Наедине с депрессией

Ночь. Красивая и загадочная ночь была в этот день, вокруг царит тьма, а в небе зажигаются миллиарды звезд. Ближе к полуночи небо в одном месте светлеет, бледное зарево постепенно разгорается. С восходом луны становится так светло, что легко можно различить силуэты домов, деревьев, даже отдельные листочки на них. А на землю падает их четкая тень. Весь ночной Сеул предстает перед нами, как будто покрытый серебристой краской. И, несмотря на то, что большинство людей сладко спят ночью, ночная жизнь в природе продолжается. Ночью обычно так тихо, что редкие отдаленные звуки — голоса людей, собачий лай, скрип дверей — слышны, будто они совсем рядом. Ночь завораживает и вдохновляет. Каждый из нас хоть раз любовался ее таинственной красотой. Юна сидела на диванчике и наслаждалась красотой ночного неба, голова Юнги лежала на коленях девушки, его пепельные волосы растелились, создавая некое одеяло, которое грело не только тело, но и сердце. В его тёмных, как смоль, глазах отражались звёзды, за этим прекрасным зрелищем можно было наблюдать вечно. Глаза же девушки не отражали ничего, в них не было уже прежней радости. В этих глазах уже даже не читалась грусть, они были пусты. Слеза, словно подставив девушку, выбежала оставив за собой мокрую дорожку. Мин это сразу же заметил и поднявшись начал вопросительно смотреть на девушку. Ему было больно, когда человек, которого он ценит всем сердцем, начинает пускать слёзы. Сердце скрежетало и больно отдавало в груди. Она плакала смотря на него, волосы красиво развевались, придавая образу тоску и чувство беспомощности. — Что случилось? — он взял её маленькие тонкие руки в свои и нежно поглаживал. Они были такими худыми и холодными. Он беспокоился, ему было не по себе. Уже пропала вся эта безмятежность, которая витала в воздухе долгое время. — Я в порядке, всё нормально, не стоит беспокоиться, Юнги, — её руки обвили спину Мина, заставляя сердце парня биться сильнее, он утешал её так, как она утешала его тогда, когда ему было плохо. И тогда эта нежная, доверчиво прильнувшая к нему девушка стала для него бесконечно желанна. Он жаждал обладать этой мягкой женственной красотой, волнующей в нем каждую жилку. Он чувствовал себя, как в тумане. Взгляд Мина холоден. Густые брови нахмурены. Венка на шее пульсирует, привлекая излишнее внимание. Но больше всего в этом парне привлекают губы. Они тонкие, но это не мешает им выделяться. Он накрывает своими губами и робко целует, опасаясь, что девушка оттолкнёт его, но Юна с удовольствием отвечает на такой желанный поцелуй. Алые губы мягко касаются гладкой кожи, щекоча и обдавая теплым дыханием. Сердце затрепетало и начало разбиваться вдребезги, вызывая волну эйфории. Юна нежно и трепетно отстранилась от парня. — Юнги... мне надо кое-что сказать. — Не важно, Юна, я хочу спросить, — лёгкий румянец появился на щеках Мина, вызывая у девушки лёгкую улыбку, — Ты же не уйдешь? Не бросай меня, ладно? — его рука потянулась к ее щеке, нежно касаясь. Он взял ее руку и положил на свою грудь. Крепко сжимая, Мин перебирал её пальцы, наслаждаясь сладкими ароматами витающих в воздухе. Юна лишь улыбнулась, ей было больно, как жаль, что Юнги не смог разглядеть через эту чертовски милую улыбку боль, которая была заложена в сердце девушки. Тяжёлые веки закрывались, позволяя парню полностью погрузиться в сон. Эта ночь была тихая, огни ночного города излучали от себя приятный тусклый свет. Небо было, словно, в алмазах. Уставший Юнги удобно примостился на плече Юны, посапывая и что-то бормоча во сне. Девушка уже и сама начала проваливаться в сон, слегка похлопав парня по плечу, Юна нежно улыбнулась, озаряя своей улыбкой Мина. Он был счастлив. Был счастлив лишь из-за того, что он наконец нашёл того человека, который его не бросит и будет рядом, от таких мыслей, у Юнги порхали бабочки в животе. Он влюбился. Влюбился, как школьник. Влюбился навсегда и бесповоротно. Всю ночь они сидели на крыше и говорили на разные темы, она изредка заливалась смехом от историй Мина. Юнги вслушивался в каждые нотки её мелодичного смеха, который разливался, как горный хрустальный ручеёк, в который раз подмечая, что у девушки очень приятный голос. Он смотрел на неё такими преданными глазами, в этих глазах можно было просто утонуть. Любая другая девушка на месте Юны уже бы растаяла и полностью отдалась в хозяйство Юнги. Но он же говорил, что она не такая как все? Она рассудительна и сдержанна, своей скромностью она может сразу сразить наповал. Это-то ему и нравилось. Они наслаждались каждым моментом, проведённым вместе. Уже светало, птицы начали щебетать свою навязчивую мелодию, а жители Сеула потихоньку приходили в себя после недолгого сна. — Надо же, — прошептала девушка смотря вдаль. Спустя время Юна ловко вынырнула из объятий пепельноволосого и побежала вниз по лестнице, лишь шаги отдавались глухим эхом. Утро встречает яркими лучами солнца, которые старательно проблёскивают между туч, освещая и одаривая природу пёстрым светом. Девушка прибежала в квартиру Мина, она уже не была такой, как прежде. Юнги заметно исправился, слегка улыбнувшись, девушка подошла к холодильнику. Он был таким большим, но в нём было так пусто, будто мышь повесилась, ей богу. Достав всё, что было в холодильнике, Юна начала готовить завтрак для Мина. — И что это тут такое происходит? — даже не поворачиваясь, девушка понимает, что он сейчас улыбается. — Не бойся, не отправлю, — язвительно ответила Юна. Утренние лучи проходили сквозь плотно задёрнутые шторы, наполняя комнату яркими проблесками. — Вот как? Ну хорошо, — парень подходит ближе и мягко обнимает сзади, — тогда я тебе помогу, — соблазнительно прошептал Мин на ухо, вызывая тонну мурашек по всему телу. Поначалу они и правда готовили, все было предельно серьезно, но в какой-то момент Юна и Юнги начали дурачиться: бросаться мукой и убегать друг от друга. Девушка звонко смеялась, заставив смеяться аж самого Юнги. Все эти детские шалости переросли в серьёзные игры на выживание. На голову Мина девушка вывалила целый мешок муки, расправы не пришлось долго ждать. Мин повалил Юну на стол. Они на мгновенье замерли, смотря в глаза, словно какая-то невидимая связь сейчас была между ними. — Неловко, да? — ухмыльнувшись, прошептал прямо в губы девушки Юнги, — я люблю тебя, — губы Мина впились в шею Юны, оставляя тёмные багровые следы. Холодные руки девушки ничтожно бродили по волосам парня, временами она их оттягивала и наслаждалась моментом. Он вдыхал её приятный аромат. Вся эта атмосфера полностью заполонила комнату. Редкие стоны со стороны девушки и тихое рычание парня. Он так давно желал совладать этим женственным и хрупким телом. Он хотел, чтобы эта девушка никогда не покидала его. Он хотел, чтобы эта девушка была его единственной. Её маленькие ручки сжали рубашку Юнги, она не хотела продолжения их "завтрака", она просто хотела сказать парню одну фразу, которая смогла бы полностью перевернуть его мир с ног на голову. Мин оторвался от ключиц девушки и тихо пробормотал: «Я хочу посвящать тебе песни, солнце. Ты мой смысл жизни, понимаешь?». Одинокая слеза скатилась по щекам Юны. Она так давно не слышала этих слов, она так давно ничего не ощущала. Она посмотрела на оголённые руки Мина, столько крови он пролил. И столько слёз. Раны начали заметно затягиваться, но шрамы предательски останутся навсегда, изредка напоминая парню о тех временах. Он смотрел в её тёмные глаза, они блестели от слёз. В них можно было утонуть с головой и прочесть ту боль, которая накопилась на сердце девушки. Кто она? Что он о ней знает? Ничего. Это слово прорезалось в голове, заставляя его задуматься. Юнги будто парализовало. Ветер, который гулял по комнате, обдавал тело холодными объятиями, заставляя поёжиться. Юна смотрела на Мина, какое у него было сейчас состояние? Давящая тишина окутала комнату. Тишина, которая способна свести с ума. Тихий шёпот и нежные объятия: «Ты должен жить». Это последнее, что Мин услышит от девушки, но кто знает, что будет дальше?