Azure Cat, или Больше никаких секретов

Когда мы вышли из школы, всё вокруг было золотисто-желтым, а не нежно-лимонным, как обычно бывает по утрам; близился закат. Я чувствовала себя как никогда разбитой — и, несмотря на дикую игру в баскетбол (выиграла, что характерно, команда Нино, а не Адриана Агреста), к ноющим мышцам это имело мало отношения. Я подставила ветру лицо и прикрыла глаза в надежде, что мои догадки насчет Луки и проблемы с Нуаром (точнее, с отсутствием Нуара) унесет вместе со следующим порывом ветра. Но его не было. По четвергам мы с Альей ходили домой через парк, и, хоть это и значило для меня сделать знатный и глубоко необязательный крюк по пути в пекарню, я не отлынивала от нашей традиции, к тому же мы всегда с ней находили, о чем поболтать: от возможности жизни после смерти до новой стрижки учительницы по химии. Но с друзьями надо гулять даже когда не хочется. Поэтому, ступив на вьющуюся среди пышной растительности песочную дорожку, мелко зашуршавшую под подошвами, я понадеялась, что все возможные темы мы уже перебрали за обедом. Алья показала на вывеску вдали своим наманикюренным ногтем. — Эй, Мари, может, возьмем по большой картошке фри и стакану колы? В честь того, что этот ужасный день закончился. — Подруга ободряюще улыбнулась. Я хмуро уставилась на нее. Внезапно ее нечесаные рыжеватые волосы и походка вприпрыжку начали меня раздражать. — Я не ем всего этого с семи лет, — ответила я с грубостью, которой и сама от себя не ожидала, однако меня было уже не остановить. — И тебе того же советую! Алья остановилась как ударенная под раскидистым буком. Улыбка исчезла, будто выключили лампочку. — Ой, Алья… То есть… Я не то хотела сказать… — Ну вот, а сказала именно это, — с раздражением ответила Алья. Эта девушка никому не позволяла насмехаться над ней, и уже это заставляло ею восхищаться. — И, позволь заметить, во всех этих склоках я оберегаю тебя. Поэтому весьма любезно с твоей стороны было бы перестать на меня срываться. — Алья, извини, — с искренним сожалением проговорила я. — Просто… это всё так меня расстраивает. — Ничего, я прощаю, — с достоинством ответила подруга, и мы двинулись дальше. Атмосфера вокруг нас значительно потеплела. — Погоди, что именно тебя расстраивает? Что вчера любовь всей твоей жизни тебя поцеловала? Или что он расплатился за тебя в кафе сегодня? — с долей сарказма в голосе спросила Алья. — Алья, ты и сама понимаешь, что не так со всеми этими знаками внимания, — со вздохом ответила я и подняла глаза. Между кронами деревьев проглядывали оранжевые клочки неба, будто абрикосовая начинка в пироге. Я неожиданно для себя поняла, что даже в обличии Леди Баг очень редко на него смотрю. — Я давно тебе говорю, что Адриан, — традиционный вздох, — Агрест — худшая в мире идея. Он и мизинца твоего не стоит. Что бы не говорили все те девицы, которые побывали в его постели! — припечатала Алья, заметив, что я порываюсь ей возразить. Я пожала плечами. — Ну, он не такой уж и придурок, его просто узнать поближе нужно. Брови Альи медленно поползли вверх. — Это какой-то стокгольмский синдром в миниатюре, честное слово! Маринетт, ты позволяешь ему уже год вести себя как придурок. С чего ты взяла, что внутри он лучше? …Я не знала, что ей ответить. — Почему ты раньше никогда не говорила мне этого? — задумчиво спросила я. Вдали уже блестела бьющая в небо струя фонтана. — Просто мне нравилось видеть тебя счастливой, — бесхитростно ответила Алья. — А тут на горизонте появился Лука, и необходимость в культивировании твоей влюбленности в Адриана отпала. Мне почему-то казалось, что в последний год у тебя было мало поводов для радости. — При упоминании имени Луки в груди будто что-то сладко подпрыгнуло. Алья немного помолчала, сложив слегка пухлые ладошки с выражением на лице: «Слава-богу-Куфен-перешел-в-нашу-школу». — Знаешь, я даже рада, что в твоем случае всё это прошло достаточно… безболезненно. Ведь розовые очки бьются стеклами внутрь, — философски закончила она, пронизывая влажный — куда более влажный, чем у школы, — воздух несокрушимым пальчиком. Я безо всякого выражения на нее взглянула. — С ним тоже всё не так чисто. — А мне кажется, что-то в этой истории очевидно не так, — убежденно ответила Алья, будто детектив, расследующий запутанное дело. Мы прошли мимо скамейки в тени азалии, когда кто-то нас окликнул. Мы обернулись. По аллее с фонарями, сейчас не горящими, бежал Нино Лейф, размахивая над головой кепкой, будто белым флагом. — Я думал, погрешность в пару километров бывает только у баллистических ракет, — отдышавшись, сказал он, выразительно взглянув на Алью. Подруга прикрыла ладонью рот. — Черт, я совсем забыла, что мы договаривалась встретиться в «Империи видеоигр» в половине шестого!.. Нино — симпатичный мулат с янтарными глазами — притянул Алью к себе и с обожанием воззрился на девушку. — Пару поцелуев — и, уверяю, мы забудем об этом маленьком недоразумении… Алья мягко отстранила его, хоть и было видно, что ей этого совсем не хотелось делать. — Маринетт… Я чувствовала себя виноватой перед ней, поэтому посчитала себя просто обязанной ее отпустить. — Всё нормально. Хорошего вечера! Получив поцелуй в щечку от Альи и дружеский хлопок по плечу от Нино, я продолжила путь одна. И тут… снова увидела Луку, стоящего у фонтана вместе с кем-то из других старшеклассников. Здесь многие проводили время после уроков, к тому же у фургончика с мороженым рядом с парком был свой вай-фай. Я замедлила шаг. Надо же, просто стоит и беззаботно шутит, будто ничего и не сделал. Удивительно. Подняв голову, я гордо прошествовала мимо Куфена. И через пару секунд вдруг услышала за спиной звонкий плеск и пару удивленных возгласов. — Что ты, черт побери, делаешь?! Я резко обернулась, напряженно приоткрыв губы. Лука Куфен встал с мраморного дна фонтана, мокрый до нитки, и с угрожающим прищуром глядел на невесть откуда материализовавшегося Агреста, опирающегося одной ногой о фонтан. Он был до страшного сердит. Настоящая блондинистая грозовая туча. — Это ты сделал, — твердо сказал он. Лука замер. Его глаза, обычно топазовые, потемнели до темно-синих. — Не имею ни малейшего понятия, о чем ты, — с раздражением ответил он. С его темных волос стекала вода, мелкой рябью ударявшаяся о сверкающую спокойную гладь. Белая футболка облепила тренированное тело, будто вторая кожа. «Гм. Ну и кто тут модель?» — невольно подумала я, переводя взгляд с Луки на довольно худого для своего возраста Адриана. Судя по шепоткам собравшихся полукружком школьниц, они думали точно так же. Лука мог позволить себе выглядеть невозмутимым. Всё в нем опять было достойно восхищения: и внешность, и поступки. В отличие от кое-кого, с разочарованием подумала я. Агрест моргнул. — Не притворяйся, Куфен, ладно? Больше некому, — с обычной своей помпой сказал Адриан, хоть уже и не так уверенно. Затем поднял с газона рюкзак и бросил через плечо: — Ты еще пожалеешь, Лука. Дойдя до поджидавших его Хлои и Кима, он скрылся за оградой. Лука перешагнул мраморный бортик фонтана, и к нему тут же подскочили пару учеников, которых я иногда видела в нашей школе. Мне тоже было что спросить, и, сама не заметив, я оказалась практически вплотную прижатой к нему. Кто-то второпях протянул Луке сложенную футболку. — Спасибо, — ответил он. — Но должен поблагодарить Агреста, ведь именно из-за него я вечно готов к любой фигне. — Он ослепительно улыбнулся и с этими словами вынул из сумки полотенце. Он оперся спиной о мотоцикл, выглядя максимально отстраненно. Старшеклассницы, уразумев, что ловить им здесь больше нечего, вскоре ушли. — То есть… это не ты? Я робко подошла к нему. Лука посмотрел на меня так, словно бы ожидал здесь увидеть. Его оливковая кожа красиво подсвечивалась оранжевым солнцем. — Может, потрудишься объяснить, в чем дело? — спокойно спросил он. Его глаза мне улыбались. …И я рассказала ему всё. — Ох, жаль я его лица в тот момент не видел, — мгновенно «посочувствовал» Адриану Лука. Я расслабленно рассмеялась — по-настоящему расслабленно. Не могу объяснить, но мне безумно важно было знать о том, на что способен Лука Куфен. — Это не я, Маринетт. Неважно, что он делает, — важно только то, какой я. Ведь тем самым я бы опустил себя до его уровня. Верно? — Я рассеянно кивнула, и тут он совершенно безо всякого перехода спросил: — Подвезти? Я украдкой взглянула на его черный мотоцикл, стараясь не выдавать своего энтузиазма по поводу возможности проехаться с Лукой Куфеном по вечернему Парижу. — Да ладно, мне же совсем рядом, — ответила я, кивнув на булочную. В ней уже зажглись лампочки, подсвечивающие маффины и торты на витринах. Он пнул кик-стартер, и мотор грозно заревел. — Странно, что ты поверила мне сразу, — перекричал он шум двигателя и проезжающих мимо машин. На что я, перебежав дорогу к пекарне, ответила, сложив руки рупором: — Для меня твоих слов вполне достаточно!.. Улыбнувшись, Лука надел шлем. Но даже с другой стороны дороги мне было видно, как на какую-то долю секунды удивленно расширились его глаза.