sulay stuff

в одно утро чунмён просыпается с отвратительным чувством в груди, — что-то явно пошло не так. ощущения не подвели — ближе к завтраку ему сообщили, что его информатора убили. чёрт знает, как, но это произошло. а ещё это значит, что нужно увеличить количество охраны тем, кто несёт огромную ценность для семьи. и просто жизненно необходимо было искать замену убитому, потому что без извещателя не получится доставлять наркотики без проблем. уже к двенадцати часам дня ему приводят того самого человека который ему был необходим — новый осведомитель. им являлся симпатичный юноша, лет так двадцати с лишним на вид, с выжженными добела волосами и вечно гуляющий в огромных свитерах. звали пацанёнка чжан исин, носящий также кличку лэй, и он был известен тем, что однажды взломал президентский, — корейский, между прочим, — компьютер, находясь при этом у себя на родине — в китае. разница в языке его вообще не смутила, кажется, но это было только к лучшему, а ещё парень случайно снёс чью-то поставку травы в пекин, пока в очередной раз ломал интернет-сервера, и это окончательно убедило кима взять мальчишку. да и старик чхве не мог его обмануть, по крайней мере, мужчине так казалось. на деле же исин являлся подставной крысой, посланником из другой группировки, желающей сместить сухо с места короля кореи и китая, посему он сейчас тут, на территории белой семьи. дискомфорт, конечно же, он испытывал, но с ним хотя бы разговаривали на родном языке, что уже облегчало жизнь. нельзя сказать, что за последующие семь месяцев дела мёна как-либо ухудшились, наоборот, даже стали идти в гору. это не могло не выводить из себя синюю семью, ведь они для чего послали своего лучшего наводчика? правильно, для того, чтобы тот заживо похоронил отвратительно-успешного кима, который стал только увереннее себя чувствовать. а вот дела синих заметно пошли вниз. буквально пару дней назад кто-то тормознул крупную партию кокаина, отправив весь груз обратно; десятки килограмм пропали по щелчку пальца. это всего лишь исин постарался, на самом-то деле. безусловно, блондин помнил о том, что его просили загнать статного брюнета в могилу или хотя бы опустить на колени. о да, лэй опускал его на колени, но не сказать, что специально, скорее чунмён делал это добровольно, — для взаимного удовольствия, не более. никакой смертью тут и пахнуть не могло. просто чжан втрескался, как глупый маленький ребенок в новую игрушку, а ким ничем не отличился. магазинные большие свитера исина заменились чужими, теми, в которых сухо ходил крайне редко, но крайне обожал любоваться на парня в своих вещах, пропитанных любимой туалетной водой. чунмён изначально подозревал что-то неладное, ведь младший знал буквально каждую поставку и каждое важное событие главной вражеской семьи, и в один день он прямо спросил: — ты ведь посланник из синих, я прав? — голос абсолютно спокоен, ни одна мышца не дрожит, а чашка с остывшим американо, прямо как лэй и любит, дальше твёрдо держалась. — да, ты прав, мён, но ты же прекрасно видишь, как я удачно их хороню, — китаец также расслаблен, ведь точно знает, что мужчина ничего ему не сделает. — конечно, я это вижу. только вопрос — зачем? это же предательство, не думал? тебя ведь могут и убить за это, когда вернёшься, — брюнет смотрит в окно, изредка делая глотки горького напитка. — а ты разве позволишь мне вернуться, даже если бы я горел желанием? — бровь парня в огромном свитере слегка дёргается вверх, а сам он сжимается на большом кресле от сквозняка. ким тут же встаёт и закрывает форточку свободной рукой, замечая движения младшего. — и то верно, — сухо ставит кружку на стол и поворачивается к собеседнику, глядя прямо в тёмные омуты, — тогда предлагаю тебе ещё месяца так два поиграть с ними и затем избавить этот мир от синей семьи. как ты на это смотришь? — красивое мужское лицо озаряет ухмылка, а во взгляде черти чуть ли пляшут вальс. — абсолютно точно буду рад сделать это, мён-гэ, — он встаёт с кресла и направляется к выходу, поправляя высокий воротник у свитера, стараясь закрыть несколько свежих засосов, — какой же ким собственник; будто бы кто-то позарился на тихого информатора. — в таком случае завтра же приступай к выполнению, детка, — старший внезапно оказывается за чужой хрупкой спиной, дыша прямо в оголённую шею, оттянув ворот. вдыхает чужой аромат, смешанный со своим. — да хоть сейчас, мённи, — произносит блондин напоследок перед тем, как поцеловать своего босса папочку и выйти из кабинета прочь, после держа курс в свою небольшую комнату с сотней компьютеров в ней. через два месяца и четыре дня синюю семью расстреливают прямо в их особняке во время переговоров с красной семьёй, которая договорилась на сотрудничество с чунмёном. всё идёт как нельзя лучше.