Записки неправильной девушки

Как-то раз я поссорилась со своим парнем, а дело было уже глубоким вечером. Мы ехали с ним в машине и что-то не поделили. Я взорвалась, он тоже психанул, и в итоге я, как истинная леди, решила выпрыгнуть из машины на ходу. Естественно он, как джентльмен, этого не допустил, а просто припарковался около метро и позволил мне выйти вон. Ну, я и вышла. Плевать! Мой парень постоял немного у тротуара, дав мне возможность опомниться и вернуться в его нежные объятья, но я не захотела. На улице было уже достаточно холодно, чтобы околеть, во всяком случае, в той одежде, в которой я была одета. Но это только еще больше разозлило меня, и я, гордо подняв голову и с презрением глянув сторону своего друга, демонстративно развернулась и пошла на остановку. Из вредности! Чтобы ехать не в теплом метро, а померзнуть в ожидании автобуса, и еще больше пострадать, почувствовав себя брошенной и несчастной. Парень, конечно, проехался вдоль тротуара до остановки, этим действием еще раз предложив мне подумать над своим поведением, но думалось мне плохо и явно не так, как ему хотелось. В итоге он не выдержал и уехал, а я дошла до остановки, села на лавочку и вот тут уже начала отчаянно себя жалеть. Ноги в чулках и летних туфлях тут же начали замерзать, легкая куртка, кажется, съежилась от холода быстрее, чем я, и вот настал момент, когда уже пора было прекратить над собой издеваться и включить здравый смысл. Правда, его еще надо было выкопать из глубин моей взбалмошной души. Но вот, наконец, свершилось. Ум взял верх над глупостью, и я собралась идти в метро. Но вдруг рядом с остановкой остановилась симпатичная иномарка, и из нее вышел не менее симпатичный паренек. Он мне сразу приглянулся, и даже настроение поднялось. А если учесть, что шел он по направлению ко мне, так это вообще было интересно. Конечно, у него могли быть самые обычные намерения, например, спросить что-то ничего не значащее, ну и что? Но когда парень подошел поближе и произнес свои первые слова, я сразу поняла, что это девушка. Да, под курткой угадывалась небольшая грудь, бедра немного широковаты для мужчины, но окончательные сомнения рассеял голос: — Не замерзли? — спросила она меня с такой обаятельной улыбкой, что я сразу же улыбнулась в ответ. — Немного, — ответила я, и тогда она села рядом со мной на лавочку, посмотрела на меня взглядом, которым обычно смотрят на женщин уверенные в себе мужчины, и спросила: — Может согреть? Ой! Что-то приятно екнуло внутри. Эти слова так интимно прозвучали, что я даже не думала, что могу так среагировать на подобные выпады от девушки. А уж ответила я и вовсе неожиданно для себя: — Ну, попробуйте, — сказала я ей. Тогда она снова приятно улыбнулась, подвинулась поближе, обняла меня и привлекла к себе. — Так лучше? — спросила она, и я вдруг ощутила, что ее голос начал меня завораживать. — Да, — отвечаю и понимаю, что мне хорошо в ее довольно крепких для женщины объятьях. Тогда она опять внимательно посмотрела мне в глаза, и я вдруг почувствовала, как таю от этого взгляда, а она поцеловала меня. Прямо в губы и так неожиданно! Конечно, я сразу среагировала негативно, вырвалась от нее и рассердилась. Ну, ничего себе! Но она и с места не сдвинулась, а просто смотрела на меня — спокойно, уверенно, и ждала. Я опять начала замерзать, и, конечно же, не прошло и нескольких секунд, как я снова уселась обратно, и она вновь меня обняла. — Может подвезти тебя? — Ну, — попыталась ответить я, и стало как-то неловко. Непривычно, я бы сказала — ведь девушка спрашивает. Но потом согласилась. А что? Мы прошли с ней к ее машине, но я села не вперед, а на заднее сидение, сама не знаю почему. Из упрямства, наверное. Она только улыбнулась, взглянув на это, поняла, что я капризничаю, ничего мне не сказала, обошла машину, села за руль, и мы поехали. По дороге молчали, а она все поглядывала на меня в зеркало, да опять таким взглядом, как только мужчины смотрят. И я начала чувствовать, что располагаюсь к ней. Даже удивительно! Но вдруг я вспомнила, что мы не познакомились: — А как тебя зовут? — Женя, — ответила она, и я подумала, что имя вполне подходящее для такой пацанки. — А я Мариша, — назвала я свое имя, которым меня зовут только братья, но потом опомнилась и исправилась. — То есть, Мария. — Мариша лучше, — ответила Женя. — Тебе больше подходит. От этих слов мне почему-то стало хорошо. Спокойно, уютно так. И в машине было тепло, и очень приятно пахло. Дальше мы снова ехали в тишине, а я все поглядывала на нее в зеркало и понимала, что мне опять хочется, чтобы она меня обняла и поцеловала. Не знаю, может Женя прочитала мои мысли, но мы почему-то резко свернули в какой-то дворик и остановились в темном месте, не освещенным уличными фонарями. И обе затихли. Молчание длилось пару минут, но за это время я вдруг почувствовала, что хочу ее. Сама себя не узнавала. Она как-будто воздействовала на меня своим магнетизмом. И еще это таинственное молчание почему-то очень возбуждало. Но в какой-то момент его надо было прервать, и я сказала: — А мы ведь еще не доехали. Почему остановились? Женя обернулась и положила мне руку на колено. — Потому что ты так захотела, — тихо произнесла она, и я поняла, что пропала. Ее голос, ее прикосновение — все мне вдруг показалось волшебным. Тогда она быстро перелезла ко мне на заднее сидение и обняла меня с такой нежностью и страстью, что я даже сопротивляться не смогла. Но ответить пока тоже не решалась. Честно говоря, у меня подобного опыта с девушками никогда не было. А Женя хорошо знала свое дело, и уже первые ее ласки напрочь свели меня с ума. Она целовала меня в губы, в шею, покусывала плечи, ласкала кожу языком и все шептала, шептала, да такие слова, которых я в жизни не слышала. Потом она расстегнула мне блузку, бюстгальтер и с таким мягким трепетом обхватила рукой мою грудь, что я даже вскрикнула от наслаждения. Тогда она стала напористей, горячей, но при этом ничуть не грубее. Ее поцелуи и ласки стали жарче, но она по-прежнему оставались невероятно нежной. И я впервые тогда поняла, что женские руки — совсем другие, есть в них что-то особенное, чего нет ни у одного мужчины. А Женя пока ласкала меня, гладила уже все мое тело, и я хотела бы ответить ей тем же, но ничего не могла поделать, потому что полностью отдалась ее нежным губам и рукам. Наконец, заласкав меня до полубессознательного состояния, она стянула с меня трусики и приложилась губами к самому чувствительному месту. О, что она вытворяла языком — это передать невозможно. Помню только, как я стонала и задыхалась от наслаждения, как хватала ее за волосы, царапалась, а Женя, будто чувствуя момент приближающегося оргазма, никак не давала мне кончить, снова поднимаясь выше и опять начиная меня ласкать. Ох, после нескольких минут таких манипуляций я уже так хотела разрядиться, что начала беситься, но она была сильней, ухватила меня в свои железные объятья и продолжила нежно истязать. В конце концов я уже выла, как хотела оргазма, и только тогда Женя сжалилась надо мной, поцелуями спустившись ниже, мягко ввела в меня пальчики, другой рукой безумно приятно надавила на клитор и так сладко защекотала языком промежность, что я заорала как дикая кошка и кончила, как в жизни своей не кончала. А она, дождавшись момента, когда я перестану стонать и извиваться, налегла на меня, зажала мое бедро между своих ног, привлекла меня к себе и вдруг ахнула, начав прерывисто вздыхать, и я поняла, что она тоже испытала оргазм. Мне это очень понравилось. Я с удовольствием наблюдала за ней, за тем, как она наслаждается и как ей хорошо, а потом уже сама привлекла ее к себе и поцеловала в губы с таким глубоким чувством признательности и благодарности, что опять себя не узнала. Мы еще какое-то время полежали на заднем сиденье, лаская и целуя друг дружку и говоря на ушки какие-то милые глупости, потом оделись, привели себя в порядок, и Женя, наконец, отвезла меня домой. Около подъезда она вышла из машины, галантно открыла мне дверь и подала руку. Это было так очаровательно. Мы постояли какое-то время около моего дома, она опять улыбалась, а потом попросила мой телефон. Я дала, и она, еще раз поцеловав меня на прощанье, сделала мне ручкой, села в машину и уехала. А я все стояла и смотрела ей вслед. Все это было так странно, так необычно. Но в тот момент я ни о чем не думала да и не хотела ни о чем думать, а лишь одно понимала сердцем, что впервые в своей жизни, кажется, влюбилась в девушку…