Возвращение блудного кота...
21 июня 2018 г., 13:48
С момента инцидента в ванной минуло три дня. И вот уже три дня Ран не появлялся дома, любезно оставив на тумбе в прихожей дубликат ключей. Эрике было плевать. Совсем не волновало, куда он пропал и как на долго. Скорее всего, для него это было вообще в порядке вещей — неделями кочевать по друзьям или девушкам. Однако, если говорить начистоту, то тонкий и слабый голос совести всё же пробивался через толщу неприязни, и она не могла отвлечь себя от мысли: что если его сбила машина? С его-то внешностью и шпана пристать могла, хорошенько наваляв по бокам, а затем кинув подыхать в какую-нибудь канаву.
Хоть он выглядел в её глазах редкостным гадом, но смерти его Эрика совсем не желала.
Тяжело вздохнув, она вышла из лифта и подошла к двери. Скинула с плеча одну из лямок рюкзака, а затем долго и упорно шарила руками по дну сумки в поисках связки ключей. Вот только ключи ей не понадобились, так как дверь оказалась открытой. Блудный братец вернулся, ещё и не один, судя по гомону голосов — традиционно не закрыв дверь, поспешил исчезнуть за границей своей комнаты. Возможно, это даже к лучшему: пересекаться с ним особого желания у Эрики не было, а вот по-тихому прошмыгнуть в свою комнату и оставшийся вечер скоротать перед монитором ноутбука – был.
Неожиданно дверь комнаты Рана распахнулась. Широкого расставив ноги, в коридор пятился задом низкорослый парень с обесцвеченными волосами, среди которых выделялись две ярко-красные пряди. Он заметил притаившуюся Эрику, не успевшую дойти до своей комнаты, резко остановился и повернул голову в её сторону. Шальные глаза с расширенными зрачками странно на неё уставились, отчего она даже испуганно отступила назад и вздрогнула, когда парень вдруг закричал во всю глотку, задёргав руками, как при конвульсиях. Но вместо речи из его рта вырывалось лишь маловразумительное мычание да кряхтение.
Наголову больной? Не похоже. Парень слишком со вкусом одевался: поверх свободной серой футболки натянул кожаную безрукавку с серебристыми вставками; чёрные джинсы плотно облегали худые икры и выше к бёдрам плавно расширялись, позвякивая парой цепочек, прицепленных к шлёвкам и провисающих до середины бедра. А что уж говорить про его ультрамодную причёску.
— Чё ты орёшь, полудурок? — раздался недовольный, но знакомый голос откуда-то из недр комнаты Рана. — Только блевани мне, сука, мордой твоей вытру.
Из комнаты вышел ещё один парень с длинными каштановыми волосами, собранными в высокий конский хвост на затылке, благодаря чему уши с многочисленными серёжками и штангами представали перед случайным зрителем во всём своём великолепии. Он широко улыбался, глядя на своего неадекватного друга, и попытался взять того за локоть, но коротышка так сильно затряс головой, что полетел на бок, с грохотом мешка картошки обрушившись на пол.
Оставшийся стоять парень, к слову, с очень миловидными чертами лица, стал сотрясаться от хохота. Наклонился, чтобы поднять упавшего, и заржал ещё сильнее от застывшей на лице физиономии умственно отсталого. Очки в чёрной оправе слегка съехали с переносицы, поэтому он потянулся, чтобы их поправить, и тут же скользнул взглядом по Эрике.
— У тебя тут какая-то девчонка, — немного удивлённо констатировал парень. — Либо я тоже лишнего курнул.
— Это мелкая, скорее всего. Не обращай внимания. Тащи Нисана обратно.
— Люблю всё мелкое, — протянул красавчик и томно улыбнулся, после чего взял Нисана за подмышки и, не отрывая его бессознательной туши от пола, затащил обратно в комнату.
Дверь захлопнулась изнутри.
— Какого хрена?.. — прошептала Эрика, только начав отходить от первичного шока.
В какой дурдом её угораздило влезть, благодаря заботливым папочке и мамочке? Ран, похоже, не только извращенец, хам и вообще парень без каких-либо понятий о нравственных ценностях, он ещё и с законом явно не дружил. Они всей компанией что-то нелегальное употребляли.
В относительной тишине и спокойствии Эрика смогла провести только часа два. Да, парни шумели, но в сравнении с тем, что происходило сейчас – тот кипишь выглядел жалкой тенью настоящего веселья. Кто-то из них орал так сильно, точно его на живую резали. Даже максимальная громкость музыки в наушниках не могла позволить забыться: всё равно сквозь любимые треки прорывались нечеловеческие крики.
Соскочив с кровати, она направилась в комнату Рана, под возмущённый топот ног. Одним резким движением открыла дверь и застыла на пороге, разглядывая умопомрачительную картину.
Знакомый ей уже парень, Нисан, валялся на полу полуголый, одной рукой пытаясь поддеть штаны, а другой размахивая над головой. Именно он и кричал, как полоумный, кувыркаясь по ламинату. Другой парень, с длинными волосами и смазливой мордашкой, сидел на краю расправленного дивана с видеокамерой в руках, снимая шоу, что устроил его принявший лишнего друг, и явно веселился. Серые глаза так и искрились неподдельной радостью.
В углу комнаты возле подоконника на полу притаился ещё один кадр, на первый взгляд абсолютно нормальный. Если, конечно, проигнорировать один примечательный момент – темноволосый мальчишка со спадающей на глаза чёлкой вёл задушевную беседу с кактусом, что держал в вытянутых руках перед собой.
Сам же хозяин квартиры лежал на дальнем краю дивана, подперев спиной стену. Между его ярко очерченными губами была зажата практически докуренная самокрутка. Он сразу заметил появление Эрики в комнате с интересом заглянул ей в глаза.
— Вам домой не пора? — холодно спросила она, обращаясь к самому адекватному из гостей, то есть парню с камерой.
Он перенаправил объектив камеры на неё и посмотрел в маленький дисплей, выдвинутый сбоку.
— Ты в моём вкусе, — заметил красавчик. Обольстительная улыбка расцвела на его полных губах, и если бы не она, то Эрика точно подумала, что ослышалась. Ему так легко далось это произнести, точно он просто поздоровался. — Если с братцем не понравится, приходи ко мне. Я приласкаю.
Ну точно, очередной Казанова. В последнее время её слишком много самоуверенных альфа-самцов окружало. Такими темпами и она мутировать могла начать.
— В твоём вкусе? — усмехнулся Ран. — А я всегда думал, что ты трахаешь всё, что движется, невзирая на пол.
— Ты слишком критичен по отношению ко мне. Мне нравится всё милое и неважно, какого оно пола. Для любви нет преград!
— Преграды! Душу рвёёёт! Преграды! — завопил Нисан, пытаясь подхватить незнакомый мотив песни. — Дикие мы звеееери!
Он перекувыркнулся со спины на живот и замер. Несколько секунд прошло в полной тишине, все внимательно за ним следили, и, наконец, он издал звук — попытался отрыгнуть.
— Твою же мать! — взревел Ран, перехватив окурок пальцами. — Не смей мне тут блевать, мудак!
— Не вопи. Ну, перебрал он сегодня малость. С кем не бывает.
— Ен, валите нахрен на улицу. И пусть там хоть обблюётся.
Прищурив глаза, Ен внимательно посмотрел в лицо Рану и одними лишь уголками губ улыбнулся. Их зрительный контакт длился подозрительно долго, и со временем Эрику стали напрягать эти игры в гляделки между парнями, точно они общались взглядами. Не к добру. Явно что-то задумали. А затем Ен как ни в чём не бывало поднялся с дивана и стал быстро собирать свои вещи.
— Итан, помоги мне, — обратился он к парню, сидящему в углу.
Что-то на прощание сказав кактусу, Итан поставил его на подоконник и медленно подошёл к стоящему на четвереньках Нисану. Его немного штормило, но на ногах он держался относительно крепко. Ен наклонился и попытался поднять самого проблемного члена их компании, но тот даже не думал ему помочь, обмякнув в его руках окончательно.
Тихо выругавшись, он всё же поднял Нисана и велел того держать Итану.
— Парни, я вас так люблю… вы такие хорошииие… только жопу мою… ни-ни... парни…
Как только нетрезвое трио покинуло квартиру, Эрика заперла дверь, максимально прокрутив ключ в замке, после чего упёрлась лбом в мягкую обивку и облегчённо выдохнула. Наступило долгожданное спокойствие и тишина. Но как долго оно продлится? Им явно было необходимо обсудить правила совместного проживания.
Вот только стоило Эрике снова появиться на пороге комнаты брата, как весь запал устанавливать правила куда-то испарился. Ран лежал всё на том же месте, даже не переменив позы, разве что теперь стал подбородок подпирать ладонью. Его взгляд тёмно-карих глаз казался столь интимным, точно она снова стояла в душевой кабинке полностью обнажённая, а он со свойственной только ему бесстыжестью нагло её разглядывал.
— Спокойной ночи, — буркнула Эрика, стараясь не обращать внимания на участившееся сердцебиение.
— Приятных снов, — промурлыкал в ответ Ран.
Демонстративно фыркнув, она развернулась, чтобы направиться в свою комнату и скрыть проступающий на щеках румянец. Этот гад даже со столь нелепой причёской — выбритым боком и длинной чёлкой — умудрялся выглядеть в её глазах слишком привлекательным.
