Лакричка

Вы знаете, что такое полная свобода? Не знаете. А я знаю. Это когда ты можешь делать все, что тебе хочется и даже больше. Можно жить где угодно - тебе не скажут, нет. Можно есть где и что угодно, тебе не скажут - вредно. Можно спать до скольки угодно - тебе не скажут поздно. Можно носить, что хочешь, тебе не скажут фу. Можешь работать кем хочешь, тебе не скажут недоходно. Тебе никто ничего никогда не скажет «нет». Ты один. Ты сам за себя. Ты сам по себе. Это полная свобода. Это полное одиночество. У тебя нет ни друзей, ни родных. Только знакомые, или видимые люди, я так называю тех, кого хоть раз видела. Все. Ты один, ты сам. Но, вот не задача. Одни - никогда не выживают. Ночь. Улица. Фонари. Ломбард. Осмысленный и желтый свет. Тихо. Нет даже птицы на проводах. Шум создает только мелкий дождь, который шумит каплями по лужам, мусорным бакам, разбросанным алюминиевым банкам из под пива. Дребезжащие вывески закрытых магазинов своей вибрацией создают дополнительный фон. Будто две тишины борются. Обе тихие, и обе тишины, и обе имеют права на существование. Фонари бросают тени сквозь окна магазинчиков. В ломбарде на вывеске еще и бриллианты, а значит, дополнительный блеск обеспечен. Это как маленькие звезды, мирно сверкают, даже не подозревая, что их покой сейчас будет безжалостно прерван. И вот черная рука хватает их и опускает в тканевый черный пакет. Черный человек нещадно складывает украшения и вместо них разбрасывает лакричные конфеты. Зачем, естественно возникнет у вас вопрос, да кто его знает! Черный человек движется с неподдельной уверенностью, будто делал это уже где-то десятый раз. Шаги тихие. Он смог разобраться с камерами и сигнализацией, но не тронул ту, что около главного входа, чтобы в случае приезда полиции они еще покопошились. Сам же человек проник сверху, через воздуховод. Но он грабил не только ценности, в его черные сумки погружались и документы на них, справки и всевозможные бумаги. Черный человек не трогал только кассу. Тишину на улице прервали мокрые шаги. Неизвестный шел, будто вприпрыжку, да еще и мычание какой-то песни, наверняка услышанной на радио, жутко резало слух своей чистотой. Черный человек быстро спрятал сумки за витриной, а сам спрятался около двери под вывеской и достал пистолет. Неизвестный остановился прямо у входа в магазин и засунул что-то в замочную скважину. Пара щелчков и дверь со скрипом открывается. Неизвестный странно двигается, но черный человек понимает, что он двигается так, чтобы не задеть лучи сигнализации. И вот неизвестный остановился. - А?! Меня кто-то опередил?! - он присмотрелся к плохо освещенному стенду и взял одну конфетку - ммм?! Лакри...- но его голос, прервал звук заряда пистолета, который черный человек направил дулом в сторону головы неизвестного. - о! Привет Лакричка! Я -то думаю, кто все так тихо и быстро смог все стырить! Ой! Мы же с тобой незнакомы! Я Бён Бэкхен! Приятно познакомиться! " Он что? Слепой и не видит!? Я сейчас в него пулю пущу! А он мне тут мило улыбается и руку протягивает!" - мысли черного человека были противоречивы, ведь он был наслышан о данном воре. Полиция прозвала его "певец". Он пел всегда, везде, будто это был его лозунг и солнце. Но также он был известен своими ловкими руками и улыбкой заставляющей девушек неметь от искушения, теряться, восхищаться, терять сознание! Парней же завидовать, ведь девочкам нравятся лишь плохие мальчики... - не хочешь говорить свое имя - не говори, - обиженно пролепетал парень и съел еще одну конфетку. О черном человеке, а точнее персоне по прозвищу "Лакричка" было известно минимум 45% населения страны. Она грабила товар, не брала кассу, банки, только ювелир или информация с скрытых сайтов, закрытых от ненужных глаз. Потом, все украденные украшения сбывались на черном рынке без следа, а информация выкупалась ее же владельцами. На местах преступления всегда валялась лакрица. - давай разделим все на пополам? - спросил парень с красно-рыжими волосами (как в клипе "Ka-Ching"). Лакричка покачала головой. - ну не будь букой! - ответ был тот же. - тогда мне придется ограбить грабителя... - Девушка и оглянуться не успела как ее пистолет был направлен на нее. И правда ловкие руки. Парень практически упирал дуло девушке в лоб, которая ехидно хмыкнув легким взмахом ноги выбила пистолет и тот с громким ударом покатился в сторону двери. Девушка пыталась сбить парня, но тот уворачивался от ее ударов с улыбкой, будто знал, куда она захочет бить. Тогда, она начала действовать так, как бы ни стала бить, и получилось. Он на полу, хочет встать и сбивает с ног и седлает, садясь на бедра. Лакричка бьет его сильными ударами, но ему хоть бы хны. Тогда она просто начала медленно выползать из- под него одновременно доставляя удары. И вот она уже может встать и встает, поворачивается...выстрел... • Оказывается тот пистолет смог задеть лучи и приехала полиция. Не как всегда, тихо, без мигалок, но с новеньким, который, естественно, еще всего боялся. Так этот олух взял и со страху выстрелил, попав Лакричке в плечо правой руки. Она пошатнулась, когда пуля застряла в руке. Потом из-за ее спины показался еще один пистолет, что стало причиной удивления не только полиции, но и лежащего парнишки. Но девушка не стала стрелять, она кинула в стеклянные двери пистолет, и, пока стекло с грохотом разбивалось, она схватила один из пакетов, кинула его вверх и попала в квадратное отверстие, из которого она сюда и попала. А потом и сама туда забралась. - Эй! Ты бросишь меня!? - в ответ последовал стук. Парень не стал мириться с несправедливостью и тоже залез, а в квадратную трубу на железной стене размазана кровь. Девушка вылезла уже на заднем дворе, где пахло мусором и валялись отбросы. Она уже еле стояла на ногах, слишком много крови вытекло из ее плеча, а если учесть то, что у нее малокровие, то с каждой секундой ситуация становилась опаснее и опаснее. - Тебе нужна помощь! - сказал уже вылезший Певец, но Лакричка схватила тяжёлую сумку с украшениями и просто пошла вглубь темноты между зданиями. - Дура что ли?! Тебе нужна помощь! - парень подбежал и схватил ее за целую руку. - Отпусти идиот! - она вырвала руку, впервые, - тебя могут поймать! Уходи! - нет. Ты можешь умереть - тебе то что? Я тебе никто, ты обо мне ничего не знаешь! Все! Уходи! - как Ничего не знаю, знаю. Ты брюнетка, ты любишь красную губную помаду, и у тебя карие глаза. Твое прозвище "Лакричка" и ты грабишь банки. Брюнетка зловеще громко засмеялась и махнув рукой совсем канула в темноту. Но парень не сдавался, он пошел за ней. Но Лакричка уже бежала к своему байку, прикрытому черной пленкой, там ее все, там, в секретном отсеке ее небольшой ноутбук с помощью которого она грабит. Оседлав свой скутер она спрятала в сумку ноутбук и надев шлем выехала на улицу. В глазах уже рябило, а рука не слушалась и кололо в пальцах. Вдруг за ней увязалась полиция и она еще больше ускорилась, потом повернула к набережной, но не заметила дедушку переходившего дорогу. Момент. Искры. Скрежет, всплеск. Тонет. Пузырьки медленно всплывают, штанина зацепилась за мотоцикл и вместе ним утаскивает на дно и девушку с сумкой. Она сейчас потеряет сознание, парик медленно отплывает в сторону и золотистые волосы заблестели в свете фонарей. Она потеряла сознание. Дождь закончился, мелкий шум города победил. Сумка медленно скатилась с плеч и медленно опускалась вниз вместе с уже утонувшим мотоциклом. Громкий но глухой хлопок. девушку хватают две руки и тянут вверх, но она зацепилась за мотоцикл. Руки освободили тело, и они быстро всплывали наверх. Гладь воды под мостом потревожил парень, с громким вздохом всплывший на поверхность. Он вытащил девушку на берег под мост и быстро стал оказывать ей первую помощь. - Ну! Давай же! - с последним толчком изо рта девушки выплеснулась вода. Она быстро перевернулась на живот и уперлась руками в острую гальку. Изо рта все еще выплёскивать вода, а руки дрожали. Мозг не соображал от долгого отсутствия кислорода. - Слава богу... - облегченно выдохнул парень но тут же напрягся. Мигалки и характерная для полицейских машин сирена. Парень подхватил девушку на руку и прислонился спиной к холодному цементу моста. Они стояли ровно посередине когда яркий свет фонарей с двух сторон начал отрезать пути отступления. Метр. Половина метра. Сантиметры. Еще чуть-чуть. Но голубь, на другой стороне моста загромыхал камушками, от чего свет быстро направился на него. Птица взмахнула крыльями и улетела... - Здесь нет! Едем дальше! Вызывайте водолазов! Возможно она утонула! - голос полицейского прозвучал четко и злостно, а потом, уже тише, добавил. - я за этой сучкой уже год гоняюсь. Ее папаша очень не хочет проблем. Девушка сжалась. Спустя три минуты улица вновь канула в тишину. - так. А сейчас мы тихо идем к машине, потом заезжаем в аптеку, а потом мне на квартиру. Девушка молчала. Она спала. Парень незаметно перешел улицу и уже "закинул" мокрую тушу на заднее сиденье и снял с нее обувь и кожаную куртку. Из багажника вытащил плед и укутал Лакричку. Спустя десять минут мокрый парень уже вовсю говорил продавцу в аптеке то, что было сейчас так необходимо. - Бинт 15 рулонов, медицинская игла с нитями для зашивки ран. перекись водорода, обезболивающее, жаропонижающее, от насморка, от боли в горле, от головной боли. - хорошо с вас 59долларов. - вот, сдачи не надо - он протянул сто долларов и даже не дождавшись чека выбежал к машине. Жарко. Но холодно. Я чихнула сквозь сон и проснулась от внезапно обвившего мое тело холода. - Сиди смирно. - строгий голос оказался Певцом, который вовсю протирает мою рану мокрой ватой. Она болезненно щипала, от чего я зашипела. - Вот дура - тихо пронеслась в машине фраза. Я лишь хмыкнула в ответ и принялась дальше терпеть боль. Он забинтовал мне руку и сел на водительское сиденье. Я опять провалилась в сладостный сон. Я сплю, но не сплю. Темнота окутывает меня полностью, будто дает небольшое укрытие. Подо мной какая-то хлопчатобумажная ткань, которая издает приятный запах лавандового кондиционера для белья. Свежий воздух, кажется, тут непонятно лишним, а теплота не нужной. Мое тело жутко ныло, голова болела, а мозг не соображал, но я нашла в себе силы и открыла глаза. Комната, практически пустая. Большая кровать, на которой я лежу, плотные шторы, за которыми темнота. Я одна, опять одна, как всегда одна. Быстро вспомнив прошлое, я смогла быстро довести себя до слез. Левая рука кисло ноет и не дает вновь погрузится в сон, а слезы еще больше расстраивают. - Проснулась? Оказывается комната была не пуста. Парень так тихо лежал, будто он сам воздух. - ты не стесняйся, поплачь если хочешь. Знаешь, я всегда думал... - тебе вредно...- сдавленно произнесла я. - ну и ладно, тогда сама будешь перебинтовывать руку. - ... - ... -... - Ладно! А ну садись, мне нужно проверить ее! Девушка еле-еле приняла сидячее положение. Откуда на ней эта одежда? - Ты меня переодел? - да, а что? Если не нравиться футболка, можешь взять другую. Неужели все настолько просто, не будет пошлых шуток и грязных комментариев? - нет, ничего, спасибо. Он вышел из-за двери и солнечно улыбнулся, будто ему уже давно никто не говорил "спасибо". - Как тебя зовут? Ну, настоящее имя? - Бён Бэкхен - с каким-то отвращением произнес парень и стал разматывать мою руку. - я ее уже зашил. Ты в машине сознание потеряла, я принес тебя домой и, вколов обезболивающее, быстро зашил. Через пару недель все уже будет хорошо, не волнуйся. - Спасибо, - его руки остановились на секунду и вновь начали аккуратно разматывать бинт. - помолчи Он осмотрел рану и вновь ее забинтовал. - спа... - Пожалуйста, пошли я тебя накормлю - угум Он встал и скрылся за дверью из темного дерева. Я попыталась подняться, но ноги меня не держали, и я упала вновь на кровать. - ну ты долго? - крикнул он - я, я не могу встать...- тихо сказала я, бегая взглядом по комнате. Он вошел в комнату и облокотился на косяк двери - вставай, чего сидишь - я не могу - можешь - не могу! - он подошел и протянул мне руки, за которые я схватилась и вновь произвела попытку. Ноги девушки тряслись, а руки крепко сжимали бадлон с руками парня. - спокойно - да как тут быть спокойной!? - сама виновата, внимательней надо быть! Девушка хотела было возразить, но что-то ее остановило. - а теперь шаг, - сказал парень и девушка будто бы по щучьему ведению сделала шаг правой ногой. - еще - опять маленький шаг. Через несколько мгновений девушка уже дышала парню в шею. - отлично, отпусти мои руки. - нет - отпусти, я буду рядом Спустя секунду колебаний Лакричка отпустила руки и сделала неуверенный шаг... И тут ее голову посетила мысль. Этот неуверенный шаг был так похож на ее жизнь, ведь она не сама встала с постели... - Как тебя зовут? - спросил Певец - Лакричка - настоящее - не скажу. Никогда не скажу! Никому не скажу! Его нет. Никогда не было, меня нет. Меня никогда не было. Я никто. Я ни что, я ноль. Я пустота... Парень опешил, она что, сумасшедшая? Нет. Он видел, он знает ее полностью трезвый и рациональный взгляд. Может она сходит с ума? Возможно, но раз так, то ему надо это остановить всеми возможными способами. - я не знал, что ты блондинка. Бубнёш остановился - что? - тебе очень идет. И кстати, без косметики ты намного красивее. - ... - не хочешь говорить имя, не говори. Ванна по коридору и направо, рядом уборная. Жду тебя на кухне, тебе нужно поесть. Я в шоке. Он...и...а я...уффф... Слишком все болит. На ватных ногах я поплелась в ванную. - Ну и что тут красивого? - задала вопрос зеркалу, а потом окатила лицо холодной водой. Из кухни доносился приятный запах жареного теста. - о! Ты быстро, садись Села - есть малиновый и клубничный джем, а еще шоколадное масло. Девушка растерялась, а Певец, увидев бегающие глаза, звонко захохотал и достал все. - Вот. Можешь попробовать каждое, если не можешь определиться. Солнце светило в небольшое окно с завядшими фиалками, пыльные занавески казались серее, чем есть на самом деле, линией складывалась на стене. Чайник стал выпускать из носика пар и громко свистеть, но худая рука выключила плиту. - Черный, зеленый, ягодный? - ягодный, без сахара, - тут девушке даже думать не пришлось, рот сам сказал все на автомате. - хорошо, - парень мило улыбнувшись поставил перед Лакричкой чашку. "Какая милая родинка" - подумала я и схватилась за горячую чашку - замерзла? - не согрелась. - мне будет нужно сейчас уехать. - можно я с тобой? - нет, ты дома посидишь. Все в твоем распоряжении, оставлю денег, если проголодаешься, закажи пиццу, но имя выдумай. Если я не вернусь... - рискни здоровьем. - если я не вернусь, то ... - парень резко замолчал - то что? - хотя нет. Я вернусь, обещаю. - хорошо. Певец ушел, девушка, вооружившись тряпкой и пылесосом, пошла постигать границы квартиры. Во всей квартире, она не нашла ни единого признака тому, что хозяин - вор. Даже наоборот, она бы подумала, что вор кто угодно, но не он. Странно, в шкафах нет потайных днищь, или скрытых ящиков... Все против того, что она в квартире вора. Подозрительно. Но, почему-то, ей очень хотелось доверять этому человеку. - Я вернулся! - прозвучало через четыре часа. Парень зашел в квартиру с рюкзаком. - привет - напряжённо произнесла девушка, что сразу было замечено. - что - то случилось? - эмм...нет, я просто прибралась немного... - аааа, понятно, ну и как, нашла чего-нибудь? - кроме спрятанного поки - нет. - ахаха... Глупышка, думаешь, что я не вор, да? - нет, не то чтобы, просто, эм... - смотри... Парень отодвинул от двери ковёр, с надписью "добро пожаловать", нажал руками на плинтус, от чего тот можно было убрать, что собственно говоря и сделал Бэк. Потом он нажал на одну из половиц, и та, с характерным звуком, "выпрыгнула" из пола, там оказалась полость. - А теперь просунь туда руку. - не хочу! А если там крысы? - да не бойся ты! Нет там никого! - он схватил девушку за запястье и опустил в темноту. - дальше сама. Я аккуратно опускала руку все дальше, и дальше, и вот наконец, достигла дна, которое, на ощупь, представляло собой бетон усыпанный украшениями. - это самые красивые из всех. - ты сделал отверстие в бетонной плите? - да. Можешь взять какое-нибудь украшение. Я нащупала колечко и вытащила его. - серебро, из магазина в небоскрёбе "Лонг-Сити". Оно мое самое любимое. - парень взял правую руку девушки и кольцо. Медленно нанизив его на средний палец, он поцеловал бледную руку. - обещаю, что никому о тебе не расскажу. Кольцо просто идеально подошло ей. Худой, бледный палец, пересекала белая линия серебра, будто обрамляя, будто она - картина, а кольцо - самая изящная рамка. - Сейчас, где мои джинсы? - в ванне - удивленно ответил парень, когда девушка вскочила, но через минуту она вернулась крепко сжимая что-то в руке. - вот, она протянула руки и раскрыла ладошки, - это черное золото. Темный круг, лежавший на коже, отражал свет лучей из окна комнаты и приятно ложился бликами. Бэкхен улыбнулся и протянул руку. Ему кольцо тоже идеально подошло. Девушка нагнулась и поцеловала руку. - обещаю, что никому о тебе не расскажу. Парень вновь замел все следы своего темного существования и протянул девушке рюкзак. - это твое Я открыла рюкзак и увидела в нем свой ноутбук. Он был в цел и невредим. - как!? Ты что, ходил в участок!? - да. Я украл это. Ты недовольна? - что? Н...нет! Я очень довольна! Я очень-очень рада! Спасибо! Девушка тут же влетела на кухню и стала проверять исправность предмета, а когда все оказалось в порядке, она стала искать место нового нападения и прорабатывать план. Это продлилось целый вечер и, видимо, продлится целую ночь. - Лакричка! ты не хочешь спать? - нет. Я еще посижу. Она моментально напомнила собой подростка, но Бэк же ей не отец. - не сиди долго, ладно? - ладно. Три часа ночи. Бледный свет от экрана ноутбука освещает кухню. Девушка заваривает себе уже пятую чашку чая. Она тихо открывает и закрывает ящики, неспешно передвигается и практически бесшумно садится на стул. Кольцо на ее руке переливается, Лакричка пристально смотрин на него, а внутри все кипит. Ей очень сильно хотел избавиться от своего прошлого, слишком сильно... " - Дочь! - Да папа - у тебя месячные? - да! Я совсем уже взрослая стала. - это точно... Тогда, ты уже можешь кое-что делать...." Воспоминания одолевали ее разум, заставляли вспомнить все детали, и, первая слеза упала с глаз прямо в чашку с чаем. В этот момент, около двери как раз проходил Бэкхен и услышал этот звук. Посмотрев на полные печали мокрые глаза, и на светло-мокрую дорожку на щеке он обомлел. - Лакричка... - он подошел к ней и присев посмотрел в глаза. Она еле сдерживала слезы и ее губы тряслись. - Эй, ну что ты, не плач Лакричка. - Эмели...- сдавленно проговорила девушка, - меня зовут Эмели. Прошлое взяло верх, и еще одна слеза светлой каплей упала на руку Бэкхена. - Эмели, какое красивое имя. - н...нет. не красивое. Я... Я ужасна. - почему же ужасна? - потому что ты ничего не знаешь о моем прошлом. - а как я тогда смогу тебе помочь, если ничего не знаю? Расскажи мне. - я...я не уверена. - не бойся, не в моих правах тебя осуждать. - ну... Мой отец, был владельцем очень большой подпольной компании по продаже рабов и рабынь. Думаю, что до сих пор таковым является. И естественно ему был нужен эскорт, которым стала я. После первых месячных, меня заперли в одной из комнат и... Мама ничем е могла помочь, а когда попыталась, то ей пустили пулю в лоб прямо при мне. - Девушка опустила голову и всхлипнув выпустила слезу. Но потом, она закрыла лицо руками и заплакала. - и что было дальше? - он...он продавал ночи мо мной, и чем дороже, тем.... Ты понял. В прошлом году я сбежала через окно и неужели ты мне настолько не доверяешь? - я убила за год четырех шпионов, одним из них оказался так предполагаемый мной друг. Пал смертью храбрых, с ножом в спине... Какая ирония. - дурочка...- он приблизился к ней и поцеловал в губы. Девушка в ошеломлении не могла отказать... Ее глаза сначала округлились, но потом, когда в них нежно взглянул Бэкхен... Его взгляд, будто пьяный, он мягко касается своими губами моих, этому невозможно сопротивляться, я приоткрываю рот, желая сказать, но замираю. Его язык проник в мой рот и начал все там исследовать. Когда он обвил мое тело руками, я совсем сжалась, заметив это, он отстранился он меня. Ее губы были красные и приоткрытые, глаза слезились, щеки пылали, а тело дрожало. - прости, я напугал тебя. Это было тихо. Но девушка трясущимися руками обняла парня и спрятала свое лицо в его шею, от чего у Бэка побежали мурашки. - твой отец послал меня за тобой Лакричка моментально свернулась в комочек и сильно сжала грудную клетку парня. - я хочу его убить, но если ты меня убьешь раньше - не выйдет. Мне сразу показалось, что история о том, как избалованная дочь крадёт деньги - ложь. Я когда тебя увидел впервые, сразу понял, что подозрения не напрасны, но вот проблема... Чтобы добраться до твоего отца нужна ты. - я готова - слова коснулись шеи и пустили импульсы - ты уверена что хочешь пойти в то пекло? - девушка замялась после фразы - только если с тобой. Парень сжал тело девушки. - мне страшно… - спина девушки задрожала. - ну не плачь, все будет хорошо, мы все умрем - ахахах, - ему удалось ее рассмешить - я кушать хочу, ты принес что-нибудь? - да, рамён, но можем пиццу заказать. - а можно и то и другое, - можно, ты какую будешь? - пеперони. - хорошо. Парень встал и подняв девушку на руки отнес ее на кухню. - Алло, здравствуйте, будьте добры две пиццы, на тонком тесте, одну пеперони и одну футбольную, еще два вока с курицей, две баночки соевого соуса, имбиря и маленький набор суш, один набор палочек…да… на имя Оскар Фар… Адрес *****. Жду. Он положил телефон на стол. За окном сумерки, на кухне белая полоска света над раковиной, служит освещением для всей кухне, где парень что-то увлеченно рассказывает девушке, которая иногда удивленно распахивает глазки и прикрывает рок рукой, звонко смеется, заставляя парня смеяться в ответ, мило улыбается или просто влюблено смотрит на юношу. Пиццу они давно уже съели, а пустые коробочки из-под вока украшали собой внутренность мусорного ведра. Спустя еще час разговоров, смущенный взгляд парня, опустился на часы. Уже два часа ночи… - Мы проговорили четыре часа, - сказала девушка - я проговорил - а я прослушала, - одобрительно кивнула девушка. - я хочу в душ, - устало промямлил парень, - ты следующая. - ладно, я пока посуду помою и приберусь. Парень скрылся за дверью. У девушки непреодолимо кололо внутри, почему так волнительно? Почему так тепло и уютно? Почему так, будто это ее дом? Она уже убедилась в том, что он хороший, что он не оставит ее, хотя прошло сколько? День? Два? Почему так бьется сердце, когда он рядом? Ему хочется рассказать о себе все. Поделиться каждой проблемой, каждую секунду разделить, каждое прикосновение запечатлеть на каменной стене веков. Она стояла и просто смотрела в пустоту перед собой. Я быстро принял душ, в желании быстрее очутиться в кровати. Она по-прежнему стоит. О чем думает? О чем так сильно болит ее сердце, что даже венки на ручках проступили. Я медленно прикоснулся к ее плечу от чего она немного дернулась и быстро сфокусировала свой взгляд на мне. - с тобой все хорошо? - да, я задумалась. - иди в душ, расслабься. Полотенце там лежит, футболка там же. - футболка? - я не уверено что ты хочешь со мной в одной кровати спать ногой. Я прав? – она сконфузилась и покраснела. - прав, - и быстро выскользнула в коридор. Капли будто смывают слой бетона с тела, которое с каждым стекающим ручейком все легчает. Руку она предварительно размотала, и теперь, капли могут пройтись и по аккуратному шву. Девушка взяла с полки женский шампунь. Бэкхен выбрал его на свой вкус. Открыв баночку и вылив гелевое вещество на ладонь, девушке бросился в нос запах персика. Быстро намылив голову и смыв шампунь, я закуталась в махровое полотенце. Постояв так на холодном полу и нацепив на распаренное тело большую белую футболку, которая самому Бэку была немного велика, вышла из ванны. Босые шаги быстро дошли до спальни. Большое окно и свет фонарей. Кровать и спящий Бэкхен. Девушка как можно тише легла рядом. Все одеяло парень забрал себе и девушка, свернувшись в калачик, наблюдала за стеной. - Эмели Стокт Девушка уткнулась носом в подушку, но ладонь на ее талии заставила вновь отпрянуть от мягкой плоскости. Она даже не успела повернуться, когда ее губы захватили в поцелуе. Эм промычала в поцелуй. - думала что я сплю? – он в миг очутился над девушкой. Его губы и язык страстно хозяйствовали на теле девушки, от чего она даже вздохнуть нормально не могла. Он каким-то образом успел устроиться между моих ног, благо футболка была достаточно длинная и могла прикрыть мое тело. Бэкхен оттягивал мои губы, сплетал свой язык с моим, слегка покусывал… Мне уже совсем перестало хватать воздуха. Он будто прочитав мои мысли отстранился. Я лежала не в силах привести дыхание и мысли в норму, а он смотрел на это. - ты такая красивая, - чувствую его руку на моей ноге, - у тебя такая красивая кожа, - рука движется вверх, а внутри все взрывается, - твой запах дурманит меня не хуже алкоголя, - рука дошла до края футболки, - я желаю тебя, - рука нырнула под футболку… Он провел вдоль моего тела и, приподняв меня рукой, впился в шею. Мне оставалось лишь жадно глотать воздух ртом и пытаться не сойти с ума от потока давно забытых чувств. Внезапный треск и я вижу как футболка рвется. - а снять не судьба? – на выдохе - нет, это долго, - он хищно облизывается и отпускает меня от чего я падаю на кровать. Бэкхен стягивает с себя футболку… Она начала хныкать - что, нравится? – я беру ее руки и кладу себе на плечи. Но вместо ответа она запускает свои пальцы мне в волосы и целует. Я сжимаю ее талию руками, и она мычит в поцелуй от сладкой боли. Отцепившись от меня Эмели перекинув ногу оказывается на мне, ну уж нет, сегодня я сверху. Резким движением опять оказываюсь над и неодобрительно поцокав оставляю засос на ее линии подбородка. Потом на шее десять… Она уже сходит с ума от возбуждения, но все еще не произнесла, ни единого стона. Это начало мне очень не нравиться. Моя рука, ранее ласкающая ее грудь, спустилась ниже и провела по половым губам. Спина Эм беззвучно выгнулась. - стони, - приказал я. пальцы начали ласкать клитор, губы оставлять засосы на ключицах. И вот спустя минуту злосчастных громких вдохов она срывается в стоне. Сказав своему разуму пока-пока я снял с себя штаны и раздвинув ее ноги резко вошел. Ее стон был до чертиков прекрасным, и она практически сразу же начала сама двигаться… Он входил сначала, не спеша, а потом ускорился и стал просто втрахивать меня в кровать. Мои стоны, кажется, слышал целый дом, хотя район, наверное, тоже. Мои пальцы начинает покалывать, ноги неметь, а тело содрогаться и я с громким и пошлым стоном царапаю кожу Бэка на спине, который видимо, не собирается останавливаться… Оргазмы накрывали меня один за другим, но вот он с рыком делает последние толчки и горячее семя изливается мне на живот. Она тяжело дышит, так же как я. Можно опять идти принимать душ. Мои волосы мокрыми сосульками падали на глаза прикрывая распластанное тело девушки с моим семенем на животе. Я склонился к Эмели и поцеловал ее в губы. Поцелуй получился уставшим и расслабленным. - хочешь в душ? - нет, завтра утром схожу, - я обиженно надул губы, - ладно, вместе сходим. - так-то, - укрыв ее и себя одеялом, уткнувшись в ее волосы носом уснул. Два тела дышали в унисон. Их пальцы переплетались, и они совершенно не подозревали, что это была их возможно последняя ночь вместе… Ровно в три часа ночи через открытое окно на пол упал баллон и начал выпускать газ, через пять минут дверь вышибли неизвестные люди и забрали пару тел. *** -Несите их в одну комнату, только оденьте сначала! Я хочу, чтобы она видела, как он умрет! – высокий чуть полный мужчина в коричневом смокинге курил сигару за своим широким столом, рядом с которым стоял тот самый разносчик пиццы. - Всегда знал, что уши хороши везде, ты будешь повышен. - спасибо господин - повышен до начальника зоомагазина! Ахпаххахаха! - ТЦ… - что ты только что сделал?! - ничего господин! Вам показалось! -Да что ты, на колени! Разносчик сел на колени и поднял голову. В ту же секунду мужчина приставил еще горящую сигару к его глазу и затушил ее под дикий крик. После, сигарета упала на пол, а парнишка, держась за глаз, утыкался лбом в пол. - Ты должен быть благодарен мне. Вон! И запомни, больше шлюх, я люблю только разрушать жизни другим людям. парень ушел, а вместо него вошел другой мужчина. - Они в комнате, приходят в себя. - отлично. *** Как же сильно болит голова. И что за ужасный запах духов моего отца…стоп, что?! Глаза распахиваются и быстро начинают оглядывать помещение, но это не спальня я комната с железными стенами, маленьким вентиляционным окошком в потолке и кроватью посредине. Это постельное белье коричневое. Господи. Не может быть. Паника накрывает меня еще больше, когда я вижу на этой кровати привязанного Бэка. Я сама прибита к стене. - ммм… - Бэкхен! Бэкхен открой глаза! – он выполняет и тут же видит меня. - чт…Что за черт! – тут же начинает вырывать руки, но тщетно… - так так так. Наши голубки пришли в себя… - мое сердце уходит в пятки, все тело покрывается испаренной. Этот голос, я его запомнила всю жизнь и молилась больше никогда не услышать. - Дорогая Эмели, как же я скучал по тебе, - он прошелся по мне взглядом и облизнул губы – вижу ты подросла, так и норовишь своим видом тебя взять, но это я еще успею сделать, а сейчас у нас публичная казнь… - он перевел взгляд на Бэкхена. - чт…нет!!! – сказала я и начала вырываться. - ахаха, детка это бесполезно, сама же знаешь. Сколько раз тебя привязывали, помнишь? - 37 веревками, 9 наручниками - да, а били сколько? - 45 - да… но не переживай, скоро это число возрастет. Он кивнул парню сзади и тот вышел. - Ты теперь понял, как она хороша в постели? Как шикарно быть внутри? Правда вот стонов ее даже я не слышал. Бэкхен зло улыбнулся, от чего отец быстро взглянул на покрасневшую меня. - ты… - быстро подошел вплотную и дал пощечину, а потом расстегнул и вынул ремень. - помнишь как я тебя наказывал? – он схватил меня за волосы и посмотрел в глаза. - старый педофил, а ты до мальчиков еще не дошел? – его глаза немного испугались и я засмеялась ему прямо в лицо, но как только он ударил меня в живот, с шипением замолчала. - ах ты шлюха! Вся в мать! Не зря я ей пулю в голову пустил! Тебе бы тоже надо! – он начал хлестать ремнем по оголенным участкам моего тела. Бэкхену уже давно засунул кляп в рот тот самый разносчик пиццы. Отец опять взял меня за волосы, но на этот раз я плюнула ему в лицо. - Сучка малолетняя, посмотрим как ты сейчас запоешь, - тут по моему телу прошелся разряд тока, я закричала. - ну разве не бальзам на душу. Мы обновили систему, теперь привязанных можно бить током, - еще удар, но более длинный. - может, хватит? – промямлил парень - молчи, хотя, ты прав, мы собрались здесь не для этого. – Он повернулся к Бэкхену зло смотрящему прямо в глаза. - уххх какие мы злые. Не надо было предавать меня Бэк, если хотел ее оттрахать, мог бы попросить это в качестве награды, но нет, ты решил что лучше сделать по-своему, ну вот, теперь сдохнешь. - не надо – бессильно промямлила девушка, роняя на пол слезы. - я буду делать все, что ты скажешь, но отпусти его. - опа, вот это уже интересно… продолжай. - отпусти его, молю тебя, делай со мной что захочешь, но не трогай его. - что, прям все? – Бэк неодобрительно мотал головой. - все… - понимаешь, все дело в том, что я могу его не убивать и делать с тобой все что захочу, а могу убить, и все равно делать все, что захочу. Ответ очевиден. Он умрет, но теперь, когда я узнал, что ты стонала, будучи его подстилкой, он умрет в подвале затраханым до смерти. И… Внезапный звук выстрела пронзил комнату…. Трясущиеся руки парня держали пистолет, а мужчина упал замертво. - я…я не позволю… - теперь слезы капали не только у Эмели но и у парня. - убил его… убил…- разносчик упал на колени и взялся за голову, но потом, видимо вспомнив, о заключенных подлетел к кровати и стал отстегивать Бэкхена, который как только его освободили помчался к любимой. - Эм! Эм, ты меня слышишь? - мммм… - все будет хорошо… - я отстегнул ее и взял на руки. - мы можем выйти, снаружи никого нет, я всех отозвал. - хорошо, первым делом вызывай скорую и полицию. - д…да. Я уже выходил из комнаты… - и еще, спасибо, хоть ты и сдал нас. - я не хотел, у него моя сестра. - теперь все будет хорошо… *** тихий голос Бэкхена поет мне в темноте, я открываю глаза… Меня несут по темному коридору, в неизвестном направлении. По запаху и голосу я определяю Бэкхена и вновь закрываю глаза… Тишина… Я так по ней скучала… нет ничего, кроме нее… мне жаль людей, которые работают на фабриках или вообще работают…Они так редко слушают тишину, так редко слушают дождь или просто тихий ропот мотора в машине… Так редко… - Эмели, Эми, солнце очнись. - м? - очнись дорогая, все кончилось… Я лежу в машине скорой помощи, Бэк рядом держит за руку. Посмотрев сквозь открытые двери я увидела мигалки и машины скорой, в которых ведут людей из здания, одних укутанных в одеяла или на носилках, других – с заведенными за спину руками. - тот парнишка убил твоего отца, мы вызвали скорую и полицию, теперь его лавочка прикрыта и песенка спета. - Нас могут арестовать за кражи… - не могут, они же не были у нас дома. Я сказал, что мы жертвы, ну, так оно и ест. Расскажешь просто все прокурору с самого начала и тебя отпустят. - а ты? - а я твой лучший друг - ладно… Я сжала его руку и он улыбнулся. - тело сильно болит? - ну так - извините, - к нам подошел полицейский. - городской прокурор Чхве Ли Янг, мне нужно задать вам пару вопросов. - только с ним, - быстро сказала девушка - хорошо… Ваше имя, фамилия, дата рождения и все, что вы знаете о том, что происходило в доме. Я рассказала ровно все, что знала и помнила, естественно опустив тот момент, что я воровка. - … и вот я здесь… - хорошо, теперь ваш рассказ, - Бэкхен тут же все рассказал так натурально, что даже я поверила, несмотря на то, что в тот момент, как его насиловали, он был в аптеке. - прекрасно… При необходимости, мы свяжемся с вами, а пока подпишите протокол… Спустя два месяца - Итак, в эфире новости! Сегодня, мы хотели бы хотели отблагодарить всех жертв и пленников публичного дома, в кругах известного как «замок», за то, что они пришли на открытие новой городской больницы. Здание было полностью переоборудовано и обогащено техникой для обследований и других медицинских операций. Наследница бывшего хозяина Алека Стокта, отдала все права на дом, и теперь, это государственное учреждение, будет служить приютом для всех больных. Специализация больницы широкая, от больных простудой, до удаления и лечения раковых заболеваний…. Телевизор выключился. - видишь, все хорошо. - да, ты был прав. Но, давай больше никогда не вернемся в тот город? - давай… После выписки из больницы, Бэкхен забрал у полиции наши паспорта и мы уехали в другой город. Он был не таким большим, но все же. Сейчас он работает учителем музыки в университете, а я преподаю историю там же. - у меня завтра сессия – тихо сказала я - будешь заваливать бедных студентов датами? -нет, он все знают. - ахаха, тебя всегда было приятно и интересно слушать. - не льсти мне, просто надо знать, как заинтересовать. - действительно… но, давай еще посидим вот так? - да… Парень сидел на диване в гостиной и гладил волосы своей любимой, так удобно устроившейся на его плече. А за окнами ночь, дождь и дребезжание вывесок. Они уже не борются, они тихо существуют…вместе.