Город-тюрьма

— Киоко, тебе лучше уйти или… или я шагну за последнюю черту, — произнес шатен, чувствуя, как пульс громким гулом звенит в ушах. Один шаг отделяет его от смерти. — Тсуна-кун, ты этого не сделаешь, потому что сразу же умрешь, — улыбнулась рыжеволосая, шагнув вперед, желая обнять объект своего вожделения. И мгновенно в опасной близи от ее головы просвистела пуля, выпущенная Савадой из беретты. Шатен не заинтересован в том, чтобы она смогла приблизиться хотя бы на сантиметр, поэтому уже добрых долгих двадцать минут старается держать Сасагаву на расстоянии, вот только девушку этот факт, кажется, не сильно волнует, а даже будоражит. Киоко намерена заполучить то, что по ее мнению принадлежит ей. — Ты как всегда прекрасен, Тсуна-кун. — Психопатка, — прошипел Еши, нажимая на курок, когда рыжеволосая стала подходить, вот только патроны в магазине кончились. Заметив радостный, безумный свет в глазах девушки, шатен глубоко вздохнул и медленно выдохнул, а потом неожиданно для всех выпрыгнул за пределы города Намимори и в полете закрыл глаза, смирившись с тем, что может произойти дальше. Тело парня глухо упало на землю. Ошейник зашипел, отбросил несколько искр и задымился. — Нет! НЕТ!!! — заверещала Сасагава, зарыдав и захохотав так, словно у нее полностью сорвало крышу. Она много раз видела, как ошейники поджаривают мозг смельчакам, поэтому не смогла просто выдержать, когда ее идеальный Тсуна-кун упал на землю замертво. — Мой Тсуна-кун… Моя куколка… моя лю… Договорить ей не дал точный выстрел в висок. Реборн не смог просто остаться в стороне и покинул укрытие, сделав выстрел, когда девушка потеряла бдительность. — Тсуна, — киллер схватил лежащего на траве парня за плечо и затряс его. На шее брюнета сразу же задымился ошейник, который просто напросто сгорел после обработки тем аппаратом. Устройство работает, значит и на ошейнике шатена сработало! — Открой глаза, Тсуна! — Тсуна, открой глаза, — произнес тихим шепотом Реборн, обняв шатена. — Обойдешься, — фыркнул Еши, выпутавшись из цепких лап и накрывшись мягким одеялом, чтобы продолжить дальше спать. — Мм, но, если ты не встанешь, то мы опоздаем на свадьбу Занзаса и Кеи, — чарующе прошептал брюнет в маленькое ушко, лизнув его, а потом и вовсе нежно укусив. И да, им обоим наплевать на то, каких сил потребовалось Скайрини уговорить облако на такое. — Нг, — дернулся шатен, несдержанно выдохнув. Янтарные глаза мгновенно распахнулись, и сонной дымки в них как будто не было. — Реборн… — Да-да, радость моя? — промурлыкал киллер. Тсуна схватил мужчину за галстук и притянул ближе к себе, чтобы жадно впиться в его шею, которая соблазнительно выглядывала из-под воротника. Чувство горячих губ и языка на коже заставили киллера мелко вздрогнуть, а то, что шатен не успокоился, оставив яркий засос, и продолжил свои манипуляции, добравшись влажными поцелуями вверх по шее, к чувствительному уху, будоража все естество брюнета, заставило мужчину плюнуть на все — Реборн просто не выдержал. Он резко оторвал от себя Саваду и впился в его мягкие губы, сминая и терзая их нежными укусами. Шатен пылко отвечал и плавно устроился на подушках поудобнее, чтобы мафиози смог полностью нависнуть над ним. Еши прикрыл глаза и откинул голову назад, сосредоточившись на чужих прикосновениях. Он чувствовал, как руки мужчины забрались под футболку, оглаживая бока. Чувствовал, как киллер прокладывает теперь уже на его шее дорожку поцелуев. Чувствовал, как наглые руки незаметно забрались в боксеры, перед этим ненавязчиво погладив поясницу. — Мы же опаздаем, — улыбнулся в поцелуй Тсуна. — Неважно.

***

— Где их носит? Они же оба являются свидетелями, — пыхтел Хибари, чуть не сломав букет о первую попавшуюся голову. — Ку-фу-фу, не волнуйся ты так, Кея-кун, они сейчас занимаются очень важным ритуалом, — произнес Мукуро, неожиданно наткнувшись на серые глаза Хибари, в которых читался лишь одни вопрос: «Какой такой ритуал?» — Ку-фу-фу, Кея-кун, а ты не знал? Чтобы будущее молодоженов было счастливым, свидетели жениха и невесты должны переспать! — …