Azure Cat, или Больше никаких секретов

С минуту мы смотрим друг на друга, не в силах сдвинуться с места; мне кажется, я так и замерла с руками, поднятыми к голове, с приоткрытыми губами, с которых стекали капли хлорированной воды. Лука также не сводит с меня ярко-аквамариновых глаз, слегка прищуренных в недоумении. Ещё бы. Только что перед ним сама Леди Баг свалилась в бассейн, подняв фонтан брызг, — я даже видела продолговатые тёмные пятна капель воды, осевшие на его синей толстовке, — здесь определённо было чему поразиться. На его месте я бы не просто изображала вежливое недоумение, а звонила бы в полицию и жаловалась на незаконное проникновение на частную территорию. Полиция… Внезапно мысль о том, что как раз-таки нас с Нуаром и ищет полиция, резко поднимает меня на ноги. Я бросилась в сторону чёрных пик готической ограды, на деле слабо представляя, куда должна бежать, и безотчетно потянулась к лежащему на бедре йо-йо. — Постой! — проговорил Лука — что было странно — громким шепотом. Я тут же поражённо остановилась, на всякий случай не снимая кончиков пальцев с пятнистой поверхности йо-йо. — Постой, тебе туда нельзя!.. Лука низко наклонился сам, что довольно нелегко было при его росте, и жестом велел пригнуться мне. Времени на раздумья у меня не было. По кирпичной кремовой стене дома проскользнул свет фар, и вскоре по дороге проехал полицейский автомобиль с выключенными сиренами. Я вжалась в душистые сиреневые глицинии, ниспадающие целыми водопадами, поняв, что имел в виду Лука. Значит, как я и полагала, он считает, что я причастна к угону «Мерседеса». Однако тот огромный кредит доверия, что мы заработали с Нуаром, ещё будучи образцовыми супергероями, не позволил ему просто взять и сдать нас властям. Я хмуро перевела на него взгляд. В душе у меня будто что-то неприятно смёрзлось. Было нечто невероятно унизительное в том, чтобы прятаться по кустам, будучи героиней, борющейся с преступностью. Когда машина скрылась за поворотом, я, слегка вскинув голову, сказала с надменностью, которой и сама за собой не подозревала: — Благодарю. Однако я со всем в состоянии справиться сама. — И вновь гордо направилась в сторону ограды, дрожа не столько от холода и голода, сколько от клокочущей обиды, от которой прямо-таки покалывало в горле. Нет, ярости-и-обиды: и была она в сто раз хуже и разрушительнее обиды обыкновенной. Дойдя до ограды, расчерчивающей улицу за собой на ровные вертикальные полосы, я зачем-то уточнила, слегка понизив тон: — И я не угоняла тот автомобиль. Мне вдруг показалось, что эти слова звучат до невероятия детскими: настолько, что мне даже сделалось стыдно. «Я не угоняла тот автомобиль». Прекрасно. Лука наверняка сейчас надменно приподнимет бровь и скажет именно это. Если, конечно, не изобретёт нечто пообиднее: всё-таки сегодняшняя перепалка с Адрианом показала, что за словом в карман он не лезет. Однако Лука Куфен, с шорохом поднимаясь с мраморных ступеней, произнёс веско и серьёзно: — Я знаю. Все мы знаем. …Он, видимо, шутит. Я грустно усмехнулась, чувствуя, что из глаз у меня сейчас хлынут слёзы пресловутой ярости-и-обиды. — Да? Но мы с Нуаром повсюду вместе. Как знать, возможно, я отключала камеры, пока он разбирался с машиной? — я резко повернулась. — Разве людям не нужны доказательства моей невиновности? — Доказательства? — переспросил Лука. Неожиданно он слитным движением расстегнул свою синюю байку — и накинул на мои подрагивающие плечи. Я поражённо взглянула на него. Тогда я даже сама не заметила, как меня начала колотить дрожь. — Твоих слов будет вполне достаточно. По телу вновь прокатилась мелкая дрожь; вот только она уже не имела никакого отношения к холодному ветру. Вот оно. Утешение, которое омыло душу, будто бальзам. Он верит мне, даже когда я сама не могу этого сделать. Подняв руку, я утёрла слёзы рукавом, пахнущими его духами: ночной свежестью, лемонграссом и бергамотом. Этот аромат у меня всегда ассоциировался с ним. — Наверное, так думаешь только ты… Лука. Внезапно он насторожился. — Откуда ты знаешь, как меня зовут? Я слабо улыбнулась, отнимая от лица ткань рукава. Слёзы размягчили меня, и я перестала следить за своей речью, хоть и знала, что временами порываюсь использовать имена знакомых людей в обличии Леди Баг. Вот же глупая!.. — Ты… ты тот парень, который защищал девушку вчера во время битвы с акуманизированным фотографом. Она кричала твоё имя… Я запомнила. Лука пристально взглянул на меня. Я торопливо опустила взгляд на идеально выстриженный газон. — Вот как, — с запинкой выговорил он. Я очень боялась, что он заглянул мне в глаза и смог разглядеть в них Маринетт. Но неожиданно он сказал: — Подожди, у тебя рана… Вот здесь. — Он коснулся своей ключицы и провёл длинными пальцами до самого локтя. Я вздрогнула от ужаса, взглянув туда, где он показал. Тонкими струйками по руке стекала кровь, смешиваясь с водой. Видимо, полоснуло ветками, когда порвалась нить йо-йо. Меня одолевает голод и усталость, у меня нет даже сил почувствовать боль или посетовать на разорванный костюм. Но всё-таки я нахожу в себе волю выговорить, еле ворочая языком: — Мне нужно идти. — Постой, — спокойно говорит Лука… и безо всяких колебаний рвёт свою футболку. Я безучастно смотрю на то, как оно перевязывает мне руку. — Мне кажется, ты как-то слишком расточительно обходишься с красивой одеждой, — со слабой улыбкой произношу я. Лука удивлённо приподнял брови. — Пускай об этом заботятся люди, самое красивое в которых — это их одежда. Сказано это было таким тоном, что даже тогда я поняла, что это он об Адриане. Я едва не начала горячо возражать ему, но вовремя прикусила язык: ведь Леди Баг ничего не знает об Агресте-младшем. Мне неприятно было смотреть на то, как белоснежная ткань футболки напитывается кровью, поэтому я перевела взгляд на строение позади нас в ультрамодерновом стиле. Бассейны, яркие лампочки, фигурно выстриженные кусты, стеклянные окна во всю стену и все дела… Видимо, здесь живут очень богатые люди. — Какой красивый дом, — со вздохом чего-то вроде зависти произнесла я. — Спасибо, — ответил он, не поднимая глаз от перевязки. — С недавних пор я живу здесь на последнем этаже, оттуда открывается потрясающий вид на Париж. Мне… нравится писать музыку вдали от суеты. Как ни странно, лучшие песни для людей пишутся там, где людей нет совсем. Он закончил перевязывать мне руку. Опустил изрядно намокший рукав на место. Я несколько раз согнула её в локте, невольно отмечая, что Лука был очень аккуратен. — На последнем этаже… Если подумать, это идеальный дом для супергероя. Куфен снова смерил меня продолжительным взглядом. Я зарделась. Вот, опять. Знаю его имя, живу на последнем этаже… Что ещё интересного я ему сегодня сболтну? Однако он пожал плечами. — Наверное. — Он снова коснулся локтя своими длинными пальцами, и по рукам словно заструился электрический ток. — Похоже, у тебя останется шрам. — Едва ли существуют вещи, которые проходят бесследно. Он отвёл взгляд. Я заметила, что он слегка поджал губы, будто вспомнил о чём-то неприятном. — Это точно. Мы одновременно, не сговариваясь, встали. Затем расслабленно рассмеялись. Сказать по правде, у меня закралась мысль, что Лука может быть Котом Нуаром: я привыкла искать его во всех знакомых парнях. Но нет. Добиться с ним синхронности было не легче, чем всасывать пудинг через трубочку. Лука Куфен не был Котом Нуаром — это точно. С осознанием этого один из узлов в моей груди будто бы ослаб. — Там, наверху, — указала я на одну из веток, — забился чёрный котёнок. — Я грустно усмехнулась, покачав головой. — У меня не получилось его снять. Удивительно, как тяжело мне даются даже самые простые вещи, когда я одна. На самом деле, я немного слукавила. Я и раньше многое делала в одиночку, окрылённая тем, что мне поможет Нуар, если я не справлюсь. Это всё равно что быть канатоходкой с надёжной страховкой снизу: пользоваться поддержкой я не собиралась, но её наличие меня ободряло. А теперь нет ни поддержки, ни Нуара. Я мимоходом взглянула на свой молчащий телефон. Я одна… Одна. Даже звучало это отвратительно. — Побереги руку, — проговорил Лука. Я едва успела вынырнуть из своих рассуждений. — Ч-что?.. Лука встал на мраморный поребрик, затем поставил ногу на одну из перекладин готической ограды и с удивительной лёгкостью забрался на дерево. Я моргнула. Произошло это в считанные секунды – и через минуту мурчащий котёнок Брауни был уже в его загорелых руках. — Вот видишь, — сказал Лука, — некоторые вещи можно совершать и без суперспособностей. Я ещё раз внимательно посмотрела на его красивое лицо с оливковой кожей и высокими скулами. И впервые задумалась: а что было бы, если бы они у него были?.. Уголки губ Луки слегка приподнялись, когда он заметил мой пристальный взгляд. Он по привычке отвел за ухо прядь волос с голубыми кончиками, но, как и всегда, надолго они там не задержались. — Что? — Просто, — задумчиво ответила я, — всё не так, как мне сначала показалось.