Общий знаменатель

POV Элджей

Каждый день я благодарю Бога за шанс начать все заново. Удивительная штука, жизнь. Не появись в моей жизни Лана, кто знает, как бы я закончил? Мои мысли не занесли бы меня на набережную, не произошла бы эта потасовка, я не узнал бы о том, что в моем мозгу опухоль... Продолжать можно до бесконечности. Но главное, Лана не была бы рядом со мной. "А что если она просто жалеет тебя?" - закрадывалась в мою голову навязчивая мысль. Каждый вечер она исправно убегала из дома, подолгу общаясь с кем-то по телефону во дворе, я видел в окно. Думая, что она может о ком-то заботиться так же, мне становилось невыносимо больно. А представляя её в постели с кем-то другим, я сходил с ума от ревности, буквально сносило крышу. Я дико возбуждался, воображая ее голой, как она извивается, бьется в конвульсиях от оргазма... Но она должна быть только моей. МОЕЙ. Спросить у неё прямо я не решался - наверное, боялся услышать положительный ответ. "Ну подумай сам, какой парень стал бы терпеть тот факт, что она живет с тобой?" "Может быть, он просто очень в себе уверен?" "Зря..." - Ты где так долго была? - я старательно делал вид, что изображаю любопытство. - А что, ты ревнуешь? - хитро прищурилась Лана, снимая кроссовки. Вид у неё был такой вдохновленный, счастливый. - Конечно! - честно ответил я, но она приняла мои слова как шутку и подойдя близко, прошептала, обжигая меня горячим дыханием: "Много будешь знать, скоро состаришься". Затем залилась звонким смехом и убежала в глубь квартиры, ущипнув меня за щеку. "Сучка..." Я так и не получил на свой вопрос внятного ответа, но её присутствие рядом заставляло забывать обо всем. С тех пор, как сообщили о моем диагнозе, она почти от меня не отходила, но меня не напрягало её общество. Наоборот, я уже не мог представить свой день без нее. Мы вместе готовили завтрак, потому что каждый из нас спешил проснуться пораньше, чтобы порадовать другого. Спорили, кто же все-таки будет готовить "коронное блюдо", а кто - "всего лишь варить кофе". Но даже когда второе доставалось ей, Лана варила невероятный кофе. Она знала, сколько сахара мне положить, сколько налить сливок, чтобы вкус был идеальным. И прежде чем отдать чашку, всегда делала первый глоток. - Что, боишься, что отравлюсь? - шутил я, когда она, удовлетворенная вкусом, отдавала мне кружку. - Я должна убедиться, что кофе получился таким, как ты любишь, - мягко парировала она, кривляясь. Горячее тепло разливалось в моей груди. Я улыбался ей, целуя запястье, она улыбалась тоже. После визитов в клинику мы обязательно ходили на прогулку, стараясь чтобы я остался незамеченным. Не то чтобы я не люблю своих поклонников - люблю, конечно. Но находясь в том эмоциональном состоянии, что было у меня в те дни, меньше всего хотелось общаться с незнакомыми людьми. Тем более не хотелось, чтобы видели нас у больницы. Я изменил привычному броскому стилю одежды, выбирая более спокойные вещи. И с удивлением заметил, что теперь чаще обращали внимание на Лану, чем на меня. Парни буквально сворачивали шеи, глядя ей в след. У этой девушки талант оставаться фантастически сексуальной даже в одежде. При этом, не в пошлом мини. "Хотя чего греха таить, будь она в пошлом мини, я бы точно не сумел сдержаться..." А например, в джинсах с водолазкой или в свитере over size. Но даже когда на неё смотрел каждый второй, она видела только меня. И меня распирало от счастья, что она со мной. Все страхи и сомнения рассеивались, я обнимал её за плечи, прижимая к себе и видел, как она тает. Старался шутить снова и снова, только чтобы слышать её звонкий смех, заполняющий собой все пространство. Она смеялась, запрокидывая голову, ветер ласково играл с её волосами и все внутри меня замирало - я готов был смотреть на неё вечно. Она была прекрасна и тогда, когда трогательно плакала над сценами в кино. Однажды вечером мы смотрели фильм "Виноваты Звёзды" - была её очередь делать выбор. По сюжету, оба героя больны онкологией. Но неожиданно, умирает тот, кто находился в ремиссии. "Я влюблён в тебя! Ты слышишь? Я влюблён в тебя, я знаю, что любовь это крик в пустоту и забвение неизбежно... и что мы обречены... и что однажды все наши усилия обратятся в прах... и я знаю, что когда нибудь Солнце поглотит Землю, и она исчезнет, но я влюблён в тебя!!! Извини..." - признается главный герой. И внутри меня что-то щёлкнуло, встало на свои места. Как долго я пытался сопротивляться, но... - "Хорошо" будет нашим "Навсегда" - улыбнулся я, цитируя главных героев, и обнял мелко подрагивающую Лану за хрупкие плечики. Она подняла на меня серо-голубые глаза, полные слез, и всхлипнув, прошептала: - Хорошо... Милая, нежная, ранимая моя Лана. МОЯ. Мне так хотелось признаться ей... Но было страшно. В тот вечер я понял, что окончательно и бесповоротно влюбился, растворяясь в ней. - Эй, о чём ты задумался с таким блаженным видом? - прозвучал над ухом голос Чероки, вырывая меня из потока воспоминаний. Мы летели в самолете до Лос-Анджелеса - отправная точка нашего тура. Лана сладко спала в соседнем кресле. - Да так, - улыбнулся я, - Вспомнил кое что... - Знаешь, приятно видеть тебя таким, - заметил он, - Что между вами? - Между нами любовь, - пропел я. И вкратце рассказал все, начиная от первого визита к Разумовскому, и заканчивая первым поцелуем в парке Горького. Мы не говорили "по душам" уже очень долго, а мне давно не хватало этих разговоров. - Рад за тебя, брат! - резюмировал Серёга, - Лана - чудо! - Согласен!

***

Самолёт приземлился в аэропорту Лос Анджелеса. - Как ты? - заботливо спросила моя девочка, погладив меня по щеке. Прикосновение её руки ожогом отпечаталось на моей коже. - Счастлив, - честно ответил я, целуя её запястье. - Я про самочувствие! - усмехнулась она, заливаясь краской. Лана всё еще дико стеснялась перед ребятами. - Готов к новым свершениям! И действительно, концерт отгремел "На ура", не смотря на то, что мы задержали тур и я больше месяца был в затишье из-за проблем с опухолью. Здесь нам были рады. - Поехали в отель! - перекрикивая громкую музыку в клубе, сказал я через пару часов afterparty, поглаживая Лану по спине через вырез на платье. От моих прикосновений по её коже побежали мурашки. Тусоваться не хотелось, хотелось поскорее остаться наедине с ней, за дверьми закрытого номера. У нас ещё не было близости - только поцелуи. Я умирал от желания сделать её своей окончательно и чувствовал, что она хочет того же. "Сегодня это случится..." В нашем номере её ожидает очень приятный сюрприз. - Ты уверен? - прокричала она в ответ, закусывая сладкую нижнюю губу, - Это твоя ночь. - Эта ночь будет нашей , - шепнул я, и увёз её из клуба прочь.