«Горячий» приём (Мирта) (исправлено)
19 марта 2013 г., 22:17
Я знала, что меня ждёт, когда я приду на общий сбор, где по приказу Миранды должны были присутствовать все погибшие трибуты прошедших игр, но всё равно старалась отсрочить встречу со своим бывшим напарником настолько, насколько это было возможно: успела неспешно принять душ, одеться и причесать волосы, прежде чем заставила себя выйти из комнаты, где я жила всё это время с момента, как попала в Рай. Иногда мне приходилось напоминать себе, что это не сон, и я действительно нахожусь здесь, благо долгое нахождение в этом странном месте достаточно убедило меня в том, что всё происходит взаправду.
В коридоре меня встретил гул и гомон ребят, которые с разными эмоциями отреагировали на появление моего земляка в этом месте. При одном взгляде на обращённую ко мне спину Катона, я почувствовала, как во мне разгорается ярость. Ярость на то, что он не смог спасти меня, не смог убить Двенадцатых, не смог победить, не смог выжить. Я до последнего надеялась увидеть его в короне на всех экранах Капитолия, но была разочарована тем, что произошло в действительности.
Дочь Миранды, стоящая рядом с Лайтом, была частым гостем в нашем временном пристанище, потому что в большинстве случаев приводила к нам погибших вместо занятой матери, которая заглядывала к нам гораздо реже.
– Здравствуй, Мелони, – мой голос заставил всех в комнате замолчать и обратить на меня взгляд, а двоих пришедших обернуться, чтобы увидеть, кто говорит.
Думаю, все присутствующие (кроме, очевидно, моего бывшего напарника) прекрасно помнили разруху, которую я устроила в общем зале, когда Катона сбросили с Рога Изобилия: моя молчаливая агрессия в тот момент, кажется, напугала большую часть погибших трибутов, ну а наша драка с Диадемой, которая в тот момент радостно хлопала в ладоши при мысли о том, что все профи теперь будут в сборе, стала самым большим зрелищем с тех пор, как мы все оказались здесь. Особенно учитывая, что именно мои бывшие союзники были единственными, с кем я могла здесь общаться и не переживать за то, что мне, образно говоря, «воткнут нож в спину». В конце концов, теперь, когда мы все мертвы, с этими двумя мне уже было незачем бороться. Все были уверены, что я не оставлю без внимание появление Лайта в Раю, и были правы, ведь мой взгляд сейчас был прикован именно к нему – человеку, который не должен был оказаться здесь ни при каких условиях.
– Привет, Мирта! – малышка ярко улыбнулась, делая шаг в сторону и окидывая взглядом парня, стоящего рядом.
Она знала о том, что происходило, когда мой бывший напарник погиб, так как видела всё это: Миранде тогда пришлось бросить все дела, чтобы навести порядок и успокоить меня, а Мелони всё это время была с ней, что сделало её невольной свидетельницей хаоса, в котором я была главной движущей силой.
– Блисс! – Катон радостно улыбнулся при виде меня, будто мы оба сейчас не находились на обратной стороне жизни вместо того, чтобы праздновать победу и совершать тур по дистриктам, показывая свою силу и профессионализм. Я сделала несколько шагов навстречу, желая стереть эту дурацкую радость с его смазливого личика, на что он отреагировал весьма глупо для того, кого всю жизнь учили быть наготове, чтобы дать отпор противнику: парень раскрыл руки, словно я собиралась наброситься на него с объятиями. – Я тоже скучал.
Я не смогла сдержаться и громко хмыкнула, подходя ближе с гордо поднятой головой (мой рост, может, и делал меня предметом для насмешек раньше, но во время обучения в Академии и во время игр он показал моим противникам, что это скорее моё достоинство, чем недостаток) и смотря своему бывшему напарнику прямо в глаза, прежде чем размахнуться и со всей силы влепить ему пощёчину, которая заставила мою руку гореть огнём от боли (точнее той её части, которая вообще возможна в этом месте).
Лайт мгновенно прижал ладонь к месту удара, параллельно меняясь в лице и смотря на меня с шоком, отражающимся в его тёмных глазах. Кажется, это один из немногих разов, когда он не ожидал от меня того, что я сделаю. Приятно, что я всё ещё могу удивить даже своего самого близкого союзника.
– Это за то, что не спас меня, когда я умирала, – холодно произнесла я, прежде чем замахнуться вновь и оставить такой же красный след от удара на другой его щеке. Левая рука, конечно, у меня не такая сильная, потому что я правша, но это не важно, когда я хочу донести до него свою главную мысль – он облажался и подвёл меня, наш дистрикт и наши мечты о победе. – А это за то, что ты здесь, а не в Капитолии.
Драться с ним я не хотела – не видела смысла бороться против этой горы мышц при всей этой толпе, которая только и видит, как бы нам отомстить и увидеть разлад в наших рядах, а показать, что я сильная и со мной стоило считаться не только на Арене, но и здесь – нужно было не столько трибутам, сколько Лайту. Пусть не думает, что я побегу обниматься с ним, стоит ему только поманить меня пальцем.
Когда мы с Ди обсуждали нашу ссору в день гибели моего напарника, после того, как я успокоилась и извинилась перед ней за то, что сделала (потому что я понимала, что не позволила бы себе подобного поведения, если бы не сильнейшие эмоции, которые я не смогла сдержать, что и стало причиной драки), она недвусмысленно дала мне понять, что любой другой человек в любой другой день получил бы от неё ножом в живот, так как показывать слабость перед своими врагами – то, чего не имеет права делать профи, но в моём случае это правило не работало хотя бы потому, что сама Силк прекрасно понимала, почему я так отреагировала. Хотя вряд ли их отношения с Марвелом до Игр были такими же дружескими, как наши с Катом.
У нас обеих не было подруг раньше, и мы не знали, как вести себя: на Арене – потому что любые отношения там были временными и ненастоящими, ведь главный союзник может стать твоим убийцей в следующий момент; здесь – потому что мы никогда не думали, что будем жить в ином мире, где нет победителей, нет дистриктов, нет страха за своё будущее. Отношения между нами хоть и хорошие, но довольно осторожные и хрупкие, потому что сложно научиться доверять кому-либо после того, что мы пережили. Точнее после того, как мы умерли. Да и будем честны, в Академиях профи никогда не рассказывали, как налаживать дружеские отношения, нас учили только убивать и побеждать любой ценой, ведь только это казалось главным в наших жизнях. Теперь же каждого и каждую из нас ждала переоценка всего, что мы знали раньше, и никто не гарантировал, что это будет легко и просто. Сложно привыкнуть к чему-то новому, когда всю жизнь до этого тебя учили, что все вокруг – потенциальные враги, которые могут перегрызть тебе глотку, стоит только повернуться к человеку спиной.
Мелони захихикала, стоило мне только отойти и направиться к дивану, где сидели Первые, которые смотрели на меня с пониманием и небольшим сочувствием. Они немного подвинулись, чтобы дать мне сесть, и прыснули, когда Лайт обернулся и обратил на меня свой взгляд, полный невысказанных вопросов.
– Я же говорила, что тебе не поздоровится, – произнесла девочка, прежде чем взглянуть на наручные часы, на которых мелькнуло уведомление. – Ой, меня вызывает мама! Ещё увидимся!
Помахав всем на прощание, юная ангел исчезла в белой вспышке, ненадолго озарившей комнату. Спустя столько времени, которое мы находились в Раю, телепортация уже не казалась чем-то новым, но всё ещё вызывала восхищение, как нечто недоступное нам, обычным людям.
Все вокруг только и ждали, когда в комнате не останется никого из «начальства», чтобы в тот же момент встать со своих мест и направиться к себе. Взгляды ненависти, презрения и ужаса в нашу сторону были направлены всегда, когда мы оказывались в присутствии остальных бывших трибутов. Это можно было понять – многих убили именно мы, пытаясь дойти до конца и выиграть, поэтому нас четверых боялись до сих пор, хотя сейчас большинство стало чувствовать и гнев при виде нас. Не то, чтобы это волновало кого-то из нашей компании: в академиях нас учили, что все вокруг будут ненавидеть профи, потому что они лучше, сильнее и имеют большие шансы выжить, в отличие от всех остальных.
Когда в холле не осталось никого, кроме нас, и шум вокруг стих, я подняла голову, с усмешкой замечая, что бывший напарник до сих пор не отвёл от меня взгляда. Предсказуемо.
– Рад тебя видеть, Кат, – Марвел первым нарушил тишину и встал со своего места, чтобы поприветствовать Лайта, привлекая к себе его внимание и позволяя мне выдохнуть. Я до сих пор не могла прийти в себя и поверить, что этот идиот действительно здесь и теперь никуда не денется. Ну, во всяком случае, не умрёт уж точно. – Мы тебя ждали. Хотя и не все.
– Не пытайся понять Мирту, у тебя не получится, – хихикнула Ди, следующей по очереди заключая бывшего союзника в объятия, когда Трозей отстраняется, похлопывая парня по плечу в дружественном жесте. – Во всяком случае пока.
Катон кажется ещё больше запутался после этого заявления, потому что его взгляд снова вернулся ко мне, отражая ещё больше вопросов, чем раньше. Если он думал, что всё будет так же просто, как раньше, то глубоко ошибался. Больше ничего не будет как раньше, уж точно не здесь. Хотя возможно это и хорошо. Может, это наш шанс на лучшую жизнь. Если всё происходящее можно назвать жизнью.
– Не хочешь объяснить? – Лайт обратился ко мне первым, делая шаг вперёд и заставляя меня запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него. Вставать я не собиралась, а потому откинулась на спинку дивана и села поудобнее, закинув ногу на ногу. Пусть даже не думает, что меня можно напугать. Этого практически нельзя было сделать и раньше, а теперь я уж и подавно не поддамся страху.
– А должна? – я склонила голову набок, насмешливо улыбаясь, так как причина моей злости была более, чем очевидна. И это он ещё видит меня успокоившейся и принявшей тот факт, что мы оба проиграли и останемся здесь навечно. Я никогда не считала Катона гением, но и глупым бы не назвала, но сейчас мне очень хотелось, потому что он смотрел на меня, ничего не понимая, хотя для меня всё было ясно и однозначно.
– Давайте вы поговорите наедине? – тихий голос подруги (всё ещё сложно привыкнуть к этому термину) заставил нас обоих обратить на неё внимание и посмотреть в направлении её взгляда – некоторые трибуты стояли недалеко от нас, выглядывая из-за угла и посматривая в нашу сторону, словно здесь и сейчас произойдут новые Голодные Игры. Парни и девушки смотрели с одинаковым интересом, но тут же ретировались, когда увидели, что оказались пойманы с поличным. Вряд ли они ушли далеко. – Не лучшая аудитория.
– Да, не стоит давать им надежду, что мы дадим слабину, ты права, – я поднялась с дивана, тяжело вздыхая и поправляя одежду, стараясь оттянуть неминуемый разговор, который предстоял мне в ближайшие минуты. – В конце концов, даже если игры закончились, их последствия только начинаются. Идём, Лайт, я покажу тебе твоё временное пристанище.
