Метр девяносто пять

В поликлинике пришлось провести времени чуть больше, чем предполагал молодой человек, но справка, наконец, была у него в кармане. В школе, к удивлению, Чернова совсем ничего не поменялось за неделю его отсутствия. Разве что классы помладше уже начинали обмениваться подарками, купленными на деньги родителей. Все было более чем спокойно. На занятиях уже мало кто старался работать, и все больше уроков становились свободными. На геометрии они работали в паре с Лешей. В голове Жени промелькнула мысль, что Анисимов, наконец, перестал его избегать. Но общаться, и даже здороваться не стремился. Самому Чернову не сильно нужны были его извинения, но, казалось, он почувствовал фантомную боль в боку. Одна из девушек приглашала всех к себе домой отмечать Новый год. Естественно, родителей там быть не должно было, но зато алкоголя было хоть отбавляй. Приглашения получили все, хотя придет к ней меньше половины. Соня отказалась сразу, аргументируя это тем, что семейный праздник она хочет отметить дома. Юля светилась от счастья, когда Леша предложил составить ему компанию на данном мероприятии. Они опять столкнулись по пути в гардероб в то же самое время, что и в тот раз. Чернов прошел мимо, грубо задев одноклассника плечом. Лешу это повеселило, но вида он не подал. — «Забавный он». Справку Женя так и не отдал, а потому скомкал маленький листочек и засунул его в карман. Отдаст позже. На улице перестал хлопьями падать снег. Около школы стоял снеговик, а дети собирали с машин белое покрывало. Дышалось, на удивление, легко. Женя все чаще добирался до дома по длинным дорогам, а оказываясь, наконец, в теплой квартире старался как можно быстрее надеть на себя теплую одежду. Он все чаще ходил дома без очков. Позже он сообщил матери, что Новый год отметит в компании друзей. Ей не нужно было знать, что он идет на какую-то вписку с литрами алкоголя и возможными оргиями. Его мама никогда не запрещала ему проводить время с одноклассниками, а потому охотно согласилась отпустить сына, если он поможет ей подготовить квартиру к празднику. Леша разрешения спрашивать даже не стал – поставил перед фактом. Все домашние давно привыкли к такому поведению парня, хотя и недовольство скрывали плохо. Полина всегда расстраивалась, когда такое происходило. Она вообще была, возможно, единственной беспокоящейся о нем. Анисимов обещал положить ей под кровать подарок, а девушка пообещала не открывать до Нового года. Юля успела рассказать всем подружкам о предстоящей вечеринке. С каждым часом о свободной квартире близ центра города узнавало все больше людей. Похоже, именно так компенсируется небольшое количество планирующих прийти одноклассников. Спальных мест, естественно, будет совсем немного, но кого это волнует? Девушка все строчила сообщения своему парню. Она, казалось, находилась в полнейшем восторге. Возможно, потому что никогда не участвовала в подобном. Возможно, потому что думала, что сможет уединиться с Алексеем в одной из комнат, если их вообще будет больше одной. Присутствие других людей, малознакомых людей, ее совсем не пугало, но слегка неуютно она чувствовала себя уже сейчас. Ее легко было назвать слишком стеснительной девушкой, но общение с Анисимовым явно пошло ей на пользу, если так можно сказать. Она становилась более бойкой, чувствуя, что молодой человек защитит ее в любой ситуации. Юля совсем не думала, что подобное может закончиться, но кто вообще любит думать о плохом? Женя решил закончить с украшениями и гирляндами пораньше. Последняя неделя в школе и полная свобода на следующие две недели. Это определенно придавало немного сил. Ровно столько, сколько нужно, чтобы не отъехать за оставшиеся пять дней. Соня добралась до дома уже ближе к вечеру. Девушка устало повернула ключ в замочной скважине. В квартире пахло имбирным печеньем. Не один Чернов с трепетом ждал Нового года и не один он увлеченно украшал квартиру. Девушка выпила большую кружку согревающего чая, надела самые свои теплые носочки и принялась искать на полках коробки с гирляндами и шарами. Светящаяся лента уже украшала изголовье ее кровати. В пятницу в расписании было всего три урока и классный час, на котором все, наконец-то, узнают свои оценки и получат что-то сладкое от родительского комитета, гордо называемого Дедом Морозом. Ксения Федоровна включила детям фильм о недавних физических открытиях и занялась своими делами. Как впрочем, и все присутствующие. Женя никогда не чувствовал себя одиноким, находясь в школе, но поймал себя на мысли, что слегка ревнует, когда Соня садится не с ним, а с подругой. Хотя она продолжала поворачиваться к нему и что-то рисовать в тетради. Никогда они не были слишком близки, но друзьями стать успели. Чернов впервые задумался о том, что будет после школы. Будет ли он скучать по тем, кто сейчас сидит, уткнувшись носом в телефон? А по тем, кто не единожды прятал его куртку в гардеробе? Или по тем, кто пару лет назад украл его кошелек, хотя он до сих пор не был уверен, что это произошло в школе? Тем не менее, молодой человек осознавал, что будет скучать. Точно будет. Он осмотрел свой класс. Пара бугаев во главе с Анисимовым смеялась над чем-то, увиденным на экране телефона. Пара девочек смотрела фильм на интерактивной доске. Многие же просто разговаривали и обсуждали планы на каникулы. Кому-то предстояла встреча с репетиторами. Урок длился необычайно долго. А потому, как только прозвенел спасительный звонок, все спешно собрали вещи и, не обратив внимания на домашнее задание на каникулы, записанное на доске, и вышли из кабинета. Младших классов в школе уже не было, от чего коридоры казались пустыми. На школьную форму теперь наплевал не только Анисимов. Учителя уже не сильно обращали внимание на то, в чем ходят старшеклассники. На Соне были разные носки. И хотя уроков было мало, многие преподаватели оставались в школе допоздна, а значит, дополнительные занятия все же были, хотя и посещали их не все. На свой урок Игорь Алексеевич снова опоздал, что уже никого не удивило – пятнадцать минут после звонка подростки просто просидели вдоль стены, пока учитель не пришел в спешке и не открыл кабинет единственным ключом. На самом уроке ничего особо не поменялось. Большое количество свободного времени некоторых порядком раздражало, ведь они могли поспать дома или же готовиться к экзаменам, не тратя времени впустую. Своими полугодовыми оценками Женя остался вполне доволен. Одиннадцатиклассники минут пятнадцать слушали наставления от классной руководительницы. Не обошлось без разговора про безопасное использование петард и фейерверков. Становилось скучно. Анисимов рассматривал ледяной узор на окнах. Хотелось скорее уйти домой и, наконец, вздохнуть спокойно. Он не сильно любил праздники, хотя это и было лишней возможностью уйти из дома. А если не получалось, то всегда можно было закрыться в своей комнате. У Леши не было никаких проблем с родителями, чтобы он мечтал поскорее покинуть родные стены, едва переступив порог дома. Просто он осознавал, что семья совсем не хотела видеть его таким: безответственным и грубым, хоть и совсем не дураком. Анисимов «очнулся», когда девушки, сидящие впереди него, начали собирать сумки. В одну из них не влезала подаренная коробка конфет. Молодой человек планировал остаться на дополнительные занятия, хоть и успел вымотаться за эти несколько часов. В итоге, вместо часа дня Анисимов закончил в четыре. Теперь уже окончательно уставший он плелся по коридорам, медленно спускался по лестнице. У Сони закончился очередной урок английского, и, несмотря на это, девушка была полна сил. Пора было возвращаться домой. Около парадной лестницы одиннадцатиклассница увидела, как два молодых человека оживленно о чем-то беседуют. Тот, что повыше, даже улыбнулся. Спустя минуту оба отправились в сторону гардероба, дабы, наконец, собраться и пойти домой. Соня последовала примеру молодых людей и, спешно обматывая вокруг шеи длинный шарф, вышла из здания школы. Снежинки подали на макушку и оставались красиво лежать на волосах. На тротуаре было легко поскользнуться – последними убирали лед ученики старших классов на одном из свободных уроков на прошлой неделе. Уже дома Чернов вспомнил школьный разговор. У Анисимова явно было хорошее настроение. Он спросил: «И тебя мамка отпустила что ли»? Рассмеялся и похлопал по плечу.