Чернее чёрного

- Какого черта, Алессер?! Вы – моя лучшая группа захвата! И какой-то одичалый волчара вас раскусил, как школьников?! Ты меня вынуждаешь задуматься о целесообразности твоего дальнейшего существования в нашей организации. - Госпожа Виктория! Простите, такого больше не повторится! - В который раз я это слышу?! - В последний. Я приведу девчонку. Даю слово. - Уж постарайся. Это наш козырной туз. Просто подарок судьбы. Я не могу допустить, чтобы ОН узнал. Высокий бледный шатен, с короткими взъерошенными волосами быстро кивнул и поспешил покинуть кабинет. - Ну надо же. Хотели убрать меня, а сцапали чёрную альфу, разбудили будущую адскую гончую. Вот это везение. Даже делать ничего не надо, просто прийти и забрать. И ты ещё только начинаешь раскрываться, мой цветочек. Ничего, скоро мы посмотрим чему тебя научили твои милые друзья. Жду - не дождусь.

***

Твою маму восемь раз! Ну как я могла забыть?! Что ж я за девушка такая? Стыдно должно быть. Сначала они задерживались на неделю-две, ну я списывала это на нервы, такое бывает. Но два месяца!!! Блин! Два гребаных месяца! Только этого мне сейчас не хватает. Мамаша-убийца, которая себя не контролирует. Чудесно. Уф. Я смогу. Все. Пошла! - Господин Грановский, можно войти? – Ох уж эта наша забавная игра в субординацию. Мой милый шеф поднял взъерошенную голову. Совсем зарылся в своих документах, чертежах… перфекционист. - Да, конечно. Подойди. Я только того и ждала, в три прыжка подлетела ближе и Альфа легким движением руки усадил меня к себе на колени. - Гор, нас же могут увидеть. - И что? – Наглая довольная улыбочка. Ну как этому мужику можно отказать? – Ты чего-то хотела, волчонок? - Да… ммм… в общем, мне надо к врачу. - Что случилось? Зачем? У тебя что-то болит? Это странно, твоя регенерация уже лучше моей. - Нет. Не болит. Не знаю как сказать… Но это вопрос жизни и смерти! Да, мы живём вместе, спим вместе, едим вместе, а я ещё немного его стесняюсь. - Ну хорошо, если это для тебя важно, поедем сегодня, уйдём с работы пораньше. - Нет. К этому доктору я пойду одна, Гор. – Мои щеки предательски загорелись. Уф, началось. А брюнет, кажется, что-то надумал – посерьезнел, нахмурился. - Детка, ты мне абсолютно всё можешь рассказать. Потом, у нас же есть Таня. Она по образованию врач, да и наши организмы немного отличаются от… - Точно! Таня! Спасибо, любимый! Ты гений! – Я чмокнула немного шокированного мужчину и выбежала из кабинета. И чего я раньше о ней не подумала? Она же единственная волчица, кроме меня. - Не за что… - Гор все ещё удивленно смотрел на захлопнувшуюся за моей спиной дверь. - Таня-Танечка! Можно тебя на пару слов?! Влетела я вихрем в бухгалтерию. - Привет, зайка. Спрашиваешь. Устраивайся поудобнее. Мои уши к Вашим услугам. Девушка, как всегда, игриво мне улыбнулась. - Таня, я не знаю с чего начать… Тут такое дело… - Ну уж начни с чего-нибудь. Блондинка мило мне улыбнулась с почти материнской нежностью во взгляде. - Короче, у меня задержка. Я знаю, что ужасно невнимательная, и так к своему здоровью относиться нельзя… - Долго? – Девушка изогнула свои изящные бровки, божечки, какой серьезный тон. - Два месяца. Я зажмурилась, готовясь выслушать лекцию о своей невнимательности, но на губах Тани заиграла странная улыбка, будто я несмышленый ребёнок, убеждающий ее в том, что Земля плоская. - Юль, тебе не объяснили, да? Бедняжка. Нам крайне сложно завести малышей, потому что подходящее время случается только два раза в год. И всё должно быть идеально в этот момент. Видимо, твоя перестройка дошла до репродуктивной системы. Но на ультразвук всё же сходи. И не говори Грановскому. На душе немного отлегло. Всего два раза в год. Это ж мечта! Стоп. - Почему мне нельзя ему говорить? - Если он размечтается, а окажется, что это ложная тревога, это может опять закончится стрессом для всех. Ты же его знаешь. Его Величество впечатлителен не в меру. - То есть, еноты теперь будут меня посещать всего два раза в год? - Даже спросить боюсь, почему «еноты». Да. Но длиться - по две недели. - Ох, Таня, ты просто меня спасла, спасибо, за ценную информацию. - Всегда к Вашим услугам, о моя луна! - Таня, пожалуйста…не надо. - Я изобразила страдальческое лицо. Девушка заливисто рассмеялась. - Прости, просто ты же тоже Альфа, почти на равне с Гором, а властью своей совсем не пользуешься. - Я хочу быть вам другом. Вы же со мной общаетесь не потому что Гор приказал? - Конечно, нет! - А если бы «да», ты бы мне призналась? Молчание. Это плохо. Лгать она не может, и ответ, видимо, мне не понравится. Отлично поговорили. - Юль, я… не могу ослушаться альфу, ты же знаешь. Но ты нам, правда, очень нравишься. Лучшую луну и пожелать нельзя. - Ладно, прекрати, я поняла тебя. Спасибо. Извини, что отвлекла от дел. Молча я поднялась и покинула кабинет. Слезы к глазам подступили. Из-за чего? Какая-то я через чур эмоциональная в последнее время. Они же очень ко мне добры. Даже Алека приняли ради меня. Хотя, нашему подозрительному омеге это очень не нравилось – он меня-то терпел с трудом. Поток моих мыслей прервал отчаянный вопль пустого желудка. Странно, вроде завтракали пару часов назад. Точно, надо провериться. И куда мне теперь, к ветеринару? Жесть… Записалась к хорошему доктору, которого мне Таня же и порекомендовала. Грановский, разумеется, меня одну не отпустил, едва уговорила его остаться в машине. Даже удалось попасть на приём сегодня же. Сидя перед кабинетом, тряслась, как осенний лист. Я не готова… нет, то есть, это все равно когда-то произойдёт. Просто, сейчас совсем не время. Меня саму надо постоянно спасать и няньчить. Ну какая из меня… - Волкова. Зайдите. На негнущихся ногах прошла в кабинет. Процедура стандартная. Врач – немолодая строгая женщина, молчаливая. Рядовые вопросы о жалобах и самочувствии, ну что там, блин?! - Ну что я могу Вам сказать? Вы абсолютно здоровы и плод прекрасно развивается. Поздравляю. - То есть? «Плод»? - У Вас примерно шесть недель. Вы не знали? Твою ж мать…. Грановский, что б тебя!!! - Вообще, нет, не знала. - Ну тогда обрадуете супруга. К состоянию Вашему не придраться, выпишу витамины так на всякий случай. Хорошо? И до новой встречи. Растите здоровенькие. Меня сейчас стошнит… да какая из меня мать?! Дамочка, Вы что?! - Спасибо. До свидания… Черт. Как я ему скажу?! Нам ещё рано…он же сразу поймёт, что со мной что-то не то. А вдруг он разозлится? Сейчас же можно таблетку выпить и всё, никаких проблем. И никто ни о чем не узнает, будто ничего и не было. Сама для себя незаметно положила ладонь на живот. Подумать только, там – маленькая часть меня и его. Может, глаза такие же нереальные будут, или голос… Я не смогу. Хватит боятся жить. Молча села в машину. Конечно, он сразу понял, что врач меня не обрадовал. Человек-рентген. - Волчонок? Как дела? Что с тобой? Ты сама на себя не похожа. И слезы хлынули рекой, я согнулась к коленям и закрыла лицо руками. Ну как я ему скажу? Люди к этому готовятся, ждут, а мы что, «ой, в форточку надуло»? Буду ходить пузатая, вечно недовольная, растолстею и он меня бросит. У меня и без того характер не сахар. Пока я мысленно ругалась сама с собой, Гор крепко меня обнял, поглаживая по спине. - Ты меня сейчас пугаешь и злишь одновременно. Пожалуйста скажи в чем дело, или мне придётся тебя заставить… Я честно пыталась что-то произнести, но из-за всхлипов ничего не выходило. Он все это время терпеливо сидел и вглядывался спокойными глазами мне в лицо. - Ладно, едем домой. Постарайся успокоиться, родная. Я же рядом. Я всегда буду с тобой что бы ни случилось. От этих слов, и правда, стало спокойнее. Одной рукой он вёл машину, другой - всю дорогу поглаживал меня по колену. Трусиха. Неужели после всего у меня хватает наглости в нем сомневаться? Стыдно стало за себя. Когда же я повзрослею? Наконец мы оказались дома. Меня окутало такое успокаивающее тепло и чувство безопасности. Самый дорогой мой человек бережно придерживал меня за плечи, будто я смертельно больна. Боюсь представить что у него сейчас в голове. Так, Юля, ты сможешь. Это же так просто – сказать. Почему, когда не надо, меня не заткнешь?! - Гор. Присядь пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что сказать. – Что-то я перегнула немного, сама не узнала свой загробный голос. - Конечно. Я слушаю. Он шустро подсел рядом на диван и сжал мои ледяные руки в своих. Закрыла глаза, глубокий вдох… - Я… у нас с тобой… - Черт, не могу, опять паника накатывает. Да что же это? - Да? У нас с тобой…что? - Не «что», а «кто»… Грановский изменился в лице, но не так, как я этого ожидала. Ледяные глаза словно заискрились, он удивлён, и пытается сдержать улыбку. Ты же все понял! Зачем мне договаривать?! - То есть, ты хочешь сказать, что…? Я правильно понимаю? Он сдался и улыбается во весь рот. Что за реакция? Где шок? Отрицание? Сомнения? Обвинения? - Да, мы доигрались - ты станешь папой, Грановский. Поздравляю! Ууууф! Я смогла. Я сказала это! Что? Это что? Альфа… Слезы? У него? Оно умеет плакать? Почему? - Ты же моя любимая! Родная! Умница моя! Спасибо! Как же я счастлив! Он набросился на меня с объятиями, целовал руки, лицо, живот… Я ждала чего угодно, но только не этого. - Грановский, ты здоров? – Что-то я немного обалдела от этого зрелища. Всё, довела мужика. Он точно умом тронулся. - У нас будет маленький волчиш. Ты понимаешь?! Это же чудо! Ты… ты не рада? - Нет, я просто в шоке. И не знаю что теперь делать. Теперь все изменится. Я боюсь, Гор. Черт, опять слезы потекли. - Все будет замечательно. Чего ты боишься, дурочка? Может, хватит уже сомневаться во мне, в нас? Он опять насупил брови, это плохо. Очень плохо. - Ты… я думала, что ты разозлишься на меня. - За что? Что носишь моего ребёнка? Которого я так хотел? - Ты…хотел? Почему не говорил мне никогда? - Как-то разговор не заходил. И ты из-за этого так перенервничала в машине? Вот же… ох, Грановская… какая же ты… тебе же нельзя! Он оговорился, наверно… да точно… боже, почему я так улыбаюсь? Грановская. Надо же. Из его уст звучит как-то по-особенному. - То есть, ты специально это подстроил, хитрец? Ничего, что это как-то планировать надо? Мог бы спросить сначала! - Значит, сейчас твой организм полностью готов принять... будучи человеком, ты не смогла бы забеременеть от меня. Даже не отрицает жучара! Всё так серьезно? А я и не знала. Спокойно вздохнула и облокотилась на спинку дивана. - И как мы теперь будем? Как скажем стае? И будем ли вообще? - Они скоро поймут. Лучше сразу сказать. Да, пупс? – Он опять гладит мой живот. - Гор, там ещё просто горошинка и она тебя не слышит. - Там не горошинка, а будущий величайший Альфа всех времён. - А если девочка? - Значит, ещё и прекраснейшая, как ее мама. Альфой может стать и женщина, если она докажет свою силу. Чего это мы тут сидим?! Быстро кушать! Отказы не принимаются. Эх, похоже, на свадьбе Тани и Виктора придётся гулять за двоих. Боже, какое же это умилительное зрелище, когда огромный опасный мужик порхает по дому и щебечет, как влюблённая канарейка. Как же на душе тепло. - Гор. - Да, жизнь моя? - Я так тебя люблю. Спасибо, что ты есть у меня…у нас. Он снова подошёл ко мне, сел на колени, сложил вместе мои руки и поцеловал. Как я люблю это выражение лица… это счастье, оно так ему идёт. То хрупкое, которое страшно назвать, чтобы не спугнуть и случайно не разрушить. - Это я должен бесконечно благодарить тебя. Моя любовь, моя луна, моя жена, мой воздух, моё всё. - Да, кажется, пора поесть. – Ужасная слабость навалилась и перед глазами всё поплыло. Так и должно быть? - Родная? Тебе плохо? - Просто слабость. Перенервничала. - Получишь за свои нервы. Ложись отдохни, я сейчас приду. В пару мгновений Гор примчался с подушкой и одеялом, помог мне поудобнее разместиться на диване и убежал на кухню. Вскоре почувствовала божественный запах еды! Мясо! Боже! Как же я его хочу! Аж зубы заныли от предвкушения как вгрызусь в сочную благоухающую, солоноватую мякоть. А вот и мой любимый заботливый зверь. Даже резать не стала, взяла кусок свинины руками и закрыла глаза от удовольствия, когда мои клыки рвали тёплые волокна. Гор на все это смотрел с какой-то опаской, но молчал. - Что такое? О господи, я ем, как дикарка. Прости. Не знаю что на меня нашло. - Ничего, ты дома, хоть на ушах ходи. Беременные причуды. Ты все же не человек, не забывай. - Это точно не опасно? - Может, с этим и связаны эти странности, которые с тобой творятся. Волчица подсознательно защищает тебя и своё дитя. - Ты так неуверенно об этом говоришь. - Просто для нас это редкость и самое настоящее чудо. Дети появляются только в истинных парах, которых свела сама судьба. - Ого, как все сложно. И не подумала бы. Мой волк нежно поцеловал меня в лоб. - Тебе лучше? - Да, гораздо. Спасибо. А… Гор, когда свадьба ребят? Они определились с датой? - А, точно! Совсем забыл - дату назначили в середине мая. Таня захотела выездную церемонию «на свежем воздухе», по-этому, ждут, когда потеплеет. Гостей будет немного – самые близкие, человек тридцать. - Немного… это хорошо. Теперь меня начало дико клонить в сон, еда сделала своё дело, сопротивляться нет никаких сил. Мой мужчина тепло улыбнулся, взял меня на руки и понёс наверх. - А теперь – баеньки, волчатки. - Угу... – Как же хорошо и спокойно. Я беззаботно заснула прямо на его руках.

***

Мертвенно-бледная брюнетка с кудрявыми короткими волосами, едва доходившими до плеч, сидела в своём кабинете, закинув ногу на ногу. Лениво перелистывая отчеты о поисках, планы захвата, расписания тренировок. Снова без толку всё. Мой лучший отряд абсолютно бесполезен. Этот белый пёс морочит их, как маленьких детей. Я получу эту сучку. И этот гребаный самовлюбленный старый козёл будет целовать мои ноги. Он сам отдаст мне место главы клана. Оно моё по праву. Я начну с севера, а потом и другие сами приклонят передо мной колени. Упиваясь своей ненавистью, Виктория не услышала как в кабинет вошёл Алессер. Хитрец, мастер иллюзий - может заставить любого видеть то, что нужно ему. Удивительный талант. - Госпожа Виктория, группа захвата готова. Прикажите приступать к операции? - Ну наконец-то! Что так долго?! Приступай. Мужчина кивнул и было направился к выходу. - И, Алессер… Слова Виктории остановили солдата на полпути к выходу из кабинета. Он развернулся в привычную стойку. На лице начальницы растянулась самая леденящая душу улыбка, больше напоминаются оскал гиены. По спине пробежали мурашки. - Да, Госпожа? - Не повреди цель. Она нужна мне целой и невредимой. За каждую царапину ответишь лично. У меня на неё большие планы. - Слушаюсь. - Свободен. Кивнув на прощание каштановой челкой, он покинул кабинет. Ну что ж, будем готовиться к приходу дорогих гостей.