Метр девяносто пять

Зимние каникулы закончились, казалось, даже не начавшись. Чернов успел лишь еще раз пересечься с Ритой и заболеть. Молодой человек скорее бы подумал, что с температурой может слечь одноклассница, гуляющая в мороз в короткой юбке и не слишком теплых колготках. Но сидеть дома и вновь пить таблетки умудрился именно он. Навестить Анисимова Женя так и не удосужился, а потому шарф теперь обвивал шею одноклассника. И случалось это, не только когда Леша находился на улице. Январь выдался холодным, и даже батареи не всегда могли согреть еще украшенные новогодней атрибутикой квартиры. Анисимов все чаще надевал любимую старую толстовку и укутывался в одеяло, не забывая заранее заварить чай. Курить хотелось невыносимо, но высовывать нос из теплого кокона парень будет в последнюю очередь. Он не мог вспомнить момент, когда стал ходить по дому в шарфе Чернова, но теперь это успело стать привычкой. Шерстяная материя с легкостью отдавала Леше уют и тепло, пока все обитатели квартиры стремились надеть на себя все больше одежды. Их с Женей общение продолжалось, а поток сообщений увеличивался с каждым днем. Оба парня считали такое сближение более чем странным, но почти мгновенно отгоняли от себя негативные мысли, возвращаясь к виртуальным разговорам. Вряд ли Анисимов мог когда-то посчитать Чернова интересным. Он упорно заставлял себя думать, что и сейчас так не считает, но замечал, что диалоги между ними никогда не обременяли. Все шло легко и непринужденно. Молодые люди не желали друг другу ни спокойно ночи, ни доброго утра. Им не нужно было общаться двадцать четыре часа в сутки и не нужно было делиться чем-то сокровенным. Чернов никогда не настаивал на встречи и не возмущался, если Анисимова долго не было в сети. Никто не пытался лечить Лешу от никотиновой зависимости и не пытался пристыдить за образ жизни, который он ведет. Им было интересно вместе, но они совершенно точно могли друг без друга. Анисимов, наконец, чувствовал свободу. Чернов буквально подскочил на месте, когда парень проявил желание навестить его. — «Каким же нужно быть неудачником, чтобы болеть в каникулы», — написал Леша, едва узнав о состоянии одноклассника, — «Как же это на тебя похоже». — «Сам дома не меньше моего сидишь». Довольный своим ответом Чернов принялся поглощать лекарство одно за другим, не сильно обращая внимания, на то, что собеседник явно что-то строчил. Женя действительно чувствовал себя хуже, чем в прошлый раз перед каникулами. Температура все так же не хотела падать ниже тридцати девяти, а тело дрожало от холода. Парень старался больше спать, но получалось это у него через раз, отчего он чувствовал себя еще более разбитым. — «Так и манишь, черт возьми», — Чернов поперхнулся, — «Хочешь, приеду? Привезу тебе апельсинчиков и пару бутылок пива. Как тебе?» — «Сядь на свои бутылки и отъебись)». Женя упал лицом в подушку. Болезнь заставляла чувствовать себя уставшим, но парень отчего-то в голос засмеялся. Анисимов проявляет заботу. Холст. Масло. — «Я вполне серьезно. Пиши, куда ехать». Чернова прорвало на новый приступ смеха. — «Я тронут, но иди нахуй». Парень вышел из социальной сети и готов был уже с видом мученика ложиться спать, но теперь его атаковала смс-ка. Женя нехотя снял блокировку, дабы посмотреть, кто еще решил его приободрить. «И почему моя принцесса ругается, вместо того, чтобы идти спать?» Одиннадцатиклассник еще никогда не чувствовал такого смущения. Или даже стыда. Наспех ответив своему не слишком культурному собеседнику, Чернов отвернулся к стенке. — «Какая я тебе принцесса?!» — «Задело за живое?», — с улыбкой подумал Анисимов, но отвечать не стал. Его все больше забавляло поведение одноклассника. Он то не реагировал ни на что, то краснел, как Соня, при любом удобном и неудобном случае. Спустя какое-то время, возможно, Леша сможет называть Чернова приятелем, а может даже и другом. Его невероятно сильно тянуло к молодому человеку, но он продолжал упорно отказываться верить, что парни связаны судьбой. Они могут стать близкими друзьями, но точно не больше. Большего Анисимову и не хотелось. Юля продолжала напоминать о себе. Теперь уже менее раздражающе, но порой все равно слишком часто. За время зимних каникул они пару раз встречались у нее дома, пока родителей не было поблизости. Все обычно начиналось с теплых объятий и не слишком содержательного диалога, а заканчивалось в постели девушки. Подавляющее большинство времени же Леша проводил с друзьями, шатаясь по улицам. У них было достаточно тем для разговора и еще больше мест, где можно было неплохо провести время всей компанией. Но перед школой все же больше хотелось побыть одному в теплой постели, не думая о том, где гулять, чтобы снег не летел в лицо и где купить еще пачку сигарет. Вся семья была дома, но за время новогодних каникул никто не лез с нравоучениями или замечаниями, что не могло не радовать парня. Предъявы в свой адрес он еще успеет услышать. Анисимов удивился, как не заболел сам, столько времени проводя на улице. Он не стремился надевать на себя самые теплые вещи, а лишь накидывал на себя то, что первым находил в шкафу. Парень редко когда мог свалиться с высокой температурой, а обычная простуда и вовсе ни разу не беспокоила за многие годы. Однако болезнь Жени заставила его поволноваться. —Ты не заболел?— заглядывая к брату в комнату, спросила Полина. — Еще не успел, — коротко ответил парень. — Влюбился?