Семейные радости

Глава 16. Катя Из загородного дома мы в городскую квартиру переехали: мало ли что, а здесь все рядом: и больница, и Зималетто. Да и мама не могла больше за городом жить: у папы инфаркт случился, в госпитале лежал, а вчера его в санаторий перевели, долечиваться. Мама с ним поехала. Устроит его, посмотрит несколько дней как и что и вернется: у меня срок родов приближается, а детей одних не оставишь. Вчера на осмотре была – врач не доволен, ребенок все еще поперек лежит, а пора уже головкой вниз. Остается надеяться, что за оставшиеся две недели повернется как надо. И кровь опять плохая: гемоглобин низкий. Чем только меня Андрюша не кормит: и фрукты, и икра: черная, красная, и пюре из полусырой печени сам лично делает, а толку мало. Еще и сердце слабовато работает, а ребенок крупный: предполагают около четырех килограммов. Трудно будет рожать. Я очень боюсь, что плохо все кончится. А что, и в наше время умирают во время родов. Когда не сталкиваешься с этим, не знаешь, а, оказывается, случается и такое. Операцию не предлагали: не первые же роды, да я и не согласилась бы. Ребенок, когда сам рождается, уже учится трудности преодолевать, и потом растет более целеустремленным, активным. Я это не сама придумала, так ученые говорят. Не ладно что-то со мной. Не нужно было поднимать Павлика, когда в кроватку укладывала. Андрей же научил его залезать со стульчика, и ему это очень нравится, а я по привычке сама положила. А он- тяжеленький уже. Не хотела Андрея беспокоить, но придется, боль усиливается. Все может быстро произойти: роды-то третьи. А детей-то с кем оставить? Придется на скорой ехать, а Андрей с детьми останется, хотя с ним мне было бы спокойнее, с ним я ничего не боюсь. Глава 17. Андрей Позвонила Катя, кажется, началось, хотя вроде рано еще, но раз позвонила - надо срочно ехать, она не стала бы беспокоить зря. - Мария! - Да, Андрей Палыч. - Отмените все встречи и переговоры . Перенесите их на несколько дней или, если не получится, передайте все дела Роману Дмитричу. - Андрей Палыч, что-то с Катей? - Похоже да. Я поехал. - Роман, хорошо, что зашел. Остаешься за главного. Меня не будет пару дней. -Что, уже? Да не переживай ты так! Родит, не первый раз. - Да, теща в отъезде - с кем детей оставить не придумаю. - Все нормально. Я сейчас домой съезжу, Полю привезу, она посмотрит за ними. Они где, за городом? - Нет, здесь. - Совсем хорошо. Поезжай, я мигом! Кончались вторые сутки, с тех пор, как он привез Катю в больницу, а она никак не могла родить. Андрей был неотлучно рядом с ней, но как помочь? Сто раз пожалел, что послушал Катю, и они отказались от операции. Тоже мне, придумала: « ребенок должен быть активным». Ну, был бы спокойным, зато сама бы не мучилась так. А теперь поздно об операции говорить, процесс начался. Как там врач сказал? «Ребенок в створе, то есть на пути на свободу. Если затянуть процесс родов, он может задохнуться.» А у Катеньки силы кончились, сердце не справляется с нагрузкой. Врач говорит, что организм у нее устал, а сама она потеряла веру в себя, перестала бороться. На очереди стоит вопрос «кого спасать - мать или ребенка?» И как на него ответить? Как взять на себя ответственность за жизнь другого человека? Неразрешимый вопрос. Вышла акушерка, пригласила его в «родовую», хотя и нельзя туда посторонним, но случай исключительный: Катя попросила, и ей пошли навстречу. Увидел ее, и сердце сжалось: белая, как полотно, губы искусаны, потрескались, как в лихорадке. Лицо осунулось, одни глаза на нем: огромные, но потухшие. Врач тихонько, чтобы только он слышал: «Мы сделали все, что могли. Теперь только она сама должна преодолеть себя, сделать последнее, решающее усилие. Помогите ей.» Подошел к ней, встал сзади, взял за плечи. Поцеловал в спекшиеся губы. - Кать, ну что ты расклеилась? Почти неслышно, с трудом выговорила: - Прости Андрей… Я не могу его родить…Ты так хотел его... А я не могу.…Прости Две слезы выкатились из глаз, и пропали на воспаленных губах. Она закрыла глаза и отвернулась от него. - Катя! Катенька! Пожалуйста, не закрывай глаза! Ты не можешь так поступить с нами! Подумай о детях, они так ждут тебя! А я? Ты же знаешь, я пропаду без тебя! - Кать, ты должна, ты обязана, понимаешь! Соберись, Кать, ты сильная, я знаю, какая ты сильная! Ты сможешь, обязательно сможешь, поверь мне! Открыла глаза, посмотрела на него: с укором, с мольбой, с надеждой. - Давай, Катенька! Я помогу тебе. Я отдам тебе все свои силы. Возьми их, Катя! И давай еще раз, еще раз Катенька, ну давай… Почувствовал, как под его руками напряглось ее тело. Она глубоко вздохнула и выдохнула с долгим, душераздирающим криком. Показалось, что гаснет свет. Окружающих заволакивал туман. Ничего не было слышно, кроме этого крика. Почувствовал резкий запах :сестра совала ему ватку с нашатырем. Сразу все прояснилось, туман рассеялся. Люди приобрели четкие очертания. Только крик - он продолжался. Но почему она кричит не своим голосом? - Ну вот, папаша, все и закончилось! Смотрите, какого богатыря родили! Богатыршу! Девочка у вас! Посмотрел на жену - она слабо улыбалась. Лицо было покрыто крупными каплями пота. Обтер ее рукавом халата, уронил голову ей на грудь и, не стесняясь, заплакал. Она дотронулась до его волос, хотела погладить, и вдруг спросила с тревогой в голосе: - Андрей! Что это? У тебя …волосы на висках…. седые… Попросили выйти из родовой палаты. Стоял в коридоре, ничего не замечал, охваченный радостным волнением. Потом показалось, что слишком много медработников проходят мимо, и слишком торопливо они это делают. Стало тревожно: не связано ли это с Катей? Вышел давешний врач, подошел, молча встал рядом. Молчание затягивалось, становилось невыносимым. - С моей женой что-то случилось? - Мы не можем остановить кровотечение. У нее слишком большие разрывы, а свертываемость плохая. Нужно прямое переливание крови от донора. - Я готов. - Какая у Вас группа? Назвал. - Нет, не подходит. Среди персонала тоже нет подходящего донора. У Вас есть возможность найти человека с нужной группой крови? - Я найду, чего бы мне это не стоило! Что же делать? Поеду в Зималетто, больше негде искать помощи.