На лезвии ножа

      Пайнс с трудом пережил эту ночь, а как только наступило долгожданное утреннее время, он незамедлительно оделся на скорую руку и, суетливо собираясь, буквально вылетел из квартиры. Ночью она только еще больше угнетала его, заставляла вжиматься в стенку всем своим телом и беспомощно дрожать, каждую секунду дергая головой, чтобы увидеть в комнате невесть откуда взявшегося блондинистого киллера и замереть от ужаса и страха, остановить безудержный бег сердца и вдохнуть в последний раз… Но, к счастью для Пайнса, все самое страшное уже прошло, и Диппер едва ли не бегом направлялся на свою работу, которую он любил больше, чем что-либо на этой планете. — Всем утречка! — бодро поприветствовал всех шатен, входя в небольшое двухэтажное здание, именовавшее себя «Полицейским штабом». — Привет, Дип! Вот, держи! — Крис тепло улыбнулся кареглазому и протянул тому чашку свежезаваренного кофе. — Спасибо! — поблагодарил Пайнс, улыбаясь другу.       Кристофер Рэйт был лучшим другом Пайнса, а также его напарником и просто надежным товарищем. Так считали все, включая Диппера, и только сам Рэйт знал, что их дружба односторонняя, так как он воспринимал Пайнса не просто как друга. И вот уже целый год бедный Крис был безнадежно влюблен в кареглазого напарника, укравшего сон и покой брюнета. Крис не понимал, почему в день его признания в своих чувствах Пайнсу тот мягко, немного виновато улыбнулся и отказал ему. Ведь Крис был ему нужен, он был незаменим! У Рэйта было все: отличная внешность, включая красивые, темно-зеленые глаза и черные, как смоль, волосы, физические данные, общие интересы с Диппом и просто желание понравиться ему. И этого всего должно быть достаточно, чтобы они стали парой! Так считал Крис, но, по-видимому, только не Пайнс. — Как всегда, пожалуйста! — мягко улыбнулся Рэйт и попробовал коснуться щеки Диппера, но тот отвлекся на что-то и резко отошел в сторону.       Брюнет лишь зло стиснул зубы от собственного бессилия, но не сказал ни слова. После его признания они с Дипом поговорили и решили забыть этот случай, после чего стали общаться, как прежде. Пайнса, кажется, все устраивало, а вот Криса просто перетряхивало каждый раз, когда шатен обращался к нему не по имени, а просто — «друг». Рэйт хотел подойти к кареглазому и сказать ему что-то, как вдруг на все помещение раздался убийственный ор начальника: — Ах вы ж твари такие! — Первым под раздачу попал один из опытных полисменов, в которого со всей дури запустили целую пачку бумаг и дел. Остальным досталось не меньше. — Виктор Федорович! Ну не сердитесь так! — подала голос уборщица, пожалуй, единственная, кто могла усмирить пылкий нрав начальника.       Федорович только зло сверкнул глазами на пожилую работницу, а затем уже спокойнее обратился ко всем присутствующим: — Дорогие мои балбесы! Вот уже два месяца вы сидите на попе ровно, никак не желая поднимать свой толстый зад с дивана! А у нас, между прочим, трое очень «добрых» и «милых» серийных убийц по городу гуляют, как «звезды» шоу-бизнеса по ковровой дорожке! А мы им разве что в пояс не кланяемся, мол: «Проходите, чего стесняться?! Сегодня рекомендуем взорвать вон тот дом, подстрелить вон ту бабушку, отрубить вон тому мужику голову и повесить ее на вон тот забор». И, кстати, вы не торопитесь! Главное, не торопитесь! Потому что мы, как всегда, притащимся самые последние, двигаясь со скоростью хромой улитки, и успеем только сказать, что мы черт как старались! А вообще, полицейские не для этого нужны! Они нужны для того чтобы травить глупые шутки по рации, хавать пончики за троих и мерно похлебывать американо без сахара! — Под конец своей речи Виктор все-таки сорвался на крик, заставляя всех без исключения буквально подпрыгнуть на месте. — Мистер Люцифер, ну не злитесь на нас! Мы и так стараемся изо всех сил! Но что мы можем? — подал голос Крис, который все это время прятался под столом, на всякий случай прикрыв голову руками. — Вот именно, что ничего, бездари! — рявкнул Виктор Федорович, еще больше злясь из-за ненавистной ему клички, которой его «с любовью» окрестили подчиненные.       Рэйт еще больше вжал голову в плечи и залез обратно под стол. Все остальные, которые успели и, наоборот, не успели спрятаться, хранили целомудренное молчание и просто ждали, когда начальник успокоится, восстановит нервы и раздаст задания на остаток дня. — Ох… Вы меня в могилу сведете… — устало вздохнул Федорович и опустился в кресло, взял в руки кипу бумаг. — Итак, что тут у нас… — Несколько секунд мистер Люцифер внимательно перебирал бумаги, а затем раздал всем патрули частей города. Всем, кроме Криса и Пайнса. — А вы, дорогие мои, — начал он, когда остальные разошлись, — получаете специальное задание! — радостно провозгласил он. — За что? — застонал Рэйт. — За все! — рыкнул Виктор, но затем спокойно продолжил: — Вы должны выследить Билла Сайфера. Да-да, Диппер, его сáмого… И не делай такие глаза! Он очень опасен, умен и ловок, поэтому я решил не привлекать лишнего внимания и вместо целого патруля послать вас — лучших полицейских из всех сейчас имеющихся! Так что не подведите меня! Если вы все-таки найдете его, в чем я очень и очень сомневаюсь, не ждите подмоги! Постарайтесь быстро скрутить паршивца и огреть дубиной по башке, а дальше мы прибудем и схватим его тепленьким! — Мистер довольно потер руки, окунаясь в заветные мечты. — Есть, сэр! — в унисон сказали полисмены и отправились на указанное им задание.       Все то время, пока начальник рвал и метал, Пайнс молчал. Молчал он и когда раздавали патрули. Он промолчал даже в то время, как ему говорили о его спецзадании. Но Диппер не смог промолчать, когда лучший друг с участием спросил его, что случилось. — Мать его, Крис! Я не хочу этого делать! Я не хочу встречаться с ним! — в отчаянии сказал шатен, крепко обнимая друга и собираясь с силами. — Все будет хорошо, Дип. Я не дам тебя в обиду... — успокаивающе прошептал брюнет, наслаждаясь мимолетным счастьем. — Мне страшно, Крис. Мне впервые так страшно…       Рэйт вздрогнул, но промолчал, лишь мягко погладил кареглазого по голове. Слова напарника не на шутку встревожили его, ведь Пайнс славился своим граничащим с глупостью и молодостью бесстрашием даже перед лицом смерти. И он, возможно, был единственным во всем мире, кто мог бы смело посмотреть в глаза этому светловолосому «демону». Насколько брюнет помнил, Диппер встречался с Биллом один на один. И пусть это было всего однажды, но этого вполне достаточно, чтобы в сердце кареглазого поселился липкий страх и откровенный ужас, ведь обычно все те, кто хоть раз виделся с Сайфером, умирали в ту же секунду, как встречались со взглядом его холодных голубых глаз. А Диппер выжил, и это напугало и удивило не только его самого, но и всех тех, кто знал об этом. Ведь если он жив, значит, Демону что-то от него надо, и он не оставит его в покое, пока не получит желаемое…

***

— Как мило… — даже не скрывая своего раздражения, протянул Билл.       Он стоял на крыше одной из многоэтажек, держа в руках винтовку, нацеленную на брюнета, и тихо шипел от злости. Смотреть, как ЕГО собственность обнимает какой-то проходимец, было настолько нестерпимо больно и отвратительно, что хотелось пристрелить его сейчас же. И Сайфер обязательно бы так и сделал, если бы не Диппер, в которого он мог нечаянно попасть или еще хуже — травмировать его нежную психику… — Ладно, придурок, даю тебе еще несколько часов жизни, а потом… — блондин резко вскинул винтовку и выстрелил в пролетающую мимо ворону. Птица камнем упала на землю, теряя перья, а Билл еле успел пригнуться, чтобы обернувшиеся на выстрел полисмены не заметили его…