Звезды

***

У Питера чертовски бледная кожа и огромные синяки под глазами, и Тони беспокоится за своего мальчика. Как и все Мстители. У Питера метка чуть покалывает каждое утро, и Питер знает, что в этот момент Тони смотрит на него. Но он делает вид, что не хочется втянуть голову в плечи, когда он чувствует на себе от загривка до спины ползущий внимательный взгляд, от которого хочется ежиться и мурашки по спине. Заваривает себе чашку крепкого, бодрящего кофе и копается в вазочке с фруктами в поисках кислющих яблок. Наташа скептично изгибает бровь, когда Питер с истинным наслаждением откусывает кусочек и сразу же запивает сладким кофе с горчинкой. Отвращение почти что воцаряется на лице Клинта, а Тони лишь тихонько смеется себе в кулак. Брюс тактично помалкивает, допивая чай. Метка колется и за обедом, когда он почти что булькает носом в тарелке супа торжественно названного Нат непонятным: «борщ». Громкий стук заставляет Питера проснуться, и когда он сонно осматривается, то видит лишь нахмуренные рожицы своей семьи. Аккуратное, черное и такое до боли родное: «Энтони Старк» жжется, когда Пит ложится рядом с ним, заворачиваясь в теплое одеяло, как в кокон, и смотрит уже в ответ. Пронзительно и как-то смущенно одновременно, так по-своему, так, что хочется взять этот вечно спящий где не надо комочек и затискать к чертям собачим, чтобы только мое и навсегда, думает Тони. А впрочем, он и так мой, развивает тут же свою мысль Тони, и обрывается почти на полуслове, когда видит что-то еще в глазах Питера. Он словно хочет что-то сделать, но от чего-то не решается. Тони хочется нежно-нежно провести по щеке, ласково погладить, смахнуть прядку со лба, лезующую в глаза и спросить тихо и почти шепотом, потому что только так сейчас и можно. — Что случилось, Паучок? — заглядывая в глаза и приобнимая за талию, немного прижать к себе и ждать, когда Пит, пошуршав одеялом и простынями, притрется ближе и поудобней уляжется, положит голову на грудь, там где быстро и волнительно бьется старково сердце и спустя несколько минут, проведенных в тишине, ответит так же тихо. — Ничего такого, просто… — и Тони не смеет его торопить. Тони терпеливо ждет, поглаживая острое плечо своего малыша, наслаждаясь тишиной. Питер очень ценит это все. И то как покалывает метка и ласковое «Паучок», отдающееся теплом где-то в грудной клетке, что хочется бесконечно долго и очень счастливо улыбаться, чтобы сводило скулы, и невидимую поддержку без слов и все это. Все то, что Тони для него делает. Питеру хочется шептать благодарное: «Люблю-люблю-люблю» Тони в ухо и ощущать его улыбку, тепло исходящее от него и руки, прижимающие к себе. Легкие подбадривающие поцелуи куда придется: в мягкую и бархатную щечку, в алеющее от нежных ласк ушко, в аккуратный носик. Когда Тони уже и не думает, что Питер продолжит и все его мысли заняты лишь этим милым существом, Питер совершенно неожиданно садится на кровати, скрестив ноги и очень-очень смущаясь, снова прошепчет. — Хочешь, поиграем в войнушку? — и звучит это так глупо, что Тони тихо посмеивается, а когда Питер недовольно пихает его в плечо, то чмокает в красную мордашку. И отчего-то говорит "да", и так удивляется, когда Питер с радостным блеском в глазах вскакивает и бежит к одному из шкафов в комнате Тони. Достает оттуда шерстяной плед и всучивает его Тони, который уже стоит рядом и с интересом поглядывает внутрь. Но там больше и нет ничего, кроме одежды. Питер проходит к двери и перед тем как открыть ее, прижимает пальчик к губам. Тони не перестает восхищаться детской невиности этого парня с его и правда чертовски милым: "Тссс!". Они прокрадываются на кухню, как дети, и Тони думает, что они сейчас будут таскать печеньки, но Питер лишь заваривает чай, очень вкусный и ароматный. Переливает в термос и крадется на цыпочках в полной темноте к лифту, прекрасно ориентируясь во мраке. Тони натыкается на все, что только можно и ощущает вкус давно забытого детства, которого кажется и не было вовсе, и в очередной раз он думает, как же ему повезло с избранным. Питер шипит на него с улыбкой и блестящими радостью глазами, хихикает глупо и заталкивает в лифт. Они приходят на крышу, и Питер привычно растилает плед, садится и подзывает Тони ближе. Но Тони не может двинуться с места, потому что его малыш так прекрасен в свете луны и отражающихся в его кажущимися черными глазах звезд, что просто вау. У Тони перед глазами лишь вселенная в виде его милого и домашнего Питера с взъерошенными, как после сна, каштановыми волосами. Тони раньше думал, что судьба та еще сука, но сейчас он очень рад этой чертовке. Тони раньше не замечал как прекрасна ночь с этой россыпью звезд на небе и прохладным ветром. Тони раньше и не думал, что когда-нибудь снова будет настолько безгранично счастлив, как сейчас. У Тони еще много этих "раньше", которые после появления в жизни Питера и стали этими размытыми "раньше", а не "сейчас", и Тони очень и очень счастлив. Счастлив сидеть вот так, в обнимку с Питером под пледом, с почти что украденным с кухни чаем в руках и смотреть на зведное небо. А у Питера руки холодные и чашечка уже не согревает их, но когда Тони отставляет свою кружку с уже почти допитым напитком и кладет свои теплые, чуть шершавые и немного грубые, ладони на его ладошки, то ему становится так вдруг тепло, что он просто наслаждается этим моментом, как и в прошлые ночи. Только в эту все по другому: с ним рядом Тони, ему не так холодно, и ночь становится еще более волшебной, чем раньше. В ту ночь они подарили друг другу много мягких и ленивых поцелуев, море согревающих объятий и столько же любви, вернувшись в комнату только под утро, буквально опьяненные своим счастьем. У Питера чертовски бледная кожа и огромные синяки под глазами, и у Тони теперь тоже. Мстители продолжают беспокоиться. Наташа что-то лепечет ему на ухо о правильном питании и режиме дня, Беннер, задумчиво потирая подбородок, что-то бормочет о снотворном для них обоих, а Клинт в шутку предлагает спеть им колыбельную. Питеру от чего-то кажется, что он серьезно. Тони точно уверен, что он серьезно, потому что приятное беспокойство на дне его глаз не сможет укрыться от него. Зато теперь он понимает, почему его Паучок не спит по ночам и наслаждается вместе с ним, сбегая из башни на крышу. И, я думаю, не столь важно упоминание, что Брюс, Стив, Наташа и Клинт в тихую подглядывают за влюбленными и что уж говорить, очень за них рады.