Memories

От лица Киллера.

      У каждого человека, кто пошёл по тёмному пути, должно быть оправдание, или причина, можно назвать по-разному, почему он выбрал именно эту дорогу. Почему не стал спокойно жить, как делают это все. Почему стал «странным». И почему у него появилась эта неприятная способность: убивать людей. Нельзя начать это делать с пустого места, как многие могут подумать. Не каждый может вонзить нож даже в своего врага, когда представится шанс. Замена ножа на пистолет тоже проблемы не решит.       У меня был подобный переломный момент, когда я понял, что остался совсем без чувств. Что я могу убить того, кого мне скажут, но имя его забыть я буду не в силах.       Я хорошо это помню. Не во всех деталях, но именно чувство и ощущение всех эмоций тогда хорошо запечатлелось в моей памяти. Атмосферу ту можно было сравнить со страшным фильмом. Глубокая ночь. На небе ни одной звезды. Маленький домик, что стоял далеко от деревни, к которой был привязан. И я, чувствующий адреналин по всему телу от того, что вновь и вновь вонзал нож в тела своих родителей.       Накопившийся страх превратился в злобу. Злоба в ярость. А ярость в безумие. Я уже не боялся того, что меня может кто-то наказать. В этом доме теперь только я и усопшие тела. Чувствуя свою власть, я наконец-то смог начать доминировать. Поэтому мой нож ещё долгое время уродовал чужие органы, пока я не истощился эмоционально. Улыбка и желание в глазах постепенно пропадали. А внутри…

оставалась только пустота.

* * *

      Мои виски неприятно пульсировали. Голова начала болеть из-за того, что долго лежала на твёрдой поверхности, да ещё и в неудобном положении. Ох, как же я «люблю», когда снится мне не что иное, как воспоминания. И за что мне это? Или таким образом организм пытался меня заставить бросить работу и отдохнуть, желательно в кровати?       Спать за рабочим столом, честно, то ещё удовольствие. Кофе должен был меня взбодрить, но на деле из-за него стало только хуже. Так как руки у меня затекли, пришлось выпрямиться и сделать «разминку». Одновременно с этим я почувствовал, как почти все мои кости хрустнули.       Могу признать, что я в каком-то смысле трудоголик, но… Наш Босс дал мне довольно трудную задачу. И, с какой стороны ни посмотри, выполнить её за пару дней не выйдет. Да что там, я уже месяц пытаюсь найти хоть какие-то доказательства того, что Кросс Прайд мог нас предать. Всё верно, мы думаем об одном и том же человеке. О человеке, с которым мы росли, словно семья. Конечно, я прекрасно понимаю Найтмера в этом вопросе. Я даже смог найти видео с камер наблюдения, как его замечали с личностями из компании «Ввысь в небеса». Но… Какого чёрта? Какие у него были мотивы, чтобы стать предателем? Он ведь добровольно сюда вступил.       Локтем я случайно задел одну из кружек, что стояли на столе. Она была практически пустая, но пара капель всё равно попала на бумаги рядом. Это заставило меня вздохнуть.       Вообще, моей комнате давно не помешала бы хорошая уборка. Повсюду разбросаны заметки, где я записывал номера или адреса. На моей стене висит просто огромная карта нашего города, где тоже я начиркал много пометок для себя. Нельзя забывать и про документы с некоторыми распечатками… Половина из них мне давным-давно не нужна, но почему-то выбросить их просто руки не доходят.       Кружку я быстро поставил на высокую полку. Испорченные бумажки же просто отбросил в сторону. Таким образом я очистил клавиатуру от всего ненужного. Компьютер был включён, поэтому мне не пришлось долго ждать загрузки. На моих двух мониторах было видно, что личной жизнью Кросса Прайда я стал интересоваться… Слишком активно. Я нашёл документы по старому делу о сгоревшем доме одного из чиновников. Отец и брат Кросса погибли, как и большая часть прислуги, что находилась в доме. Судя по видеозаписи, пожар возник из-за неуклюжей новенькой служанки. Но были теории, что поджог был сделан намеренно. В любом случае, найти я смог только слухи, что гуляли по интернету.       На втором же мониторе были открыты вкладки с видеозаписями — это прямые доказательства того, что Кросс контактировал с людьми из «Небес».       И из всей этой информации с меня требуют, чтобы я нашёл какие-то изъяны и причины, по которым Крест нас предал. И кто знает, может, всё это и правда лишь паранойя. Всё-таки я знаю гораздо лучше других, что с головой у Найтмера совсем не всё в порядке. А его «бзики» заставляют вздрагивать. — Эх, Кросс, — начал рассуждать я вслух. — почему же ты такой загадочный? — как будто на этот вопрос мог ответить кто-то ещё, кроме меня. Ну, или самого Прайда, чьи слова сейчас сложно отличить от лжи.       В этот же момент я услышал стук в дверь своей комнаты. Подождав пару секунд, «неожиданный» гость вошёл внутрь. Я не особо обратил на это внимание, продолжая смотреть в потолок, удобно рассевшись за столом. — Твоё появление было предсказуемо, — бесцветно пробормотал я, обратив взгляд к фигуре Найтмера. Вид у него был строгим, поэтому морально можно было себя уже настроить на важный разговор. Который, скорее всего, связан с внутренними делами нашей мафии. — Значит, ты в курсе, что один из отрядов в городе был убит, верно? — словно в галерее, Кошмар начал проходить по моей комнате, рассматривая газетные вырезки и распечатки. На его слова я лишь кивнул. — кажется, обстановка становится всё более плачевной, не находишь? — Нет, я так не думаю, — спокойно возразил я, беря в руки кружку. — за последнее время «Небеса» перестали быть такими активными. В полиции о нас не так много слов, а замеченных людей не пытаются отловить сразу же или прибить на месте, — пока я крутил предмет в руках, мои глаза бегло осматривали узоры и оставшуюся заварку на дне. — Думаешь, они решили залечь на дно вслед за нами? — последовал логичный вопрос. — решили, если нас не будет заметно, то и им нужно раствориться? — на лице нашего командира появилась неприятная улыбка. — Нет, — настаивал я. — здесь произошло что-то другое… Что-то, что заставило их внимание перейти полностью к «этому». Хотя, что может быть сейчас опаснее, чем «группка людей», владеющих опасными способностями, которые хотят немного «подправить» местные законы, — я закинул голову назад так, чтобы смотреть на Найтмера. — но разве ты об этом пришёл поговорить, а, Босс? — Мне просто хотелось услышать твоё мнение по поводу этой ситуации, — его спокойствие немного раздражало. — я ведь по твоему лицу вижу, что у тебя есть какие-то догадки, — он закинул голову назад, пристально смотря на меня.       Я прикусил внутреннюю сторону губы. Он прав. Как всегда. Сколько бы я не пытался отмалчиваться, Кошмар видит мои эмоции насквозь. Даже тогда, когда остальные видят лишь пустоту.       Отложив в сторону кружку, я подсел ближе к компьютеру, где открыл одну из папок. Найтмер подошёл ко мне ближе, когда заметил большое количество текста. Я ещё раз пробежался по нему взглядом, обдумывая, стоит ли говорить свой бред вслух. — Помнишь, Инк рассказывал нам свою «историю»? — с недоверием начал я. — объясняя причину, по которой, скорее всего, с ним поступили так жестоко его же люди, — додумывать за меня Найтмер явно не планировал. — Внимательно тебя слушаю, — только смотрел Трий далеко не в текст. Его тяжёлый взгляд не давал мне спокойно вздохнуть или выдохнуть.       Найдя в себе силы, я собрался с мыслями: — Та детская «легенда», о которой он говорил. Вспоминаешь что-то такое? Внутри горы «Эббот» находится место, по типу алтаря, — слушая себя, я всё сильнее стыдился, осознавая, что говорю полный бред. — там можно исполнить любое желание. Но для этого придётся заплатить жертвами семи человек. Вернее, нужно просто достать из этих людей ключи, — я ненадолго замолчал. — Браш тогда сказал, что это всё не сказки и не легенды, а вполне реальные места и ключи. Потому что, проверяя гору «Эббот», они и правда нашли алтарь. Вместе с двумя готовыми ключами. — Звучит, конечно, «увлекательно», — Кошмар повернул моё лицо к нему. — но в чём смысл? Хочешь сказать, что «Небеса» решили избавиться от нас иным способом? Осуществляя эти убийства? — Кто знает, — мне осталось лишь пожать плечами. — возможно, они нашли ещё ключи, что дало им надежду. И я их прекрасно понимаю. Даже я бы начал верить в весь этот бред, если бы мне предоставили весомые доказательства, — его хватка немного ослабла. — ты хотел услышать моё мнение. Доволен?       Его выражение лица было неоднозначным. Как будто бы он был удовлетворён, но при этом что-то волновало его сильнее, заставляя оставлять напряжение. Через пару секунд его пальцы переместились к моей шее, слегка поглаживая её. — Да, я доволен, — наконец-то ответил Найтмер. — из всех, кого я спрашивал об этом, только ты дал мне такой бредовый ответ. Но при этом… Именно этот бред, скорее всего, является истиной, — но вперемешку с этой лаской на кадык он всё равно давил.       Я наблюдал за его движениями, но не смел сопротивляться. По своей натуре, к такой близости отвращения я не испытывал. Но дело было не в приятных ощущениях, а в нестабильном состоянии нашего Босса. Не назвал бы себя хорошей игрушкой для него, но какие-то тёплые чувства он имеет ко мне. Почему «какие-то»? Потому что я знаю, что ни он, ни я, не можем испытывать ничего такого. Ему не позволяет сила, а мне травма. Честно, я никогда не вдавался в такие подробности. Лучше просто не сопротивляться. От этого будет лучше всем.       Мои глаза медленно закрылись. В голову постепенно начало входить осознание того, какую теорию я только что рассказал Кошмару. Неужели она действительно может быть правдой? «Небеса» решили рискнуть всем, чтобы попробовать исполнить какое-то там желание в каком-то там месте? Это же глупо. Они не могли вот так быстро изменить своё положение от «рассудительных» до «безрассудных». Если только эту идею не стал продвигать кто-то из вышестоящих в их компании… — Хватит думать обо всём, кроме меня, — по телу прошли мурашки от голоса Найтмера. Он был опасно близко рядом с моим ухом. — я поговорю с Инком Брашем по этому поводу. Уж он точно должен знать, что творится в компании, верно? — мне осталось только кивнул на его слова. — вот и отлично, — на лице у него появилась жадная улыбка. В этот же момент он прильнул к моей шее, начиная пробовать её на вкус.       В такой обстановке думать здраво достаточно сложно. Когда ты не можешь контролировать своё тело, а чуть позже и мысли перестанут быть под твоим контролем, поддаваясь соблазну. Наверное, из-за этого я не люблю чувства любви или симпатии. От них люди только пьянеют. Совершают необдуманные поступки и часто жертвуют своими идеалами, чтобы не упасть в глазах любимого. По крайней мере, с Найтмером такого не происходит.       В отличие от меня.       Скорее всего, в нём собралось всё то напряжение, которое копилось с самого утра. А я что? Я просто тот самый подчинённый, который занимается его усмирением. Он словно дикий зверь иногда бывает. Если не дать ему то, что он хочет, то будет рвать и метать. Если остановить, то будет такой же эффект. — Даст довольно быстро привык к нашему обществу, не находишь? — я не хотел задавать этот вопрос. Но когда-то мне нужно было это сделать. — Ты должен был понимать это лучше остальных, — не отвлекаясь от своего занятия, ответил Найтмер. — я чувствую эти эмоции. Поверь мне, внутри он уже давно горит от непрекращающейся паники, — улыбка вновь посетила его лицо. — честно, за ним даже забавно наблюдать. Тот Даст, которого мы знаем, изменился до такого состояния только из-за потери памяти? Неужели мы его так испортили? — последнее он спросил с явным сарказмом. — Тот Даст многое в своей жизни повидал, ещё не достигнув совершеннолетия, — рассуждал я. — он переживал огромные эмоциональные нагрузки. Терял близких и был вынужден отказаться от разных красок мира. Этот же всю свою осознанную жизнь жил в неведении. Оттого и характер соответствующий. — Знаешь, ты так часто о нём говоришь, — прервал мой монолог Кошмар. — я начинаю постепенно ревновать.       Вместо ласкового вождения языком я получил сильный укус. Чувствительная кожа сразу же выпустила кровь. Теперь свои мысли я точно не мог контролировать. Он вновь завладел мной, как делает обычно.