You are not alone

В конце сентября в школе было по-летнему душно. Во время второго или третьего урока Рокелль не выдержала и попросилась выйти. Ей было жарко и вообще как-то нехорошо. Постояв немного возле кабинета, она решила умыться. В уборной никого не было. На переменах здесь всегда полно народу, но на уроках это место пустует. Открутив шумный кран, Рокелль несколько раз щедро обдала горячее лицо ледяной водой. Подняв голову, она по привычке посмотрела в большое мутноватое зеркало над раковиной. В зеркале на мгновение прямо у нее за спиной мелькнул высокий темный силуэт, как ей показалось, в очках и шляпе. От неожиданности Рокелль вздрогнула и отшатнулась от зеркала, оставив кран незакрученным, но осталась сдержанной и не закричала. Посмотрев в зеркало снова, она увидела в нем лишь свое мокрое испуганное лицо. "Я схожу с ума, как Лелур" - мысленно укорила она себя, - "Трусиха". Подойдя к раковине, Рокелль молча закрутила кран. Стало тихо, было слышно лишь ее негромкое взволнованное дыхание. Рокелль взяла полотенце и вытерла лицо, зачем-то снова посмотрев в зеркало. И тут же напряженно замерла, задрожав и крепче вцепившись пальцами в полотенце. Снова он. Рокелль несколько раз моргнула, но он не исчез. Ее сердце бешено забилось. Он смотрел на нее сквозь широкие черные очки и слегка улыбался. Рокелль понимала, что бояться его нет причин, но не могла заставить себя обернуться. - Не бойся, - услышала она бархатный завораживающий голос у себя за спиной, - прости, я не хотел пугать тебя. Проглотив ком в горле, Рокелль задышала спокойнее. - Я... я все еще сплю? - только и смогла выговорить она. - Нет. Ты в школе, прогуливаешь урок химии. Рокелль почувствовала, как в ее шее застучала кровь. - Тогда откуда ты?.. - спросила она тихо, чтобы голос не выдал ее дрожи, - что ты здесь делаешь?.. - Я здесь давно. Просто ты увидела меня только сейчас. Что ж, поздравляю. - Увидела? Что это значит? Ты же вроде... Она растерянно замолчала. Ей не хотелось говорить, что он мертв. Но она совершенно не понимала, что сейчас происходило. Его здесь нет. Не может быть. Его нет. Нет. Но он все еще стоял у нее за спиной, такой же реальный, как ворчливый учитель химии в душном кабинете, как деревья и камни за окном, как шершавое полотенце у нее в руке. - Это женский туалет, - внезапно сказала она, - тебя здесь быть не должно. Он снова обворожительно улыбнулся. - Прощу прощения, - сказал он без тени извинения в голосе, - но в мужской ты бы вряд ли зашла. А у вас больше нигде нет подходящих зеркал. - Зачем тебе зеркала? - спросила Рокелль, все еще не решаясь обернуться. - В них проще увидеть то, чего нет, - ответил он, будто объяснял что-то очевидное. Рокелль нерешительно подняла глаза к зеркалу, но тут же снова опустила. - Значит, тебя нет? - спросила она, - кто ты? Призрак? - А ты веришь в призраков? - Нет. - Значит, нет. - Тогда кто? Галлюцинация? Он тихо усмехнулся. - Возможно, - услышала она простодушный ответ. - Не смейся, - вдруг сказала Рокелль, с удивлением обнаружив, что обиделась, - я тут с ума схожу, пытаюсь понять, что происходит... Это невыносимо... - Тихо, моя дорогая, - сказал он с приятным пониманием, - я не хотел тебя обидеть. - У меня есть имя, - проворчала она, но тут же зажмурила глаза, устыдившись собственной грубости. - Я знаю, Рокелль, - неожиданно ответил он. На ее напряженном лице мелькнула едва различимая задумчивая улыбка. Как же давно она не слышала своего имени. Так непривычно. Но довольно приятно. - Кажется, я отвлекаю тебя от урока, - нарушил молчание ее собеседник, - что ж, думаю, мне пора... - Постой, - вдруг проснулась Рокелль, - а ты еще... придешь? Он умильно улыбнулся. - Буду ждать тебя у выхода, - сказал он, слегка приподняв шляпу. Рокелль моргнула, и его не стало. Она снова была одна. - "Ты никогда не будешь одна" - мелькнуло вдруг у нее в голове. - Я знаю, - вслух сказала Рокелль. Никогда она так не ждала звонка с последнего урока. Никогда не бежала к выходу со всех ног, время от времени виновато отталкивая кого-нибудь из встречных. Никогда не оглядывала серый школьный двор с таким трепетом и вниманием. Недавний испуг помешал ей понять, как она соскучилась. Когда она увидела его, стоящего у больших железных ворот, он приветливо улыбнулся и махнул ей рукой с поднятыми вверх двумя пальцами. Осторожно улыбнувшись в ответ, Рокелль буквально слетела с больших бетонных ступеней и через мгновение уже стояла рядом с ним, молчаливая, но внутренне ликующая. - Привет, принцесса, - сказал он, и Рокелль вдруг показалось, что они знакомы уже очень давно. - Привет, - ответила она, все еще не решаясь поднять глаза, - слушай, я... Прости. Я наговорила тебе глупостей. То есть... В общем, не обижайся на меня, ладно? Она понимала, что он вовсе на нее не обижен, но ей хотелось это сказать. Перед ним не стыдно было извиняться. - Ты права, - ответил он. Рокелль непонимающе глянула на него. - В смысле? Насчет чего? - Я на тебя не обижаюсь, - ответил он весело. Рокелль, неуверенно смотрящая в серый асфальт, осторожно подняла глаза. До чего же он все-таки красивый. Несомненно, самый красивый из людей, которых она когда-либо встречала. Даже не верится, что когда-то он жил среди таких же людей. Он слишком хорош для них. Он - само совершенство. Ангел. Объект ее мыслей вдруг широко улыбнулся. Рокелль вздрогнула и быстро отвела глаза. Ее это удивило, но она решила не придавать этому значения. То, что она его видела, уже было странно, но это уже перестало ее удивлять. - Я пойду домой, - сказала она, - пойдешь со мной? - Ты меня приглашаешь? - спросил он, хотя в этом не было необходимости. - Влезая в мою голову, ты не спрашивал разрешения, - усмехнулась Рокелль, - и в женский туалет тоже. - Если бы ты попросила, я бы ушел, - ответил он. Рокелль задумчиво опустила глаза. - "Я бы не попросила, - подумала она, - я не хочу, чтобы ты уходил. Все, что угодно, только не уходи. Раньше я думала, что мне никто не нужен. Никто, кроме Тони. Но теперь без тебя мне будет одиноко." - Я могу быть с тобой сколько угодно, - сказал он, - идем? - Да, - ответила Рокелль, - идем. Дорога прошла в молчании. Время от времени Рокелль украдкой поглядывала на сопровождавшего ее ангела, чтобы убедиться, что он не исчез. И каждый раз вновь быстро опускала глаза, успокоенная тем, что он все еще шел к ней домой. Осознание этого вновь и вновь наполняло ее счастьем. Ей снова хотелось улыбаться. Хотелось верить в невероятное. Хотелось трепетать от волнения и счастья, от предвкушения предстоящего чуда, нового, неизвестного будущего. Будущего, в котором будет он. Пока они шли, Рокелль заметила, что, несмотря на переполненную людьми улицу, на них никто не смотрел. Она сама недавно узнала, как он выглядит, но его лицо, несомненно, должно быть знакомо многим. Если бы люди его видели, они бы оборачивались. Выходит, они не видели его? Что ж, этого Рокелль вполне могла ожидать. И что же это значило? Она действительно сумасшедшая? Или видит призраков? Она не верила в них, но недавние события несколько пошатнули ее убеждения. В любом случае, мертвых должно быть гораздо больше, чем живых. Она сама убила нескольких людей. Но она видела только его. Значит, он - галлюцинация? Что ж, это не так важно. Кем бы он ни был, главное, что он радом. Перед тем, как подойти к своей квартире, Рокелль решила кое-что проверить. Подойдя к соседней двери, она позвонила и отошла назад, встав за спиной своего нового друга. Дверь открыла крупненькая, на вид не очень дружелюбная девочка. - Чего тебе? - спросила она не очень приветливо. - Привет, Лелур, - сказала Рокелль, слегка махнув рукой. - Привет, Лелур, - сказал ее телохранитель, тоже махнув рукой. - Привет, - ответила Лелур недоуменно, - чего надо? - Как я выгляжу? - спросила Рокелль так же вежливо и холодно, как и поздоровалась. - Как всегда, неважно, - ответила соседка, противно усмехнувшись. Все еще прячась за его спиной, Рокелль показала средний палец. - Э, ты че, охренела? - возмутилась Лелур. - До свидания, - сказала Рокелль и подошла к двери своей квартиры. - Вы с ней не очень дружны, - заметил он, когда Рокелль заперла дверь изнутри. - Я была с ней предельно вежлива, - ответила она, бросив сумку на пол и взяв на руки подбежавшего кота, - вот мой настоящий и единственный друг Тони. Надеюсь, у тебя нет аллергии? - Ни в коем случае, - он улыбнулся, почесав кота за ухом, - я люблю животных. Рокелль внимательно посмотрела на Тони. Рука, которую она считала лишь плодом своего воображения, действительно коснулась кота. Тони замурчал и, старательно обнюхав гладившую его руку, стал внимательно рассматривать пространство перед собой. Кот видел его. В этот момент он оторвал взгляд от кота и посмотрел на нее. Хорошо, что Рокелль не видела его глаз за большими черными очками. Иначе она не посмела бы взглянуть на него. Впрочем, сейчас ее волновало другое. Он знал, о чем она думала. Слышал ее мысли. И он откуда-то узнал ее имя... - Я ведь твоя галлюцинация, - сказал он простодушно, - почему бы мне не читать твои мысли, если я - одна из них? - Значит, это правда? - спросила Рокелль, хотя вопрос этот был риторическим, - и ты можешь узнать обо мне все, что угодно? - Нет, конечно, - успокоил он ее, - я слышу только то, что ты мысленно произносишь. То, что хочешь сказать, но не говоришь. Рокелль ничего не ответила. Ее собеседник пожал плечами. - Я не хочу этого, - сказал он, - я просто слышу и все. Все, что я могу сделать - дать тебе об этом знать. Прости, что не сказал сразу. - Все равно, кроме меня, тебя никто не видит и не слышит, - сказала Рокелль, опустив кота на пол, - можно не бояться, что ты кому-нибудь расскажешь. - Я могу кому-нибудь присниться, - сказал он, усмехнувшись, - но не волнуйся, я не такой подлец, чтобы бросаться чужими мыслями. - Я знаю, - сказала Рокелль. Сняв туфли, она ушла на кухню покормить кота. Вернувшись, она с удивлением обнаружила, что ее гость тоже снял туфли и теперь стоял на ковре в чистых белых носках. - Я уважаю порядки в чужом доме, - ответил он на ее вопросительный взгляд. Рокелль слегка улыбнулась. - Ты ведь моя галлюцинация, - сказала она, - значит, это и твой дом. В сумке Рокелль зазвонил мобильник. - Извини, - сказала она, достав телефон и закрывшись на кухне. После не слишком приятного разговора она вернулась в прихожую. - Мне нужно уйти, - сказала она, снова надевая туфли, - и хоть ты, наверное, знаешь, куда и зачем, но все же, не мог бы ты не идти со мной? Меньше всего ей хотелось говорить последние слова. Но ей предстояла довольно неприятная беседа. Она не хотела при нем говорить об убийствах и контрактах. Только не при нем. - Ты ведь не хочешь туда идти, верно? - спросил он, посмотрев на нее сквозь непроницаемые стекла очков. - Да, - ответила Рокелль, - очень не хочу. Но это моя работа. - Нет, не твоя, - сказал он, после чего резко отвернулся, будто решив, что сказал что-то лишнее, - что ж, ладно. Если хочешь, я оставлю тебя. Подойдя к двери, он тоже стал обуваться. - Мы ведь завтра еще увидимся? - спросила Рокелль. - Обязательно. - Где? - Я найду тебя. Пройдя мимо него и открыв дверь, Рокелль вышла и обернулась, чтобы закрыть ее. В прихожей снова не было никого, кроме большого серого кота. - Ты ведь видел его, Тони, - сказала она, - я ведь не сумасшедшая. Он придет завтра. Ты же слышал... Кот подошел к ней и потерся о ее ноги. - Извини, Тони, тебе со мной тоже нельзя, - сказала Рокелль, закрывая дверь.