Город-тюрьма

Все понимали, что «гражданская» война не за горами. Семья Сасагава совсем съехала с катушек и почти в открытую бросила вызов всему Намимори. Ни одному здравомыслящему человеку не хотелось серьезных конфликтов, ведь они и так под колпаком правительства, пленники города. Они… и так в яме, и рыть себе ее еще глубже — бред, на который никто не пойдет в здравом уме. Из-за психов рушить более или менее стабильный мир, установившийся в Намимори? Этого желали избежать. Да и каждый понимал, что без жертв все события не обойдутся. Одиночки С и В рангов, которым плевать на группировки и происходящее, участвовать не собираются. Остальные же, входящие в какие-то подразделения, будут вынуждены приложить свою руку к этой бессмысленной бойне, желая помочь главам. Конфликт неизбежен. Особенно когда на кону ВСЕ.

Группировка ДК

В штабе царила нагнетающая атмосфера. Рядовые ходят напряженные и мрачные. Слухи распространяются слишком быстро… — Ке-сан, охрана на границе с семьей Сасагава увеличена вдвое, — отчитался Кусакабе, посмотрев на задумавшегося Хибари, что сидел за своим столом, сложив руки в замок. — Свободен, — скомандовал глава ДК, переведя взгляд на сидящего в кресле мужчину, что уже за несколько дней успел знатно опустошить запасы алкоголя в штабе. В алых глазах теплились искры азарта и предвкушения. — Как там мусор справляется с «ключом»? — хрипловатый бас прошелся по комнате, отвлекая Кею от дум. Парень хоть и смотрел в сторону своевольного Занзаса, но его взгляд проходил сквозь наглого Скайрини, и лишь после оклика серые глаза сфокусировались на собеседнике. — Они работают медленно, но идут по верному пути. Здесь надо быть очень терпеливым и внимательным. Если в устройстве будет хотя бы одна ошибка, вместо того, чтобы снять ошейники, оно поджарит мозги, — серьезно выдал Хибари, снова игнорируя странный взгляд мужчины в свою сторону. Такой сильный S ранг… Кее с самого начало было интересно, почему он решил остаться в ДК, а не стать одиночкой. И вот он ответ. Яростное небо хочет себе независимое облако. Разбежался. — А где та девка с ребенком? — чтобы усыпить бдительность Хибари, продолжил разговор Скайрини. В прошлый раз, когда его собеседник еще знатно устал из-за беготни последних событий, алоглазому удалось подобраться к нему и даже проявить свое желание на право обладать гордым облаком. Поцелуй получился жарким. Хотелось испытать это еще раз. — У Ямамото и его сына под охраной, — устало потерев переносицу, Кея откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. Не хотелось больше говорить, ничего не хотелось. Да и любые действия могли нарушить слабый баланс, ускорить крах мирного сосуществования между группировками. Надо ждать. Ждать. Это бесило и выматывало. — Ясно, — слова прозвучали слишком близко, поэтому Хибари распахнул глаза, натыкаясь на кровавые омуты, обладатель которых резко повернул кресло к себе и… Гордость главы ДК опять была задета. Так бесцеремонно и нагло. Скайрини не боится его жуткой ауры отчужденности и силы, так как и сам мог похвастаться своим свирепым видом, но это не дает ему право целовать его! Хибари раздраженно прикусил чужие губы, которые по-собственнически мяли его. Он просто не мог признать то, что ему понравилось, и просто сдаться. Гордость и здравый смысл не позволяли насладиться моментом полностью. Сейчас не время. — Успокойся, — слизнув с губы кровь, рыкнул Зазнас. — Не забивай себе голову всякой хренью. Возможно, он прав… Возможно. Хибари надо отдохнуть. А эти алые глаза просто пленяют, ловя в сети, что и не сети вовсе.

Банда Какуе

Рокудо стоял на балконе, осматривая свои владения. Вечерняя морозная сырость и яркие нотки волнения с щепоткой страха портят настроение. Всем не по себе, но яркие огни все равно загораются, объявляя о том, что жители на территории Мукуро ожили и закопошились. Да, ночь — время, когда в этом районе кипит жизнь. Бары, бордели, клубы и казино. Ведь не зря иллюзиониста называют хозяином парка развлечений. Здесь можно оттянуться, забыть на время про Намимори и проблемы, заработать халявные деньги или проиграть все сбережения, потерять их или потратить на выпивку и женщин. — Ку-фу-фу, какой траур, — вздохнул Рокудо, осматривая звезды. Тсунаеши всегда ночью смотрит на звезды, говоря, что в этом городе, это единственный красивый пейзаж. И да, в чем-то он прав. Хотя шатен всегда прав. И в тот, и этот раз. — Оя-оя, а по мне веселящихся людей сегодня больше, чем обычно, — на балкон вышли Бьякуран, доставший непонятно откуда дефицитный зефир, и Дино. — Ку-фу-фу, натянутые улыбки не означают, что им правда весело, — уточнил иллюзионист, заметив, как холодный ветерок отступил, сменившись на тепло и умиротворение. С ним два неба как-никак. — Многие веселятся, понимая, что эта яркая ночь может стать для них последней. — Сасагава настолько силен? — поинтересовался Дино, обхватив Мукуро за талию. Бьякуран на это недовольно фыркнул и тоже обнял иллюзиониста. — Многие «немного» сошли с ума от отчаянья после первого года и ужаса во время стычки с Виндиче, и именно Сасагава, а точнее его неадекватная сестра приютили их. Да и район этой безумной семейки всегда славился тем, что кишел сильными бойцами, — усмехнулся Рокудо, поудобней расположившись в объятьях небес. Да, Тсунаеши был прав в том, что он не единственное небо на Земле. И что глава банды Какуе найдет себе кого-то лучше него, более подходящего себе. Он прав, и Мукуро как никогда рад этому факту. — Там проходили бои без правил, разные турниры, — продолжил обладатель гетерохромии. — Победителей вознаграждали, проигравших убивали в бою или обирали полуживых до ниток. Неприятное зрелище, но на это посмотреть ходили многие. Ку-фу-фу, один раз я побывал там, в «колизее», где и встретил Тсунаеши-куна. Он победил в чемпионате, превосходя всех в силе и положив каждого на лопатки. Это было незабываемое зрелище. Тогда на него и положила глаз Киоко Сасагава, из-за чего мне пришлось помочь ему сбежать из того района. Хороший парень… жаль, что попал сюда, — лицо озарила грустная улыбка. — Небо больше радуется одному раскаявшемуся грешнику, чем ста праведникам, которые никогда не согрешили, — произнес Бьякуран, поцеловав иллюзиониста в висок. — Ку-фу-фу, какие красивые слова, — лукаво глянув на Джессо и Каваллоне, Мукуро встрепенулся, отогнав мрачные мысли. — Ладно, ку-фу-фу, пойдемте тоже веселиться! Я хочу танцевать.

Суши-бар имени Ямамото

— Вкусно, — поедая рисовые шарики, отозвалась И-пин, на что Лал улыбнулась, глотнув горячего чая. — Доедай быстрей и спать, — произнесла синеволосая, глянув на часы. — Время уже позднее. — Мы, пожалуй, тоже пойдем домой, — улыбнулся Тсуна, что разговаривал с Такеши и Тсуеши о произошедшем в заброшенной части города. Реборн, сидевший в сторонке, отреагировав на голос Еши, бесшумно встал и вышел из помещения, ожидая шатена снаружи. — Да, аккуратней по дороге домой, — улыбнулся Ямамото-младший, отдав другу небольшой сверток с суши. — Спасибо, — улыбнулся Савада, выйдя на улицу и вдохнув свежесть ночного воздуха. — Что-то мы задержались. — И кто в этом виноват? — произнес итальянец, в голосе которого слышались недовольные нотки. — Время перед бурей следует проводить в кругу друзей, — улыбнулся Еши, взяв киллера за руку, немного из-за этого краснея. — Оставшееся время я проведу с тобой, или ты против? — Реборн на это хмыкнул и, чтобы увеличить неловкую атмосферу для мило смущающегося шатена, переплел пальцы парня со своими. — Ты от меня никуда не денешься, — шепнул на ушко Тсуне мафиози, потащив его домой.

Район Сасагава

В трудные моменты всегда начинаешь замечать то, чему раньше не придавал значения. Начинает казаться, что природа чувствует настроение здешних людей и вместе с ними грустит. Буквально за пару часов небо заволокли тучи, на Намимори обрушился ливень. По улицам побежали мощные ручьи, собирающие весь мусор и грязь в огромные потоки бегущей черной воды по наклонному асфальту, в глубь города, затопляя подвалы. Район Сасагав находится чуть выше центра Намимори, но гораздо ниже возвышенности, на которой находятся группировка ДК и банда Какуе, поэтому из-за бесконечного дождя это место превратилось в серое болото, почти в буквальном смысле. Все краски померкли. Тучи уселись на самые высокие здания. На улицах, погрузившихся во тьму, образовались бескрайние лужи, которые сливались воедино и спешили стечь в какую-нибудь канаву, сбивая все на своем пути. Шум ливня поглотил все звуки, а сам ливень не позволял увидеть дальше своего носа. Даже и не вспомнить, когда в последний раз тут был такой дождь… Промокший насквозь пухленький мужчина чертыхнулся, когда набрал в очередной раз в ботинок воды, наступив в маленькую на взгляд, но на самом деле глубокую лужу, и продолжил свой путь к зданию, где живет семья Сасагава. То, что у него наконец-то удался эксперимент, вызовет у всех фурор! Рехей будет рад этой новости. Только от одной мысли, что глава района из-за назревшего конфликта, похвалит его, толстячок прыгал по лужам чуть ли не вприпрыжку. — Рехей-сама! Я… я закончил! — дождавшись аудиенции с Сасагавой-старшим, произнес с порогу мужчина, вытирая платочком лысину. — И каковы результаты, Джанини? — серые глаза, в которых читалось превосходство над всеми вперемешку с толикой безумия, вызывали мурашки. Киоко, заметив нового гостя, солнечно улыбнулась, помахав рукой собеседнику брата. Джанини побледнел. Кто рыжеволосой дал человеческую отрезанную по локоть руку? Да и эта конечность явно уже стала разлагаться! — Яд г-га-гаазообразен, стоит лишь вдохнуть его, как рассудок сразу же исчезает, остается лишь жажда убийства, агрессия и кое-какие инстинкты. — Замечательно. Сестренка, я скоро вытащу тебя отсюда. — Я обожаю тебя, братик.