чувствуешь?

       В поместье Ким — одна из самых больших библиотек, там собраны первые издания многих старых книг, которые хранили в себе различные истории, что так заседали в сердце Вону с прочтением. Для Вону не особо имело значение — какое издание книги читать, ведь смысл от этого не особо менялся, текст везде был один и в основном зависел от переводчика. Вону со средней школы посвятил себя изучению английского, чтобы когда-нибудь прочитать первоисточники любимых произведений. Только английский он знает очень хорошо уже второй год, а первоисточника у него как не было так и нет. Зато в поместье Ким он есть.        Это объясняет то, почему Вону сейчас застрял одной ногой в окне, а второй в теплом помещении. Чон сдавленно шипит, пытаясь затащить внутрь еще и вторую ногу, но штанина зацепилась за гвоздь и если он потянет сильнее, то порвет ее. Вону пыхтит еще минут десять, чуть не вывалившись из окна в третий раз за день, но все же оказывается внутри огромной комнаты.        Первые несколько секунд Вону восторженно рассматривает помещение, незамысловато поправляя съехавшие очки. Он находится в настоящей библиотеке — огромной, потолок был настолько высоко, что казалось словно все помещение — это объедение двух этажей, пахнущей книгами и довольно темной. Чон не планирует включать свет, он уже привык читать по-ночам тайком от родителей, не включая свет и сажая зрение еще больше. Лестница была придвинута к полкам, видимо, чтобы с помощью нее добираться до самых высоких. Вону понятия не имеет — где ему теперь искать Шекспира. Он знал, что библиотека в этом здании должна быть большой, но это явно перепрыгнуло все ожидания. Он подходит ближе, пытаясь уловить порядок книг и примерно понять — где стоит та, что ему очень нужна. Книги стоят по временной хронологии и в алфавитном порядке фамилий авторов, так что Вону двигается к нужному месту, но застревает каждый раз, взволнованно выдыхая: «вау», когда видит что-то интересующее его.        Он бы нашел книгу быстро, если бы не застревал на каждой второй, осторожно вытаскивая ее из общей полки, мягко проводя пальцами по старому потрепанному корешку, как можно бесшумнее открывая первую страницу и вчитываясь в предисловие или посвящение. Хотелось остаться в этой комнате навсегда, но времени было в обрез, кто угодно из семьи Ким мог зайти, даже учитывая то, что уже поздняя ночь. Вону должен был успеть прочитать одну из величайших трагедий за пять часов, застревать на чем-то другом просто не было возможности.        Отыскав нужную книгу, Вону спускается с лестницы, садясь на пол и вздыхает, пальцами поигравшись с вылезшими нитками из корешка. Чон открывает книгу и так приятно хрустит старыми страницами, сердце Вону начинает биться в разы быстрее, а восторг поглощает с огромной силой. Вону касается указательным и средним пальцами до даты издания и не может поверить своим глазам. Тысяча шестьсот двадцать третий. Это был один из немногочисленных изданий первого фолио, которые дошли до нашего времени. Он пропускает часть, где обозначаются герои, ведь уже давно выучил их всех наизусть, он открывает первый акт, проходясь глазами по строчкам и не может нормально вдохнуть. — Очень интересно, — раздается совсем рядом, и Вону вздрагивает, вскидывая голову. — Пришел воровать?        Перед Вону стоит никто иной, как Ким Мингю. Они учатся в одной старшей школе, и Вону предпочел бы избегать его как можно больше. Ким скрестил руки на груди, нахмурившись, но даже при этом, он выглядел все еще слишком красиво. — Нет, — отвечает Вону, вставая со своего места. — Я просто прочитаю и верну на место, честно. — Ты проник сюда ради… — Мингю прикрывает книгу в руках Чона, вскидывая брови, и смотря на него с удивлением. — Шекспира? И ты хочешь, чтобы я поверил тебе? Это одно из первых изданий, ты бы отлично заработал, продав ее на черном рынке. — Я еще не настолько низко опустился, чтобы продавать чужие книги, тем более, столь ценные, — говорит Вону, оскорбленный подобным заявлением. — Эта книга стоит больше любых предложенных денег. — Однако ты здесь, — Ким усмехается. — Если просто хотел почитать, мог бы попросить. Я бы даже подумал.        Вону поджимает губы. Мингю явно не тот человек, у которого хотелось что-то просить. Если ему не будет выгоды он не станет помогать, а от Вону, у которого разве что только с оценками был полный порядок, никакой выгоды не было. — Ты никогда не думал — почему люди не просят у тебя о чем-то? — Вону щурит глаза. — Почему они готовы тайно проникнуть в библиотеку, а не попросить у тебя помощи? — Потому что глупые.        Чон хотел прямо сейчас ударить Мингю по голове не то что книгой, а рядом стоящей лестницей, но он лишь вздыхает, прикрыв глаза на пару секунд, а затем понимает, что другого выбора у него уже нет. — Я просто прочитаю ее и уйду, проси, что хочешь, — говорит Вону, потому что прочитать одно из самых первых изданий хотелось слишком сильно, хотя держать ее в руках уже было чем-то особенным. — Помоги мне с литературой, — говорит Мингю. — Я не особо люблю читать, а ты книжный маньяк, так что. Помоги мне. И можешь пользоваться библиотекой. — Правда? — Чон засиял от подобных слов. — Конечно! Во сколько тебе удобно? Я могу в любое время, кроме четверга и воскресенья, я работаю в эти дни. — Отлично, в четверг в шесть, — Мингю улыбается, и Вону кивает, а затем до него доходит. — Я не могу в четверг… — Чон опускает взгляд, понимая, что Мингю издевается над ним, а потом думает, что может просто поменяться сменами с Джонхан-хеном. — Хотя, впрочем, подойдет. — Отлично, но приходить ты сюда будешь только по субботам и под моим присмотром. — Окей, — Вону кивает, а затем осознает, что Мингю ждет, когда он отпустит книгу и свалит уже, но Вону не хочет отпускать столь драгоценную вещь.        Он смотрит на обложку еще раз, а затем вздыхает и все же отдает ее Мингю, сдерживая свои слезы. Ким провожает его до выхода.