Наедине с депрессией

Концерты, гастроли, сон по 2-3 часа, репетиции, запись изматывающих клипов — именно так протекает жизнь айдола. Юнги это уже порядком надоело, постоянная борьба с депрессией сказывалась на его здоровье. Кажется, что у него пропала всякая мотивация жить, жизненные силы с каждым днём всё больше покидали его. Когда находилась свободная минута от работы, Юнги закрывался у себя в комнате и просто плакал. Вы спросите от чего? Он не выдерживал такую жизнь — жизнь айдола. Он готов был сдаться в любой момент. Но всё же не жалея себя и своих сил, Мин вкладывался в работу, писал песни, разрабатывал новую хореографию, встречался с фанатами на фансайнах. Они часто делились с ним своими переживаниями, проблемами. Юнги поддерживал их, но кто сможет поддержать его самого? И снова концерт, и снова он испытывал боль в душе, которая накапливались с каждым днём, Мин уже научился скрывать её под маской счастья. Он мог свалиться с ног в любой момент. Но нет. Нельзя показывать свою боль окружающим, они не должны беспокоиться о том, которого уже никак не спасти от мыслей о самоубийстве. Он как зверушка в цирке вынужден развлекать и радовать зрителей, но это так изматывает. Вездесущий концерт закончился, Юнги сразу же покинул сцену и отправился в свою квартиру. Его машина быстро набрав скорость, неслась по шоссе, сдувая листву с дорог. Гулом пронёсшись по улицам Сеула, Мин притормозил у самых дверей дома, оставив за собой следы и запах горящей резины. Парень достал пачку сигарет, без них он не мог уже представить свою жизнь, затяжка за затяжкой, сигарета за сигаретой. — Кто сможет спасти меня? —сделав очередную затяжку, сказал про себя Мин, стоя перед дверьми своего дома. Алкоголь и сигареты стали для Юнги единственным смыслом жизни. Под воздействием алкоголя, табака или наркотиков все чувства заглушаются, остаётся только эйфория, жажда испытать как можно больше удовольствия, которого постепенно с каждой новой затяжкой или стопкой становится недостаточно. Ты просто начинаешь совершать то, что в повседневной жизни со здравым разумом никогда не сделал бы. Мин пил всегда один, он не любил шумные клубы и девушек, которые там постоянно находились. Они были слишком доступны, хотя Мин мог с лёгкостью этим воспользоваться, но зачем? Подойдя к громоздкому шкафу, где стояла выпивка на любой вкус и для любого случая, Юнги достал свою любимую бутылку Шотландского виски и сев перед компьютером, начал работать. Фантазии не было никакой, музыка совсем не шла из его головы, мрачные мысли полностью заполонили бедного парня. Откинувшись на спинку кресла, Мин обхватил свое бледное лицо руками, изредка покачиваясь на кресле. Кажется, сейчас парень готов сорваться в любую минуту, он с лёгкостью мог порезать себя, или вовсе убить. Он так мастерски скрывал свои истинные эмоции, но он так устал от вечной беготни от себя самого. Даже его коллеги не могут заметить ужасное состояние Мина. Родители уже давно отвернулись от парня, поэтому поддержку он никогда ни от кого не ждал. Получается, что ему всегда приходилось бороться за свою жизнь самому. От мыслей и бутылки, Юнги отвлёк навязчивый и громкий звонок в дверь. — Кого это там принесло в моё болото, — с неохотой поднявшись с согретого места, проворчал Мин. Подойдя к двери и с шумом распахнув её, он увидел у себя на пороге Лидера. Намджун стоял удручённый и с жалостью смотрел на друга. Из его спины вынырнул Чимин, который из всех сил пытался не уронить коробку с алкоголем. — Вот так номер, — оценивающе осматривал Юнги друзей, — у меня как раз вискарь закончился. Проходите, гости дорогие — открыв дверь пошире и впустив своих приятелей, с натянутой улыбкой сказал Мин. — Юнги… Что происходит? Мы давно наблюдаем за тобой, и-и нам не очень нравится твоё состояние, ты стал безразличным и нервным, — с некой грустью в голосе еле тихо сказал Ким. Чимин поставив коробку с алкоголем на пол, и сразу же схватился за спину и руки, пытаясь усмирить боль, которая больно пульсировала и в скором времени перешла на виски. — Со мной всё в порядке, — рыкнул Мин, — чего пришли? Уходите, — открыв дверь и выпроводив друзей, пробубнил Юнги. Он смотрел на коробку, у него был лишь один вопрос: «Зачем?». Шёл дождь, по-вечернему холодно, чёрная машина отъезжает от дома Мина, оставляя его наедине со своими тёмными мыслями, которые изматывали уже не только душу, но и тело. Закрыв дверь, парень подошёл к дивану и несколько помявшись, сел на спинку. Закрыв глаза, парень вспоминал те времена, когда группа была не так известна: «Так приятно идти туда, где тебя ждут. Родные голоса, заедающий смех, теплые улыбки, веселые игры. С этими людьми и алкоголь не нужен. Они всегда поддержат, всегда помогут, спасут от депрессии. Эти ребята искренне относятся, ценят, берегут. Так приятно просто наблюдать. Как люди общаются, дарят друг другу улыбки и объятия. Такая обстановка заставляет расслабиться и не важно, хочешь ты или нет. Так приятно видеть их. Этих шестерых. Слушать их звонкий смех и низкие голоса, которые одним за другим звучат в голове. Посиделки, выезд за город, умиротворение природы и игры на гитаре у костра. Тупые шутки СокДжина и его заедающий в памяти смех, который то и дело звенел в голове, когда тебе плохо.» — Чёрт… Эти воспоминания, Господи, куда же мне уйти, чтобы их не было? Они так надоели, рвут душу пополам, а потом ещё и ещё, просто терзая меня внутри. Мне кажется, что я не доживу до хорошего конца своей жизни. Кажется, что уйду не своей смертью. Так больно осознавать все это. Казалось бы, есть все, что только хочешь: популярность, деньги, девушки. Грохот. Звук шагов. Звук капель, бьющихся об стекло. Эти звуки наполняли дом Мина. В ванной всё ещё остались осколки стекла, оставшиеся после недавнего пьяного бунта Мина. Молчание наполнило комнату, белые занавески и такого же цвета стены, порой Юнги казалось, что он в психушке. Он уже давно не чувствует боли, когда временами берётся за лезвие. Это доставляет ему удовольствие, он любит наблюдать как на белой, словно снег, коже появляются алые следы. Кровь выступает и беспорядочно капает на пол, создавая разные узоры. Как сложно остановиться, он не должен это делать. Скрывая на следующий день вчерашнее кровавое зрелище, Мин ловит на себе подозрительные взгляды друзей и менеджеров. Слегка улыбнувшись и сделав первый порез, Юнги сморщив нос и кинув лезвие в раковину, схватился за волосы истошно крича. Депрессия доводит до самоубийства, он это прекрасно понимал. Вокруг звенящая тишина и мрак, который окутал не только квартиру, но и душу. Юнги что-то напевает себе под нос и, раскинув руки в стороны, падает спиной на мягкую кровать, закрывая глаза. Ветер через открытое окно играет с прозрачным тюлем, пробегается по полуобнаженному телу, оставляя мурашки на коже. Ему ни тепло, ни холодно, в общем — никак. Смотря в потолок, Мин играл с котом, который запрыгнул на кровать. Единственные мысли и только об одном, он каждый день ждёт конца рабочего дня, чтобы как можно быстрее вернуться к алкоголю и лезвию, которое одиноко лежало в раковине с засохшей кровью Юнги. Безразлично улыбнувшись, по его ушам прошёлся шёпот, широко открыв глаза, Мин начал оглядываться по сторонам ища виновника покоя.