Цикл "Пятнашки"

Как-то так негласно сложилось, что Джаза в ситуации, происходящие на базе, не посвящали, если это не касалось конкретно него. Впрочем, он и сам не особо интересовался, сторонясь большей части всех происшествий, если его не задевали и не надо было доказывать свою правоту кулаками. Да и на базе он бывал не так часто, не вылезая с многочисленных разведывательных миссий, поэтому и не обратил внимания на некоторую мрачную атмосферу. Айронхайд ему вполне дежурно нахамил на входе и дал по шлему за шутку: «Не обязательно называть желание полапать обыском», но дальнейшего развития конфликта не последовало, так что диверсант пожал плечами и отправился по привычному маршруту в кабинет тактика. Наличие проблемы стало очевидно с того момента, как разведчик переступил порог — у Проула над столом не висела голографическая карта, у Проула на столе лежала стопка неразобранных датападов, Проул не поздоровался и, кажется, не сразу заметил гостя. — Я не вовремя? Тактик не сразу переключился на осознание ситуации, но смог сосредоточиться за пару секунд, что ему потребовались на перекидывание процессорных мощностей на разговор. — Вовремя, более чем. У десептиконов новое изобретение. Выглядит, как луч, но при этом непонятно воздействует на трансформера. Еще как-то выборочно, — стратег на мгновение задумался, озвучивать ли детали, но решил уточнить, — никто из тех, кто попал под облучение, никак не пострадал, кроме Сайдсвайпа. Рэтчет его починил, но не знает, как исправить это: буквально у него на манипуляторах уходит штурмовик, и вместе с одним мы потеряем скорее всего сразу двух, — Проул позволил себе откинуться на спинку стула. Ситуация была более чем сложная: непонятное оружие, упаднические настроения с опасением отложенного действия луча. Мало того, Сайдсвайп грозил отправиться к Праймусу в ближайшие солциклы, так еще и Санстрикер не отходил от него ни на шаг, и вопрос, кому из них сейчас было хуже. Шлаковы близнецовые искры. Среди трансформеров такая связь считалась большой ценностью, но сейчас тактик бы никому не пожелал такого счастья. — Мне нужно больше данных об устройстве и объяснение, что оно делает, как можно быстрее. — Понял. Сколько времени у меня есть? — Нет совсем. Рэтчет не берется делать прогнозы. Сайдсвайп просто медленно угасает, хотя тяжелое ранение от выстрела ему исправили и… — Подожди, — Джаз внезапно перебил, — угасает? Беспричинно? И только он один? — Да, именно, — Проул бросил внимательный взгляд на задумчивого разведчика. — У меня есть одна идея. Возможно, не придется никуда ехать. Раньше ведь оружие десептиконов одинаково действовало или не действовало на всех. Надо кое-что проверить. — Я с тобой. Идем, — тактик легко поднялся с места и пошел следом за диверсантом, сопровождая в медблок и уже на месте понимая, насколько правильно сделал. Рэтчет был не рад их видеть. Честно говоря, он вообще никого не был рад видеть, особенно, когда в медблоке пусть и единственный, но сложный пациент, которому не помогал весь многоворновый опыт и мастерство медика. Впрочем, отказывать в помощи он, конечно, не собирался. Даром, что ворчал еще больше обычного. — Что у вас? — поинтересовался Рэтчет, оглядывая внешне вполне целых тактика и диверсанта. — У Джаза какая-то идея, — пояснил Проул, после чего взгляд строгого медбота вперился в разведчика. — Еще только диверсанты меня мою работу делать не учили, — сварливо отозвался на такое заявление медик. Впрочем, самого диверсанта это внезапно не смутило. — Надо заглянуть под камеру Искры, — невозмутимо сообщил Джаз. — Еще в Искре мне копаться не хватало! Он и так угасает. Любой перепад энергии может стать летальным! — возразил Рэтчет. — Мое дело предложить, — хмыкнул диверсант. — Я-то пойду в разведку и все разузнаю. Только вот оружие десептиконов вероятнее всего было бесполезным хламом и дело не в нем. — Ты что-то знаешь, — уверенно заявил медик, выжидающе глядя на Джаза. — Знаю, что в некоторых корпусах работа камеры искры страхуется с помощью небольшого кристалла, который под определенным углом преломляет какой-то там луч… — Какой еще луч и кристалл? — попытался перебить и уточнить Рэтчет, в голосовом потоке слышалось недоверие. — Я не медбот, не знаю терминов, — огрызнулся диверсант, — но знаю, что смещение этого кристалла при падении или выстреле может нарушить энергообмен камеры Искры. — То есть, я должен поверить, что какой-то разведчик разбирается в тонком строении корпусов и на этом основании рискнуть активом бота? — медик ткнул в сторону Джаза, но смотрел почему-то только на Проула. — Он и так угасает, — насмешливо отозвался разведчик, — даже при таком светиле ремонта и… Проул уже собирался вмешаться в назревающую ссору, но не успел, его неожиданно опередили: — Попробуйте. Все трое, как по команде, обернулись в сторону платформы, на которой лежал на системах поддержки алый корпус. Санстрикер стоял рядом и с трудно читаемым выражением лицевой смотрел на присутствующих, в полях колыхалось плохо сдерживаемое отчаяние с примесью страха — не за себя, за брата. — Попробуйте, — повторил желтый ламбо. — Если есть хотя бы шанс, есть смысл рискнуть. Это лучше бездействия. Тишина длилась буквально пару секунд, прежде чем ее нарушил Рэтчет: — Будешь моим лаборантом. — Может, ассистентом? — чуть насмешливо уточнил Джаз. — Нет, не заслужил пока. Диверсант бросил взгляд на тактика и, поняв, что тот его отстаивать не будет, делано безразлично кивнул. Санстрикера и Проула сразу отогнали, чтобы не мешали, усилили освещение, на помощь вызвали Персептора. Рэтчет следил за показателями активности Искры, Джаз старался как можно точнее описать локацию нужной детали, а ученый — осторожно ее найти, следуя указаниям, и сдержать радость, когда тот самый — по описанию — узел был найден. — Чувствуешь основу постамента? — Да, нижняя часть немного сдвинута, — подтвердил ученый. — Должно быть ровно, — отозвался Джаз. — Сдвинь. Ученый кивнул и осторожно сдвинул сегмент. По монитору у Рэтчета прошел скачок энергии и все показатели, указывавшие на угасание искры, резко изменили полярность, стремясь к привычным значениям. — Спасли, — удивленно констатировал медбот, оборачиваясь к Персептору, а затем к Проулу и Санстрикеру, — спасли! Желтый ламборджини сорвался, как по команде, подлетая к брату и очевидно ожидая включения, а Джаз направился к выходу, пока на радостях все к нему потеряли интерес, но был удержан за манипулятор Проулом. — Как ты узнал? Диверсант даже не стал скрываться. — У меня такое было. Меня спас нейтральный медик. Его уже нет онлайн. — Соболезную. — Не стоит. Он спас мне актив, я вернул ему долг. Мы не были близки. Джаз отвернулся и вышел из медблока. Продолжение история получила неожиданно через несколько солциклов в общей заправочной. Диверсант там задерживался редко, предпочитая не проводить время в шумной компании множества автоботов, многие из которых ему по-прежнему не доверяли, а то и вовсе норовили предъявить за какие-то грехи, поэтому, направляясь с кубом к себе, он не удивился, когда в центре зала его задержал Санстрикер. Ламбо и так славились дурным нравом, а уж с бывшим нейтралом и вовсе часто сцеплялись глоссами и не только. — Что надо? — диверсант уже был готов к драке, примериваясь, куда бить в первую очередь. Все присутствующие в ожидании смотрели на них, даже разговоры притихли в преддверии зрелища. — Я хочу извиниться перед тобой за все, — спокойно и достаточно громко, чтобы слышали все, сообщил Санстрикер, глядя в синий визор разведчика. Кто-то от удивления уронил куб. — И сказать спасибо за то, что ты спас жизнь моему брату. Я твой должник. Ламборджини чуть наклонил голову и шагнул в сторону, уступая дорогу. Джаз кивнул, принимая услышанное, и вышел, тоже явно будучи под впечатлением. Сидящий в стороне Проул только улыбнулся каким-то своим мыслям.