Чернее чёрного

Ебучий случай! Вот и рассказал. Вот тебе и честность в отношениях. Только все наладилось! Какой же я идиот! Она меня теперь на километр не подпустит к себе. Этот ее взгляд - такой пустой и холодный, она никогда так не смотрела на меня. Не могу слушать эти всхлипы. Скоро утро, а она не спит. Ей больно. Я опять делаю ей больно. Как же хочется обнять, успокоить. Ах да! Она же видеть меня не хочет. Недопитый бокал виски полетел в стену. Ну же, родная. Любое наказание, только стань прежней, забудь обо всем. Прекрати плакать! Прекрати!

***

Пробуждение меня просто уничтожило. Знакомо то чувство, когда жалеешь, что проснулся? Вот это оно. Глаза, красные и опухшие от слез жжёт так, будто я закапала в них лимонный сок. Здесь даже волчья регенерация бессильна. Так душа болит, я даже физически это ощущаю - ком где-то между рёбрами мешает дышать. Ужасно. Надо подниматься. Мой хозяин не одобрит, если вдруг решу устроить себе внеплановый выходной. Что ж, впереди ещё один бой, если я буду просто валяться и рыдать от жалости к себе, ничего не изменится. Меня так просто не сломить. Я буду выше мести. Ты сам себя накажешь лучше, чем могла бы сделать это я. После холодного душа, человеческий облик стал понемногу возвращаться. Я надела строгую белую рубашку и чёрные джинсы. Волосы забрала в низкий гладкий хвост. Я мельком оценила своё отражение в зеркале - хороша чертовка, мне всегда шёл деловой стиль одежды. Настроение немного поднялось. Спустившись вниз, я немного оторопела - увиденное меня несколько напугало и насмешило одновременно. По всему полу разбросаны осколки от бокалов для виски. Грановский спит в одних штанах сидя за кухонным столом, а рядом возвышается бутылка «Джека». Картина маслом «Чистосердечное признание – прямая дорога в тюрьму». Мужики… Такое чувство, будто не я жертва, а он. Перешагнула через все это «великолепие», заправила кофе-машину и божественный аромат стал вытеснять запах утреннего перегара. Время ещё есть. Сварганю что-нибудь поесть и этого героя трагедии Шекспира надо приводить в чувства. О! Мука даже есть, яйца…класс, да будут мне блинчики! Альма, ты золото. О что это тут у нас?! Нутелла?! И ты прятал её от меня всё это время?! Ладно же! А жизнь-то налаживается! Как мне мало надо для счастья… - Грановский, ты почти прощён. Как же я люблю вкусно покушать. Это нечестно. – Довольно промурлыкала я, слизывая шоколадную вкусняшку с большой ложки, а за спиной послышалась возня. Разбудила? Я что вслух это все сказала? - Какого… Юль, ты чего так рано? А почему я здесь? Он, как едва открывший глазки котёнок, непонимающе моргал, ища ответы на свои вопросы. - Не напрягайся. Сосуд в голове лопнет и прощай, молодость. Что ж мы без тебя делать будем, царь-Батюшка? Просто скажи «доброе утро» и приятного аппетита. Развернулась к несчастному альфе и поставила перед ним благоухающий кофе и блинчики с нутеллой. Как от сердца отрываю. Он взъерошил волосы на голове, будто это могло помочь, и выпрямился. - Ага, доброе. Ничего себе. Спасибо. Я говорил, что ты богиня? - Ещё нет. Надеюсь, это скажется на моей зарплате. Так, ну что, говори где веник, воскресай и едем на работу. Не хочу опаздывать в первый день да ещё и с тобой. Помятое растрёпанное чудо жуёт блинчик. Боже, похоже только я умиляюсь на этого убийцу. Юля, где твоя гордость, и что у тебя с головой? Тяжело вздохнула, не получив ответа на свой вопрос. Ни на один из них. - Ладно, сама найду. - Не надо. Скоро Альма придёт. Посиди со мной… пожалуйста. - Её инфаркт хватит при виде этого. Ты хоть сказал, что мы приедем? - Ммм нет. А надо? Это, как бы, мой дом. - Очень мило с твоей стороны. Дай хоть записку напишу? - Неугомонная. Ладно. – Он пожал плечами, расправившись с последним куском блинчиков. Разноцветные круги под глазами альфы красноречиво намекали на то, что он всю ночь не спал и опустошал бар. Ещё и за руль собрался в таком состоянии. Он так неожиданно поднял взгляд с тарелки на меня. – Шикарно выглядишь. Тебе очень идёт. Гор произнёс это совершенно нормальным тоном, будто ничего и не было. Я даже немного ошалела от удивления. - А? Да, спасибо. Я раздобыла ручку и листок бумаги из ежедневника альфа-злыдня. Думаю, он не будет против. А, даже если и будет, - так ему и надо. «Дорогая Альма, простите, что вернулись без предупреждения, в нашего мальчика вселилась капризная беременная женщина, но никто не пострадал, не беспокойтесь. Простите нас пожалуйста за беспорядок. Гор после работы обязательно лично все приберёт. Ваши Юля и метатель стаканов» - Готово! – Я с торжествующей улыбкой прицепила записку на дверцу холодильника и вернулась за стол. Гор бегал глазами по столешнице, как виноватый мальчишка. - Юль, к вчерашнему разговору… - О нет! Давай не будем, пожалуйста? Не добивай меня. Гор молча поднялся со стула и направился к дивану, по пути наступив на здоровый осколок. - Твою ж…!!!- Он допрыгал до дивана и вытащил злополучный осколок. Это тебе небесная кара! Хотя, мне его даже немного жаль. Видимо, стекло вошло глубоко - крови было много. Я подскочила к нему, не думая, с полотенцем в руках. Ох уж эта клятва служить альфе. Это же из-за неё? - Хуже ребёнка! Тебя под ноги не учили смотреть? Грановский, ты машину-то вести сможешь? Может, останемся дома? Держи, приложи к порезу. Я с силой впихнула ему в руки полотенце. - Ты с какими-то духами все время разговариваешь. Ты их на меня натравила? Он запомнил такую мелочь. Надо же. Ты не перестаёшь меня удивлять. - Духи дерьма? Да, это мои лучшие друзья. Мы с ними неразлучны. А это, мой дорогой, - Я жестом указала на рассыпанные осколки. - просто карма. Сам нагадил – сам вступил. Ну так что? - Сейчас порез затянется и едем. - Как знаешь. Кто я чтобы спорить? Я кивнула и решила дописать пару строк в записке: «…. Мы точно в порядке, просто кое-кто решил, что он йог и походил по стёклам. Неудачно.» - Шедевр! - Я готов, выходи. - Ага, иду. Я быстро выдохнула, очертив взглядом комнату, и направилась мелкой рысью на выход. Альфа терпением не отличается, а с бодуна - даже подумать страшно. Молча мы сели в машину и в гробовой тишине приехали в офигенный новый офис в самом центре города. Ну что ещё ожидать от его Величества? Странно, на него работают самые обычные люди и даже не догадываются кто же их шеф. Этот парень на совещании может озвереть не на шутку. Как же приятно снова войти в ритм жизни. Общение, новые дела, голова кругом от информации. Половину рабочего времени мне все-таки приходилось проводить у Грановского в кабинете, разбирая заброшенные и перепутанные документы за последние пять лет. Странно, но он даже не попытался ни разу до меня домагаться, или позволить себе лишнего на словах. Даже уважение вызывает. Хотя пару похотливых взглядов за верхнюю пуговку рубашки я все же заметила. Незаметно рабочий день подошёл к концу. Я принесла очередную чашку кофе господину директору. - Поставлю здесь хорошо? - Угу. Даже не смотрит на меня. Ладно… развернулась и гордо поплыла к выходу, ритмично цокая каблуками. Три- два- один… - Стоять. Ессс! Победная улыбка. Я развернулась на каблуках на том же месте. - Да, господин директор, что-нибудь ещё? - Далеко намылилась? У тебя дел на сегодня больше нет. Тебе-то что, комок темной материи? Надо срочно что-то придумать, чтобы улизнуть… - Ммм… к зеркалу! Привести себя в товарный вид, так сказать. –Я еле сдерживая улыбку жестом указала на стену справа. Черт. И правда, зеркало – Ну надо же, а я и не замечала. Подошла, встала у зеркала с видом, что мне срочно надо поправить волосы, боковым зрением заметила в отражении, что этот жучара таращится на мою… он все это специально! Сто процентов понял, что я вижу. Вот же с-с-сук… - Присядь пока. Подожди меня. Я скоро. Уууу! Замер, как кролик перед питоном. Хоть бы ради приличия глаза отвёл. Подлец. - Хорошо. Интересная игра. Надолго его хватит? Что-то меня эта тишина напрягает. Я заерзала на мягкой кушетке перед рабочим столом босса и тот моментально замер снова. - А-а-а-а можно мне воды? - Нет. Ты не хочешь. В смысле?! Блин! - И прекрати так томно вздыхать, ты меня отвлекаешь. Ну все! Вулкан ВизЮлий на взводе! Мне и дышать теперь нельзя? Я демонстративно громко засопела. Гор посидел ещё минут пять, потом потёр глаза и откинулся на спинку кресла, смотря куда-то в потолок. Выглядит каким-то болезненным. Чего это с ним? Похмелье должно было давно отпустить. Да какого черта я вообще о нем беспокоюсь?! Нет, спрошу. Совесть же замучает. - Ты в порядке? Шеф медленно перевёл усталый взгляд на меня. - Нет. И не надо делать вид, что все хорошо. - Он тяжело вздохнул, громко опустив ладони на стол. - Ладно, довольно на сегодня. Поехали домой. Я поднялась с кушетки и ждала его команды. Такая я шелковая сегодня, саму от себя тошнит. Гор все сидел, будто чего-то ждал от меня. Странный сладковатый запах заполнил комнату, вроде, знакомый, но что это? Адреналин пахнет не так. Он более резкий…хм… Становится жарко и нечем дышать. Я машинально однрнула пальцем ворот своей рубашки. - Я подожду на улице. Можно? Его руки сильно сжали край стола. Что-то не то… Надо валить. - Да. Я сейчас. Вот черт, я знаю этот низкий хриплый голос. Дважды повторять не потребуется! Пулей я вылетела из здания, забыв даже накинуть куртку. Уф! Ура свежий воздух! Свежий букет автомобильных выхлопов. Фи, и как я раньше этого не замечала? Голова остыла и пришла долгожданная ясность ума. Странно, почему я так себя веду? Меня вроде как предали, а я на него почти не злюсь. Это как-то неправильно. Моя волчица вся изнылась, соскучилась она, весь мозг вынесла. Пока я любовалась медленно летящими снежинками, из здания вышел Гор. - Идём в машину. Чего ты мёрзнешь? Надо ключи тебе сделать. Я давно перестала мерзнуть, а он до сих пор относится ко мне как к хрупкому человеку. Я тряхнула головой, отгоняя от себя пагубные мысли, и послушно попрыгала за ним. Снова в абсолютной тишине мы добрались до дома. Нас встретила хохочущая до слез Альма, чем вызвала недоумение у альфы. - Мои дорогие! С возвращением! Я так переживала, что больше тебя не увижу, Юленька, ангел мой. Милая женщина обнимала меня, как родную. - Я тоже очень рада, что вернулась. Простите нас за бардак. Просто Гор отказался говорить мне где веник и пришлось… - Это потому что он ничего не знает, дорогая! Ни разу этим не интересовался! А от записки твоей я долго хохотом заливалась. Ну надо же «Йог»! Мальчишки такие мальчишки. Женщина опять засмеялась, а я на себе поймала недовольный волчий взгляд, виновато пожала плечами. И о чем это она? Не знаю, не имею ни малейшего понятия… Альма прошлась до входа в кухню и упёрла руки в пышные бока. - Так, дети, рагу - на плите, накорми альфу и сама покушай обязательно, деточка. Целую, я побежала, до завтра! Не буду вам мешать. И энергичная дама скрылась за дверью. Я даже попрощаться не успела. Ладно. Я надеялась на компанию. Что ж… - Гор, иди есть! Этот фигов Аполлон лениво вышагивал ко мне в одних шелковых чёрных штанах, держащихся на одном «чуде». А «чудо» явно бодрее своего хозяина. Юля, о чем ты думаешь?! Так, пушистая озабочка, прекрати меня подставлять! - Иду, можно и не орать. Я со второго этажа слышу как у тебя сердце бьется. Плесни мне виски. Не день, а херота какая-то. - Страдалец устало уселся на свой стул. Да, у нас уже устоялись «свои места» в доме. - Нет. Вот. Приятного аппетита. Поставила перед ним тарелку с горячей едой и приборы. Обойдёшься, мохнатый, больше никаких попоек. Ты неуправляем под синим зельем, а я ещё пожить хочу. - Почему «нет»? - Потому что тебе ещё наследников строгать, а крепкий алкоголь плохо влияет… на силу… здоровье… Ну ты понял. Вздрогнула от звука удара кулаком по столу. Он опять злой. Чего на этот раз?! Трубы горят? Мля… Да ну нафиг эту заботу. Оно мне надо? - Нет, ну если ты так просишь… Виски, так виски. Чего так кипятиться-то сразу? Я, было, привстала со стула в направлении бара. - К черту виски. Сядь. Ля! Страшно-то как! Руки дрожат, он сдерживается изо всех сил. Кажется, я сейчас огребу. Если бы у меня торчали уши, как у волчицы, я бы их сейчас прижала. Я постаралась совершать как можно меньше лишних телодвижений, осторожно села напротив разгневанного альфы. - Чего ты опять трясёшься вся? Я тебе сделал больно хоть раз? - Физически? Или морально? Боль же разная бывает. О черт! Зачем я это вслух сказала?! Мне конец. Вот теперь точно! Его взгляд стал ещё суровее. - Как тебе первый день на работе? Что-о-о???? Да ну нафиг?! Просто так тему перевёл?! Так, надо поддержать, ради мира на Земле! Юля, ты сможешь! Глубокий вдох. Я не хочу умирать! - Спасибо. Мне очень понравилось. Не заметила, как пролетел день. Самая милая улыбочка и голос почти не дрожит. Молодец. Где мой «Оскар»? Мужчина кивнул каким-то своим мыслям и медленно взялся за еду. Уф, кажется, разбора полетов сегодня не будет. Сама взяла вилку и немного поковыряла в тарелке. Ненавижу паузы. Каждый в это время что-то такое думает, что не может произнести вслух. Представить страшно что может зреть у него в голове. Уф. Знаю, что очень логично, но побыстрее бы лето… кстати, я узнала из документов, что день рождения Грановского в середине июля. Тот день, когда мы познакомились, точнее ночь. Они всей стаей как раз были вместе и отмечали это дело охотясь. Ох уж эта судьба. В делах и рабочей суете пролетела неделя, две… Альфа до меня даже не дотрагивался, общались мы, как хорошие друзья, но он, и правда, глаз с меня не спускал. Сам уезжал из дома либо на полчаса, найдя мне при этом занятие, чтобы даже подумать не успела о побеге, либо, везде таскал меня с собой. Его подавленное настроение никуда не девалось и меня это начинало побешивать. Ну что за звери эти мужики? Сам накосячил – сам обиделся. Я уже переосмыслила эту ситуацию – он же думал, что меня больше нет. Какой смысл хранить верность мертвецу? Вот именно, надо жить дальше. Я бы хотела, чтобы он был счастлив, если меня не станет. Тем более, он пил, как черт, то есть, вообще не понимал что делает. Я бы на его месте просто вышла из окна. Мне бы не хватило сил жить дальше, зная, что Я не уберегла. Блин, Алек бы мне живо мозг вправил, но я с ним даже переписываться не могу. Не при Горе же? Или, как неверная жена, с телефоном по туалетам прятаться? Абсурд. Только написала ему, что не знаю как поступить. А этот олень ответил, что Грановскому пора найти нормальную бабу, а не придурь, типа меня. Ну… друг, спасибо, поддержал… Таня и остальные ребята, тоже работали с нами, наблюдали это похолодание между мной и альфой. Но никто ни о чем не спрашивал. Может, у них не принято? Или они все знают из другого источника, что скорее всего. Надо с ним поговорить. Только как начать? Вроде живем вместе, работаем вместе, а я скучаю по нему. Что ж, ладно! Раз Магомед не идёт к горе, гора не гордая. Да я шутница, обхохочешься. Сегодня на работу надену чёрную кожаную юбку-карандаш с высокой талией, белую рубашку и «барабанная дробь» чулки! Тебе конец, волчара! Красная шапка выходит на тропу войны. Вдоволь навертевшись перед зеркалом, я с гордостью направилась изводить своего любимого тирана. Едва я показалась в его поле зрения, поняла, что все не зря. Уверена, что больше ни на одну женщину и никогда он не смотрел так, как на меня сейчас. Ты совершенно полностью мой. Он подавился глотком кофе, уставившись на кокетливые изгибы моего тела. Боже, какой страдальческий взгляд и снова этот запах… кажется, я начинаю догадываться. Гор быстро заморгал и сделал над собой усилие, чтобы поднять взгляд на уровень моих глаз. - И по какому поводу мы так вырядились? - Настроение сегодня какое-то особенное… - Какое? Грациозной кошечкой я подкралась к мужчине вплотную и поправила воротник его рубашки. Томный взгляд на губы, а потом в глаза. - Игривое. Развернулась и вышла из дома, улыбка так и рвалась на лицо. Какая же я злая. Обиженная женщина – самый страшный враг, воистину! Все, дяденька, сегодня твои мысли будут только обо мне. По пути до офиса пару раз мы едва не попали в аварию, а все потому что кто-то то и дело соскальзывал взглядом на мои колени, забыв о дороге. Полдня пролетело незаметно, пока я помогала бедной неусидчивой Тане с отчетами, совмещая это со своими текущими обязанностями. Потом то и дело меня вызывал к себе шеф по всякой фигне! Иногда просто «я забыл, что хотел сказать, зайди через полчаса» А-а-а-а! Он издевается! Уф! К вечеру мозг кипел, ноги жалобно ныли от высоких каблуков, а его Величество, как всегда, засиживается допоздна. И вот, когда я в очередной раз ковыляла по опустевшему коридору мимо кабинета директора, меня будто поразил разряд электрического тока и я застыла, как вкопанная. Не может этого быть! Запах! Этот запах! Это точно ЕГО! Но откуда?! Неужели Грановский решил все-таки его наказать за тот случай?! Черт! Нет! Нельзя этого допустить! Позабыв об осторожности и манерах, я со всего размаху распахнула дверь и ворвалась в кабинет. Я была готова увидеть что угодно, только не это. От представшей передо мной картины я забыла зачем сюда пришла.

***

Как же меня изводит эта чертовка. Но я не могу нарушить ее запрет, такова цена моей ошибки. А хуже всего то, как она ведет себя по отношению ко мне - так мила, заботлива, внимательна, будто и не обижена, как ни в чем не бывало. Но, зная Юлю, это все часть какого-то ее дьявольского замысла. И, если мысли я ещё могу контролировать, то волк внутри меня весь кипит и беснуется в негодовании. Собственное тело меня не слушается. Это самое лютое наказание, которое мне приходилось когда-либо выносить, видеть, что вот она – только руку протяни, а нельзя даже дотронуться. Я бы мог взять силой, но этого она мне точно никогда не простит. Сучка специально вертится под носом и заигрывает, да ты жестокая и хитрая. Не хотел бы быть ей врагом. Изощренные у этой девочки методы - не крики, драки и оскорбления, она сделает так, что я сам себя возненавижу. Моя куколка, все равно никуда ты от меня не денешься. Я все стерплю, а потом сочтёмся, дорогуша. Хорошо, что в офисе море других запахов и огромные окна, хоть как-то получается отрезвить мозг. Вроде, с делами справились сегодня раньше обычного, может, сводить ее куда-нибудь? Запер девчонку в четырёх стенах - работа-дом. Ещё и задерживается постоянно из-за меня. Надо ей премию выписать в конце месяца. А, может, нам улететь куда-нибудь? Только мы вдвоём на краю света. Облокотился на спинку кресла, завёл руки за голову и расслабленно закрыл глаза… Чертовы псы вас раздери. Ну почему мне не дают даже спокойно помечтать? И долго он будет там стоять? Почему-то я сразу догадался кого ко мне нелегкая принесла. А он действительно либо величайший смельчак, либо псих. Белый затворник собственной персоной. Надо признать, мало кто удостоился такой чести, а кто удостоился, тот уже никому ничего не расскажет. - Чем обязан, господин Терёшин? Блондин стоял расслабленно, подпирая дверной косяк. Нос задрал кверху, самодовольная ухмылка на лице, чёрная кожаная куртка-косуха, драные джинсы, волосы распущенны, но не растрёпанны. Он всем своим видом показывает пренебрежение к приличиям и силу. Да, он просто моя полная противоположность. И не подумать, что один из сильнейших альф нашего мира. Вот уж правду говорят, что внешность обманчива. - Хм. Думал ты с порога мне голову отвернешь. Надо же, я удивлён. «Чем обязан, господин Терёшин?». Юлька была права, ты не такой кровожадный одержимый властью тиран, как о тебе говорят. Я чуть не поперхнулся. Да, в другое время я бы без разговоров и длинных приветствий вскрыл бы его череп, как перезревшей арбуз. После всего, через что нам пришлось пройти из-за него, он так нагло себя ведёт. Но, если причиню ему боль, ей будет в сто крат хуже. Эта женщина сводит меня с ума. Я лишь тяжело вздохнул, натянув подобие расслабленной улыбки. - Это комплимент? Как мило. Знал бы ты что говорят у нас о твоей яркой персоне. Блондин рассмеялся, демонстрируя острые клыки. - Вот уж избавь, не усну же потом! Я - натура нежная, ранимая и впечатлительная. Твоя ненаглядная и так из меня все жилы вынула. Как она кстати? Признайся честно, неужели ни разу не хотелось ее хоть немножечко прибить? Я едва подавил смех. Как мне знакомо то, о чем он говорит. Рано расслабляться. Этот парень опасен. Белый танцующей походкой приблизился ко мне и протянул руку. - Алек. Сказали бы мне год назад, что это будет происходить, я бы ни за что не поверил. Все ещё не веря своим глазам, я поднялся с кресла и пожал руку в ответ. - Наслышан о тебе. Гор… Алек махнул другой рукой и скорчил забавную рожицу, будто от упоминания моего имени у него вот-вот кровь из ушей пойдёт. - Да знаю, знаю! У меня на твоё имя уже аллергия. Ни дня не проходило без него! Чу! У этой ненормальной все в порядке? Как ты вообще ее терпишь? Это же кара небесная, а не баба. Я отказываюсь верить в реальность происходящего. Он решился явиться сюда потому что беспокоился о ней? Странно, но я его могу понять и не чувствую той бешеной ревности. Они, действительно, близкие друзья, но не более того. Белый альфа по-хозяйски завалился на обитую фиолетовым бархатом кушетку перед моим рабочим столом. Подобной наглости она ещё видела. И к чему эта беседа? Просто узнать как дела у Юли? Что-то я сомневаюсь. - Мы друг друга стоим. И, Алек, не верю, что говорю это, но… спасибо, что заботился о ней. Когда рядом должен был быть я, ты помог ей научился справляться с волчицей, тренировал ее. Даже представить не могу, каких трудов тебе это стоило. У блондина чуть глаза из орбит не вылезли и отвисла челюсть. Что? Что я такого сказал? - Да ладно?! Сейчас! Подожди! – Он суетливо приподнялся с кушетки и достал телефон. – Сча! Вот! Повтори ещё раз! Я этой чукче дам послушать, а-то она не верила, что ты мне «спасибо» скажешь. Тут я не выдержал и рассмеялся в голос. Они, и правда, похожи, как брат и сестра. Как же стало легко. Больше никаких сомнений. Просмеявшись, я решил отметить наше знакомство и, возможно, начало самой невероятной дружбы. Почему бы и нет, черт побери? - Виски? Коньяк? Бренди? Ром? У блондина загорелись глаза. Он начал болтать ногами, как ребёнок, провожая меня взглядом до шкафа с алкоголем. - Что ж ты раньше-то молчал?! Всё и побольше! С этого надо было начинать, Грановский! Налил два бокала чёрного рома, и протянул один моему странному гостю. Он несколько секунд задумчиво сканировал меня взглядом. - Да, слушай, ты реально на гору похож. - А ты на белку. Само вырвалось. Юля несколько раз называла его так, вспоминая и ворча. А меня жутко бесило, что она думает о нем после всего. Надо же как все обернулось. - Это она меня так назвала да? Вот же ядовитая с-с-сучка-а-а-а! - Не надо так о моей женщине. Бля, почему я не злюсь? Что со мной? Он оскорбил мою Луну, а я едва держусь, чтобы не заржать. - Слушай, Грановский. Я к тебе вообще чего притащился… Если бы не крайний случай, сам понимаешь… А вот и серьёзный разговор. Алек в один миг сбросил весь свой пофигизм и веселость. Видимо, дело дрянь. - Слушаю. - Будь на чеку. За ней идут. Думаю ты в курсе моей легкой увлеченности шпионажем. Так вот. Скоро будет жарко. И я не собираюсь стоять в сторонке. Эта девчонка и мне дорога. Ты раньше терял своих, не стоит объяснять как потом сложно. Я кивнул. Да, эта история с Леном и его парой до сих пор отзывается ноющей болею у всех нас. Нельзя допустить этого снова. - Кто они? - Не могу сказать, они не наши. Издалека. Что-то вроде древнего рода аристократов, коллекционируют особенных существ. - Собирают как в зоопарк? Зачем? - Используют кого-то как оружие. А кого-то для выведения породистого потомства. Ярость застилала глаза. Не позволю. Она не инкубатор и не цепной пёс. - Никто не заберёт её у меня. Только через мой труп. - Это я и хотел услышать. Вот такой настрой мне нравится. Я в тебе не сомневался. Ладно, что там у вас стряслось? Гульнул, а она узнала? Его голос снова стал задорным, будто мы только что не говорили ни о чем опасном. Как же все это странно. - Хуже. Я сам обо всем ей рассказал. Алек звонко ударил себя ладонью по лицу. - Вот уж точно – два сапога… На кой черт?! Ты думал, что она тебе скажет «спасибо, милый, пусть ты меня предал, зато честно признался, какой ты молодец»?! Серьезно, мужик?! Тут мы синхронно обернулись, потому что в дверях показалась Юля бледная, как смерть. Я поднялся с кресла, а блондин так и остался лежать на кушетке с бокалом в руке. - О! Вспомнишь гов…эээ… - Алек?! Ты какого лешего тут забыл?! - Я тоже рад тебя видеть, Детка! Вскинул руку вверх и помахал, широко улыбаясь. Малыш растерянно подбежала ко мне. Боже, какие глаза, будто сейчас заплачет. Я не смог пересилить этот порыв - приобнял её за талию, чтобы успокоить. - Эй, ты чего? Мы просто беседуем. Ты же сама хотела, чтобы мы подружились. Вот, полюбуйся. Правда, Алек? Мы синхронно перевели взгляды на невозмутимого Алека. - Что? Мне вообще все тут нравится! Я, пожалуй, задержусь. Хоть бы обняла что ли… эх, бабы… то «я так соскучилась», то даже не подходит… неблагодарная! Волчонок испуганно на меня посмотрела, я только кивнул. Она подбежала и стиснула шею белобрысого психа в объятиях. - Как ты меня назвал, оленина?! Я тебе сколько раз говорила не называть меня бабой?! А?! Ого, вот это нежности… а я ревновал… Ещё надо подумать кто из них опаснее. - Пусти меня!!! Грановский! Забери свою женщину! Она меня сейчас убьёт! Я от всей души расхохотался, глядя на эту картину. Есть, наверное, такой дар – появляться в жизни и кардинально её менять. Вот эта маленькая девочка точно им обладает. - Детка, иди ко мне. Пощади его, будь так любезна. Юля резко обернулась, бросила своего друга и направилась в мои объятия. Как же я успел соскучиться по этому чувству. - Вот видишь как надо с девушками разговаривать? Алек выдохнул. - Вы здорово вместе смотритесь. Ладно, рад был повидаться. Оставлю вас…одних. Меня ждут великие дела. Не прощаюсь. Блондин изобразил что-то наподобие реверанса и вышел из кабинета.

***

Что? Это? Было? Алек и Грановский мило болтали в кабинете, попивали ромчик и перемывали мне кости! Эти двое?! Я думала, они глотки друг другу перегрызут, а что я вижу?! - Офигеть… - смотрела вслед убежавшей белой молнии и ловлю себя на мысли, что прижимаюсь грудью к Гору, да ещё и обняла его крепко. Вот же… Алек! Он это специально всё! Псих! Ну получит он… - Ммм… Юля? - О черт! – Я со скоростью звука отпрянула от альфы. – П-прости, Гор. Шеф. Господин директор. В следующее мгновение я ощутила, как его пальцы коснулись моего подбородка и осторожно поворачивали мое лицо. Когда наконец мы встретились взглядами, мое сердце перестало биться, кажется. Будто в первый раз. Гор очень осторожно приблизился к моему лицу и робко поцеловал. Легко. Как дуновение ветерка. Это все? Когда Гор попытался отстранится, я схватила его за ворот рубашки и притянула к себе, а он, казалось, только этого и ждал. Теперь он со всей жадностью и нетерпением впился в мои губы, схватил под ягодицы и усадил на стол. Ужасная тесная юбка, пошевелиться не могу. Послышался треск рвущейся ткани. Мы несём потери. Похоже, ему она тоже не понравилась. Внезапно мой альфа остановился. Медленно провёл ладонями по моим бёдрам в чулках, потом резко посмотрел мне в глаза, схватил одной рукой за затылок, а другой за талию придвинул меня к себе с такой легкостью, как игрушечную. - Я, кажется, говорил одеваться на работу поскромнее. Я уже ничего не соображала, только тяжело дышала и кусала губы. Нет! Грановский, не говори, что собираешься уйти сейчас! Хлопала глазами, обняла его за шею, гладила пальцами его лицо, скулы, губы, непослушные темные волосы… - Ты меня прощаешь? Я всхлипнула. Не могу больше. Не хочу без него. Ну почему так?! Вся гордость разлетелась в пух и прах! - Да. Иди ко мне. Пожалуйста, Го… Мой зверь яростно набросился на меня, как ураган. Я же, не помня себя, обхватила его руками и ногами, посыпались пуговицы рубашки, он рычал, а мне этого и хотелось. Ярость и сила – мой демон. Только мой. - Моя девочка. Моя родная девочка. Прости. Прости меня. Сама расстегнула ремень его брюк, не могу больше, пуговицу оторвала, не рассчитала силу. В последнее время такое часто случается. - Что, господин директор, бойкот окончен? - Дурочка. Мне вот вообще не смешно. - Нечего «налево» ходить. - Для меня есть только ты. Ты одна. - Я тебе верю. И раздался стук в дверь. Я соскочила со стола, как ошпаренная, и залезла под стол. Ну а куда ещё?! Не в окно же?! Грановский устроился в своём кресле, как ни в чем не бывало. Как бы ему напакостить? Позиция то какая удобная, грех не воспользоваться. Нашим незваным гостем оказался засидевшийся начальник отдела продаж, которого, как выяснилось, наш гениальный шеф сам просил зайти, но благополучно об этом забыл. Хвала богам, Николай просто человек и мое присутствие осталось для него незамеченным. А Грановский всё веселится, еле смех сдерживает деспот. Я тебе устрою!!! Только выберусь отсюда… Даже главному продажнику стало не по себе от, казалось бы, беспричинной веселости начальника. Наконец-то дверь кабинета закрылась и Гор истерично захохотал, опираясь руками на стол. Весело тебе, подлец?! Сама не сдержалась и рассмеялась, представляю как это со стороны выглядит. Ужасно нелепо. - Поехали домой, а? К нам домой. Жалобно простонала из-под стола. Я устала, как собака. - Вот только есть одна проблема… О – любопытный щенячий взгляд. Похоже, сейчас рано произносить слово «проблема». - Ты представляешь, огромный чёрный волк порвал мою одежду. А на дворе грозный февраль. Гор смущенно улыбнулся, а у самого озорные чертики в глазах пляшут. - Ну тогда мы поступим так… - Он опустился на колени рядом со мной и накинул на меня свой пиджак, застегнул на все пуговицы. – Я прогрею машину и вернусь за тобой. Хорошо? Если злой волк вернётся, кричи. - Хорошо. Я буду очень громко кричать. – Как же я обожаю, когда он со мной обращается, как с маленькой. Наверное, он будет лучшим на свете отцом. О нет, что-то меня не туда понесло. Перед уходом Гор чмокнул меня в кончик носа и убежал. Ах, как же на душе тепло. Не помню когда в последний раз ощущала такое умиротворение. Немного заскучав, я повертелась по сторонам и заметила на столе глубокие свежие борозды, как… от когтей? Но руки Гора держали меня, значит, это моих рук дело? Стало страшновато. А что если... если я случайно… нет. «Ты же не посмеешь обидеть нашего альфу, да?» Черт. Об этой опасности они твердили? Почему сейчас? Я же научилась себя контролировать. Может, это новый этап, или что-то в этом роде. Надо спросить Алека. - Моя королева, карета подана! Малыш? Эй, что случилось? На пять минут ушёл… Бросилась к своему любимому на грудь. - Мне. Мне страшно, Гор. Что я такое? Он заглянул за мою спину и, кажется, понял из-за чего произошла такая смена моего настроения. - Ну ладно тебе, Детка, это всего лишь стол. - В следующий раз это можешь оказаться ты! Я этого не переживу. Я… я… Волчара опять просто молча стоял и гладил меня по голове, ждал, когда я выговорюсь и успокоюсь, легко улыбаясь. С ним, и правда, ничего не страшно. - Ну-ну-ну… ты себя накручиваешь. Я же цел и невредим. Если бы целью агрессии был я, досталось бы именно мне. А это просто твоя страстная натура. Случайность. Понимаешь? - Да, я просто… не хочу делать больно. - Чудо моё. Самое чудесное на всём белом свете создание. Давай ка домой! – Он бережно подхватил меня на руки и быстрым шагом, почти бегом, потащил в машину. Когда осознала, что сижу в машине мы уже во всю неслись прочь из города.