Город-тюрьма

Тсуна спал, наслаждаясь мягкой и теплой кроваткой. Сильные руки обнимали его за талию, а между лопаток хорошо чувствовалось мерное дыхание человека, который быстро и без разрешения забрался шатену в сердце, отвоевав там местечко для себя. Намимори — это место, где не стоит заводить роман. Да, он понимает это, ведь потерять дорогого для себя человека — для него невыносимое испытание. Савада не знал, вынесет ли он подобное второй раз, поэтому дал себе зарок не подпускать людей ближе, чем требуют того партнерские отношения. Но… у него этого не получалось. Кея, Такеши, Ламбо, Мукуро и остальные стали для него друзьями. Семьей. А этот нахальный мафиози так вообще обогнал их всех. Реборн все-таки смог обойти преграду, даже не прилагая много усилий, наверное, потому что преграда была слишком хлипкая, наверное, потому что шатену надоело быть одному. — Только попробуй умереть, и я тебя лично пристрелю, — развернувшись в объятьях и почувствовав, как чужое дыхание опалило солнечное сплетение, произнес Еши, при этом осторожно обняв мужчину за голову и уткнувшись носом в черные волосы. — Proteggimi, e farò in modo, per la tua pistola al momento giusto non ha funzionato. — Что ты сказал? — ничего не поняв, переспросил шатен у, как оказалось, не спящего киллера. — Секрет.

***

Все началось внезапно, даже если все находились в штабе Хибари и обсуждали тему дня. Неожиданно в переговорную, где собрались все заключенные S ранга и некоторые из A, вбежал Кусакабе и в растерянности заявил, что по территории рынка распространился какой-то странный зеленый туман, а люди словно обезумели… — Это яд, сводящий людей с ума. Произвожу анализ, — печатая что-то со скоростью звука, произнес Шоичи, растерянно и напряженно всматриваясь в экран, на котором люди разбивают витрины, дерутся друг с другом, и просто на настоящий хаос… — И вот то, с чего начался проект, повторяется вновь. Неужели это финал? — произнес внезапно Хибари, сжимая руки в кулаки и мрачно следя за тем, как патруль тоже съехал с катушек. — Сасагава… что-что, но от тебя я такого не ожидал. Как тебе вообще брат позволил… — Кея, — позвал друга Еши. — Мы знали, что будет ад. И Киоко с радостью воплотила наш ад в реальность. Для нее это пустяк, а уж запудрить мозги Рехею… — Не хочу вас прерывать, но отсюда надо выбриваться! — заявил Верде. — Облако яда направляется сюда, и стены для газа помехой не будут. Противогазы — тоже. — Валим, — согласился Занзас. — Что с территорией Мукуро? — поинтересовался Хибари, подходя к мониторам и просчитывая варианты безопасных мест, где можно было бы затаиться. — Больница и парк уже охвачены буйством, — произнес Шоичи, схватившись за живот. — Надо еще немного времени, чтобы узнать противоядие или хотя бы способ избежать заражения! — Оставаться тут — вот настоящее безумие! — возразил Верде. — Нет времени. У нас максимум час или два. — Как раз хватит, — уперся Ирие, с вызовом смотря в глаза ученого. — Я просижу тут до последнего и отправлю вам данные… — Шо… — сделав серьезное лицо, произнес Мукуро, забыв про куфуфуканье. Все поняли, что, если хакер останется здесь один, то не выберется. А слово «не выберется» означает смерть. — Я останусь вместе с ним! — внезапно заявил Тсуна. — До последнего я попытаюсь сделать так, чтобы безумие и яд не добрались до Шоичи, а потом, когда он создаст какой-нибудь способ нейтрализации и перекинет вам информацию, я выведу его отсюда по самому безопасному пути. — Нет, никто не останется. Никто не будет смертником, — нахмурился Верде, напоровшись на упрямые взгляды храбрецов, но даже так, все равно гений не мог оставить здесь Ирие и его друзей. — Ладно. Но останусь анализировать яд я, а ты уходишь. — Я тоже остаюсь, как и Еши, — прикрыв полями шляпы глаза, произнес Реборн. — Нет, останусь я! — возмутился рыжик. — Травоядное, у нас мало времени, — произнес Кея, когда замигали красные лапочки, оповещающие о том, что главные двери ДК были насильно открыты, чуть ли не сломаны, и жестом попросил Скуало действовать. Мечник фыркнул, но все-таки бесцеремонно перекинул хакера через плечо и отправился на выход, чтобы покинуть здание. — Зверек, если не вылезешь отсюда, камикорос. — И тебе удачи, Кея, — хмыкнул Тсуна, перезарядив и сняв с предохранителя свой пистолет. — Ку-фу-фу, будьте осторожны. *** — Запер? — подбегая к Реборну, поинтересовался Тсуна, подсовывая под дверь влажную тряпку, чтобы газ не проник на третий этаж. — Да. Это была последняя дверь? — поинтересовался мафиози, развернув листок с картой. — Последняя, — облегченно вздохнул Еши, как вдруг в дверь что-то врезалось, а потом послышался крик. — Надо подпереть двери, а то их выбьют. Засуетился шатен и вместе с брюнетом закидали проход тяжелой мебелью. — Верде, еще много? — связавшись с ученым по рации, поинтересовался Савада, направляясь на четвертый этаж, в переговорную. — Тридцать-сорок минут. Я раскодировал состав, теперь подбираю то, что поможет ликвидировать заражение. — Поторопись, — посоветовал Еши, пробегая с Реборном по пустому коридору. Шаги в таком помещении издавали громкие звуки, усиливающиеся эхом, что било по слуху и вызывало странное чувство, заставляющее по спине пробегать холодок. — У меня такое чувство, что мы что-то забыли. И это плохо. — Все будет нормально, — попытался успокоить Тсуну мафиози, вызвав даже у него улыбку, но вот карамельные глаза, смотрящие на него, проходят сквозь его силуэт и в ужасе расширяются. — Бежим! — прокричал шатен, схватив киллера и потащив в переговорную с удвоенной скоростью. — Верде, у тебя не больше пяти минут! — С какой стати?! — напрягся ученый. — Вентиляция! Мы забыли про вентиляцию! Яд добрался до третьего этажа и начал заполнять его, — судорожно заявил Еши, резко остановившись на повороте, за которым по полу уже стелился ядовито-зеленый ковер. — Он уже здесь повсюду… — Не вдыхайте его! Он воздействует на дыхательные пути, а потом уже через нее на нервную. Просто не вдыхайте! — послышался голос ученого из динамиков рации, поэтому задержав дыхание, Реборн рванул дальше, потянув за собой Саваду, к лестнице, к которой также стремительно подбирался и яд. — Готово? — поинтересовался Тсуна, ворвавшись в переговорную и сразу же подбежав к вентиляции, закрывая ее пленкой, прихваченной по пути сюда. Реборн же молча занялся дверьми. — Еще немного, — пробормотал ученый, поправляя очки. Еши же не теряя времени начал просчитывать варианты безопасного отступления, которых… не было. Теперь не было. А те, по которым есть хотя бы минимальная возможность пройти, исчезали с невероятной скоростью. Времени нет. — Готово! Но сделать сыворотку не получится, нам нужны препараты, что находятся… — В лаборатории или же больнице, — хмуро закончил Еши. — Так что выбраться мы не сможем… или, — карамельные глаза сверкнули в сторону той же вентиляции. — Если активировать ее, то воздух очистится по аварийному пути F…, но включатель находится почти на противоположной стороне этажа. — Я их включу автоматически! — воодушевился Верде. — Не получится. Компьютеры переговорной не связаны с сетью безопасности и вентиляцией, — покачал головой Тсуна. — И, кажется, я один из нас троих знаю, где находится рубильник. — Нет! — возразил Реборн, понимая к чему клонит парень. — Верде, есть способ сделать так, чтобы эффект яда подействовал не сразу? — хмыкнул шатен, не желая, чтобы погибли его друзья и этот нахальный мафиози. — Есть. Это адреналин. Адреналин вызывает в человеке при большой концентрации разные состояния: ступор или обострение всех чувств, вводя в повышенную или пониженную дезориентацию. Это как раз и поможет, — произнес ученый, запихнув флешку в нагрудный карман халата. — Хорошо. Тогда я пошел, — вздохнул Еши, собираясь выиграть для себе время также и задержкой дыхания, но, когда парень открыл двери, в коридор первым выскочил Реборн, захлопнув за собой проход и отправившись по схеме здания к панели управления вентиляции. — НЕТ! — в сердцах прокричал чуть ли не на все здание Тсуна, стукнув со всей дуре по двери и от бессилия скатившись на пол.