Memories

      Я открыл глаза из-за неприятной дрожи, которая проходила по всему телу. Было ощущение, будто проснулся я на лавочке, в том самом парке, но это оказалось совсем не так. Перед глазами был всё тот же потолок, что я видел вчера. И лежу я не на твёрдой поверхности, а на мягком матрасе. К счастью это или к несчастью, но я всё ещё в этом здании. Это не было сном и мне не привиделось.       Начав приходить в сознание, я понял, почему внезапно проснулся так рано. Окно, что я на ночь слегка приоткрыл… Оно было нараспашку. Скорее всего, это из-за ветра, который шёл так же сильно, как и дождь. Не сказал бы, что не люблю такую погоду, но замерзать во сне тоже не есть хорошо.       Из-за сонного состояния мне совсем не хотелось вставать с кровати. Уснуть сейчас я бы вряд ли смог, поэтому просто смотрел в потолок, чувствуя ветер на своём лице. Запах свежести наполнил всю «мою» комнату. В каком-то смысле это успокаивало, и я был словно под гипнозом. — Простыть захотел? — грубый голос совсем рядом со мной заставил меня вздрогнуть. Хлопок. Ветер резко прекратился, шум дождя стал совсем глухим, что его почти не слышно.       Принимая положение сидя, я понял, что мне стоит реже уходить в свои мысли. Передо мной стоял Хоррор, который, видимо, закрыл окно. Хах, а ведь я и не заметил, как он открыл дверь, что уж говорить о том, что он прошёл совсем рядом. От этого стало неловко. Поэтому я отвёл взгляд в сторону. — Не хотел я ничего, — сразу же возразил я. — просто находился в прострации, — не самое лучшее оправдание, но какое уж есть. Хоррор на это усмехнулся. — Просто имей в виду, что окна здесь довольно хрупкие, — предупредил он. — поэтому на ночь советую не открывать их. А то получится примерно такая же картина, — его взгляд проследовал вниз. Я сделал то же самое и увидел небольшую лужу воды на полу, которая явно появилась из-за дождя. — если станет жарко, то лучше открывай дверь.       Я понимающе кивнул. А Слашер, как я понял, оставлять меня в одиночестве не спешил. Он достал какую-то тряпку из шкафа и начал протирать лужу на полу. Я мог бы и сам этим заняться, но… Отвлекать его я не стал, так как справился он меньше, чем за минуту. — Почему вы решили вернуть меня назад? — неожиданно задал вопрос я. Возможно, спрашивать о подобном в лоб не очень правильно, но… Нужно же будет это когда-нибудь спросить. А Эррора я вчера уже наспрашивал, а быть приставучим тоже не очень хочется. — А я уж думал, что ты об этом не спросишь, — красноволосый убрал тряпку назад. — разве это не логично? Для нас ты был очень дорог. Ты бы знал, какое у нас было «горе», когда найти тебя мы не смогли. Вот и дружно решили объявить тебя мёртвым, — он прикусил губу. — Но я ничего не помню, — продолжил я. — сейчас я совсем другой человек. Свои вкусы, свои эмоции, а схожесть с чем-то — лишь совпадение. Я же видел разочарование на твоём лице, когда я сказал, что совсем ничего не помню.       За эти слова меня слабо ударили по лбу пальцами. Мои ладони сразу же прильнули к ушибленному месту. — Ничего ты не понимаешь, социофоб ты мелкий, — Хоррор тяжело вздохнул. — для меня ты был и будешь очень важным человеком в жизни. Поэтому мне плевать, помнишь ты что-то, — он поднялся. — или нет… Конечно, неприятно осознавать, что ты забыл всё, через что мы прошли вместе и что ощущали. Но при этом я понимаю, что был это не твой выбор, — его рука легла на мои волосы и слегка погладила. — для меня самое главное, чтобы ты был жив… С остальным можно как-нибудь смириться, — с этими словами Ужас вышел из моей комнаты.       Что ж, если ещё вчера я радовался, что смог завоевать доверие Эррора, то сейчас я всё испортил. Мы ведь могли поговорить о чём-то менее неприятном. А может всё не так плохо? Всё-таки он сказал, что вполне ожидал от меня рано или поздно такого вопроса. Но на его лице была обида… Мне стоит позже поговорить с ним ещё раз.       Я обратил внимание на время. До завтрака ещё чуть больше часа. Лучше начать собираться сейчас, чтобы потом в спешке никуда не бежать. Взяв чистую одежду, я направился в сторону одной из ванных комнат. К слову, несмотря на то, что находимся мы в отеле, ванны здесь были общие. Поэтому их всего пять: одна не в рабочем состоянии, три находятся в другом крыле. Ну и, естественно, одна небольшая совсем рядом с нашими комнатами.       Задерживать надолго свои водные процедуры я не стал. В течении тридцати минут я был уже готов. По времени до завтрака оставалось теперь не так много, поэтому я решил прийти пораньше, но зато точно не опоздать. Только подойдя к кухне, я сразу же почувствовал приятный запах теста. На столе первым делом я увидел нарезанное мясо, сыр, контейнер с вареньем и ещё несколько «начинок». С чего я взял, что это были начинки? Да просто рядом у плиты стоял кое-кто знакомый, который готовил блины. И по его уверенной хватке видно, что делает он это далеко не впервой.       Вчера я не особо обратил внимание, кто у нас был «поваром», но сейчас у меня нет сомнений, что это был Найтмер. Признаюсь, было довольно неожиданно увидеть его, работающим за плитой. Часть его чёлки была убрана с помощью «невидимки», а рукава закатаны по локоть, чтобы не мешать работе. Серьёзно, здесь не хватает только какого-нибудь фартука, чтобы сделать из этого парня «милую домохозяйку». Но, думаю, за такие мысли я могу получить по лицу, если помнить о том, что характер у Кошмара довольно сложный. — Не знал, что у вас здесь такая бытовая жизнь, — выговорился я, обращая на себя внимание. Да, мафия у них довольно странная. Я ожидал увидеть унижение «подчинённых», видеть везде зашуганных работников. Но… Это место становится больше похоже на «общагу». Только живут тут немного побогаче, но бесплатно. — А ты ожидал увидеть здесь ежедневные пытки? Ну, возможно, если бы мы тебя нашли годом ранее, то ты мог бы на это посмотреть, — монотонно отвечал Трий, выкладывая последний блин. Как я понял, что последний? Просто тесто уже закончилось. Хотя, возможно, он может сейчас заготовить новое. — Не то чтобы… — сразу же ответил я. — просто… Мафия, убийцы, насилие. Смотря на вас, я не могу воспринимать эти слова серьёзно. — А ты возьми в пример обычную работу, — я вопросительно посмотрел на него. — в офисе на тебя могут орать, жаловаться, часто поступать несправедливо, а зарплату задерживать. Но, приходя обратно в семью, разве тебе сильно захочется показывать всё то же самое им? Вот и здесь также, — Найтмер остановился и начал смотреть на свои ладони. — можно потратить очень много сил на одном задании. Можно забрать чью-то жизнь, когда по плану не должен был. Ты часто можешь убегать, бросая остальную часть команды, ведь кому-то из вас всё равно нужно выжить. Я так могу перечислять долго, — он будто «отвис» и продолжил заниматься готовкой. — лучше радуйся, что ты видишь нас такими.       От последних его слов я невольно почувствовал мурашки по коже. Спрашиваю я что-то сегодня только о плохом. Поэтому, словно пытаясь загладить вину, я начал помогать Найтмеру с готовкой. Ну, как с готовкой… Просто порезал всё, что нужно. — С какого момента ты совсем ничего не помнишь? — это вопрос от Кошмара был для меня очень резким. И он заставил меня задуматься. — Я же сказал, что совсем ничего не помню, — твёрдо ответил я. — всё воспоминания из прошлого в моей голове не видны. А если что-то и проскальзывает, то мутными отрывками или фразами, — с мясом возиться мне было сложнее всего. — но я не забыл, как ходить, пить, есть. У меня сохранились некоторые школьные знания. И ещё некоторая информация, которую, скорее всего, хорошо запомнил я из «прошлого», — я постарался ответить максимально честно. — Понятно, — каким-то мрачным тоном ответил Найтмер. Видимо, мои слова заставили его разочароваться. — А вы… Кто-нибудь из вас знает, почему мне решили стереть память? — раз уж мы начали с этой темы, то я решил её развивать. Но Кошмар сразу же не ответил. Руки его замерли, а взгляд был точно устремлён на нож.       Я было уже хотел сказать, что он может не отвечать мне и всё такое, но слова Кошмара опередили меня: — Без понятия, — ответ был максимально грубым. Он сам корит себя за незнание этого? Или просто пытается что-то скрыть от меня? В любом случае, спрашивать дальше было бы эгоистично с моей стороны.       Когда я перекладывал нарезанное в миску, то заметил одну странность. С шеи Найтмера, будто в виде пота, стала скатываться тёмная жидкость. Она была болотного, тёмно-зелёного цвета. И на вид она была довольно вязкой, из-за чего становилось неприятно.       Увидев её, я не был уверен, что Найтмер сам заметил небольшие изменений в своём теле. Поэтому, думая, что он ничего не заметит, я протянул руку и… Потрогал это. Но я ошибся. Кошмар всё прекрасно чувствовал, а мне оставалось лишь быстро одёрнуть руку. — Что ты… — начал он на грубых тонах, но когда он сам прикоснулся к своей шеи, то выражение его лица заметно поменялось. — блять… Опять я не смог сдержать эмоций.       Я не совсем понял смысл последних слов. Когда я начал осматривать другие части тела Кошмара, то легко смог заметить, что этой «жидкости» стало больше. Признаюсь, может только отдалённо, но она напоминает мне нефть. — Это… Твоя «сила»? — сразу же огласил я свою догадку. У нормального человека подобного точно не бывает. Так что моё предположение вполне имеет смысл. — Это уже начинает раздражать, — все его эмоции будто смешались в одну, показывая только агрессию. — да, это моя сила, но только часть, понятно? Чтоб ты знал, я её не «активировал». Если бы я так сделал, то не только бы частички моего тела стали покрываться «негативом», — под конец у него появилась ухмылка. — «Негатив»… — тихо повторил я. Так вот, как он это называет? Ну, если смотреть на его поведение, то я не удивлён. — если не это твоя настоящая сила, то тогда что? — морально я уже подготовился, что мне могут дать по лицу, но нужно иметь в виду, что рано или поздно отступить надо. — Если бы мы были в бою, то вся эта «жижа» стала для меня верным щитом, который пробить практически невозможно. Я могу упасть с десятиэтажного здания, но, благодаря своей силе, после удара о землю я смогу встать, не имея ни одного перелома, — одну руку он вытянул вперёд. — я могу ещё кое-что, но, думаю, это рассказывать тебе уже буду не я.       Я почувствовал неловкость, когда он, словно в трансе, просто смотрел на меня, а его вытянутая рука будто побуждала меня что-то сделать, но я не соображать что. А потом… Я почувствовал некую ломку в теле. В горле появился неприятный комок. Перед глазами стали пробегать не самые приятные воспоминания из моей «осознанной» жизни.       Я не мог контролировать свои эмоции.       Знаете, сейчас у меня появилось ощущение, будто я в любой момент могу пустить слезу, но при этом сильно сдерживаю себя, чтобы этого не случилось. При этом я, словно чувствуя страх, не мог пошевелиться. Хоть желание у меня было просто упасть на пол, ведь ноги не хотели меня держать. Атмосфера вокруг меня напоминала тот вечер в парке, когда я сильно испугался и даже испытал немой шок. Но мне ведь нечего пугаться. Мне не о чем сейчас грустить.       Почему сейчас со мной это происходит?       Понятия не имею, сколько времени я простоял в таком состоянии. Может, это была всего лишь минута. А, может, и десять минут. Но я чётко осознал и почувствовал, как чьи-то руки вернули меня «обратно», позволяя осмыслить происходящее. — Что, когда Киллера нет рядом, то ты готов сводить с ума даже свою команду? — спасительный голос принадлежал Хоррору. Он обнимал меня со спины, прижимая к себе. А одна рука проводила по моим волосам, словно пытаясь успокоить от нахлынувших эмоций. И у него это получалось… — Он сам виноват, что заставил меня вновь погрузиться в «негатив». Он мог бы и головой своей подумать, прежде чем заводить разговор о подобном, — Кошмар убрал свои руки в карман. — Босс, если ты сам не пойдёшь сейчас в ванну, то мне самому придётся использовать грубую силу, — голос Хоррора был серьёзен. И он явно не шутил, когда говорил это.       К счастью, Найтмер его послушал почти сразу же. Немного посопротивлялся, конечно, но я рад, что он наконец-то ушёл. А вместе с ним исчезли и те эмоции, которые у меня появились. Пока моё сердце бешено стучало, я и не заметил, как оказался уже лежащим на диване. Почти сразу же Слашер протянул мне таблетку. — Что это? — голос мой ослаб. — и что это вообще сейчас было? Меня пытались убить? — последнее я, конечно же, сказал в шутку. Только улыбнуться у меня вышло не очень. — Успокоительное, — сразу же ответил он. — и ты прости, что тебе пришлось подобное испытывать, — почему он извиняется? — надо было тебя предупредить. Но я хотя бы успел вовремя подойти, — Хоррор отвёл взгляд. — Киллер это и имел в виду, когда говорил, что лучше иметь с Кошмаром хорошие отношения. Просто… Мы, может, уже и привыкли к подобным выходкам во время вспышек его гнева, но переносится это всё равно сложно. Просто есть в его «основной» силе побочный эффект, которым этот парень активно пользуется… — Не размусоливай, — попросил его я, укладывая голову удобнее на подушке. — Ну, если совсем коротко, то во время переживания отрицательных эмоции у нашего Босса появляется дополнительная способность — он может любую группу людей начать испытывать негативные эмоции. Будь то страх, грусть, одиночество. Смотря, что тебе попадётся. Эта штука хороша против врагов, но так уж выходит, что иногда он пользуется этим против своих же. Даже не по собственной воле. — Я заметил… — только и смог сказать я. — спасибо тебе за то, что спас. Думаю, я точно не смогу привыкнуть к его таким «вспышкам гнева», хах…       Пусть перед Хоррором я пытался показать себя «смелым» и дать понять, что всё теперь со мной хорошо, но при этом… Внутри я весь сжался. Теперь ко мне наконец-то пришло осознание, с какими людьми я нахожусь в одном доме. Что мне нужно быть максимально осторожным, иначе подобная ситуация может повториться. И не факт, что Хоррор в следующий раз будет тоже рядом…