Как жаль, что не могу тебя забыть

Лицо, имевшее до этого алый оттенок, слилось с белоснежными стенами ванной. Чую окутала паника. Голова начала кружиться. Ноги казались ватными, благо, он уже был в сидячем положении. Он ещё раз и ещё раз всматривался в свою руку, не имея ни малейшего желания верить в происходящее. Просто не хотел признавать, что тот придурок, который находится за дверью, действительно его истинный. Но вечно сидеть здесь было невозможно. Рыжеволосый опустил рукав насколько это было возможно, только бы прикрыть надпись. Ещё раз охладив себя водой, поверив, что это не всего лишь отвратительный страшный сон, а суровая реальность, мафиози вышел из ванной. Комната была пуста, что не могло не радовать. Открыв балкон, предварительно взяв с собой сигареты, Накахара закурил. В голове всё шло кругом. Одна мысль перебивала другую. Ещё раз подняв рукав и увидев имя, ничего не оставалось как принять это как должное. Просто принять как должное, что у него никогда не будет нормального человеческого счастья. Но завтра была сложная сделка, пришлось докурить, уже сбился со счёту какую, сигарету и направиться в спальню. Заснуть всё-таки получилось, к сожалению. Чёрная комната. Настолько темно, что даже спустя время глаза не смогли привыкнуть. На ощупь проходя вглубь комнаты, Накахара наткнулся на приятную шелковистую ткань. Резко дёрнув, он отодвинул штору огромного, от потолка до пола, окна. Открывался вид на прекрасный ночной город. Звёзды усыпали черное безоблачное небо. Свет уже погас, но всё же оставались горящие окна домов. Осторожно присев у самого окна, укрывшись с головой одеялом, Чуя всматривался в созвездия. Город казались ему очень знакомым, но и таким далёким. Окна были пустыми. Ни одного человека не получалось увидеть в них. Тишина была слишком громкой для ушей. Она сильно давила голову, душу, сердце. Все мысли принимали депрессивный оттенок. Все мысли о прекрасном в итоге приходили к уничтожению и разрушению. Все воспоминания о счастливых моментах выливались в суровую реальность, где воспоминания остаются воспоминаниями. Несколько небольших шагов за спиной, но нет ни единой мысли обернуться. Шея не разворачивается, ожидая последующих звуков. Тело как будто знает что будет, не проявляя ни малейшей инициативы. Шорох за спиной продолжается. Человек, которому принадлежат все звуки, разрушающие тишину, не спешит. Шаги становятся всё громче, человек всё ближе. Сердце мафиози начинает биться в быстром ритме и болезненно колет, но тело как будто онемело. Чужие руки обвивают разгоряченную спину и прижимают ближе к себе. — На что смотришь, малыш Чу? — этот голос он узнает везде, но теперь он более ласковый? — На звёзды, — полностью развернувшись, сказал рыжий. — И на меня развернулся. Да, я самая главная звезда, — начал было Дазай, за что сразу получил по голове. — Придурок, в окно я смотрел, на небо — огрызнулся напарник. — За что мне на голову такой соул свалился, эх… — Тело прошибло током. Откуда он знает про это. Он ведь постоянно закрывал руку. Носил вещи с длинным рукавом. Так почему же? Откуда?.. Язык сам не поворачивался спросить. Мысли были свободны, но вот движения. Все его действия сейчас как будто контролировались. Вспыхнув и возмущаясь, рыжий как заученную фразу выдал: — Посмотрел бы на небо. Может, смог бы хоть чуть-чуть поромантичнее быть. — Зачем мне куда-то смотреть, если самое красивое передо мной? Щёки и уши мафиози залились краской. Хотел он бы что-то ответить, но Осаму вдруг начал гадко улыбаться. — Ой, а как засмущался, — радости его не было предела. — Ты и правда хотел это услышать? Секунда. И губы напарника были уже у самого уха Накахары, а голос перешёл на шёпот. — Не дождёшься. Не успел Чуя и возразить, как дерзкие губы начали целовать шею. Хотя это было вовсе не похоже на поцелуи. Укусы до крови. Алая жидкость медленно, небольшими капельками стекала по шее. Шипение от столь неприятных действий, но и эйфория от последующих поцелуев, зализывающих раны. Чувствовать себя мазохистом, тем самым приравнивая себя к придурку напротив, не хотелось, но отрицать очевидное невозможно. Он получал реальный кайф от происходящего. Отдавшись недосуициднику, мафиози полностью прислонился спиной к окну. Взгляд зверя, который наблюдает за своей добычей. Этот взгляд карих глаз, цвета которых почти не видно, зрачок полностью закрыл радужку. Эта улыбка. Нет. Оскал. Он неимоверно пугал, наводил ужас, но не на Чую. Сколько раз он уже увидел эти эмоции. Всё в его поведении было знакомым. Да, возможно, многим было трудно его прочитать, как и ему самому, но не сейчас. Сейчас в этих глазах он видел страсть. И как же он тешил своё самолюбие. Ведь такие эмоции вызвал именно он. Дазай вдруг отстранился от своего занятия и посмотрел прямо в глаза напротив. Эти голубые глаза. Всегда такие чистые, но сейчас, скрыты за пеленой возбуждения. Губы опухли и устали сдерживать рвущиеся стоны. Волосы прекрасно растрёпаны и от пота прилипли ко лбу и стеклу позади него. Одеяло сползло с плеч, открывая вид на столь прекрасную, хоть и немного женскую фигуру. Облизнувшись, он прошептал: — Со мной забудь про своё счастливое будущее. И резкое падение. Опять темнота. — Твою мать Чуя, в холодном поту, буквально валится с кровати и пытается отдышаться. — Что ж за херня-то? На улице темно, значит, ещё глубокая ночь. Пройдя на кухню, открыв нараспашку окно, он закурил первую сигарету. На улице и правда было тихо, пусто. Лишь в паре комнат горел свет. Тут же вспомнив сон, Чуя отпрыгнул от подоконника, уронив в окно только начатую сигарету, начиная оборачиваться и всматриваться в пустоту тёмной квартиры, но там никого нет. — Сука. Сев на подоконник, он закурил следующую. Утро. После столь тяжёлой ночи головная боль вернулась. Но работа не ждёт. Никакие моральные проблемы и заморочки не будут волновать босса. Тем более потом расплачиваться за все косяки будет он сам удвоенной работой, чего ещё больше не хотелось. Взяв документы с инициалами людей, с которыми они будут заключать сделку и некоторое оружие, ему оставалось только выбрать что надеть. А именно, что надеть такого, что закроет его запястье и не даст недосуициднику увидеть собственное имя. За что мне на голову такой соул свалился — За что мне такой — выдохнул Накахара. Выбрав обычную белую рубашку, пиджак и чёрные штаны, он, ничем не изменяя себе, пошёл переодеваться. До самого выезда оставалось больше часа, но самое время выходить, чтоб зайти и разбудить Дазая, а то тот наверняка забыл о задании и мирно спит. Не ему же снятся эти дурацкие сны. Подойдя к двери, он не сильно постучался, но никто не ответил. — Эй, Дазай? В ответ ни единого звука. — Придурок, открывай уже. Но в комнате всё так же тихо. Неужели этот придурок и правда спит? — Нам уже нужно выходить, машина приехала, — соврал Накахара и продолжил ломиться в дверь. А может он опять попытался?.. Вспомнив изрезанные руки становилось страшно. — Скумбрия, я сейчас её выломаю к чёртовой матери Тишина. Чувства кричали о опастности. — Ну всё, крысёныш… Ломать бы дверь он, конечно, не стал, денег столько жалко тратить на придурка, а вот достать шпильку и легко открыть дверь, смотреть онлайн без регистрации. Открывая дверь, он увидел точно такую же комнату, только весь пол покрывали вещи самого Дазая. Полная тишина в комнате, лишь тихое сопение. Шторы были задёрнуты, а на кровати мирно спал виновник утренних вечных проблем и нервов Накахары. — Твою же мать, Осаму. Нам уже нужно выходить. Какого же тогда хера ты до сих пор валяешься в кровати? — волнение сразу пропало и хотелось врезать за то, что этот суицидник вызвал столько беспокойства. Из-под одеяла показалась тёмная макушка и послышалось сильное недовольство. — Если ты побудешь со мной, я встану, — в данный момент напарник вовсе не был похож на человека, который каждый день убивает сотни, а то и тысячи людей. Это был просто маленький комок тепла и неуклюжести. — Я и так с тобой, придурок, давай вставай уже. Дождавшись пока Дазай примет сидячее положение, Чуя уже развернулся чтобы выйти из комнаты, но его тут же взяли за руку. — Ну, малыш Чу, побудь со мной, — большие, сейчас детские глаза, смотрели прямо в душу, уже наполняясь слезами, чтобы вызвать больший эффект. — Нет, — сухо ответил мафиози. Ответ его не устроил, и тот продолжал показывать всем видом, что без исполнения его желания никуда не уйдёт. — Пожалуйста? — Нет, — Накахара опять попытался уйти, вырвав руку из цепких лап. И Дазай был бы не Дазаем, если бы просто так отпустил. Резко дёрнув за руку, Чуя, не удержав равновесия, упал прямо в объятия напарника. Сердце начало предательски сильно стучать. Запястье начало жечь. — Отпусти, пустоголовый — начал брыкаться тот, пытаясь вырваться из цепкой хватки, но это было бесполезно. — Ты такой маленький, Чу За что сразу прилетает подзатыльник. Даже в таком положении ему не помешало хорошо замахнуться. — Хорошо-хорошо. Ты миниатюрный, — тихо шипя, сказал кареглазый. Такой ответ мафиози вроде устроил. — И долго ты меня так будешь держать? — А ты не на время смотри, а получай кайф, — в перебинтованных руках и правда было комфортно. Было так тепло и уютно. Большие ладони устроились на плоском животике. Спина прижималась к разгорячённому телу сзади. Чую как будто в точности подходил Дазаю. Накахара идеально помещался между ног Осаму. Его руки полностью обхватывали тело и так по-домашнему сжимали. Всё было настолько по-новому, но и казалось настолько правильным. Они не разговаривали, просто и правда получали кайф. Но всё же, иногда воспоминания и правда могут разрушить идиллию. Вспомнив того Дазая, того злого, остервеневшего, холодного и вовсе не так тепло любящего Дазая, он судорожно начал пытаться выбраться. Может, во сне он был таким из-за того, что знал, что, Чуя его истинный — Никуда я тебя не пущу — но этот голос был вовсе не холодным, не злым. Дазай, сидящий сзади и обнимающий его, был вовсе не тот, что был во сне. — Нам… пора уходить — щёки залились краской, и он поскорее хотел уйти, аккуратно выпутываясь из объятий. — Ты так мило краснеешь — опять нахально ухмыльнулся напарник. — Я тебя убью, но сначала выберусь из твоих объятий На это высказывание он услышал лишь громкий, такой чистый смех, но тот быстро прекратился. — Я же сказал, не пущу, — уже надувая щёки, сказал Осаму. — У нас сделка, не забыл? А ты до сих пор в постели. Давай, жопу поднял и одеваться. Продолжая дуться, Дазай всё-таки пошёл к шкафу, а Накахара же вышел ждать его в коридоре. Сердце больше точно не выдержит. За что мне на голову такой соул свалился Со мной забудь про своё счастливое будущее Пожалуй, пока лучше ему не знать про собственное имя на чужой руке.