Общий знаменатель

POV Лана

Кажется, что мне не хватает воздуха. Кажется, что весь мир вокруг нас перевернулся с ног на голову. ОН со мной. Он МОЙ. И это видно невооруженным глазом. Ощущаю кожей...до мурашек. Во мне играет самодовольство, смешанное с недоверием. Странный коктейль, правда? До поры, до времени, мне казалось, так не бывает. Но Лёша сходит с ума от меня. Он нуждается во мне, как в воздухе. Я смотрю, и узнаю в нем себя пять лет назад. И это пугает... "Господи, что еще тебе нужно?!" - спрашиваю сама себя, - "Он разве что землю за тобой не целует". Я пришла в себя после нашего поцелуя в парке... "У меня есть Сын. Я не могу оступиться". - снова и снова стучало в висках. Что-то внутри меня изменилось после новости о том, что ему ничто не угрожает. "Теперь ему не обязательно быть именно с тобой..." - издевался мой внутренний голос, - "Это больной он, может быть, никому не нужен. А здоровым его все хотят". Но где бы он не появлялся, он появляется со мной. Хотя я выступила против того, чтобы мы афишировали свои отношения. - Пожалуйста, давай не здесь... - мягко отстраняя Лёшу, прервав наш поцелуй, попросила я, - Слишком много людей и они все на нас смотрят. - Нет, давай здесь, - пониженным тоном парировал, вновь притягивая меня к себе, задира, - Пусть смотрят. "Если кто-то сфотографирует нас и фото появятся в прессе, их может увидеть Денни. Что я тогда скажу Сыну?". - Лёш, ПОЖАЛУЙСТА... - произношу тверже, и делаю шаг назад. Карие глаза смотрят с непониманием, затем в них вспыхивает весёлый огонек и на губах появляется хорошо знакомая ухмылка. Он хватает меня за руку, и с силой тянет за собой. Мы оказываемся в какой-то арке, и он припирает меня к стене. Грубо проникает языком в рот, властно сжимая бедра. Я чувствую, как из-под ног уходит земля и перестаю сопротивляться. Вкус его губ кружит голову - смесь табака и ментоловой жвачки. Не смотря на запреты врачей, отучить его от сигарет так и не вышло - бесполезная затея. - Я хочу целовать тебя везде, - хрипло сообщает Узенюк мне прямо в губы. Наводит на пошлые, сладкие мысли и я чувствую, как внизу живота становится влажно, - И не важно, что ты об этом думаешь. Вечер. Снаружи - оживленная улица, туда-сюда снуют люди, торопясь в метро и по своим делам. На дороге матерятся стоящие в пробке водители. А мы в темной арке сходим с ума, готовые прямо здесь и сейчас отдаться своей страсти. Я чувствую, как он меня хочет, но не переходит границ. Ночью, лёжа в кровати и глядя не него, спящего, снова и снова пыталась разобраться в себе и в нас. Я уже не понимаю, что конкретно чувствую - я его люблю, или я просто жалела его, пока он болел и мне окончательно снесло крышу. Мне казалось, что это моя обида в прошлом дала такие "плоды". Но болезнь прошла мимо, значит, мучиться совестью больше не из-за чего. А может быть, у меня просто синдром матери Терезы? Но как тогда объяснить дикое, бесконтрольное желание чувствовать ЕГО? Мы давно засыпаем в одной постели, но не занимались любовью. "Хотя какой любовью?! Я хочу чтобы он меня трахнул" - признаюсь себе я, но тут же сама себя спрашиваю, - "А что будет после?". Волна недоверия накрывает меня с головой. И не смотря на все его поступки, я упорно продолжаю ждать подвоха. Лёша не просыпаясь, ищет меня ладонью, прижимает к себе и целует в лоб. "Ты нужна ему даже во сне, идиотка. Чего еще ты хочешь?" - успеваю подумать я, и засыпаю.

***

Опухоль Лёше успешно удалили. Разумовский дал "добро" на то, чтобы приступили к туру через две недели после операции. Мы собрались в студии снова, на сей раз уже в полном составе и устроили импровизированную вечеринку. Ребята распечатали огромный плакат с фото Элджея и надписью "Его не берет даже рак". Своеобразный юмор, но Лёша оценил. - Я очень благодарен вам, ребята, за то что вы отнеслись с пониманием и не докучали ненужным сочувствием, - произнес Узенюк, поднимая бокал, - Надеюсь, никого не обидел тем, что не хотел видеться... - Как будто мы тебя не знаем, - добродушно произнес Чероки, похлопав его по плечу, - К твоим тараканам уже давно все привыкли. - Главное, что ты здоров и жив! - справедливо заметил Влад, и посмотрел на меня, - К тому же, у тебя была надежная опора. Я опустила глаза, краснея. - Как раз хотел сказать, - продолжил Лёша, переминаясь с ноги на ногу, - Лана, ты была единственным человеком, которого я хотел видеть. Спасибо тебе за все. Если бы не ты, у меня бы пропало желание жить. Все захлопали в ладоши и закричали. Мы выпили и начали обсуждать предстоящий тур. По TV крутили старые клипы, я повернулась к экрану и меня бросило в жар - прикрыв от удовольствия глаза, красивым, низким голосом пел Федя. "Интересно, как он там?..." - неожиданно для самой себя, подумала я.

***

Первым на "Повестке дня" был Лос Анджелес. Мы встречались с поклонниками, и снова и снова налаживали с ними контакт. С прессой Лёша общаться наотрез отказался. Концерт стопроцентный sold out, отгремел просто невероятно и мы оказались на afterparty. - Поехали в отель! - говорит мне на ухо "виновник торжества", перекрикивая громкую музыку. Его горячие пальцы вверх - вниз скользят по вырезу на моей спине. Прошло всего пару часов вечеринки, а он уже хочет сбежать. Выпитое мной Asti пузырьками разбегалось по венам. Сегодня я забыла об осторожности, или алкоголь дает о себе знать. Чувствую, как от его пальцев кожа покрывается мурашками и начинает бить легкая дрожь - желание становится невыносимым. Но мне не хотелось портить ему вечер, не хотелось заставлять покидать собственную пати - тем более что здесь собралось столько людей, и все они хотели его видеть. - Ты уверен? - кричу в ответ, - Это твоя ночь. - Эта ночь будет нашей , - подмигивая, шепчет Лёша, сжимая мой зад. Горячее дыхание обжигает мою кожу. Он делает акцент на последнем слове, давая понять, что пора наши отношения переводить на другой уровень. Я бы, может быть, и задумалась стоит ли. Но не сегодня. "Вот видишь! А ты все время плохо о нем думаешь! Он хочет остаться с тобой<i> вдвоем".</i> Властно ведет меня за руку через VIP выход, на парковку. Нас ждет черный Escalade с водителем, чтобы увезти в отель. Садимся на заднем сидении, и Лёша тут же впивается сочными, пухлыми губами в мою шею. Рука нагло проскальзывает под платье, касаясь кружева чулок. - Ты в чулках, малыш? - шепчет на ухо. Сегодня даже его голос звучит особенно сексуально, - Для меня старалась? Я не отвечаю, беру его за подбородок и красноречиво целую в губы - сегодня не настроена говорить. Его чуткие пальцы тем временем хозяйничают под платьем, проникая под трусики, прикасаясь к самому сокровенному. Влажно, очень влажно. Кажется, что воздух вокруг нас раскалился настолько, что стало нечем дышать. Прикрываю рот рукой, сдерживая стон и выгибаюсь, впуская в себя его пальцы. Он смотрит на меня темными от страсти глазами. Запускаю руки под его майку и провожу ногтями по спине. Наконец, приехали. - Ты зачем так меня возбудила, - шепчет с усмешкой, - Хорошо, что у меня широкие штаны. Я стреляю в него глазами и улыбаюсь. Чувствую себя самой желанной на свете. Входим в лифт, и пока едем, он запирает меня руками с двух сторон и жадно целует, кусая губы почти до крови. - Стой! - командует около двери в наш номер, - Здесь я должен закрыть тебе глаза. Я не задаю вопросов, но мысленно ставлю ему галочку, мол "подготовился". Слышу, как открывается дверь. Он заводит меня в номер и снимает повязку. Я ахаю и ох... От двери в спальню ведет дорога из лепестков роз, вокруг кровати, на полу - всюду горят свечи. Играет какая-то приглушенная музыка, похоже саксофон. "Надеюсь, он не позвал саксофониста, чтобы он играл пока мы трахаемся" - не к месту подумала я, - "Было бы забавно!". На столике неприлично дорогое шампанское, фрукты и похоже, устрицы - полный набор. - Тебе нравится? - оставляя влажные поцелуи от ключицы к шее, выдыхает мой новоявленный романтик. - Да... - выдыхаю в ответ и оказываюсь в сильных объятиях. Раз...и мое платье падает на пол. Туда же летит его майка и джинсы, он прижимается ко мне и я ощущаю его желание - он уже "готов". Чувствую легкое волнение - как в первый раз. Но сегодня я уже не скромная шестнадцати летняя пышка, сегодня я объект его вожделения. Мы оказываемся на кровати, он - сверху. Покрывает поцелуями каждый дюйм моей кожи. Осторожно, трепетно. Его поцелуи ожогами пылают на теле, я выгибаюсь на встречу его губам. Пробует меня на вкус, сводит с ума своими ласками. С моих губ срывается не стон, а практически крик. Но мне нравится эта сладкая пытка. Я запускаю пальцы ему в волосы - такие мягкие на ощупь. Глажу, царапаю его плечи. Он возвращается к моим губам, и жадно целует. Я хитро ухмыляюсь, и оказываюсь сверху. - Хочу целовать тебя...-шепчу ему в губы. Он улыбается, как мартовский кот, поднимая подбородок, мол "Не препятствую". Я целую его тату на шее, затем опускаюсь на плечи и руки - язык ласкает, изучает каждый рисунок. Мои губы путешествуют на живот, и еще ниже. Лёша приподнимается на локтях, и наблюдает за каждым моим движением. - Что, боишься, что откушу? - проводя языком по его сокровенному вверх-вниз, игриво спрашиваю я. Он запрокидывает голову и коротко смеется. - Нет, хочу насладиться этим видом... Я ласкаю его губами, языком. Лёша стонет, собирая мои волосы в руку и с силой трахает меня в рот. Не хватает воздуха, но его настойчивость сносит крышу. Наконец, он не выдерживает, снова подминает меня под себя и накрывает мои губы своими. Целует сначала нежно, но едва я приоткрываю рот, углубляет поцелуй, и целует жадно, страстно. Берет из пачки на постели презерватив, надевает и входит в меня, глядя глаза в глаза. Я со стоном выгибаюсь ему на встречу. Двигаемся медленно, постепенно наращивая темп. Тысячи поз...тысячи фраз...движение быстрее и быстрее, мои пальцы судорожно царапают мягкую, нежную кожу. - Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, когда будешь кончать... - произносит властным тоном, и это заводит еще больше. Я повинуюсь. Еще несколько секунд, и моя душа улетает из тела прочь вместе с его, перед глазами мелькают звезды. - Ты моя...-рычит он, в изнеможении. И мне не хочется спорить... Мне хочется, чтобы эта ночь никогда не кончалась.