Не бери это дело, Хоппс!

Хитрый лис. Проныра. Мошенник. Сколько, интересно, у него ещё прозвищ? Впрочем, это даже неважно. Почти все, кто его знал, возводили его в ранг самых смышлёных и импозантных личностей Зверополиса. Чёрт побери, да фразу «Ты же Николас Уайлд!» он слышал по сто раз на дню. Каждый ожидал от него чего-то необычного, чего-то гениального. Вот только на этот раз, ни подвижный ум, ни смекалка и даже не его харизма помогла ему сберечь шкуру. Всё куда проще. Удача. Чёртова удача спасла этот кожаный мешок с костями. Удача, которой лучше бы не было.

***

Две недели назад. Воздух пропитался запахом гари. Печка дребезжала под натиском сильного давления изнутри. Рано или поздно, эта металлическая бочка не выдержит. Она взлетит на воздух, а утечка газа лишь усугубит последствия взрыва. Запястье ужасно болело. В попытках сорвать с себя наручники, Ник в кровь содрал кожу. Он даже попытался использовать полицейский значок как рычаг, втыкая его острую часть в кольцо, соединяющее наручники. Тщетно. Горло осипло. Он устал кричать, звать о помощи. Если ещё пять минут назад его мозг лихорадочно соображал, как же ему выбраться, то теперь все мысли Уайлда занимало сожаление. Он бросит Джуди одну, на растерзание этому… зверю. Справится ли она? А что если нет? Хоппс… Парень бы душу отдал сейчас ради того, чтобы она оказалась в безопасности. Да, где-то в глубине сознания копошились червяками мысли о том, что она будет не с ним. Что не его она будет обнимать вечерами, не ему дарить свою искреннюю улыбку. Не ему будет принадлежать её сердце. Пусть так. Пусть. Лишь бы она была жива и, чёрт побери, счастлива. Губы Уайлда сложились в горькую усмешку. Он сполз на землю. Даже стенки водопроводной трубы, к которой он был прикован, заметно нагрелись, проводя тепло и в наручники. Он закрыл глаза, готовясь принять неизбежное. Именно в этот момент, тогда, когда офицер прекратил любые попытки сопротивления, чья-то сильная рука потянула его за ворот рубашки, словно котёнка за шиворот, наверх, пытаясь привести в чувство. — Пацан! — прохрипел голос совсем рядом с ухом. Это был пожилой сторож. Как его вообще угораздило очутиться здесь? Знал ли он что-то про утечку газа? Навряд ли. Ник попытался что-либо ему объяснить, как вдруг его закованную руку пронзила тупая боль. Он услышал хруст собственной кости. Дикий вопль утонул в металлическом клокотании завода. Мужчина резким движением выбил ему большой палец и (вытащил запястье из железных оков). Уайлд не мог поверить своим глазам. Неужели всё (так) просто? Однако его мечтам было не суждено сбыться. Печка испустила последний протяжный вздох и засипела. — Минута, не более. — подтвердил его мысли сторож, бросая испуганный взгляд на устройство. Ник кивнул. Он с трудом поднялся на ноги, придерживая руку с выбитым пальцем. Вправлять его не было времени. Ноги были словно ватные, однако, с каждым движением его шаг становился всё твёрже и увереннее. Вскоре он побежал. Лёгкие горели. Через сорок секунд им уже был виден единственный путь к спасению — дверь. Почему она вдруг оказалась так далеко? Ник стал считать про себя отмеренное им время. Пятнадцать секунд. Десять метров до двери. Они ускорились. Каждый боялся промолвить хоть слово. Десять секунд. Вот и выход из этого ада! Восемь. Ник замедлился и обернулся. Мужчины рядом не было. Сердце бешено колотилось в груди. Шесть секунд. Он наконец заметил своего спутника. Сторож споткнулся пока бежал и теперь находился слишком далеко. Пять. Мужчина что-то кричал, но всесторонний шум похоронил его голос. Четыре. Лишь по губам удалось понять смысл его слов — «Беги». «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» Три. Ник развернулся, он успел лишь сделать десять шагов. Обернулся. Ноль. Его оглушило. Барабанные перепонки с трудом выдержали давление. Ударной волной его отбросило ещё на добрых пятнадцать метров. Выставив вперёд руки, он приземлился на твёрдую землю. По инерции его тело прокатилось ещё пару метров. Интересно, останутся ли на нём живые участки кожи? Сил встать попросту не было. Палец нещадно ныл, левый глаз словно сожгли изнутри, на губах чувствовался металлический привкус. Но он хотя бы был жив. — Твою… мать.

***

Его звали Стивен Дак. Он работал на этом заводе вот уже тридцать три года. Охранники работали по двое, меняясь дважды в день. Когда началась утечка газа, он ещё не вышел на смену. И, видимо, начальство забыло предупредить об этом его, информировав лишь сослуживца, который в тот момент находился на заводе. Так, ничего не подозревающий Стивен оказался в месте своей гибели. Ник стиснул зубы, сжимая в руках картонный стаканчик с кофе. Он погубил чью-то жизнь. Если бы не «тот самый Николас Уайлд», Дак бы не умер. Его знобило от отвращения к самому себе. — Ты ему уже ничем не поможешь. — из оцепенения его вывел отрезвляющий голос криминалистки. Ник с трудом поднял на неё пустой, безэмоциональный взгляд. Она фыркнула, закатив глаза, и принялась неистово мешать уже давно растворившийся сахар в кружке. Ему нужно было благодарить её. Обожествлять. Если бы не Оул, то рыжий прохвост точно бы отбросил копыта. Впрочем, своя собственная жизнь не была ему дорога. Единственное, о чём он беспокоился — Хоппс. Хотя старательно пытался это от неё скрыть. Он набрал воздух в лёгкие, пытаясь всё же выдавить из себя хоть что-то. — Спасибо скажешь, если никакого заражения не получишь. — резко вставила Оул, словно прочитав его мысли. Ник невольно дотронулся рукой до перебинтованной части лица. Точно. Теперь ещё и это не даст ему забыть о произошедшем. Он стиснул зубы. Только что съеденный бутерброд (и то, только потому, что Оул заставила его проглотить это подобие обеда) просился наружу. В тот день он проснулся лишь через пять часов после взрыва. Голова словно налилась свинцом. Конечности не слушались. Ему с трудом удалось приподняться на локтях. Он разлепил правый глаз. Здоровой рукой он потянулся к другому веку, желая его хоть как-то приоткрыть. Подушечки пальцев упёрлись во что-то тёплое и мягкое. Во что-то склизкое. Это было то, что осталось от его глазного яблока. Липкими багровыми пальцами, дрожа всем телом и стараясь сдержать рвотный позыв, он набрал сообщение. Ему было плевать кому. Ему было плевать, что он пишет. Главное — чтобы его вытащили из этого ада, разбудили от этого кошмара. Это ведь дерьмовый сон, да? По каким-то необъяснимым причинам СМС дошло до получателя. Им оказалась Оул, которая в тот самый момент неистово буравила пол взглядом, пытаясь избежать разговора с тем самым детективом Бого. — Ты должен исчезнуть из её жизни, — ясный, чёткий приказ разбил стеклянную паутину его личного кошмара. Пластиковый стаканчик с глухим стуком приземлился на стол. Какого хрена она несёт? Чего, мать твою, добивается эта женщина? Пока одна эмоция на перебинтованном бледном лице сменяла другую, Оул сохраняла ледяное спокойствие. Она опустила подбородок на переплетение из пальцев и поставила локти на стол. — Николас Уайлд должен умереть на некоторое время, — лёгкая улыбка скользнула по её лицу. — Чтобы дать возможность умереть другому психопату, точно также неистово преследующему свою цель.

***

В тот день жучок отслеживания был не только у Хоппс. Ник точно также заметил, что криминалистка изменила свой каждодневный маршрут. Ждать было мучительно. Ждать было невыносимо. Но он должен был дать своей напарнице войти туда, в этот огромный железный гроб. Оул чертовски хорошо всё продумала. Мальчики Люси, отслеживание. Она умела запудрить мозги. Первые были лишь отвлекающим манёвром. Оул была наживкой лишь для Джуди. А вот настоящим сыром в мышеловке была сама офицер. Шляпник охотился за ней. Если бы Уайлд попытался что-либо предпринять до того, как появится она — убийца смог бы улизнуть. Теперь же, когда его добыча была так близко, Вульфис не мог дать ей уйти. Ник ненавидел себя за это. Он презирал себя за то, что позволил ей оказаться в смертельной опасности. Более того, он осознанно пошёл на подобный поступок. А если бы он не успел? Тот выстрел должен был прекратить его мучения. Он должен был закончить эту драму и дать начало их совместной эпопее воссоединить его с горячо любимой напарницей. Ник даже сумел криво улыбнуться и выдавить что-то, что было похоже на то, что бы сказал «тот самый Николас Уайлд». Как самонадеянно и глупо… В тот самый момент, когда два фиолетовых глаза наконец взглянули на него, Николас Уайлд пропал. Она смотрела на него с изумлением, шоком, и…радостью. Из-за него её глаза наполнились слезами. Губы пытались вымолвить хоть что-то, но в итоге лишь открывались и закрывались. Она была рада тому Нику, что умер тогда, две недели назад. Тот же Уайлд, что был сейчас, был лишь жалкой копией. Прогнившей и пустой. Раньше он бы ни за что не позволил и волосу упасть с её головы. А теперь…использовал её как наживку. Он не был достоин находится с ней под одним небом, дышать с ней одним воздухом. А она… смотрит на него с таким искренним счастьем в глазах. Волны презрения к самому себе судорогой прошлись по его телу.

***

— Н-ник! — смогла только пискнуть Джуди. Она жадно пожирала его взглядом. От её глаз не укрылось ничего: его растрёпанная одежда, взъерошенные, но такие родные рыжие волосы и… перебинтованный глаз. Ей хотелось подбежать к нему, обнять, поцеловать — хоть как-то дотронуться, чтобы убедиться, что он не призрак. Она хотела этого. Она боялась этого. А вдруг это лишь глупый сон? Вдруг, если она прикоснётся к нему, то видение пропадёт? Она собралась с силами и приготовилась уже сделать один решительный шаг, когда сзади послышалось мычание. Точно… Оул! Пролепетав что-то нечленораздельное, захлёбываясь слезами (когда это она успела так расплакаться?), она кинулась к криминалистке, желая поскорее вернуться к напарнику. — Я… Я ведь даже поверила, что ты… ты… — бормотала она. — Но в глубине души я всё же надеялась. И видишь! Видишь! Я… Дурацкий узел всё не хотел развязываться! Эту петлю сюда, а эту… две ладони накрыли её руки и, потянув за пару верёвок, высвободили Кристину. Дыхание внезапно спёрло. Взгляд затуманился. Хоппс даже не заметила, как быстро ретировалась Оул. — Ник… — пробормотала она, подавив всхлип. Джуди почувствовала, как его руки кольцами обхватили её со спины и заключили в крепких, но таких нежных объятиях. Точёный подбородок уткнулся ей в макушку. — Прости.

***

Три дня спустя — Т-то есть как?! Застряв в дверном проёме кабинета, она уже третий раз заставляла Снейла повторять одно и то же, даже не обращая внимания на то, что бедолага держит в руках огромную кипу бумаг. — Ты сама всё прекрасно видишь! — простонал архивист и головой кивнул в сторону её рабочего места. — Пусто! Джуди стиснула зубы. Сегодня на работу должен был выйти Ник. Она не видела его с момента происшествия на складе. Он вроде как собирался разобраться со справками и (по её наставлению) пройти обследование в частной клинике. Рабочий день давно начался, а его всё не было. Да ещё к ней заявился Снейл, нёсший несусветную чушь. — Повтори! — потребовала она. — Ладно… — сдался паренёк и в очередной раз произнёс уже, казалось, заученную наизусть фразу: — Николас Уайлд уволился.