шее, чуть больно прикусывая кожу и тут же зализывая места укусов. Одна рука сжимает пышную грудь, а другая спускается ниже, оттягивает резинку штанов и поглаживает бёдра. Харуми шепчет имя возлюбленной, и та улыбается, накрывая ладонью низ девушки. Шатенка порывисто вздыхает, распахнув помутневшие от возбуждения глаза, а Мидзусава нежно проникает в горячую плоть, накрывая губы девушки своими, чтобы таким образом услышать и даже почувствовать её стон.       Светловолосая начинает двигаться медленно, постепенно набирая темп, и Танигучи подстраивается под этот ритм, подмахивая тазом. Мацури осыпает поцелуями немного вспотевшее тело шатенки, изредка оставляя чуть заметные напоминания о себе, в виде розоватых засосов на коже, а Харуми запрокидывает голову назад, сминая в руках плед и кусая собственные губы, которые Мидзусава тоже целует.       Скорость увеличивается и толчки становятся глубже, вознося кареглазую к самому пику наслаждения.       Танигучи выгнулась дугой и задрожала всем телом, громко простонав, и без сил опустилась на диван, пытаясь выровнять дыхание. Мацури, крадучись, подползла к шатенке и легла рядом, накрывая себя и девушку пледом. — Ты потрясающая, Хару, – улыбаясь, произнесла Мидзусава и поцеловала порядком искусанные губы. — Ты была такой притягательной, я не смогла устоять. — Я легко могу соблазнить тебя, – ухмыляется голубоглазая. — Как и я тебя. — Идеальная пара, – уже с улыбкой говорит Мацури, – Люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, мелкая, – ласково отвечает Танигучи, обнимая светловолосую за талию. Та не стала дуться на то, что её снова назвали мелкой – из-за усталости, или же из-за того, что Харуми произнесла это с любовью – и обвив руки вокруг шеи шатенки, спокойно сказала: — Хорошо, что завтра выходной. — Ты права, – Танигучи зевнула, – Иначе бы я проспала занятия после такой бурной ночи. — Угу... – глаза Мацури начинали слипаться, голос был тихим и выдавал усталость. — Давай спать, – шепчет Харуми, поглаживая голубоглазую по спине. — Спокойной ночи, милая, – светловолосая закрывает глаза, прижимаясь к любимой. — Сладких снов...       Девушки проваливаются в сон, тихонько посапывая и греясь в нежных объятиях друг друга.